Сад желаний. Рубаи

142

Нет, жемчуга покорности Тебе я не сверлил И пыль греха с лица до сей поры не смыл, Но верю я в Твое великодушие — Двуличным все-таки я никогда не слыл.

143

Желание мое стремится к нежным лицам, Рука моя к вину пурпурному стремится. Пока не стал я прахом, я возьму свое От радостей земных, от каждой их частицы.

144

Ты опьянен вином? – доволен будь, Хайям, С возлюбленной вдвоем? – доволен будь, Хайям! Врата небытия нас ждут в конце дороги, Но мы еще живем! – доволен будь, Хайям!

145

Глоток вина дороже царства – я повторяю снова. Вино прекрасно, лишь оно всему теперь основа. Кувшин вина дороже мне, чем царство Фаридуна, А горло этого кувшина ценней венца Хосрова.

146

Ни одного мгновения я трезвым не бываю, В Ночь предопределения я тоже выпиваю. Уста – у чаши на устах, грудь – на груди у жбана, Кувшина шею до утра рукою обвиваю.

147

Я солнце скрыть цветами не могу, Раскрыть Вселенной тайны не могу. Из моря размышлений разум вынул жемчуг, Но просверлить его годами не могу!

148

У гончара кувшин однажды я купил. О тайнах тот кувшин со мною говорил: «Теперь я лишь кувшин – для пьяницы кувшин, А были времена – великим шахом был».

149

В ее долине верховодит счастье, Любой, увидевший ее, находит счастье. Не обижайся на подругу за обиды — Ведь все, что от нее исходит, – счастье!

150

Жизнь бесполезно протекла, как жаль! К вершинам, нет, не привела, как жаль! Того, что Ты велел, я не исполнил — Дурные совершал дела, как жаль!

151

Добыть лепешку и большой кувшин вина, Еще баранья ножка для пиршества нужна… В развалины с любимой уйти на целый день… Не каждому султану такая жизнь дана.

152

Слыхал я, будто пьяниц спустят в ад. По-моему, глупцы такое говорят. Ведь если пьяных и влюбленных в ад отправить, То завтра опустеет райский сад!

153

Разбита чаша, больше нет ее, увы! И черепки лежат в пыли, они мертвы, Безжалостно на них не наступайте, Ведь чашу сделали из чаши головы.

154

Зачем так тосковать из-за греха, Хайям? Что толку толковать, в чем суть греха, Хайям? Ведь если нет греха, зачем тогда прощенье? Не надо горевать из-за греха, Хайям!

155

Господь, Ты милосерден – я о грехах молчу, Господь, Ты хлеб даруешь – и я вперед лечу! Я верю, все грехи Ты мне легко отпустишь — О страшной Черной книге и думать не хочу!

156

Нам форма наша Мастером дана, Но нам порой не нравится она. Он сделал хорошо? Но почему изъяны? А если плохо – чья тогда вина?

157

О, небосвод, за что ко мне суровым стал? Гляди – мою рубашку счастья изорвал. Ты свежий ветер обращаешь в пламя, А воду – в пыль, помилуй, я устал.

158

Взгляни: подобен чаше – сияет небосвод, Мудрейшие под ним страдают от невзгод. Взгляни: вон пиала целуется с кувшином, При этом, видишь, между ними кровь течет.

159

Мне говорят, мол, нынче прославиться – позор. Я в кабачок спешу – и вот опять укор. По мне, чем слыть аскетом, уж лучше опьянеть От запаха вина. О чем, скажите, спор?

160

«Того, кто пьет вино, ведет дорога в ад», — Разумные разумно мне это говорят. Все так, но лучше всех миров, уже известных, — Блаженный миг один, и я ему так рад!

161

Мы – просто куклы, Небо – строгий кукловод. Нам кажется – идем путем своих забот. Но вот едва мы нашу сцену отыграем, Как кукловод нас в ящик уберет.

162

Над городской стеной вдруг ворон закружил, На стену тихо сел и череп положил. Он черепу сказал: «Что ж не гремят литавры? — Прошла твоя пора. А ты ведь шахом был!»

163

Работай, чтобы есть, и чтобы пить, И чтоб, как человек, одетым быть. Но мудрым будь: все прочее не стоит, Чтоб нам из-за него свой век губить.

164

Вина два мана раздобудешь, и тогда В кругу друзей пойдет веселий череда. Но знай, Творцу и наши гости безразличны, И наши, добрый друг, усы и борода.

165

О том, что небогат, не надо, друг, тужить. Летящим временем – вот чем бы дорожить! Не забывай, нам жизнь дана на время, А если так, то надо просто жить!

