Баллада о королеве драконов. Часть вторая

— Алчное животное, — проговорила Аллегрион, дослушав все до конца. — И почему ты их защищаешь?

— Потому что, будь твоя воля, все люди превратились бы в наших рабов, — тихо ответил король драконов. — И человеческих государств больше не существовало бы. Только империя Райялари.

— А разве это плохо? — непонимающе посмотрела она на мужа. — Мир больше не был бы разделен на земли людей и нелюдей. Остались бы только мы.

А он не знал, что ответить. Ведь, когда ценность чужой жизни становится настолько мала, слова не могут ничего изменить.

И потому он просто промолчал, мягко подняв руку, чтобы пригласить жену на танец. Зазвучала размеренная трогательная мелодия, Аллегрион, поджав губы, приняла приглашение. Они танцевали в самом центре зала, приковывая к себе десятки взглядов, затмевая своим блеском всех гостей и даже именинницу с самим господарем. Но им было наплевать. Как и всегда.

Глава 5. Правда вкуса полыни

Такой ужасной головной боли я не испытывала никогда в жизни. С трудом отодрав голову от подушки, подошла к столу и налила себе стакан воды из кувшина. Руки слегка дрожали, словно вчера я хлебнула огненной воды Рейдана.

Вернувшись обратно в постель, я привалилась спиной к приподнятой подушке и накрылась одеялом. Вероятно, стоило бы позвать Вайлара, попросить настойку от головной боли. Но я не могла. Потому что после сегодняшнего сна со всей ясностью поняла: Вайлар и есть король драконов! Вайларион Черная Смерть…

Да, некоторые сомнения еще оставались. Ведь сперва, еще совсем недавно, я видела некоторые отличия во внешности. Но после сегодняшней ночи мне пришло в голову: это лишь иллюзия. А, может, коменданта изменили годы. Прошло почти триста лет! Черты лица стали более плавными, изгибы губ — мягче. А легкую горбинку на носу, густоту бровей, скулы — сильный маг вполне может исправить магией. Зачем? Чтобы дракон имел возможность скрыться среди людей!

«Но, как это может быть правдой? Как человек может быть драконом?» — вопил мой испуганный разум.

«Легко, — отвечал он же, но совсем другим голосом. — Драконы умеют принимать человеческое обличье. Ты всегда знала, что комендант — единственный в мире маг пятого уровня. А ведь такими магами в свое время были лишь Крылатые. Ни одному человеку было не сравниться с ними. И по сей день это так. Потому что Вайлар — не человек…»

«Но ведь он говорил, что его предок убил последнего дракона!» — пытался спорить кто-то в моей голове.

«Это была ложь…» — отвечал кто-то другой.

И я была склонна согласиться со вторым. Потому что серо-ртутные глаза, редкую самоуверенную улыбку, черное пламя во взгляде невозможно перепутать ни с кем! Я не могла ошибиться, потому что чувствовала все то же, что и Аллегрион.

Это шокировало. Действительно шокировало. Я влюблена в дракона! Но все же потрясение было уже не столь сильно, как могло бы быть еще месяц назад. Ведь теперь и во мне живет одна из их племени.

А значит, напрашивался еще один самый важный вопрос: кого именно любит мой мужчина? Меня или свою погибшую жену?

И отвечать на этот вопрос мне совершенно не хотелось.

Примерно через двадцать минут невеселых размышлений в моей комнате поднялся знакомый серый вихрь. Сердце пропустило удар, и я стала напряженно вглядываться в появляющуюся темную фигуру коменданта.

— Ты уже проснулась, — ласково произнес он, садясь на край матраса.

А я не могла отвести взгляда от его красивого лица, которое будто видела впервые. Мой взгляд скользнул по черным, как застывшая лава, волосам, по глубоким пронзительным глазам под густыми бровями, по сильной и манящей линии губ, властному подбородку.

Но мой разум никак не мог осознать, что я гляжу на дракона…

— Амелия? Ты в порядке? — вдруг нахмурился он, а я заметила в его руке бокал с травяным настоем.

— Да, доброе утро. Голова немного болит, — ответила, непонимающе глядя на питье.

— Я принес тебе напиток, он бодрит и снимает боль, — тут же протянул мне зеленоватую жижу Вайлар.

Взяла бокал и открыла рот для вопроса.

Вот сейчас, сейчас я спрошу у него, дракон ли он…

Но вместо этого я сделала несколько глотков отвратного зелья и сморщилась.

— Откуда ты знал, что у меня будет болеть голова? — удивилась я, отдавая мерзкое питье.

— Я предположил, — уверенно ответил комендант, не сводя с меня цепкого и прямого взгляда. — Допивай, ветер переменился, погода портится. Голова может болеть весь день.

Я, нехотя, взяла бокал и осушила его целиком. В ту же секунду лицо Вайлара разгладилось, а из тела исчезло напряжение.

«Может спросить сейчас?» — подумала я нервно. «Но вдруг он до сих пор любит свою Аллегрион?..»

