Крона, закрывающая Солнце

— Не могу. Под моим контролем находится только резервный энергетический каскад и серверная — они объединены в единый модуль-отсек во время последней модификации судна. Борт заражен крайне агрессивным нановормом, тип которого не установлен.

Парень нахмурился — встрял в проблемы. «Сто сорок третий» был седьмым транспортным судном, которым он занялся. В среднем на дезактивацию трейдеров уходило полутора суток. «Агрессивный нановорм» обещает увеличение этого срока, что не есть хорошо… однако обязательства взяты и требуют исполнения.

— Понял тебя. Вспомогательные системы начинают вскрывать главный пассажирский шлюз. Станция дезактивации будет размещена в главном реакторном отсеке. После завершения монтажа ты получишь внешний канал энергоснабжения и все необходимые протоколы для управления приданными сервоботами. Думаю к этому времени анализ сигнатур нановорма будет завершен и синтезировать фагов нужного типа не составит труда…

Запрос на соединение…

— Извини, моего внимания требует другой сектор. Ожидай завершения процесса.

— Ожидаю, — в сетевом голосе ИскИна ощущалось почти неприкрытая надежда.

Ылша направил на трейдер по вскрытому техкоридору нескольких «тараканов» и подтвердил согласие на соединение.

— Приветствую, командир! Здесь полковник Арнольдс, как дела?

— В процессе, полковник… — Ылша замялся. — Простите, Тарас, отвык с людьми говорить! Дела продвигаются превосходно. А как у вас?

— Тоже выше всяких похвал, — улыбнулся собеседник. — Когда ты отдал нам права на все трофейное имущество с «абордажей» на комете, у людей образовался очень сильный стимул. Инициатива цветет буйным цветом и приносит по три «урожая» в день. Эридановцы с вольниками из приданного усиления так вообще лютуют! Рейдеров буквально потрошат на информацию — никаких угрызений совести от того, что после завершения «разговора» мясо приходится укладывать в регкамеру на три-четыре дня.

— Думаю, и у тех, и у других есть для этого веские причины… — пожал плечами парень. Оснований окорачивать техников «Пиночета» и бывших вольников он не видел. Рейдеры вполне осознано поставили себя вне закона и теперь пожинают плоды.

— Это так, — согласился полковник. — Собственно я обратился не по этому поводу… У нас тут наметились трудности… Хотя мы не трогали согласно твоему приказу никого кроме конгломератов вольников и рейдеров, сегодня на меня вышли контрабандисты. Местные кланы гангов очень недовольны той резвостью, с которой мы снимаем с кометы «мирное» население.

— Пока только недовольство? — уточнил Ылша.

— Прямо никто не угрожал, — подтвердил Тарас Арнольдс. — Но, думаю, еще день-два и последует ультиматум. Они начинают осознавать, что напрочь лишаются своего «живого щита»! Здешнее сообщество преступных кланов живет и здравствует, кормясь с потока контрабандной обогащенной руды из корпоративных сырьевых колоний. О них знают все заинтересованные лица начиная с инспекторов корпораций и заканчивая Правлением Биржи, но ничего поделать с ними не могут. Во-первых прикрытие и «мохнатая лапа» из регионального директората корпораций, во-вторых любая силовая операция выливается в уничтожение окопавшихся вольников, которые попадают под раздачу за компанию и чаще всего первым номером. Так что полицейские силы встречают ожесточенное сопротивление идущих до конца людей и многочисленные пуски малозаметных брандеров, зараженных самыми опасными нановирусами, в сторону складов Биржи и Нового Перла от кланов контрабандистов… Сейчас же, — продолжил полковник, — становится все яснее, что «лавочке» конец: вольники уходят… скажем в другую систему привлеченные отчасти щедрыми посулами «Пиночета». Перед гангами встает перспектива остаться с властями колонии один на один.

— Они выявили наш основной интерес на могильнике?

— Подтверждающих это фактов или разведданных нет. Среди барыг вольников ходят слухи, что кланы контрабандистов предполагают выступить единым фронтом с остатками рейдеров. Атаковать они хотят конгломераты. Здесь у них два интереса: захватить как можно больше рабов из числа еще не ушедших на «Пиночет» вольников и сковать наши отряды многочисленными разрозненными уколами. Местные условия они знают много лучше нас — такой план имеет все шансы на успех… если бы мы действительно были заинтересованы только в людях и отторжимом судовом имуществе.

