Путеводная звезда (ЛП)

Там был Тенью, это означало, что он мог управлять тенями... включая внутреннюю темноту, которую все скрывали в своих умах. Он утверждал, что мог сказать, был ли кто-то заслуживающим доверия, просто ощутив, сколько теневого дыма он чувствовал, когда читал... и это, казалось, было верно. Там сомневался и относительно Альвара, и относительно Кифа, потому что они отказались проходить тест. Софи все еще ждала фразу «Я же говорил тебе».

- Просто скажи мне, что происходит, - произнес Фитц, и Софи смогла расслышать отчаяние в его голосе.

Она вздохнула:

- Декс исследует данные твоего брата, пытаясь увидеть, сможет ли он узнать что-нибудь о Невидимках. И они не говорили нам, потому что...

Она посмотрела на его руки, которые были сжаты в кулаки так крепко, что кольца на пальцах впились в кожу.

Фитцу потребовались шесть болезненных секунд, чтобы расслабить хватку, и когда он это сделал, то повернулся к мистеру Форклу:

- Я хочу знать то, что он найдет.

- Пока он ничего не нашел... это еще одна причина, по которой мы ждали и не говорили тебе. Если ты не веришь мне, то можешь поговорить непосредственно с мистером Дизнеем.

- Поговорю, - заверил его Фитц... и Софи сделала ментальную заметку, быть там на случай, если разговор станет эпической катастрофой.

- Теперь, мы можем сосредоточиться на причине, из-за которой мы здесь? - спросил мистер Форкл. - Мистер Сонг...

- Я же говорил, что не хочу быть связанным с фамилией моих родителей, - перебил Там.

- Верно. Мои извинения. Мистер Там. Пятно объяснял план?

- Он сказал что-то о том, что я сниму еще завесу. И я надеюсь, неправильно понял. Вы помните, что произошло в прошлый раз.

- Помню, - сказал мистер Форкл. - Прентис наконец проснулся.

- Верно... а что было после, - надавил Там. - Я никогда не забуду те крики.

- Почему Прентис кричал? - спросила Софи, когда Линн потянулась к руке брата.

- Это продлилось всего несколько минут, - заверил ее мистер Форкл... хотя это плохо получилось. - И я подозреваю, что это было от притока зубчатых воспоминаний, выпущенных завесой.

- Еще кто-нибудь запутался? - спросил Фитц.

- Очень, - сказала Софи. В тех случаях, когда она была в умах людей, то никогда не чувствовала завес.

- Теневой дым формируется слоями, - объяснил Там. - Только Тени могут ощущать их. И мне нравится думать о них как о завесах, так как они обычно чувствуются слабыми и тонкими... и они всегда покрывают вещи, которые мы пытаемся скрыть. Вот почему я так много могу узнать из чтения чьего-то теневого дыма. Чем больше теневого дыма, тем больше тайн вы скрываете. Но завесы темноты в уме Прентиса чувствовались так, будто были сделаны из твердого металла. Потребовалась вся моя энергия, чтобы поднять хотя бы одну, и когда я сделал это, его сознание хлынуло обратно, когда выпустило воспоминание, скрытое под слоем.

- Все годы Изгнания и безумия, должно быть, похоронили его в темноте, - спокойно сказал Гранит. - Мне просто жаль, что я не понял, что вызвало заключительную лавину.

- Мы поймем это, - пообещал мистер Форкл. - Но сегодня мы должны сосредоточиться на поднятии другой завесы... теперь это должно быть легче, когда мы сняли слой, который душил его. Часть памяти, которую я восстановил, была привязана к чему-то еще... на что давила тьма. Будем надеяться, что если мы удалим завесу, мисс Фостер может найти его.

- Но что, если от этого Прентису будет только хуже? - прошептала Софи.

- Поверь мне, я задавал этот вопрос тысячу раз, - сказал ей Гранит. - Но в прошлый раз, процесс сделал его состояние значительно лучше. Таким образом, можно прийти к выводу, что подъем другой завесы может на самом деле ему помочь.