Мое сердце болезненно сжалось от этой мысли.

«Разве я хочу это услышать? Может лучше оставаться в неведении?»

— Ты сегодня какая-то странная, — тихо сказал Вайлар, оглядывая меня с ног до головы.

— Все в порядке, — вымученно ответила я, так и не решившись. — Даже голова уже проходит. Кстати, мне нужно поговорить с тобой.

— О чем?

Я не знала, как сделать так чтобы мой вопрос не показался странным. Ведь он таким и был!

— Вайлар, можно завтра в храм Светлых богов со мной пойдет Шейна?

— Шейна? — брови коменданта сдвинулись.

— Ну, да…

— Зачем?

— Понимаешь, — я и сама не могла объяснить. Не скажешь ведь, что сдуру предложила, а она и не отказалась. — Наверно, я испытываю чувство вины. Ты долго мучил ее за то, чего она не делала. По моей указке.

— Амелия, — мягко начал комендант, опустив голову. — Да, Шейне пришлось несладко. Но я лично не тронул ее и пальцем. Допрос должен был проходить ровно через четыре дня, которые преступник проводит в эргастуле. Это делается для того, чтобы у заключенного отпало всякое желание лгать. Но до допроса дело не дошло. Ты вернулась, успела снова угодить в ловушку и привести меня к настоящему предателю. Конечно, было бы проще, если бы ты сразу сказала, что это Эмира…

Я глухо застонала, опустив лицо на ладони. Но Вайлар убрал мои руки, заставив посмотреть на себя. В его глазах было столько тепла, что можно было растопить ледяные шапки Северных гор.

— Но твоей вины в этом нет. Ты была в состоянии шока. А вот я должен был заранее позаботиться о том, чтобы правда открылась. Но гнев застилал мне глаза, и я сделал все так, как делал обычно. Без выяснения обстоятельств. Однако ты не должна переживать. Шейна — очень сильный воин. Она уже сейчас могла бы стать отличным Черным ловчим, если бы не отвратительная дисциплина. Так что эргастул для нее не был таким же испытанием, как для тебя. Поверь, она оказалась там не впервые.

— Правда?

— Правда, — кивнул он, ласково убирая волосы с моего лица.

Иногда мне казалось удивительным, что комендант огромной крепости-тюрьмы умеет быть одновременно столь нежным ко мне и столь жестоким к другим. Но это была его сущность.

— И все же моя вина от этого меньше не становится, — покачала головой. — Я дала ей слово, что попрошу тебя.

Вайлар вздохнул.

— Я не могу позволить этого, — раздался его ответ. — И дело даже не во мне. Осужденная по законам княжества не может войти в храм Светлых. И не может находится в непосредственной близости от господаря. Это оскорбление его Величества.

— Но, что, если никто не узнает? Оденем ее в одежду какой-нибудь твоей помощницы и все.

— Возле господаря всегда много дознавателей и прочей охраны. Мы не сможем обмануть их. Риск слишком велик.

— Да кто будет смотреть на простую помощницу? — упрямилась я. Мне жутко не хотелось разочаровывать девушку. Она ж мне наверняка еще и не поверит! Скажет, что я просто солгала, даже не попробовав спросить.

— На входе в храм проверят каждого. Кто такой, зачем явился, какую роль на обряде будет играть. Это очень серьезно, Амелия, — осторожно объяснял мужчина. А я надула губы, как ребенок. — Кроме господаря там будет еще и три Первых жреца. У них тоже своя охрана.

— Значит, и правда, никак? — протянула я разочарованно, и совсем нахмурилась. Все еще хотелось спорить. И кровь прилила к лицу.

— Точно все в порядке? Ты не обманываешь меня? — спросил Вайлар, настороженно. Видимо мое поведение совсем не укладывалось в привычные рамки.

А мне вдруг пришла в голову мысль, еще сильнее окрасившая щеки в алый и вытеснившая все прочие эмоции.

Воспоминание о сегодняшнем сне в очередной раз напомнило: есть довольно серьезная вероятность, что я разговариваю с королем драконов. Это будоражило кровь и заставляло сердце биться быстрее. Кроме того, мне ужасно хотелось узнать, как же занимается любовью дракон?..

Да, я много раз засыпала и просыпалась в объятиях Вайлара. Но при этом я всегда думала, что имею дело с человеком. А вдруг по-настоящему драконы делают «это» иначе?

Но как проверить?

В этот момент в голове всплыло знание, которое Амелии Фати было неоткуда получить.

«Драконы кожей, кровью, дыханием чувствуют чужое возбуждение… И не всегда способны сдержаться…»

Как странно. Почему не способны сдержаться? Ведь Вайлар говорил, что до меня у него много лет никого не было. Это казалось странным тогда, а сейчас — еще больше. Ведь при виде моего мужчины у всей женской половины Чертога начисто отключаются мозги. Остается только влечение.

Значит, если бы Вайлар был драконом, он бы не смог сопротивляться?