— Тот кто с вами разговаривал оставил частоту для связи? — вопроса «как ответить на завуалированную угрозу» перед Ылшей не стояло. В его распоряжении была превосходящая все возможные средства контрабандистов сила и готовность ее применить.

— Да.

— Хорошо. Обеспечьте соединение используя в качестве ретрансляторов «Пиночет» и абордажные боты — ганги не должны отследить исходящий с «Драккара» сигнал… Кстати, над могильником чужие есть?

— Кроме ремдока на самой границы закрытого и патрулируемого нами объема никого нет. Мы полностью контролируем пространство развернув заградительные сети из патрулей КИПов, дронов, минных кластеров и «Ябед». То, что наша группировка пополняется судами-носителями никто кроме астроконтроля и пикета не знает. В контракте ведь оговорен полный запрет на полеты и связь в контролируемом нами объеме.

— Это радует, — выдохнул парень. — Значит, прописанные штрафные санкции пока сдерживают Правление… Что с запросом?

— Запрос на соединение прошел. Их оператор в данный момент устанавливает коннект внутри собственной сети… Ты хочешь разговора один на один, командир?

— Нет. По итогам от вас, полковник, потребуется выделить четыре группы для охраны и наблюдения за нашим имуществом, так что иметь полную информацию о переговорах и достигнутых договоренностях вам будет необходимо и полезно.

— Есть соединение… переключаю.

— Здесь лейтенант Флота РИ Ылша Мечев, владелец наемного отряда СН РИ «Рожденные Небом». С кем я говорю? Представьтесь, — контакт был чисто голосовой, не то что с полковником, изображение которого проецировалось непосредственно на сетчатку глаз парня.

— Я клан-лидер Дэвид Борух…

— Вы говорите от лица только своего клана или всего конгломерата контрабандистов? — абсолютно невежливо перебил ганга Ылша. Ему требовалось захватить инициативу в разговоре и задать нужный тон.

— Я глава уважаемого клана…

— Мне нет дела до взаимного уважения в вашей среде! Я буду говорить только с человеком, которому для решения вопросов не потребуется консультация с другими людьми. С человеком, у которого как и у меня в руках сосредоточена реальная власть. У вас есть такая власть, Дэвид Борух?

— Я клан-лидер… — уверенности в голосе клан-лидера поубавилось. Оно и понятно — за других лидеров гангов он говорить не мог.

— Я не спрашивал про твой статус, ганг, — почти презрительно бросил в ответ Ылша. — Я спросил про власть. У меня, например, достаточно туннельных ускорителей чтобы испарить солидный кусок кометы. А еще у меня есть перечень координат выбитый из рейдеров и вольников. Что ты на это скажешь?

— Мы можем обеспечить тебе проблемы с СБ корпов и на ремдоке, наемник…

— Неубедительно. По моему опыту мертвецы никаких проблем создать не могут. Готов выслушать мои условия вашего дальнейшего существования?

— Говори… — клан-лидер контрабандистов с трудом сдерживал гнев.

— Ваша ошибка в том, что вы посчитали меня очередным зависимым от корпораций и Правления Биржи наемником, — начал из далека парень. — На самом деле мне плевать и на тех и на других. То что вы имели наглость выразить свое неудовольствие и раздумываете над ультиматумами — вторая ваша ошибка. Заметь, я создаю проблемы вашему бизнесу только косвенно. Вы же угрожаете мне прямо и явно… В данной системе я подотчетен только имперскому капитан-лейтенанту из пикета и он поймет меня, когда я отвечу на неспровоцированную угрозу всеми доступными мне силами и средствами. Мы с ним из одного Флота, из одной Империи… вы для него вообще никто. Итак, за ошибки надо платить — это общеизвестно и неоспоримо. Вы заплатите за свои неверные выводы и наглость работой своего ремдока и несколькими модулями для внутрисистемных платформ. Большего ваши наглые угрозы не стоят. Я уйду из системы примерно через месяц — только в ваших интересах до этого момента больше не ошибаться и не провоцировать меня на ответные действия. Жду ответа кланов час. При его отсутствии в срок, переговоров больше не веду и приступаю к активным действиям.