Из всех в комнате у Гранита была самая сильная связь с Прентисом. Он ушел из Ложносвета после разрыва Памяти Прентиса и презирал семью Васкеров в течение многих лет из-за связи Олдена с тем, что произошло. Он также принял Уайли и воспитал его как собственного сына.

Так что, если Гранит думал, что это стоило риска, это должен был быть хороший знак.

- Вы сказали Уайли, что мы делаем это? - спросила Софи.

Мистер Форкл кивнул:

- Он дал нам свое благословение.

- Тогда почему он не здесь? - спросил Фитц.

- Знание о том, что правильно, не облегчает наблюдения за этим, - напомнил ему Гранит. - Но он доверяет мне защиту своего отца... и я буду его защищать.

- Как и я, - сказал мистер Форкл. - Как я уверен и ты, мисс Фостер. И ты, мистер Там. У нас у всех одна цель.

Там вздохнул:

- Какое воспоминание мы пытаемся найти?

- Оставшуюся часть символа. Я нашел одну часть во время своего опрометчивого поиска, а теперь мы нашли кусочек на диске, связанном с Невидимками... который, между прочим, дал отрицательный результат на любые ферменты, на случай, если ты беспокоилась, - сказал он Софи. - Он сделан из камня, называемого даскитин, который не редок и не ценен. Но он действительно реагирует на звездный свет, что может быть ключом к разгадке... хотя в данный момент, я все еще в недоумении, для чего это можно использовать. Возможно, как только у нас будет остальная часть символа, все станет более ясным.

- Можно посмотреть на полную часть воспоминания, которую вы уже нашли? - спросила Софи.

Он подошел к ней и поместил два пальца на ее виски, послав зубчатые кусочки темноты в разум Софи. Холод вызвал дрожь, когда воспоминание появилось из теней: белые символы, пылающие в темноте... три диагональные линии, каждая была украшена различными образцами черточек, заканчивающихся в открытых кругах. Линия в центре соответствовала диску из плаща Кифа.

- Возможно, что мы упускаем больше чем одну часть, - предупредил мистер Форкл.

- Как я узнаю, что нашла их все?

- Отправляй все, что найдешь мне, - предложил Фитц. - Я соединю их и сообщу, когда ты закончишь. И если тебе понадобиться энергетический всплеск, просто сожми мои пальцы.

Он протянул ей руку, и после всех их месяцев совместной работы, полагаться на Фитца было как надеть пару удобных кроссовок.

- Мы готовы? - спросил мистер Форкл.

Все повернулись к Таму.

Он отбросил челку с глаз и отошел от сестры.

- Я действительно надеюсь, что мы не пожалеем об этом.

- Так же, как и все мы, - прошептал Гранит.

Тень Тама проявилась, медленно проползла по комнате, пока не упала на лицо Прентиса и не опустилась в его разум.

Глава 7

Там был прав относительно криков Прентиса.

Софи никогда не забудет его жуткие вопли... звук такой, будто кто-то застрял между чистым ужасом и подавляющим отчаянием.

Каждая секунда была вечностью.

Каждое дыхание - ножом в горле.

А затем, так быстро, как это началось, все закончилось.

Рот Прентиса закрылся, а голова безвольно повисла, когда Там отшатнулся, дрожа, его колени подкосились. Линн сделала выпад и поймала его ослабленное, дрожащее тело, уложила на холодный пол, собрала влагу в воздухе в своего рода плавающий компресс для лба.

- Ничего себе, - выдохнул Фитц так же, как и всегда, когда он видел гидрокинетические уловки Линн.

Софи тоже была впечатлена... особенно контролем Линн. Линн проделала долгий путь от Девочки Многих Наводнений и порождения такого количества катастроф, что закончила в изгнании.

- Я в порядке, - удалось пробормотать Таму. - Как Прентис?

- Держится, - заверил мистер Форкл.

Софи обернулась и увидела ясные глаза Прентиса. Мутность, которая была раньше, ушла, его пристальный взгляд был сосредоточен и устойчив. Даже его дерганье успокоилось, а бормотание свелось к шепоту.

