Бродяга

Меня вывели из кареты и повели к дверям, однако я свернул и направился за трактир, прошёл по тропинке мимо разных подсобных сарайчиков и вышел к реке. Там была со столиком в центре беседка, из которой открывался восхитительный вид на горы и на реку. Можно и здесь пообедать, а время, судя по всему, обеденное. Посмотрим, как слуги на это моё решение отреагируют. Никто меня не останавливал, слуг не было, видимо, в трактире распоряжались, но рядом со мной шли два солдата из конного десятка, внимательно поглядывая по сторонам и явно охраняя. Я же, подойдя к тихой речной заводи, сел на корточки и всмотрелся в отражение.

Что ж, личико мне досталось очень даже красивое, не обмануло моё то ощупывание. Прямой аристократический нос, густые брови, голубые глаза, правильной формы лицо и неожиданно пухлые губы. Лёгкая припухлость щёк понятна, судя по виду, телу, в которое я попал, от силы двенадцать лет, но я думаю, младше. Говорю же, пацан. Густые волосы каштанового цвета, падающие на лоб и на затылок, надо будет подстричься. Не люблю такие длинные стрижки. Но этому типу лица, как ни странно, такая стрижка шла. Да, в принципе, любая будет ему к лицу. Уши не топырятся. Так что паренёк, на мой взгляд, вполне симпатичный.

Заканчивая любование своим новым лицом и телом, подумал: жаль, физическое состояние подкачало, дрищ, видимо, силовыми нагрузками пацан не занимался. Что ж, исправим это недопущение. Встав и машинально отряхнув брюки, я прошёл в беседку и сел на лавку, заложенную подушечками, так что было мягко. Дальнейшее меня изрядно позабавило. Показать своё умение вести себя за столом, пользуясь многочисленными приборами, и знание этикета не потребовалось. Всё принесли в беседку, сидел я один, а оба слуги в поклоне кормили меня. Мои руки за всё время обеда лежали на коленях, и я ни разу ими не пошевелил, только открывал рот в одну сторону – мне ложку супа подавали и в другую – где был хлеб. Потом была птица, приготовленная на вертеле, ну и десерт. Длинный платок, заткнутый за ворот, не давал испачкаться, да и оба слуги были на удивление ловкие, и я понял, что они кормят это тело таким образом… да с самого рождения, наверное.

После обеда я решил прогуляться по берегу, давая охране и слугам неторопливо поесть. Солдаты уже сменились, наверное, успели поесть в трактире, а чуть позже подошёл и старый слуга с надменным лицом, с которым я в салоне ехал, и мы отправились обратно к карете. К трактиру в это время подкатили ещё две кареты, которые охраняло шесть конных воинов. Из карет вышла компания молодых людей, три парня и две девушки, подростки от пятнадцати и старше, и стали громко что-то говорить, глядя в мою сторону. Ну, мне наплевать было, я всё равно ничего не понимал и спокойно забрался в карету. Слугам, видимо, было тем более плевать. Так что мы выехали на дорогу и покатили дальше.

* * *

Следующие три дня мы так и двигались по дороге. Горы давно остались далеко позади, река тоже пропала. Обедали мы в трактирах, обычно на открытом воздухе, где меня всё так же кормили с ложечки. Ночевали или в трактирах, или снимали номера на постоялых дворах, а один раз в отеле небольшого городка, куда заехали вечером. На второй день нас догнали те две кареты, и выходило, что ехали мы в одну сторону с одной скоростью и на остановках всякий раз встречались и даже ночевали в одном месте. Конные воины, что мои, что их, вполне дружески между собой общались. Группа же молодых людей при виде меня постоянно что-то говорила, будто в ожидании чего-то, и чем больше я не обращал на них внимания, тем больше они распалялись и заводились. Тем более девушки явно подначивали парней, провоцируя их.

А утром четвёртого дня, когда мы выходили с постоялого двора, дорогу мне перегородили два парня из той компании. Что они сказали, я не понял, но явно что-то оскорбительное. Командир десятка пытался было встать между нами, но я положил ему руку на локоть и нажимом велел уйти вбок, что тот и сделал, подчинившись. Пара, всё больше распаляясь, продолжала говорить, а я, так же не понимая, слушал, слегка улыбаясь. Но когда один сплюнул мне под ноги… Два удара – два нокаута. Левой и правой я нанёс почти одновременные удары, отчего оба парня, старше меня явно года на четыре-пять, легли на плиты у входа в постоялый двор. Перешагнув через тела, я направился к своей карете, которая уже была готова двигаться дальше. По пути я остановился и откровенно насмешливо посмотрел на обеих девушек-дворянок, что так подначивали на конфликт со мной своих трёх парней (третий сейчас стоял рядом с ними у открытой дверцы их кареты). Я сделал движение рукой, и моя щека ритмично вздулась согласно движениям руки. Не имею понятия, знают ли тут, что такое минет, но лица обеих девушек пошли крупными красными пятнами. Похоже, знают. И, усмехнувшись, я подошёл к своей карете.

Мне открыл дверцу молодой слуга, я забрался внутрь и сел, мельком обернувшись. Мне кажется, время замерло: все застыли в шоке, включая моих конных воинов, которые проводили меня выпученными глазами. Правда, они быстро пришли в себя, и всё задвигалось. Старший слуга сел в салон, и мы поехали. Но слуга теперь всю дорогу, сидя напротив, задумчиво изучал меня, пытаясь поймать мой взгляд. Так что пришлось постоянно смотреть в окно. Кажется, старый опытный слуга начал что-то подозревать. Это меня не особо опечалило, не сейчас, так позже все дошли бы до мысли, что со мной что-то не так. Да, а тренироваться надо, костяшки слегка повредил.

