Зелёные маски

— Ты, Пээтер, всё же обдумай хорошенько свои поступки. Мне почему-то не верится, чтобы зелёные действовали просто так, озорства ради…

На этом обсуждение непонятной истории с зелёными масками закончилось.

Глава 6. Таинственное объявление

Ну разве это не странно! Зелёные маски словно сговорились с матерью Пээтера.

На следующий день они поставили перед ребятами, отмеченными знаком «ВП», примерно такой же вопрос. И как ещё поставили! Публично, на глазах всей школы.

Когда на первой переменке ученики выбежали из классов, они, к своему величайшему изумлению, увидели на школьной доске объявлений огромный лист бумаги, который появился там во время урока. На листе чуть ли не аршинными буквами было написано:

ВСЕМ! ВСЕМ! ВСЕМ!

Среди вас имеются девочки и мальчики, отмененные буквами «В» и «П». Спросите у них, какой некрасивый поступок совершили они перед тем, как им поставили этот знак. Тогда вам всем станет понятна наша благородная цель.

Зелёные Маски

Под последними словами красовалась маленькая маска выкрашенная светло-зелёной акварелью.

Вот это да, выкинули фокус!

Ребята от неожиданности перестали шуметь.

Майму несколько минут назад на уроке русского языка получила двойку, но даже мысль о двойке вылетела у неё из головы. Девочка принялась лихорадочно перебирать в памяти свои поступки в тот день, когда на обложке её тетради появился загадочный круг.

Что же она сделала?.. Утром поднялась с постели, потом позавтракала, потом… потом нагрубила матери… Ой! Неужели из-за этого? Но ведь никто из посторонних ничего не слышал. Во всяком случае, не мог слышать. Не встречается же в самом деле её мать с зелёными масками…

А вчера вечером? Пришла домой из школы. Поела. Потом играла в парке с девочками в пятнашки. Потом готовила уроки. Читала. Опять поссорилась с матерью… Неужели и впрямь из-за этого?!

И Майму уже почти готова поклясться никогда больше не препираться с матерью. Но её размышления были прерваны. Тут же, перед доской объявлений, её окружила шумная ватага школьников и засыпала градом вопросов.

— Где ты была?

— Что ты натворила?

— Припомни!

— Расскажи!

Туго пришлось на этот раз девочке! Не рассказывать же в самом деле о своих ссорах с матерью. А больше и говорить не о чем.

Молчание Майму ещё сильнее раззадорило любопытных.

— Ах, так ты отмалчиваться…

— Боишься сказать!

— Знает кошка, чьё мясо съела!

Наконец терпение Майму лопнуло. Затопав ногами, она пронзительно закричала, перекрывая царивший вокруг галдёж:

— Оставьте меня в покое! Противные!

Вильма дружески обняла растрёпанную, вот-вот готовую, заплакать Майму за плечи и увела её.

Столпившиеся у объявления ребята сразу принялись искать новую жертву.

Ага! Вот стоит Пээтер!

Атака началась. Опять посыпались вопросы. Пээтера дёргали то за рукав, то за полу куртки. Кто-то что-то кричал прямо ему в ухо.

Когда на мгновение установилась тишина, Калью воскликнул:

— Ну-ка выкладывай все свои проделки!

Пээтер вновь взглянул на объявление.

«…какой некрасивый поступок совершили они…» — было написано в нём жирными буквами.

Некрасивый поступок? Что бы это могло быть?

Вдруг он вспомнил о своём самом некрасивом поступке за последние дни. Да. Разумеется, это и есть! Он же избил товарища по классу. Но ведь тот заслужил трёпку.

И, отыскивая глазами Вальтера, Пээтер со злостью крикнул:

— Дал Вальтеру взбучку за то, что он хотел отрубить собаке хвост. Но если ещё раз увижу такое, сделаю то же самое.

Ошеломлённые школьники умолкли.

Калью подскочил к Пээтеру. Глаза его сверкали.

— Ты правду говоришь?

Пээтер посмотрел прямо в лицо товарищу и резко ответил:

— А я когда-нибудь врал?

Калью растерянно кивнул головой и засунул руки глубоко в карманы куртки, словно хотел их успокоить.

Ребята возмущённо принялись искать Вальтера.

