Сад желаний. Рубаи

238

У четырех стихий в плену и у семи планет — И ты решил: спасенья нет, погаснет скоро свет… Спасенье есть! – Ты пей вино! – тебе я повторяю, А коль уйдешь – так навсегда – оттуда хода нет.

239

Никто не победил гремящий небосвод, Никто не усладил свой алчущий живот. А ты кичишься тем, что, мол, тебя не съели… Немного погоди, придет и твой черед.

240

Тому, кто каждый день имеет хлеб, Понять бы надо, если не ослеп, — Не должен он прислуживать ничтожным, Ведь этот путь бездарен и нелеп.

241

Доколь ты будешь подлым угождать Или, как муха, угощенья ждать? Живи и никому не будь обязан, Уж лучше черствый хлеб – но свой! – глодать.

242

«Быть прихлебателем» – презренные слова, От этих слов моя страдает голова. Воистину, свой хлеб ячменный лучше, Чем у сановных на пиру халва.

243

Приводят одного, взамен берут другого И никому не говорят ни слова. Нам тайны не откроют никогда, Что было – будет повторяться снова.

244

Когда б я плод надежды среди ветвей нашел, Тогда бы я и нить судьбы своей нашел. Что говорить о тесноте темницы бытия? Вот если бы к небытию я дверь скорей нашел!

245

Мы ждем от неба справедливых дел, Но достается нам иной удел, Когда бы это небо стало справедливым, То благородный получил бы, что хотел.

246

Не думай, что с тобой всегда друзья стоят. Пути судьбы любой опасности таят. И если в рот тебе судьба халву положит, Не торопись глотать – к халве примешан яд!

247

Мы чистыми приходим в этот мир И радостно встречаем жизни пир. Потом грешим и слезы проливаем И вдруг уходим. Ах, прощай, кумир!

248

Кто жемчуг смысла мудростью сверлил И о Творце так много говорил — Никто не разгадал загадки мирозданья: Посуесловил каждый и – почил.

249

Мне снился сон: мудрец сказал: «Наверняка Во сне не расцветают розы цветника… Зачем же делать то, что так на смерть похоже? Вставай, тебе еще придется спать века!»

250

В чем мироздания основа – не узнаешь, В чем суть божественного слова – не узнаешь. Зеленый луг, красавица, вино — Вот рай тебе, другого не узнаешь.

251

Когда растоптан буду я ногою смерти, Когда ощипан буду я рукою смерти, Из праха моего кувшин слепите — От запаха вина я оживу, поверьте!

252

Как появился вдруг сей океан светил? Кто жемчуг этой тайны, скажите, просверлил? Из века в век несут трактаты, толкования, Но самой сути – нет, никто нам не открыл.

253

На лепестках тюльпанов мне нравится роса. Фиалки хоть и в каплях, но смотрят в небеса. Но только тот цветок мне по душе, который Подол немножко поднял, о, скромная краса!

254

Старик – как дом, как дуб, вот ветки облетели, Гранаты щек моих, смотрите, потускнели, И все, что есть во мне, – подпорки, стены, крыша — В негодность все пришло, я вижу, в самом деле.

255

Закрыли горло жбана мы рубищем аскета. Пурпурное вино – хорошая примета: Надеемся найти вот в этом погребке Года, что потерялись, прошли когда-то, где-то…

256

Тебе открою тайну ото всех вдали — Два слова я скажу, а ты внемли: С одной любовью я сойду однажды в землю, С одной любовью выйду из земли.

257

«Юсуф прекрасный я! – так розан мне сказал. — Уста мои прекрасны, как драгоценный лал». Ответил я ему: «Попробуй, докажи-ка!» А он: «В крови рубаха, гляди, ты это знал!»

258

Ты одолеешь сто дорог, – и ждет тебя венец, Сумеешь ты понять урок, – и ждет тебя венец, Ты отвернешься от любви, – поверь: твоя победа, При этом одолей порог, – и ждет тебя венец.

259

Пройдем сквозь несвободу. Такие времена. Чтоб выросла жемчужина – темница ей нужна. Богатства вдруг не стало? – Поверь, оно вернется. А чаша опустела? – Наполнится она.

260

Как ты шагал, счастливец! Сияло торжество. И вот пора настала – не нужно ничего. Шатер твой славный – тело – вдруг стало ненадежным, Сам видишь, как ослабли все колышки его.

261

О сущем нам известно лишь одно: Что существует – на распад обречено, Поэтому считай – его не существует… Не существует? Существует? Все равно!