Парень хотел было отключиться, но ганги успели заговорить:

— Мы согласны, — говорил уже другой человек. Говорил без негативных эмоций и с достоинством. — Мы сожалеем о неверных выводах относительно Вас — виновные будут наказаны… Но прошу Вас войти в наше положение! Без населения из бывших вольников мы… наши хозяева из корпораций лишаться рычага давления на Правление Биржи Амнибола.

— Согласен, не дело разрушать сложившуюся уравновешенную систему взаимоотношений. Если от корпораций поступит открытый поисковый лист на… правонарушителей или даже экстремистов систематически угрожавших имуществу компаний, то за соответствующее вознаграждение в твердой валюте я с удовольствием передам подходящих под описание задержанных. Думаю, вам не составит труда предоставить хозяевам метрики рейдеров и агентов влияния из среды вольников, ведь в своем нынешнем качестве они вам будут уже бесполезны.

— Это действительно не проблема, — понимающе-удовлетворенно проговорил собеседник.

— Однако хочу вас предостеречь: причастность лиц из вашего списка будет проверяться с пристрастием. Используемые моим отрядом методы и препараты с гарантированной достоверностью позволят установить истину.

— Понимаю… — после непродолжительной паузы произнес ганг. — Накладок не возникнет.

— Это не может ни радовать. Четыре внутрисистемные платформы со списком подлежащих установке и модификации систем будут доставлены по указанным вами координатам. От моего отряда на бортах будет присутствовать группы охраны и наблюдения. Пусть ваши инженеры проявят весь свой талант — мне как мастер-технику будет очень интересно подробно изучить примененные ими решения… Дальнейшие согласования протоколов связи и доступа моих людей к вашему ремдоку проведете с командиром десантной секции моего отряда полковником СН РИ Тарасом Арнольдсом. Всего наилучшего, прощайте.

— И вам здоровья и процветания, господин лейтенант. Конец связи.

* * *

Бернард Меримакс, поверенный регионального директора корпорации «Оникс-Майн» тяжело откинулся на спинку глубокого кресла из натуральной тисненой кожи и прикрыл глаза. Он сейчас совершенно не желал видеть бешеный мечущийся взгляд Дэвида Боруха или вытянутые лица клан-лидеров Баранова, Гачика и Мгома, каждый из которых был доверенным лицом топ-менеджера той или иной рудодобывающей транссистемной компании. Очень тяжело и неприятно, когда тебя бесцеремонно возят лицом по палубе твоего же корабля!

— Почему… — прохрипел клан-лидер Борух.

— Глав секций аналитиков на месяц в карцер, — не открывая глаз проговорил Бернард. — И что б их каждые шесть часов навещали самые ублюдочные ублюдки из ваших внутренних СБ.

— Почему ты не ответил этому наемнику как подобает?! Почему позволил вытирать о нас ноги?! — никак не успокаивался Дэвид. — У нас достаточно брандеров, бронированных шатлов и наземных отрядов!

— Тебя пора менять, Борух, — самый уважаемый клан-лидер «Ледяной могилы» посмотрел оппоненту прямо в глаза. — Теряешь хватку! Наемник прямо дал понять, что знает о нас достаточно и пойдет на применение любого оружия не взирая на последствия. На любые недовольные вопли Правления или корпов он скажет что подвергся атаке экстремистов… и уничтожил их. А появившаяся нестабильность могильника… вполне допустимая цена за устранение угрозы населению системы и собственности корпораций. «Пушки» пикета и сторожевиков с легкостью и удовольствием расстреляют в пыль любой ненаселенный обломок или борт. Если ты этого не осознаешь, Борух, тебе среди нас места нет.

— Так мы… утремся, да? — проговорил Баранов, клан которого был старейшим на комете и практически единолично владел доком для внутрисистемных челноков, врезанным в главный резервуар вросшего в лед танкера.