Далеко мы не уехали, уже через час нас догнали и остановили дворянчики, требуя возмездия. Они были красными от злости, а на подбородках налились синяки. Ничего себе, это что, тут практикуются детские дуэли? Не кажется ли, что весовые категории разные? Да и возраст тоже? Но нет, я даже из кареты не вышел, не дали, всё старший слуга разрулил. Не знаю, что он им говорил, но успокоить смог, а потом, достав ту шкатулку, поработал с синяками, убрав их. Напоследок низко поклонился дворянкам. Похоже, он за меня гнул спину, извиняясь перед соплюшками. Хм, мне даже стыдно стало, я виноват, а он пригибается. Возраст-то у него солидный. Ну да ладно, ситуацию разрулить смог, группа молодёжи покатила впереди, а мы следом. А на лице слуги так никаких эмоций и не проявилось, он так и сидел напротив меня с надменным видом. Вот только я стал замечать, что, когда он смотрит на меня, стараясь это делать, когда я этого не вижу, взгляд его меняется.

Как оказалось, двигались мы к реке. На ней был крупный город с речным портом. В порту нас ожидало судно. Меня вывели и сопроводили в каюту, но я там недолго пробыл, вышел и с кормы, облокотившись о перила, с интересом наблюдал, как распрягли лошадей, завели в специальные стойла на корабле, а карету вручную закатили на борт, закрепив канатами, чтобы не каталась. Точно не скажу, пока мало информации от увиденного для анализа, но вроде судно не принадлежит родственникам моего тела, скорее всего, просто зафрахтовано. Доставить карету в одну сторону и вернуться с ней и с одним дополнительным пассажиром обратно. Солдаты, обиходив лошадей и приветливо общаясь с матросами, мелькали у люка, ведущего вниз, похоже, обустраивались в кубрике, а вот оба слуги устроились в соседней с моей каюте.

И часа не прошло с момента нашего прибытия, как с помощью буксировки шлюпкой судно было выведено из порта и, уже подняв паруса, направилось вниз по течению. А меня знаками позвали вниз. Похоже, обед готов. Особых разносолов не было, но я всё равно поел с удовольствием, после чего вернулся на палубу наблюдать за работой команды и ходом судна. Ну и дополнительно, когда говорили вокруг, старался понять, что то или иное слово означает и к чему применимо.

Посудина, на борту которой мы находились, оказалась на удивление ходкой. Видя, что мне всё интересно и палубу покидать я не собираюсь, мне принесли стул и камзол – на реке было не особо прохладно, но близился вечер, и он мог пригодиться. Ветер был попутный, так что до вечера мы преодолели приличное расстояние и приблизительно за полчаса до наступления темноты подошли к берегу, где явно находилась оборудованная стоянка. И тут я, плюнув на всё и не обращая внимания на удивление присутствующих, скинул с себя всю одежонку, включая исподнее, и, встав на перила, под остерегающий крик старого слуги, сделав изящный пируэт, тут метра три было до поверхности реки, красиво вошёл в воду. Отлично, с вестибулярным аппаратом у парня всё в норме было. Проплыв под водой метров двадцать, я вынырнул подальше от судна и стал резвиться, то нырял, то брассом плыл, то на спине. Вода быстро сняла утомление от поездки, восстановила меня, а накупавшись, я направился к берегу, где у кромки воды, поджав губы, с полотенцем в руках меня ожидал старый слуга. Хотя обычно такие мелкие услуги и работы проводил молодой. И что он этим хотел сказать?

Пока я купался, на лужайку вынесли складной столик и стул, на стол расстелили белоснежную скатерть, расставили посуду, но впервые слуги стояли рядом, готовые подать всё, что необходимо, но кормить меня явно не собирались. Насмешливо глянув на них, ну раскрылся я, раскрылся, чего уж теперь, спокойно взял приборы и стал ужинать. Старый слуга смотрел за тем, как я принимаю пищу, с очень странным выражением лица. Я бы его назвал… счастливым, что ли? А когда он укладывал меня в каюте, то стал задавать вопросы, это было впервые с момента нашей встречи. То, что это вопросы, я понял по интонации, на что я лишь пожал плечами, и, указав на стул, вопросительно посмотрел на него. Потом показывал на разные предметы мебели и также вопросительно смотрел, пока тот не догадался начать озвучивать, как тот или иной предмет назывался. Очень радостным голосом озвучивал. Ну вот и хорошо, может, немного язык подтяну. Не знаю, сколько нам плыть, но всё свободное время пущу на это. Похоже, опытный, но строгий учитель у меня теперь появился.

Наше плавание по реке длилось три недели. Это с учётом того, что пять дней мы простояли в одном месте, пережидая непогоду. И с утра до вечера мы со старым слугой занимались обучением. Местный язык оказался не особо сложный. По крайней мере, за три недели я запомнил порядка трёхсот слов, теперь всё прекрасно понимал и даже мог формировать простые фразы. Старый слуга не мог не нарадоваться. Правда, на все мои вопросы по теме прошлого этого тела он предпочитал отмалчиваться, так что ответа я так и не получил. Мол, прибудем к моим родителям, и те сами всё расскажут. Ну и я тоже о себе молчал. Считали, что немой дворянчик – молчун, пусть и дальше так считают. Но я хоть узнал, в чьё тело попал, и ранее предполагал, что родители имеют высокий статус, а тут полностью подтвердил свою догадку.