262

Ты зрячий? На могилы погляди! Ты чувствуешь смятение в груди? Жрут муравьи вельмож, красавиц, шахов… Ждут нас – и это, знаю, впереди.

263

Поскольку все давным-давно предрешено, Кому нужны старанья? Все одно! Так близок наш уход! И мы тоскуем… Что остается нам? Опять зовем вино!

264

В руке бокал не оттого, что сердце так страдает, Не оттого, что жизнь, как ртути шарик, убегает… Пойми, что юности задор поник, вдали остался, А счастье – это только сон, а сон, поверьте, тает!..

265

Всю жизнь мою вино хвалю – оно всегда красиво, Всю жизнь мою вино люблю – в нем жизненная сила. О, дервиш, ты – мой ученик, и ты преуспеваешь… Я поклониться рад судьбе – на пир нас пригласила!

266

Стоит бокал с вином, источник света в нем, Цветение весны и роскошь лета в нем. Мгновенье счастья – здесь, в кругу друзей, красавиц… Я с ними пью вино – ищу совета в нем…

267

Наука никогда мне не была чужда, Раскрытых мною тайн сияла череда. К семидесяти двум годам внезапно понял: Я ничего не знаю, и зря прошли года.

268

Я днем с вином пурпурным развлекаюсь И думаю: «Вот вечером покаюсь». Хочу заречься, Господи, от пьянства… Но что со мной? Я от зароков зарекаюсь.

269

С тех пор, как в небесах взошли Зухра и ясная луна, Никто не видел ничего прекрасней чистого вина. Я продавцу вина дивлюсь: блаженством он торгует! Но не понять ему того!.. И не его вина…

270

Дискуссии что пользы затевать? Про ад и рай что толку толковать? Скрижаль судьбы – она неколебима! Все предначертано. К кому взывать?

271

Один в путь веры мыслями проник, Другого путь ведет сквозь толщу книг… «И тот, и этот – оба вы не правы!» — Когда-нибудь такой услышим крик.

272

Да, строгий шариат клянет вино, А мне, простите, нравится оно. Сидим мы в кабаке, с бокалом каждый… Мне по душе все, что запрещено!

273

На свете правды нет. И ложь царит вокруг. Не надо обижаться на судьбу, мой друг. Ты знай: перо судьбы назад не развернется, Чтоб для тебя переписать страницу вдруг.

274

Заложим за глоток вина и души и одежды. Свободны мы от страха, свободны от надежды, Свободны от земли, от ветра, от воды… Пускай смеются надо мной ученые невежды!

275

Мгновения летят, и радость нам нужна. Прекрасен этот миг, когда в душе весна. Саки! К чему печаль: мол, Страшный суд нагрянет… Гляди, проходит ночь – скорей подай вина!

276

Того, что начертал калам, тебе не изменить, Твою дорогу на земле тебе не удлинить. Ты весело иди вперед, иди, не сомневайся, А мудрость, что успел собрать, сумей, друг, сохранить.

277

Сидим в кругу красавиц, о, как свежи они! Сияют их улыбки – порадуйся, взгляни. И вдруг сказал прекрасный виночерпий: «Ах, как недолго длятся златые эти дни!»

278

Там семь небес иль восемь – мне это все равно, Влиять на их вращение – мне это не дано. Конца не избежать. А муравьи иль волки Придут тебя сожрать – мне это все равно.

279

Без моего участия ведет меня судьба, Куда бы я ни завернул – найдет меня судьба. Вчера все без меня прошло, сегодня – так же точно. За что ж к ответу призовет Он своего раба?

280

Откуда мы пришли, куда спешим уйти? На этот мой вопрос ответа не найти. Рождений и смертей круговорот бушует, И ни начала, ни конца – всегда в пути…

281

Да, я твой раб, Господь. Но слов-то добрых нет… Да, я бываю зол. Но где твой чистый свет? Ты обещаешь рай мне за мою покорность. А милость где твоя? Где дар? Где твой привет?

282

Испей вина, богатство Махмуда – лишь в вине. Послушай чанг – слышны мелодии Давида мне. Не вспоминай о том, что было и пропало, Будь счастлив настоящим и радуйся весне!

283

Поскольку, друг, ты в тайны мира посвящен, Тебе печалиться не надо ни о чем. Поскольку о свободе нет и речи, Ты проведи в веселье миг, которым одарен.

284

Спешил мой юный разум – искал и рай и ад. И я прилежно слушал, что люди говорят: Но вот сказал Учитель: «Напрасно не шуми! И рай и ад – с тобою – в душе твоей горят!»

285