166

Коловращение небес внушает страх. Но все идет своим путем во всех мирах… Вы по земле ступайте осторожно: Зрачком красавицы когда-то был тот прах.

167

Измученный постом, ликуй, народ, Избавишься ты скоро от невзгод! Взгляни на небо – месяц истощился, Настанет месяц праздничных забот.

168

Друзья, объединимся в этот час, Чтоб победить печаль – в который раз! Сегодня пить мы будем до рассвета. Придет пора – рассвет придет без нас.

169

В моей любви к вину упреков не стыжусь, А в спорщики с невеждой, простите, не гожусь. Вино лишь для мужей – целительный напиток, У не мужей он вызывает грусть.

170

Когда умру – вином омойте, это добрый знак. Не зря я жил в кругу таких, как я, гуляк… Кто вздумает найти меня в день воскрешенья, Пускай идет в развалины, пускай идет в кабак!

171

Принять кувшин вина – и сердце непокорно! Куда ему уйти? – ведь все вокруг притворно… Суфий-невежда выпьет лишь глоток — И вот уж пьян! – Свое твердит упорно!

172

В одной руке Коран, в другой руке бокал. Я, наконец, нашел, что так давно искал: Одновременно я кафир и мусульманин — Вот долгих размышлений мой праведный финал!

173

Кувшин вина увидели – хотим лишь одного: «Давай, дружище, вместе попробуем его, Пока не начал мастерить гончар свои кувшины Из праха моего, из праха твоего».

174

Ты к лютне прикоснись рукой, мы будем пить вдвоем, Пурпурное вино любви мы вместе разопьем. Молельный коврик продадим мы за кувшин вина, А славы вздорную бутыль о камни разобьем!

175

По мне дороже ста религий – один кувшин вина, Кувшин дороже, чем Китай – великая страна. С вином рубиновым ничто на свете не сравнимо, И я в блаженство погружаюсь. Свобода мне нужна.

176

Прославишься – и злобных мнений кучи, Запрешься в келье – подозрений тучи. А хорошо бы никого не знать, И чтоб тебя не знали. Так-то лучше!

177

Поскольку жизни срок ни сжать, ни растянуть, Поскольку сам Творец определил твой путь, Не надо горевать о сделанных ошибках, Ведь все равно назад не повернуть.

178

Что делать в этом бренном мире – сам решай. Сад наслаждений ты усердно украшай, Потом садись на мягкую лужайку, А поутру вставай и не плошай.

179

В делах Вселенной молчаливым будь И тайн не раскрывай, о них забудь! Пока глаза, язык и уши целы, Ты рта не раскрывай. И в этом суть.

180

С красавицами буду и с вином! Пусть лицемер долдонит об одном… Ведь если пьющих и влюбленных в ад отправить, Что буду делать я в раю таком пустом?

181

Себя благочестивыми считают лицемеры, Они так любят поучать, при этом врут без меры. Такого слушаю и ставлю на темя хум с вином И ухожу, махнув рукой, мол, нет такому веры.

182

О, муфтий, ты умен, но мы тебя умнее, Мы пьяные с утра, но мы тебя трезвее. Мы пьем лишь кровь лозы, а ты – людскую кровь. Так рассуди, кто кровожаднее и злее?

183

Вино прекрасно в дни твоей весны — Красавицы нежны, красавицы нужны… Наш бренный мир развалинам подобен — Мы в нем с красавицами пить должны!

184

Ты красотою восхищаться не устанешь, о, Хайям, И за премудростью гоняться не устанешь, о, Хайям!.. Но будь ты хоть Замзамом, хоть живой водою, Настанет день – и ты под землю канешь, о, Хайям.

185

Вчерашний день прошел, забудь о нем, он – был. День завтрашний придет, еще не наступил. Не думай о былом, не думай о грядущем, Сегодняшний твой день да будет сердцу мил!

186

Не пьешь вина – не пей, но пьющих не суди, От веселящихся подальше отойди. Гордишься трезвостью? Нашел же, чем гордиться! Ханжа! С тропы привычной лжи сойди!

187

Пускай увидит враг, как выпил ты бокал. Не знает он, что ты забвения искал. И правда – в трезвости какая польза? Лишь сердце ноет: приближается финал.

188

Пусть не страшит тебя небесный вечный круг, Послушай-ка меня, мой старый добрый друг: Сядь в уголке, довольствуйся немногим, Спокойно рассуждай, посматривай вокруг…

189

Я тайны мира на бумаге начертал. И голос мне: «Без головы остаться возмечтал?» Да, средь ученых я не вижу благородных, И тайны никому я открывать не стал.