Старый слуга сообщил, что теперь моё имя – граф Арнес Вивьен Ар-Биной. Я сын герцога Вивьена Гур Ар-Биноя и герцогини Бьянки Деи Ар-Биной. Отец адмирал, командующий военным флотом империи Эмини, по территории которой мы уже какую неделю плывём. Мать, считай, домохозяйка. Однако у Арнеса имелись три брата и две сестры. Арнес был самым младшим, и, со слов несколько замявшегося старого слуги, младший братишка у старших популярностью не пользовался, да и видели они его мало. Арнеса держали в самом дальнем поместье на границе империи. Кстати, тут я и узнал, как паренёк попал в рабство. Да просто: на поместье напали и сожгли его. После трёх месяцев мытарств Арнеса вернули за выкуп. Отправился за ним доверенный слуга герцога Лучин. Так вот, именно Лучин до шести лет заботился об Арнесе, пока, видимо, родители не убедились в слабоумии сына и не отправили с глаз долой. Последнее я сам додумал. Так логичнее. Такие важные, известные люди, адмирал флота, и чтобы сын – урод? Так что правильно сослали. Хм, а мне теперь что делать?

Сегодня мы прибывали в столицу империи, находившуюся в устье реки. То, что мы до моря добрались, я и так чуял, йодом запахло. Пока море не видно, но уже час, как по берегам набережные с обеих сторон пошли и сплошные застройки. Двух-трёхэтажные дома. Каменные. Большая столица, я даже не ожидал. Как пояснил Лучин, столица в основном вытянута вдоль реки, а поместья или загородные дома с приусадебными участками находятся на окраинах. Дальше будет крепость и дворец императора. Рядом – особняки видных людей города, включая отца Арнеса. Своим я его не считал, да и как тут посчитаешь? Пообщаемся, как сможем, и расставим все точки над «i». Перед герцогом я маскироваться не собирался. Главное – поговорить с ним, по ходу беседы и решу, говорить или нет. Как пойдёт та. Лучин наверняка доложит о просветлении в сознании младшего сына, вот по результатам и буду отталкиваться.

Когда река расширилась и облагороженные набережными берега остались позади, я увидел в центре устья, на острове, ту самую крепость, а слева на берегу – дворец императора и район элитных особняков. Хм, когда Лучин говорил о крепости и дворце императора, я думал, что это одно и то же. Ан нет. И красивый вид оказался. Судно стало поворачивать к пристани, но не влево ко дворцу и особнякам, а вправо, где был крупный порт, как речной, так и морской, как я понял, там мы и пришвартуемся. Причина проста в таком решении: карету скатить на берег можно было только здесь. Около часа длилась выгрузка, после чего мы устроились в карете и покатили в город. На другую сторону столицы через реку перебрались на одном из шести паромов, действовавших на реке.

К нашему поместью, большому, я бы сказал, мы подкатили уже вечером. Солдаты отправились в казармы, так как они числились в личной сотне адмирала, его гвардейцы, а мы, въехав на территорию поместья, подкатили к входу в особняк. Ну вот, казалось бы, и час икс, сейчас всё и решится. Однако, к моему удивлению, встречали меня только слуги, которые отнесли сундук с моими вещами в одну из комнат во дворце, где я и остался ждать. Лучан куда-то подевался. Никто из семьи так и не встретил, да и не увидел я их. В комнате оказалось ростовое зеркало с очень дорогой рамой, фигурно вылитой из бронзы, с украшениями. Тут были сцены охоты. Встав у зеркала, я внимательно осмотрел себя. Да уж, хлюпик с тощими плечами и цыплячьей грудью. Три недели, как делаю зарядку и силовые нагрузки, а внешне это никак не сказалось. Ладно хоть, загорел хорошо, вон кончики волос выцвели. Мне мой вид понравился, а физическое состояние я подниму. Вот подстричься обязательно нужно, совсем оброс.

А вот и Лучан. Постучавшись, он вошёл в спальню и, слегка поклонившись, сообщил:

– Ваше сиятельство, ваш отец и ваша мать просили передать, что они находятся на званом ужине у императора и будут поздно. Ваша встреча с ними откладывается до завтра.

– Хорошо, Лучан, благодарю. У меня есть несколько вопросов, и я хотел бы их прояснить.

– Вы неправильно фразы построили, – поправил меня учитель и объяснил, как нужно, так что я исправился, ну и поинтересовался по поводу магии и магов.

– Магия есть, и маги тоже.

– Это редкость?

Слуга задумался, прежде чем ответить, видимо, вопрос не самый простой:

– Маги есть, не так много, как нужно, но есть.

– Ты лечил меня теми камнями. Это работа мага?

– Мага-создателя, – поднял тот палец. – Это большая редкость. В столице их всего тридцать шесть.

– А остальные тогда кто?

– Они маги.

– Кажется, я понял. Спасибо, Лучан, иди отдыхай. День выдался тяжёлым.

– Как прикажете, ваше сиятельство. Но как же отход ко сну?

– Не волнуйся, я и сам справлюсь.

– Но так не принято.

– Я никому не скажу, не беспокойся.

Лучан ещё раз поклонился и покинул мои покои, как я понимаю, временные. Адмирал, со слов Лучана, мужик суровый, боевой офицер, и от него можно ожидать чего угодно. Кстати, самая большая пикантность в даунизме Арнеса в том, что после рождения его обручили с дальней родственницей императора. У них разница всего в два месяца, Арнес был старше, и это обручение официально зарегистрировано и подтверждено церковью. Просто так не разорвёшь, а жених – идиот, и это из разряда анекдотов. То-то младшего сынка в дальнее поместье сослали. Я не удивился бы, если бы нападение на поместье было организовано самим папашей. Погиб сын, с адмирала и взятки гладки, всем это удобно. А тут раз – выкуп просят, и куда деваться? Выкупил. Так что чую, действительно разговор непростым выйдет. Ладно, спать пора, завтра будет видно, что и как.