— Было бы опрометчива совмещать бизнес и эмоции. Не забывайте, мы здесь всего лишь для обеспечения транзита неучтенной руды, а не для ведения полноценной войны!.. Брандеры и наземные отряды… хороши как пугачи для Правления и средство сдерживания вольников — против профессиональных наемников мультисистемного государства не играют. Саботаж в доке Кшиштофа или же на переданных нам для восстановления платформах будет для этого лейта всего лишь булавочным уколом. Если же в результате саботажа погибнут его люди… Куда и как ты собираешься бежать в этом случае, уважаемый? У тебя на примете есть более хлебное и обжитое место, чем этот могильник? Место, где тебя защитят от очень злых наемников, вооруженных туннельными ускорителями крейсерского калибра? Нет? То-то же! Саботаж — мелкая пакость. Успешный саботаж — самоубийство. Я себя мелким пакостником не считаю и другим не позволю! И уж точно я не самоубийца. Мы не можем адекватно ответить этому наемнику, не можем даже отомстить… поэтому я предпочту забыть о нем и озаботиться приобретением средств противодействия следующему ему подобному! А сейчас предлагаю обсудить как мы назовем наш новый «живой щит» и в какой форме его создадим. Может быть имеет смысл организовать здесь корпоративную тюрьму? Хозяевам идея может прийтись по душе…

* * *

Возвращение «Драккара» с кометы и успешное завершение неожиданного контракта штаб наемного отряда «Эридан» «отпраздновал» внеочередным совещанием. Так как вслед за шатлом союзного отряда с «Ледяной могилы» были выведены и остальные подразделения, то можно было хотя бы в первом приближении достоверно оценить полученные результаты. Удовольствия штабные «Пиночета» не испытывали — они слишком устали и вымотались исполняя совершенно непрофильные задачи.

— Коротко зачитаю сводный перечень «трофеев», — начала совещание капитан Коченова. — Различных внутрисистемных пустотных платформ гражданского образца — 578 единиц. КИПов — 12 разнотипных единиц. БПКИПов — 98 разнотипных единиц, более 80 % из них нуждаются в ремонте и в данный момент нефункциональны. Модулей для гражданских и военных внутрисистемных платформ — 0,78 Мт. Модулей межсистемных платформ-носителей — 1,9 Мт. На борт принято 1509 «наших» пассажиров, 1946 «пленных» захваченных «рожденными» и отдельной строкой следует считать 14 дееспособных гражданских ИскИнов… Оплату «наши» вольники вносили в основном относительно дорогостоящей рудой, топливом для «Пиночета» и судовыми модулями, демонтированными их собственными руками. Весь груз «железа» собран в один «ком» на монтажном клею и сейчас проходит дезактивацию… по большей части это формальная процедура, так как высокоуровневых нановормов там даже изначально не было, а та зараза что была — подохла своей смертью по выработке заложенного ресурса. Трофеи людей Мечева тоже исчисляются мегатоннами и являются либо военным «железом», либо «железом» двойного назначения… Шварц, тебе слово — твоя епархия.

Инженер «Пиночета» степенно кивнул:

— Она родимая… Но честно говоря наш Старик ни в чем из трофеев не нуждается. Все оцененные мною элементы судового аппаратного обеспечения имеют крайне низкую степень совместимости с установками «Пиночета». Те же внутрисистемные челноки — сплошь гражданские модели в экспортном исполнении и крайне изношенные. Или ИскИны. Граф просто не пустит их в свою сеть. Мое мнение: все «железо» только на продажу. Легко пришло — легко ушло!

— Ясно… Старпом, тебе слово. Что скажешь о пассажирах? Как они воспринимают свои перспективы?

Агнар Смитссон подобрался:

— Надежда в них еще живет. Вольники вполне адекватные люди: из тактики и манеры поведения «рожденных» они сделали совершенно верные выводы. И когда им показали альтернативу… многие ухватились за нее. Без радости и воодушевления, конечно, но тем не менее… Через нашу «кассу» прошли в основном самые необеспеченные слои населения конгломератов, условно их можно назвать «фермерами». Этот месяц у них ушел на акклиматизацию и обживание выделенных отсеков — сейчас с ними вполне можно говорить о временном контракте с отрядом. Службу в разворачиваемой секции экологов и гидропоники они потянут и даже будут довольны, так как это их привычная работа.

— Наша СБ против такого предложения не возражает? — Наталья Ивановна вопросительно посмотрела на Аллу Деникину.

Та отрицательно мотнула головой, рассыпав по плечам порядком отросшие волосы, перекрашенные в радикально синий цвет. Прическа богатая… и совсем неуставная. Но Аллу можно понять — у нее сложились успешные личные отношения с бойцом-офицером из «Рожденных». Для него старается.