- Что произошло? - спросила Линн брата, переместив водяной компресс с ним, когда он сел. - Это было не так как в прошлый раз.

- Да, ну, в прошлый раз завеса не была настолько тяжелой. - Там повернулся к мистеру Форклу. - Ваша теория о том, что следующий слой будет легче предыдущего, не оправдалась. Это было похоже на попытку поднять большого, распухшего кита.

- Это совершенно нормальная ментальная картина, - отметил мистер Форкл. - И ты должен гордиться своими силой и умениями, что смог поднять его.

- Да... кстати. - Там обхватил руками колени. - Я почувствовал, будто он помогал мне.

Все четыре члена Коллектива присели вокруг него.

- Что это значит? - спросил Гранит.

- Трудно объяснить, - пробормотал Там, касаясь холодного компресса Линн и перетягивая его на челку. - Но у меня заканчивалась сила, и я подумал... что Прентис мог бы помочь, если бы знал, что я на его стороне. Поэтому я послал сообщение через тень... она не связывалась с его сознанием, клянусь, - добавил он быстро.

Там использовал ту же самую уловку, как при знакомстве с Софи. В Эксиллиуме были строгие правила об общении Сбившихся с Пути, таким образом, их первые разговоры произошли в ее голове. Каждый раз, когда его тень пересекла ее, она открывала канал между ними, позволяя ему шептать непосредственно в ее разум.

- Так или иначе, - продолжил Там, - я сказал ему, что работаю с Черным Лебедем, и что я должен переместить темноту так, чтобы Софи смогла осмотреть его воспоминания. И как только я назвал ее имя, сопротивление уменьшилось, и завеса начала сдвигаться с места.

Гранит прошептал что-то, что Софи не уловила, когда промчался к раскладушке и схватил Прентиса за руки:

- Прентис... ты меня слышишь?

Все перестали дышать.

Ожидая.

Надеясь.

И... ничего.

- Так лучше, - тихо сказал мистер Форкл, прежде чем повернуться к Софи. - Если Прентис отреагировал на твое имя, я бы опасался использовать его, находясь в его разуме. И скорость должна быть существенной. На самом деле я думаю, что мы должны установить таймер.

Он покопался в кармане накидки и вытащил мерцающие кристаллические песочные часы.

- Вы всегда их с собой носите? - спросила Софи.

- Мудрый лидер всегда готовится. У тебя будет десять минут. Не думаю, что ты должна быть в его уме дольше.

Ком в горле не дал Софи заговорить. Но она приложила все усилия, чтобы выглядеть уверенной, когда приблизилась к кровати Прентиса. Фитц встал позади нее, взял за руку, чтобы помочь успокоиться.

- Сожми мои пальцы, если я понадоблюсь, - сказал он ей. - Я быстро пошлю несколько взрывов энергии, на всякий случай.

Софи кивнула, бросив один последний взгляд на каждое из взволнованных лиц ее друзей, прежде чем сосредоточилась на единственном, которое имело значение.

- Я не собираюсь причинять тебе боль, - пообещала она Прентису.

Потом внедрила свое сознание в его разум.

Она опускалась все ниже, ниже и ниже... через темноту и осколки воспоминаний, которые разбивались о ее умственные барьеры. В животе все резко упало с порывом, даже при том, что она знала, что ее тело на самом деле не двигалось.

Чем дальше она падала, тем больше исчезало черноты.

Сначала все стало серым.

Потом белым.

Потом каким-то... другим.

Слишком яркие цвета для ее разума.

Это были все цвета в одном... ослепительно прекрасном в своей чистоте. И когда ее сознание медленно приспосабливалось, другие изображения формировались.

Фрактальные узоры.

Блики радуги.

Все переливчатое и кружащееся.

И на фоне всей этой красоты стояла фигура.

Молодая женщина в бледно-фиолетовом платье, с длинными светлыми волосами и великолепной улыбкой.

- Привет, Софи, - прошептала Джоли. - Я знала, что ты вернешься.

Глава 8

Софи знала, что Джоли на самом деле не существует... но это не делало видение менее реальным.