* * *

Утром Лучан снова помог мне одеться, это уже становилось привычкой, причём мой гардероб не такой и богатый. Да всё, что было в том сундуке, не более. Вон он у входа стоит. Всё, что в нём было, сейчас в шкафу висит или лежит. Правда, я своему синему костюму не изменил, остальное откровенно бабское, с разными подвязками и цветочками. Мой костюм только что доставили, пахнет свежестью, постирали и выгладили за ночь. Причём, похоже, руками, магию на такие пустяки никто не использует. Я вообще заметил, что здесь отношение к магии воодушевлённо-трепетное, но постоянно её не используют, с большой редкостью. Я лично был свидетелем этого лишь дважды: подошвы ног мне заживляли да подбородки тех дворянчиков. Может, просто Лучан старался не применять, у меня же основное общение с ним было. Тоже поди угадай. Семья, как я убедился, довольно богатой была, могла себе позволить. Скорее всего, просто не принято было. Информации мало, пока непонятно.

Пока Лучан помогал мне одеваться, костюмчик отлично сидел, я размышлял. Не скажу, что всю ночь это делал, как ни странно нет, вырубило сразу как на кровать лёг, что позволило просто отлично выспаться, но раз сейчас есть свободное время, то почему и нет, тем более вскоре семейный завтрак предстоит, буду знакомится с семьёй Арнеса. Однако додумать я не успел, зашёл слуга, этого я ещё не видел, и сообщил, что хозяин ждёт меня в своём кабинет. Хочет поговорить до завтрака. Вот оно, что ж, идём. Кстати пока шли, я обдумывал одну немаловажную деталь. Семейным считалось левое крыло особняка, там и располагались комнаты герцога с женой и их детей, а мне выдали апартаменты в правом крыле, гостевом. Навевает на не самые приятные мысли.

Стучаться в дверь слуга не стал, а сразу открыл, пропуская меня внутрь. Кабинет был достаточно хорошо освещён, шторы на двух высоких, но узких окнах были открыты. У меня в комнате тоже узкие окна были, видимо это такой стиль был у архитектора. Похоже, кабинет скрестили с библиотекой, так как все свободные стены были заняты полками с книгами, у окна высокий массивный стол, за которым сидел герцог, пожилой мужчина в домашнем халате, на вид ближе к шестидесяти годам. Виски уже покрыты серебром. Теперь понятно на кого Арнес похож, он был копией своего отца, не спутаешь. Тот с некоторым интересом смотрел на меня, познавательным. Так смотрят на собачку, что внезапно заговорила, и смотришь, и не знаешь, как на это реагировать. Может я чуть сгущаю краски, но вроде правильно распознал взгляд герцога. И да, кабинет был пуст, кроме нас двоих больше никого. И пока меня вели, кроме двух слуг никого мы больше не встретили. Или хозяин тут так крут, рявкнул сидеть по комнатам, вполне в его духе, характер и харизма присутствует, или может просто ещё встают, просыпаясь. Десять часов утра, для дворян наверняка несусветная рань.

– Доброго утра, ваша светлость, – проходя в комнату, сходу сказал я. Как тут обращаются к знати, меня ещё Лучан научил. Уроки на борту судна давал. Родственник не родственник, а проявляй уважение.

– Заговорил, – задумчиво протянул герцог, видимо до последнего момента сомневаясь.

– Нет, я уже говорил раньше, и я не ваш сын. Это ошибка.

Я не стал тянуть время, убеждать что я действительно сын герцога и герцогини, ну и решил свалить из этого дома. Да не нравилось мне тут, слишком всё приметно, народу порядочно шастает, а я перекати поле, новый день – новый вид. Хозяину особняка пришлось изрядно постараться чтобы расшифровать мои малосъедобные фразы. Однако иногда поправляя меня, тот всё же понял, что я хочу до него донести, поэтому тот возразил:

– У моего сына три родинки на плече, по словам Лучана они на месте.

Приметив зеркало на стене, я подошёл и откинув полу камзола, оголив плечо, посмотрел, выгибая шею. Хм, действительно, с помощью зеркала на лопатке видны три характерных родинки. Как метка. Раньше я про них не знал, не видел, а мне никто не говорил. Вздохнув, версия на то что я просто похож на их сына отпадает, хотел этим прикрыться, мол, забоялся сразу признаться, чтобы меня горцам не вернули. Вернувшись к столу, я сел на стул, до этого я стоял за его спинкой, и задумавшись на миг, стал рассказывать, но сильно отредактированную версию, что я из технического мира, там умер, я моя душа неведомым образом попала в это тело, я не их сын, а душа их сына умерла. Герцог слушал с большим вниманием, и довольно толково помогал мне с перестановкой фраз, и правильным их построением, ну и подсказывал, если я какое слово не мог подобрать.

– Значит переселенец? Другая душа? – пребывая в задумчивости, осведомился герцог.

– Да, и я хотел бы уйти. Я могу официально признать, что я не ваш сын, забоялся говорить, чтобы меня не вернули в рабство, и только сейчас признался. Я даже смогу подтвердить, что видел вашего сына и как он умер от невыносимых условий в горах горцев. А те видя нашу схожесть, решили выдать меня за него, выкуп терять не хотели.

– Родинки?

– Сведём. Прижгём, скроем ожогом. Вариантов много.

Герцог протянул руку и взяв колокольчик затрезвонил им, а когда вошёл слуга, сразу, видимо под дверью ждал, я только движение двери позади уловил, оборачиваться не стал, то хозяин кабинета велел ему позвать какого-то мастера Гуана. Это если я правильно понял. Слуга ушёл, а герцог, глядя на меня, сообщил:

– Это мой старинный друг, заночевал у нас после бала у императора. Также он главный маг флота империи. Именно мастер Гуан принимал участие в твоих родах, и он хорошо знает ауру Арнеса, видел его до шести лет. Если не будет совпадения, то и говорить нам не о чем… Пока его нет, поговорим. Кем ты был в своём мире?

– Бродягой, – пожал я плечами.

– Да, бродяга в теле дворянина высшего света, – пробормотал хозяин кабинета. – Что может быть лучше?