— С нашими пассажирами у меня проблем не возникает — спокойные и непритязательные люди. К тому же семейные и с большим числом детей — на каждую пару приходится в среднем четверо несовершеннолетних. Не до бунта им! Положите им усиленное питание, предоставьте человеческие условия работы и они будут прилежно тянуть свою лямку. Вот с «пленными» беда! «Рожденные» совсем недавно начали их чистить и это людям совсем не нравится, так как под изъятие попадают признанные лидеры и уважаемые члены их сообщества… А еще Мечев до сих пор не определил их статус… На людей давит смена обстановки и неопределенность будущего.

— Как ты оцениваешь вероятность бунта среди них? — озабоченно поинтересовалась капитан Коченова.

— Как крайне низкую, — ответила тактик исполняющая обязанности главы СБ трансрейдера. — Полковник Арнольдс их крепко держит: ежедневные ротации в отсеках содержания, обыски в случайном порядке, вербовка информаторов и то же изъятие лидеров. В такой атмосфере скорее вероятны акты пассивного противодействия… Думаю, не нужно объяснять почему «Рожденные» действуют в такой манере?

Офицеры понимающе покивали: Мечев показывает «кнут» — «пряником» станет предложение переквалифицироваться в свободных майнеров. Таково было общее мнение, не подкрепленное правда ничем кроме слухов. Пропаганда на «Ледяной могиле» не дала ожидаемого результата — пришлось прибегнуть к «непопулярным» методам выдворения…

— В то же время, — продолжила Алла, — принятые на контракт через младшее поколение вольники-«одиночки» полны радужных надежд. В их отсеках тишь да благодать: взрослые корпеют над имперскими учебниками и техническими руководствами посматривая на регкамеры, в которых «плавают» их дети.

— Мечев готовит новую перегонную команду, — прокомментировал «новость» старпом.

— Вот мы и подобрались к основной цели текущего совещания, — капитан «Пиночета» встрепенулась и обвела взглядом своих офицеров. — Мечев и «Рожденные» находятся в постоянном движении вперед, а мы топчемся на месте. Это недопустимо! Надо как-то выправлять ситуацию! Я приму к рассмотрению любое, даже самое безумное с общепринятой точки зрения предложение или план…

— Не считаю что надо что-то «выправлять» в экстренном порядке, Наталья Ивановна, — объявил со своего места Агнар Смитсонн после минутной паузы. — Мы делим контракты и трофеи пополам и имеем с них равную с Мечевым прибыль. Что вам тут не нравится… я не понимаю.

— Разговор не о прибыли или трофеях, старпом! Речь о том, что «Эридан» рядом с «Рожденными» смотрится по меньшей мере бледно! — капитан говорила намеренно эмоционально, стремясь расшевелить обычно крайне сдержанных людей. — Навигаторы уже прорабатывают маршруты возвращения домой! Подумай, как и с чем соединение вернется к Афине! — она даже встала со своего места и стала ходить из стороны в сторону перед собравшимися в конференц-зале.

— Я не совсем… — озадаченно протянул Агнар.

— «Рожденные» оседлали «Кракен», восстанавливают три гражданских трейдера, на которые уже подобрали костяк надежного экипажа… Возвращение у нас будет поистине триумфальным! И я не сомневаюсь, что к соединению будет приковано всеобщее внимание… как сторонней публики, так и специалистов… которые не преминут посчитать какой из отрядов соединения принес в общую копилку больше славы, денег и трофеев. Не могу вот так навскидку сказать на сколько в процентном выражении Мечев усилился после первого же рейда, но мы-то с вами уж точно всего лишь остались при своих!

— Рейтинг у нас однозначно прыгнет вверх, — удивленно проговорил Добрый Доктор Станислав, — а вот деловая репутация среди своих изрядно ухудшится. «Эридан» рядом с «Рожденными», что дряхлый ветеран рядом с реактивным новичком. Вроде прежние заслуги и имя… а ставки все равно делают на новичка.