Я начинала запутываться. Но проверить стоило.

Посильнее надвинула одеяло и подтянула колени.

— Все в порядке, правда, — ответила, наконец, напряженному мужчине.

— Ну, хорошо, — кивнул он. А потом начал говорить о том, что скоро мне привезут несколько комплектов новой одежды из столицы, чтоб я перестала чувствовать себя заключенной. И что послезавтра будет очередная тренировка «костей». Если мне вздумается, я могу прийти вместе со всеми.

А я в это время думала, как же мне сделать так, чтобы он ощутил мое желание? И не придумала ничего иного, как осторожно опустить руку вниз, коснувшись себя в самом интимном месте.

Это оказалось немного стыдно, довольно неловко, но вполне выполнимо. Я чувствовала, что половина Аллегрион во мне даже не стесняется.

Одеяло сносно скрывало все движения, позволяя невозмутимо хлопать глазами, слушая Вайлара. И одновременно представляя, как его сильные руки касаются меня, как длинные, горячие пальцы входят вместо моих собственных…

Кровь застучала в ушах, нить повествования начала теряться.

— Но, если решишь тренироваться, как Черная ловчая, поблажек в таком случае, не жди, — мягко улыбнулся мужчина. Я тяжело и неровно вздохнула, пытаясь сохранить дыхание ровным. Желание плеснуло лавой по сведенным бедрам.

И вдруг лицо Вайлара резко изменилось. Он дернулся, как от удара, глаза потемнели, превратившись в два озера ночи, а широкая грудная клетка на мгновение стала неподвижной.

— Амелия?.. — спросил он низким, грудным голосом, разглядывая меня с почти звериным голодом.

Я знала этот взгляд. И знала, что происходит потом.

Неужели сработало? Но мне нужно было знать точно. Я хотела чувствовать его. Понимать его.

Ладонь мягко прокралась чуть вверх, и влажные пальцы скользнули с двух сторон от уже раскалившейся вершинки. Потом снова вниз, дразня и разжигая пламя еще сильнее.

Широко распахнутые глаза смотрели только на Вайлара. Каждую секунду я представляла его и с каждым мгновением хотела все сильнее.

В этот момент он медленно протянул руку ко мне, взявшись за край одеяла. Создавалось впечатление, будто он преодолевает невидимую преграду.

И, когда мужчина уже собирался откинуть эту преграду прочь, я взяла его за запястье свободной ладонью и не торопясь поднесла к своим губам.

Черный огонь заполнил глаза мужчины.

Осторожно коснулась его среднего пальца, приоткрыла рот и прикусила. Провела влажную дорожку от основания до самого конца, прихватив губами подушечку.

Вайлар тяжело задышал, стиснув зубы. А потом его мощная широкая фигура начала склоняться ко мне, уверенно закрывая собой все вокруг.

А я ловко выскользнула из кольца сильных рук, вылезла из-под одеяла и спрыгнула с кровати. Комендант смотрел на меня опасно-сверкающим взглядом охотника.

— Что ты делаешь? — наигранно возмущенно спросила я. — Мне сейчас не до занятий любовью, я не хочу.

И отошла на пару шагов.

— Неужели? — хрипло спросил он, поднимаясь с кровати. Каждое его движение было словно специально замедленно. Будто хищник пытался усыпить внимание добычи своим ленивым спокойствием. Но почерневшие глаза были слишком красноречивы.

— Именно, — кивнула я, отходя еще назад, когда он стал уверенно приближаться.

Но во мне самой бушевал ураган. Сердце стучало невероятно быстро, живот сводило от желания. А еще меня возбуждала эта охота.

— Тогда почему ты убегаешь от меня, Амелия? — немного хрипло спросил он, пытаясь обойти свою цель по окружности, отрезая пути к отступлению. И я снова стала пятиться к кровати.

— Потому что читаю все твои мысли, — ответила и поняла, что, кажется, мой план сработал.

Но теперь сможет ли он остановиться, если я попрошу?

Правда, почему-то в этот момент мне совершенно не пришел в голову другой вопрос: «Смогу ли остановиться я сама?»

Его возбуждение, кажется, уже физически начинало касаться меня. Как это возможно? Не знаю. Но я кожей ощущала бешеное биение сердца в мужской груди. Чувствовала, как сжимаются пальцы. Слышала, как шумит кровь, заставляя пульсировать от нетерпения каждую мышцу.

— Вайлар, я не шучу, — сказала нервно, не сумев выдержать голос ровным.

Пространства для маневра оказалось слишком мало, и я быстро перепрыгнула через кровать. Но, когда повернулась, коменданта на прежнем месте уже не было.

Сердце мгновенно остановилось от страха надвигающегося проигрыша. Я резко развернулась вполоборота и наткнулась на широкую грудь Вайлара.

Не успела и ахнуть, как он схватил меня за талию, с силой прижимая к себе так, что не вырваться, а затем медленно поднял мою ладонь к своим губам. Ту самую, которой я ласкала себя!