Для меня эта версия была предпочтительнее, тем более я не сильно соврал и любил бродить по миру, где на байке, где, а именно на Хлое, своими двоими или на парашюте. Так что в данном случае эта версия мне казалось самой предпочтительной. Герцог крут, главное убить меня не приказал, уже не родной человек, чего жалеть. По краю иду, что я не мог не понимать. С другой стороны, тело-то сына, может и пожалеет. Тем более я сам предложил выступить свидетелем смерти его сына, официально подтвердив это. Что тому тоже было удобно. То есть, убивать меня не стоит, тихо прикопав где-то, многим известно, что меня привезли, и как потом объяснить повторную пропажу младшего сына?..

Тут в кабинет буквально ворвался толстячок, очень жизнерадостный толстячок, прерывая наш разговор и мои мысли. Тот поздоровался с нами, и лучась довольством и радостью поинтересовался что случилось. Ну и поздравил герцога с возвращением сына:

– Этот мальчик утверждает, что он не мой сын. Арнес погиб у горцев и его те выдали за выкуп, запугав. Это так, ты можешь это проверить?

– Родинки? – сходу осведомился тот.

– Я велел слуге проверить, говорит нет.

Удобная версия, если что, можно свалить на слугу, мол не то плечо посмотрел. Маг же, встав чуть в стороне и прищурившись, явно стал изучать мою ауру. Вот он на миг замер, удивлённо заморгав, потом обошёл меня и посмотрел с другой стороны, после чего с некоторым недоумением пробормотал:

– А мальчик не врёт. Конечно с возрастом аура ребёнка меняется, новые эмоции и чувства появляются, но всё равно имеет схожесть с родителями, а тут ничего подобного нет. Мальчик не лжёт в этот раз, он действительно не твой сын.

– Ты сможешь официально это подтвердить? – уточнил тот.

– Конечно. Кто как не я из магов хорошо знал твоего младшего сына?

– Благодарю, – слегка склонил тот голову, и попросил. – Оставь нас.

Когда маг вышел, продолжая излучать во все стороны оптимизм, мне нравиться такие люди, они любят жить, то герцог сказал:

– Я принимаю твоё приложение. Слуги сведут родинки, а ты официально подтвердишь свои показания по пребыванию у горцев, сообщив о смерти моего сына. Сейчас я вызову офицера тайной стражи из магистрата столицы, он оформит документы свидетеля. Это нужно чтобы моего сына официально признали мёртвым, мастер Гуан дополнительно подтвердит эту версию. После этого ты волен идти куда хочешь. В своём доме я видеть тебя не хочу. Раз ты бродяга, то выжить и сам сможешь.

– Благодарю, ваша светлость, меня всё устраивает.

– Подождешь пока в комнате где провёл ночь. Лучан всё сделает.

Молча кивнув, я встал и направился к двери, где меня перехватил слуга и повёл обратно в апартаменты. Когда мы проходили лестницу, то я заметил, что наверху, на втором этаже, стоит парень, лет тридцати, и облокотившись локтями о перила, сложив руки, с интересом, но несколько брезгливым, смотрел на меня. Видимо один из родственников Арнеса, старший брат. Тот был в форме, предположу, что в форме морского офицера. Династия сказывается. Я лишь скосил на него взгляд, не особо изучая, и двигался дальше за слугой, не останавливаясь. Тут действительно можно заблудится, махина здания огромная. В спальне я провёл не полный час, когда открылась дверь и в комнату прошёл Лучан. За ним зашли двое слуг с жаровней в руках. Ясно, герцог отдал приказ убрать особые метки, можно сказать паспорт Арнеса.

Лучан бледным выглядел, мало чего понимающим, видимо ему просто поставили задачу ничего не объяснив, но тот выполнил всё от и до. Сначала выгнал слуг, то что дальше произойдёт, видеть те не должны, после чего проверил как накалился прут в углях. Я уже скинул камзол, а сейчас снял и рубаху. После чего, просто сел на стул, слегка наклонившись вперёд, чтобы Лучану было видно, и замер, ожидая начала натуральной пытки. Сначала тот ножом по живому срезал кожу, а потом прижёг прутом. Я только шипел от боли, едва удержался, больно. Дальше Лучан меня удивил, воровато осмотревшись, достал из-за пояса один из тех камешков и стал водить над раной. Боль ушла, да и тянуть там престало. После этого тот проветрил комнату, оставив окна открытыми, а я прошёл к зеркалу. Шрам от ожога есть, но заметно подживший его уверенно можно назвать старым. Полгода не меньше. Спасибо тебе Лучан. Тот уже вызвал слуг, я рубаху накинул и застегнул её, ну и камзол сверху. Слуги унесли жаровню, а Лучан, низко поклонившись, ушёл следом. Почти сразу мне занесли завтрак, кашу, обычную кашу на молоке с маслом, плюс стакан молока и кусок ноздреватого хлеба.

Есть очень хотелось, так что я быстро всё смолотил. Слуги унесли грязную посуду, а я стал ожидать офицера. Прибыл тот только через час, и меня сразу отправили в кабинет герцога, где кроме него самого, находился дородный, да откровенно толстый мужчина с обрюзгшим лицом, но видимо в форме. Тот стал активно меня расспрашивать, удивился плохому знанию языка, но записал протокол с описанием гибели герцога. Я не стал особо разукрашивать, а сообщил полуправду. Так и описал, бросили того в реку чтобы помыть, а вытащили на верёвке труп. Нежным граф Арнес оказался, вот такие дела. Всё это офицер и записал, включая ужасающие обращение горцев к дворянину и пленным вообще. Естественно мне нужно как-то представиться, вот я и представился, Ганом Бутом, сыном горшечника с Островов, что вполне удовлетворило офицера. А имя и откуда я, мне через герцога передал слуга, пока вёл сюда в кабинет. Видимо тот и этот момент продумать успел. К нам ещё забегал дружок герцога, маг, тот и подтвердил, что я не Арнес, поставив свою подпись на документе, а вот я ничего не подписывал, опросили и всё.