— К тому же мы не знаем всех планов Мечева, — добавила Наталья Ивановна, радуясь что хоть кто-то из штаба влился в поток ее мысли. — Он потратил на модификацию и снаряжение своих бортов все, что заработал на частной сделке со свободными. Чуть больше полутораста тысяч рублей в пересчете с кредов Амнибола — услуги ремдока во Фронтире очень дороги… Но не стоит забывать, что еще не проданы пять трейдеров-контейнеровозов и три корабля вольников. На местную Биржу с нашими трофеями и грузом так же никто не выходил, а ажиотаж-то нарастает! Участвовать в торгах собираются все: от наемников-сторожевиков до главы Правления…

— Наталья, — Станислав на правах старого друга семьи обратился к своему капитану несколько фамильярно — явно желал остановить ее. — Не имеет смысла считать деньги в чужом кармане. К тому же при условии, что нам в любом случае достанется какая-то их часть. И мы знаем, что наш юный друг очень предприимчив… Но даже я все еще не осознал, что конкретно ты хочешь от нас услышать! Трейдерскими операциями на «Пиночете» всегда занимались капитан и старпом…

Капитан Коченова покачала головой:

— Я хочу услышать от вас идеи. Куда и во что уже сейчас можно и нужно вложить нашу долю.

— Понятно… — протянул старший медик трансрейдера.

— Мне тоже, — солидарно кивнул старпом. — Однако, Наталья Ивановна, при всем желании принять стратегию развития «Рожденных» у нас не получится. У нас совершенно разные базовые условия.

— Объяснись, Агнар, — с некоторым интересом попросила капитан Коченова.

— Главное различие в том, что «Эридан» является ветераном СН и свое становление прошел при жизни еще вашего отца, госпожа капитан. Все мы здесь знаем эту историю… Сейчас наш отряд представляет из себя надежный и проверенный инструмент зарабатывания денег. Все дольщики имеют гарантированную уверенность в прибыли… я не принимаю сейчас во внимание ворс-мажор! «Пиночет» и «Эридан» для нас — это стабильный образ жизни, где все делают общее дело находясь при этом на своих местах, в целом складываясь в довольно жесткую систему с очень малой степенью свободы, — старпом замолчал, обведя взглядом присутствующих. — И всю эту свободу мы уже выбрали, когда позволили контрактерам Мечева покопаться в потрохах Старика… врезали в обшивку кластеры ПКО… наняли новых пилотов наконец! Всем этим мы исчерпали доступный нам ресурс развития — любые другие проекты слишком сложны и серьезны для производственной базы Фронтира… Мое мнение таково: «Эридан» и «Пиночет» до возврата в освоенный космос повысить свою боеспособность — на что в конечном итоге и рассчитаны все начинания Мечева — не сможет!

— Вы слишком нагнетаете, Наталья Ивановна, — поддержал Агнара инженер Грейтер, — наша репутация среди своих и не подумает «упасть» если мы по приходу к Афине незамедлительно встанем в док военной верфи. При наличии свободных средств мы с легкостью модернизируем пусковые слоты на фронтальной полусфере брони и через какие-то два-три месяца превратим устаревший трансрейдер в тяжелый эскортный КИП-носитель.

— А еще, — с улыбкой вновь вступила в разговор штатный тактик «Эридана», — кое-кто совсем недавно поставил передо мной задачу просчитать нашу собственную абордажную секцию… Вообще «Рожденных» и «Эридан» сравнивать крайне некорректно! Отряд Мечева как и все «реактивные новички» в первые два-три года выдает просто феноменальный прирост как относительной, так и абсолютной боеспособности и, соответственно, прибыльности. Что проще: нанять еще полсотни человек или снарядить еще один трансрейдер? А ведь именно так дело и обстоит!

— А он трансрейдер в данный момент и снаряжает, — не согласилась с мнением большинства Наталья Ивановна. — С успехом находя все необходимое практически на пустом месте… то есть во Фронтире. Экипаж из опытных свободных, вспомогательные силы на добронированных карго-трейдерах с экипажами из преданных ему вольников, в перспективе прием на контракт новичков-рекрутов с отличными базовыми показателями. С нашим проектом абордажной секции мы глотаем его ионы, как вы не понимаете?! Думайте, люди, думайте! Не говорите мне что в системе Афины мы проведем модернизацию и новый набор на летную палубу — это дальняя перспектива. Я хочу услышать идеи по ближайшей!..