— Где этот живодёр?

Втянув голову в плечи и воровато оглядываясь, худенький мальчик с бритым затылком шмыгнул вниз по лестнице.

Ага, вот он где!

Вслед Вальтеру полетел огрызок яблока.

Вдруг среди наступившей тишины послышался неторопливый низкий голос:

— Да-а… Здесь есть о чём поразмыслить. Но швыряться яблоками не стоит. Зелёные маски, наверное, так не поступили бы.

Ребята удивлённо оглянулись. Рядом с объявлением стоял учитель — Аугуст Норман.

— Разве вы знаете, кто они?! — воскликнули Пээтер и Калью почти одновременно.

Учитель Норман с сожалением покачал головой.

— Не знаю. Они пока что для меня икс и игрек. Неизвестные величины. Но ведь можно решать примеры и с несколькими неизвестными.

По толпе детей пролетел лёгкий смешок. Напряжение спало. То тут, то там начали шептаться.

— Скажите, пожалуйста, кто повесил здесь это большое объявление? — громко спросила учителя какая-то маленькая девочка.

Вначале ребята снисходительно улыбались вопросу девочки. Но затем задумались. Действительно! Кто? Вот бы узнать. Тогда одна из масок наверняка была бы у них в руках.

— Кто выходил во время урока из класса?

— В вашем «б»?

— Никто.

— А у вас?

— Никто.

Вскоре все были опрошены; оставалась ещё только одна возможность: спросить у школьной уборщицы, не заходил ли в это время кто-нибудь в школу.

— Ах, во время урока… Многие заходили. — Уборщица сунула метлу под мышку и начала загибать пальцы:

— Перво-наперво пришёл почтальон. Потом водопроводчик — чинить паровое отопление. Потом садовник, тот самый пенсионер, что верховодит здесь в кружке садоводов. Потом повариха, которая готовит обед. Потом…

Раздался звонок. Пришлось прервать разговор на половине. Но, по правде говоря, большой пользы от него и не ждали, — уж очень много народу заходило в школу. Скорее всего объявление повесил какой-нибудь мальчик… или девочка. Хотя в это не очень-то верилось.

После уроков Вильма словно бы случайно оказалась рядом с Пээтером.

— Ну, как сегодня? Понесёшь мой портфель?

Пээтер сердито взглянул на девочку.

— У тебя же руки не болят.

Но Вильма не унималась. Она как-то странно захохотала, точно поддразнивая мальчика, и начала его поучать:

— Какая разница, болят или не болят… Это ведь твоя обязанность — помогать…

— Что ещё за обязанность! — вскипел Пээтер. — Сама дашь сто очков вперёд любому мальчишке. Если надо куда-нибудь залезть или…

— Это не в счёт, — перебила его девочка. Проходя мимо водосточной трубы, она гулко ударила по ней портфелем и вдруг заговорила о другом:

— Так, значит, ты задал Вальтеру трёпку?

— Ну, задал. А что?

— Но ведь он пионер. Такой же, как ты и я.

— Тем хуже.

— Придётся, пожалуй, взять его в оборот. На сборе.

И Вильма сделала рукой такое движение, словно защёлкнула щипцы.

— Ну что ж, берите.

— Как это «берите»?! Ведь ты будешь главным обвинителем. Ты же видел…

— А-а, разве тут болтовня поможет! Отдубасить ещё разок-другой. Небось, тогда сразу возьмётся за ум.

И сколько Вильма ни возражала, сколько ни доказывала Пээтеру, её слова отскакивали от него, как горох от стенки. Пээтер остался при своём мнении: такого, как Вальтер, разговорами не исправишь. Посмеётся только да и примется опять за старое.

Наконец даже Вильму охватили сомнения. Девочка обещала посоветоваться об этом деле с учителем Норманом. Она, как звеньевая, уверена, что какие-то меры принять необходимо. И Калью думает то же самое.

Вдруг Пээтера охватило странное желание: а что, если выкинуть один номер и посмотреть, какое лицо сделает Вильма? Испугается или нет?

Вильма помолчала. Наверное, она ждала, что скажет Пээтер о Вальтере.

Но Пээтер внезапно остановился и с деланной небрежностью произнёс:

— У меня теперь тоже есть эта самая… зелёная маска.