Перед тем как отпустить офицера, герцог уточнил у того, когда он получит официальную бумагу подтверждающую гибель младшего сына. Обещали через три дня, нужно через все реестры и архивы их провести. После этого офицер непрестанно кланяясь покинул кабинет, а сам местный хозяин перевёл взгляд на меня. Теперь тот был у него задумчивым.

– Я надеюсь ты в будущем не будешь говорить, что являешься членом моей семьи. Это чревато. Сейчас слуга выведут тебя за ворота. Что ты будешь делать, теперь меня не касается. Одежда что на тебе сейчас, оставлю. В дар. Это всё.

Зашедший на звонок вызова в кабинет слуга, выслушал распоряжения герцога, и сопроводил меня на выход. Ворота въезда на территорию усадьбы закрылась, и всё, я свободен. Что-то как-то всё просто оказалось. Честно говоря, я действительно не думал, что будет так легко. Машинально поведя плечом, лопаткой покрутил, где травма была, я быстро осмотрелся, и энергичным шагом направился вглубь города. Свалить нужно поскорее, пока герцог не передумал.

Дворяне не бегают, это привлекает внимание, а весь мой вид, особенно одежда, на это намекали. Поэтому я шёл не так и быстро, но широким шагом. Повернув на улицу, ведущую в сторону набережной, прикинул, по ней прогуляюсь до центра, там поищу рынок. Мне нужны средства, а получить их быстро, это продать одежду что была на мне. Слишком она привлекает внимание, дорогая, поэтому я надеялся получить за неё хорошую цену. Куплю более дешёвую, но крепкую одежду, подростковую, сумку, да вещи. В общем, по деньгам будет видно. Обувь тоже продам, и она дорогая и стильная, но для дальних походов негодная, будем подыскивать что другое. Тут тоже нужно проявить осторожность. Любой торговец может за шкирку взять и привести к стражнику, вот, мол, украл одежду дворянина. Как я смогу убедить что одежда теперь принадлежит мне и её продажа вполне законная? Придумаю что-нибудь, а может и правду скажу. Герцог мне сам её подарил. Столица, наверняка в слухах о возвращении младшего сына адмирала, уже мусолят. Надо будет на месте разобраться, там посмотрим.

Выйдя на набережную, километров пять прошёл до неё, мимо разных роскошный особняков, тут дома уже не такие дорогие были, но всё равно принадлежали видным людям города. Заложив руки за спину, неторопливо шагая, поглядывая на воды реки и множество лодок, шлюпок и баркасов, что по ней курсировали, я размышлял, собирая воедино все сведенья что удалось услышать за эти дни, анализируя их. Пока меня интересовала тема по магии, остальное всё житейское, решу, не проблема. Так вот, как я понял – создателями, называли артефакторов. Остальыне маги или слабосилки или могут плести слишком толстые линии и являются боевиками, ну или ещё кем. В общем, такое количество артефакторов на подобную столицу, это не просто мало – это мизер, ничто. Поэтому я не удивлён такому трепетному отношения к амулетам. Я не знаю какие отношения тут к магам, поэтому сообщать о том, что тоже явлюсь магом, а я был в этом уверен, нужно лишь провести инициацию в каком тихом месте, никому не стоит. Сначала поживу тут, знание языка подниму, обживусь, заодно побольше информации соберу. Особенно по магам и магии.

Вот об этом обо всём я и размышлял, двигаясь прогулочным шагом, изредка делая движение головой, отбрасывая чёлку, что падала на глаза, в сторону. У меня это уже рефлекторно выходит. Я уже пару раз останавливал прохожих и уточнял по поводу рынков. Оказалось, тут их с десяток было, мне описали где находиться ближайший, и я направился туда, уйдя с набережной в одну из узких улиц, стены которой подпирали высокие каменные дома. В Чехии, когда я там был, в одном старинном городке, так там всё также выглядело, и черепица на крыше схожая была. По этой улице я и дошёл до нужного перекрёстка, где рассмотрел границы рынка, со множеством людей там, ну и направился дальше. Пройдя на саму территорию рынка, я стал гулять по рядам, изучая представленный товар, чувствуя себя здесь белой вороной. Да, продать одежду будет трудно, ассортимент тут другой, мой камзол, это эксклюзивно пошитая одежда, продать сложно будет. Хотя и возможно. Приметив торговца с плутоватым лицом, у меня такое же было, когда я на Хлое жил, и подойдя, поздоровался с ним, на что тот сразу откликнулся:

– И вам здравствовать, ваше благородие.

– Я не дворянин, – сразу я остановил того, отчего торговец нахмурился, назвал простолюдина дворянином, это не поощряется.

Правда, я по правилам принятым на Хлое судил, как тут ещё не знаю, но выражение лица торговца думаю интерпретировал правильно, поэтому постарался пояснить:

– Меня из рабства выкупили, горцы уморили сына адмирала, и те меня выдали за него. Герцог меня простил и отпустил. Только денег не дал, вот хочу продать всю одежду что на мне.

Старался я говорить максимально коротко и понятно. Тот морщился от моих слов, но смог продраться через дебри акцента и разобрался в чём суть. Моё предложение конечно же его заинтересовало, так что тот предложил пройти внутрь своей лавки. Дальше начался торг, однако благодаря беседам с Лучаном, более-менее цены я знал, а походив по рядам, прикинул сколько может стоит такая одежда как на мне. В общем, поначалу торговец предложил от силы процентов десять от стоимости одежду, на что я только рассмеялся и сообщил сколько та в действительности стоит, скинул треть и дальше торг продолжился. Опыт-то у меня есть, полгода на торговца в столице Ханства работал. В общем, остановились мы примерно на половине реальной цены за этот комплект одежды. А продавал я его полностью, нательная шёлковая одежда, рубаха, брюки, носки, ремень, штаны, камзол и полусапожки. Вот головного убора не было. Не понравился, оттого и брать не стал.