— Есть вариант, — неожиданно заговорил Добрый Доктор. Видимо эмоциональная накачка подстегнула его «креативную жилку».

— Да?

— Сейчас… Если смотреть на стратегию развития «Рожденных Небом», — после паузы продолжил Станислав, — то четко просматривается три вектора. Это усиление «корабельной» составляющей, усиление десантной секции и увеличение «объема» медицинской секции, так как качественно и немедленно улучшить ее довольно сложно. Какие векторы можно выделить у «Эридана»? Первый: модернизация обшивки «Пиночета» и усиление КИПов летной палубы. Второй: создание собственной эффективной секции СБ и абордажа. А вот по третьему — провисание. Действуя в соединение с «Драккаром» — в дальнейшем с «Кракеном» — «Пиночету» по «медицинскому» вектору развиваться не имеет смысла. Выход я вижу в создании секции, которая будет предоставлять населению Фронтира непрофильные наемникам услуги. Например на базе нескольких ИскИнов, спецоборудования и профессионалов образовать «учебку». Уже сейчас экипажу под силу организовать обучение по специальностям двойного назначения: техник общего профиля, эколог, оператор сервоботов, пилот внутрисистемного челнока.

— Агнар, — проговорила Наталья Ивановна, когда идея Станислава уложилась в голове, — на такие услуги будет спрос?

— Возможно, — осторожно ответил старпом. — В любой колонии старше полувека есть авантюристы из молодого поколения и любая колония не прочь обзавестись собственными внутрисистемными челноками и — чем черт не шутит! — межсистемными носителями. Если поставить процесс на хорошем уровне, то услугу можно предлагать как бонус к продаваемой технике. Внутрисистемники вдали от границ Освоенного Космоса стоят дорого… и горят как спички! Износ оборудование, аварии, стычки с пиратами, непрофессиональные пилоты-операторы…

— Кстати! — опять заговорил примолкший медик. — Мне Лика рассказывала, что Мечев около года преподавал свою основную специальность в «учебке» программы КРФ! С ним можно проконсультироваться на тему организации процесса.

— Ну что ты будешь делать! — обессилено рассмеялся Агнар Смитссон. — Лейт похоже в каждом топливном танке за заплатку! Куда ни плюнь — всюду Мечев! Наталья Ивановна, не опасаетесь что у паренька начнется звездная болезнь от осознания своей чрезвычайной востребованности?

— Если он потребует безоговорочного подчинения, Агнар, — совершенно серьезно ответила капитан Коченова, — то это точно не будет следствием слишком высоко задранного носа. Он начнет действовать, когда четко поймет, что мы и так следуем по проторенной им дороге, когда от нас перестанут исходить конструктивные идеи, когда мы перестанем быть ему равным партнером. Именно поэтому я взялась тормошить вас уже сейчас…

* * *

— Соскучилась?

— И не только я! — Лика нежилась у него в объятьях. — На целый месяц нас одних оставил!

Ылша положил ладонь на едва заметно округлившийся животик девушки — нарождающаяся аура новой жизни доверчиво и требовательно толкнула в ответ. Парень с улыбкой обнял жену и ребенка своей пси:

— Чувствую… Вы мне очень рады… и чуть-чуть недовольны… сердитесь… Но здоровы и в хорошем настроении.

— П-фф! — фыркнула девушка. — То же мне! Открыл тайну! Что бы понять как хорошо с тобой, надо некоторое время провести без тебя. Ну уж теперь-то никуда не отпущу! Свяжу по рукам и ногам! Буду дни на пролет кормить с ложечки — тренироваться! — а ночами… М-м-м…

— Веревки не потребуются, — ответил парень. — Внешние дела в системе я завершил. Теперь только хлопоты не требующие отлучек с корабля… Как тут вообще?

— Нормально, — успокаивающе покивала Лика. — Пришлые мастера суетятся и вздрагивают: Нина их застроила до слабости в коленях. Туда не ходи, сюда не суйся, здесь дольше пяти секунд не стой! Бригады работавшие под обшивкой потребовали от Кастильи полуторную надбавку за вредность — Кшиштов конечно же отказал, но свое «фи» мне высказать не забыл. На ежедневной утренней планерке волком смотрит: работать мы ему в привычном режиме не даем!