Торговец даже пот со лба вытер, яростная торговля его слегка утомила, и тот с некоторым уважением стал поглядывать на меня. Сам тот применял в торговле не совсем хорошие и правильные методы, нажимал на вызов стражников, что я могу вором оказаться и всё такое. Шантаж в лёгкой форме, но он был. Но договорится мы смогли, цена устроила обе стороны. Однако прежде чем передать товар и получить деньги, я уточнил по одежде для меня, я же не выйду голым на рынок, на что торговец захихикал, видимо представив себе такой вид. К сожалению, тот хоть и торговал одеждой, но в основном для взрослых. Тот надолго закопался в мешки и наконец смог найти сильно мятые, но отличные коричневые штаны мне по размеру. Я проверил, то что надо. Тут мы снова впали в яростный торг, я напирал на то что штаны у него явно лежалый товар, что они не стоят этих денег, а тот защищал свой товар и старался продать его подороже. Плут он и есть плут. В общем, купил я штаны за шесть медных монет, переплатив на пару монет точно. А за свою дворянскую одежду я получил две монеты золотом тридцать шесть серебром и почти сотню медью. Причём получил просто на руки, кошель торговец зажал. Ну и ладно, у меня платок остался, тот, с вензелями, в него я всё убрал и крепко навязал узлы, а сам платок в карман сунул, благо у брюк они были, два спереди, внутренние, отчего тот сильно оттопырился.

Только после этого я покинул лавку этого жучары. Причём требовалось побыстрее подобрать одежду, как я заметил, тут ходить, не смотря на жару, с открытом торсом было не принято. К счастью, подходящая рубаха, кремового цвета, попалась быстро, через три прилавка от лавки плута. Примерил и убедившись, что размер мой, прошёл в лавку и достал из кармана горсть медяков, сразу расплатившись. Я не всё в платок завязал, половину медных монет просто ссыпал в другой карман и шагая, держал их обеими руками на случай попытки обворовать. У этого же торговца, закатав рукав рубахи, мне так привычнее было, я купил отличный кожаный ремень, и кошель к нему. Ремень продел в проушины и застегнул, то что надо, кошель сверху повесил и внутрь медь ссыпал. От торговца узнал где можно найти обувь по ноге, и направился в указанную сторону, и по пути приметил нательное бельё у другого торговца, то есть, в этот раз у торговки, женщина была. Бельё было привычное мне, как армейское, рубаха и кальсоны на завязках. В общем, зашёл, и раздевшись, тут что-то вроде закутка было, примерил. За семь медных момент взял. Снова одевшись, стал изучать представленный товар у торговки. Уточнил по поводу куртки, и та сразу крикнула соседу, и тот принёс три куртки, одна тёмно-серая вполне по размеру была, с четырьмя карманами и высоким воротом что поднять можно. Её и взял. Та из парусиновой ткани была, плотная, не продуваемая. Можно укрываться по ночам.

Оплатив куртку, за неё целую серебряную монету запросили, но видно, что та того стоила, после небольшого торга, я сбил на три монеты цену, оплатил серебрухой, и мне дали сдачу. Но от торговки я не уходил. Купил у неё широкополую шляпу, и размер мой, и в тон подобранной одежде подходила, да и от солнца защищала. Так что я направился дальше, повесив куртку на сгиб локтя. И снова не успел дойди до лавки торговца обувью, как приметил заплечный вещевой походный мешок, неплохой. Новенький, крепкий на вид. Тут такой товар в разных размерах представлен был, ещё корзины плетённые продавались. Поискал и подобрал вполне подходящий вещмешок, литров на сорок. Тут же и котомку подобрал. В общем, куртку убрал в мешок, его сразу на спину поместив, в куртку и узелок с деньгами незаметно завернул, котомка на боку, пока пуста, и направился дальше. В этот раз уже ничего не мешало мне дойти до нужных рядов, тут несколько торговцев занимались продажей обуви. Найти и подобрать нужный размер, оказалось не проблема. Взял те же полусапожки, но уже походный крепкий вариант, на размер больше взял, портянки скрыли эту проблему, да и расту я. Кстати, взял дополнительную пару портянок, запасную. После этого я направился в сторону рядов где можно продукты купить, да утварь.

Снова пока шёл по рядам, совершал покупки. Кстати, двигался я так чтобы отслеживать всё вокруг, всё же некоторый опыт в этом был, чтобы выявить интерес именно ко мне, и он был. Три парня работали, примерно моего возраста. Дважды пока один отвлекал меня, другой пытался срезать кошель. Работать те начали от соседней лавки плута, видимо тот и навёл чтобы вернуть свои деньги, хотя бы часть. В общем, мне это надоело, и при очередной попытке, я так двинул в солнечное сплетение тому что кошель пытался срезать что он согнулся, а я подхватил из его руки крохотный нож, настоящий засапожник заточенный до бритвенной остроты, так что на ходу, быстро наклонившись, сунул его себе в сапог. Больше попыток подойти ко мне те не делали, поначалу мелькали в стороне, но потом совсем пропали. Поняли, что я засёк их действия и работать больше не дам, засветились те.

Всё это произошло у прилавка торговца разным холодным оружием, что положив локти на прилавок с интересом за всем наблюдал. Кстати, это гном был.

– Неплохо, – прокомментировал тот, когда я подошёл.

Меня его восхищение не особо волновало, поэтому изучив выставленный товар, ассортимент был неплох, я сказал:

– Мне нужно два ножа, обеденный и боевой, с ножнами, простыми из кожи, а также небольшой походный топорик, сталь хорошую, а ручку не украшенную.

– Повтори, я не всё понял, – смутился продавец.

Пришлось повторить, говоря никоторые слова несколько раз, видимо неправильно поначалу выговаривал слова, тот так и морщился. Ну не знаю, при торговле с плутом, тот особо на это внимания не обращал, сколько эмоций, сколько экспрессии было. Он буквально жил, упивался нашей торговлей. Маньяк от торговли. В этот раз продавец разобрался с тем что мне нужно и достал несколько ножей. Не тех что с прилавка, а простых, действительно походных, с лезвиями из хорошего металла. Я довольно профессионально проверил, и купил два ножа, обеденный с двухсторонней заточкой, длиной десять сантиметров. Ну и боевой, двадцать пять сантиметров нож, с односторонней заточкой, на мой охотничий похож был, на Земле остался в моей московской квартире. Вот топорик выбирал долго, мне предоставили на выбор шесть штук, и после проб, покидал, лезвия проверил, как рукоятка держится, выбрал подходящий. За все покупки тот попросили девять серебряных монет, да, металл у ножей дорогой был, очень качественный. Да и топорик неплох был. Топорик и боевой нож я убрал в вещмешок, а ножны с обеденным ножом повесил на ремень рядом с кошелём.

Я уже собирался уходить, когда продавец поинтересовался, не нужна ли мне фляги для воды? По виду я куда-то собирался в поход, и фляга – это та необходимость, без которой не обойтись. Оказалось, тут и флягами торговали, они просто не на виду висели. Тот достал, и я подобрал жестяную, обшитую коричневой кожей на два литра в виде блина, плоской она была. И переносилась на длинном ремне на боку как котомка. В общем купил, за три серебряных монеты, так как фляга была посеребрена внутри, что позволяет долго сохранять воду свежей. Флягу я убрал туда же, в вещмешок, и после этого направился дальше. Потом я купил отличное одеяло, тоже новое, полотенце, и в рядах где утварь продавали, взял котелок, небольшую сковороду, вот чайник брать я не стал, а взял литровую кружку. Прямо в ней и буду кипятить воду. Тарелку подобрал, ложку и вилку тоже. Дальше прогулялся до продовольственных рядов, закупая всё что нужно, не забыв местный чай. Котомка и вещмешок уже полны были, и жуя на ходу тут же купленный пирожок с капустой, в котомке ещё полтора десятка лежало, на весь день взял, направился к набережной. Лодки курсировали через реку постоянно, за одну медную монету можно было переправится. По пути я приметил цирюльника и зайдя, отстояв очередь, она была, сел на стул и сказал, что мне нужно. Пришлось несколько раз объяснять, для примера тыкая пальцем в одного мужчину, что присутствовал в зале. Мол, как у него хочу. Цирюльнику явно жаль было резать мои локоны, да очень красиво всё смотрелось, но я настоял. Две монеты, и я был коротко, но вполне хорошо оболванен. Ну наконец-то.

Через реку я не на частной лодке переправился, тут многие так зарабатывали, платя налоги, а на рейсовом пассажирском паромчике. Сел на лавку и стал дожидаться отправления, лодка ходила по расписанию, и вскоре оказался на другом берегу. Цена та же, медная монета. До порта я добрался ближе к полудню, на своих двоих шёл, не стал останавливать наёмную коляску, хотя это и ускорило бы дело. Я не знаю, что решит герцог, но мне лучше свалить из столицы чтобы не мозолить ему глаза. Мог ведь тот и приказ отдать на ликвидацию, зачем ему такой свидетель? Ещё как мог, поэтому я так основательно и готовился. А добравшись до порта, поспрашивав местных докеров, это грузчики такие, узнал к кому нужно обратится чтобы купить лодку. Обязательно морскую.

Пожилой старик, служащий в администрации местного порта, он отвечал за конфискат, устало переставляя ноги дошёл наконец до отдельного охраняемого причала, где и покачивались арестованные лодки, выставленные на продажу. Понятно, что хороших лодок тут не найти, служащие сами их выкупали и продавали с наценкой, имея с этого денежку малую, но найти подходящее судно было возможно. Моё внимание сразу привлёк один из трёх баркасов. Десять метров длиной, тот имел крытый нос, с небольшим трюмом, полуметровые слегка заваленные борта. Высокий форштевень и слегка расширенный нос, способный взбираться на морские волны. Остальное всё открыто было, включая корму, где имелся румпель. Мачта высокая, корпус узкий, вполне на мой взгляд ходкое судно. Латинский парус был уложен небрежно на рее, но главное был. А вообще баркас по виду комплектный, не разграбленный. Большеват для меня, но мне понравился. Вот только подойдя, я слегка поморщился. Теперь понятно почему его ещё не продали. Рыбачий, рыбой от него несло. Однако я уже решил, к запаху привыкну, но баркас беру.

– Сколько?.. Цена какая?.. – пытался достучатся я до старика.

Тот с охранником общался, так что отвлёкся и разобрав что я хочу, сообщил, что цена баркаса две золотых монеты ровно. Цена, установленная комиссией, и она не меняется, торг тут неуместен. Хочешь бери, не хочешь, ищи что другое. А я хочу. Судёнышко новым было, года три, свежее, и ещё долго прослужит, я его полностью облазил. Так что я кивнул, поморщившись, судно я беру. Чёрт, плохо дело, одну монету я планировал пустить на закупку материалов для создания пентаграммы, ну и драгоценных камней, хотя бы мелких. Кварц тут всё же не подойдёт, не даст закончить процедуру до конца, раньше рассыплется и всё пойдёт прахом. Если только крупные камни кварца, да и то вряд ли, а рисковать я не хотел. Ладно, придумаю ещё что-нибудь. Проходить инициацию мне ни к спеху.