Куриный бульон для души. Создай себя заново. 101 вдохновляющая история о фитнесе, правильном питании и работе над собой

– Заканчивайте обследование, вносите ее в список и после этого сами можете сдавать анализы, – ответил он.

Я испытывал голод постоянно, и это служило дополнительным свидетельством, что килограммы убывают.

И вот пришел день, когда Аманду включили в национальный список. Я был уже «на старте»: тут же, в обеденный перерыв, побежал в организацию LifeLink, которая занимается подготовкой документов для родственного донорства. Мне предстояло заполнить тысячу бумажек и собрать кучу справок.

Первым по списку был общий анализ крови.

– Мы позвоним вам после обеда и сообщим результаты, – сказал мой куратор, проводив меня до лифта.

Через четыре часа и правда зазвонил телефон.

– Какой анализ следующий? – нетерпеливо спросил я.

Я был почти у финишной черты. Скоро я смогу помочь родному человеку вернуться к здоровой жизни!

– Тони, у меня плохие новости, – ответили на том конце. Последовала небольшая пауза. – Ваша группа крови не совпадает с группой крови дочери.

На меня будто вылили ушат холодной воды.

Мне не удалось подарить дочери почку. Это она сделала мне подарок – заставила вернуться к здоровой жизни. Мне было трудно смириться и принять этот дар. И все же я ценю его больше всего на свете. Я продолжаю следить за собой и благодарен за каждый новый день активной и полной жизни, который посылает мне судьба.

Тони Л. Мартин

Прыжок в воду

Препятствиям надо противостоять активно. И вскоре вы поймете, что они не так уж непреодолимы, как вы думали.

Норман Винсент Пил

Несколько месяцев я набиралась храбрости, чтобы пойти к врачу. Я дошла до полного отчаяния и уже почти не могла нормально передвигаться. И вот я сидела в кабинете у доктора. Сердце ушло в пятки. Что мне сейчас скажут? Что бы там ни было, наверняка это как-то связано с лишним весом и мне порекомендуют от него избавляться. На этот случай я подготовила идеальную отговорку: как же мне заниматься спортом, когда у меня все болит?

Тем временем врач что-то записала в карточке, а затем сообщила, что у меня подошвенный фасциит.[9] Он появляется не вследствие полноты, а по другим причинам, однако лишний вес осложнил течение болезни.

– Мне очень трудно бороться с лишними килограммами, – призналась я. – Я не могу делать упражнения, мне больно!

– А как вы едите? Следите ли за балансом питательных веществ? Не потребляете ли слишком много калорий из напитков?

Я уверила ее, что изо всех сил стараюсь контролировать калорийность продуктов. Это было не совсем так, но правда в том, что я действительно старалась. В течение двух месяцев я даже ходила на консультации к диетологу.

– Попробуйте записаться в бассейн, – посоветовала доктор.

Простите, я, наверное, ослышалась? Она хочет, чтобы я облачилась в купальник и в таком виде появилась в публичном месте? Даже и не думайте! Да, размерами я напоминаю кита, но это не значит, что я должна плюхаться в воду на глазах у многочисленных зрителей, как это делают дрессированные морские животные в аквапарке во Флориде. В общем, я покинула кабинет врача с распечаткой нескольких простых упражнений на растяжку. Надежды на излечение почти не было.

Спустя несколько недель я уже практически не могла подняться с постели. Муж и дети делали все за меня, – я и пяти килограммов не могла поднять, тут же в пятках ощущался страшный «прострел». Надо было как-то возвращаться к жизни. Ради этого, наверное, можно было забыть о смущении и неловкости.

Лишний вес уходит медленно, но верно. Мне еще далеко до идеала, но я уже вырвалась на свободу.

И вот однажды ранним утром я приехала в бассейн. Стоя у его края, я чувствовала себя, вероятно, так же, как косатки, которые в моем родном штате Орегон прыгали с прибрежных скал в море. Разница была лишь в том, что я силилась вспомнить, каково это – плавать? Я сто лет не заходила в воду. Перед тем как нырнуть, я бросила взгляд на развалившегося в пластиковом кресле инструктора-спасателя. Это был худенький молоденький мальчик. К счастью, его не особо волновало, что собирается делать крупная женщина на бортике.

В душе моей шевельнулись сомнения, будет ли он вообще в состоянии мне помочь, если я начну тонуть.

Но когда я уже погрузилась в воду и начала старательно грести к противоположной стороне бассейна, случилось чудо. Мое грузное тело стало невесомым, а движения – легкими и грациозными. Конечно, приходилось отплевываться и отдуваться. Но я столько времени провела почти без движения, что теперь оно доставляло физическую радость. Я проплавала более получаса, и все это время ощущала потрясающую свободу, как при полете. Плавание оказалось единственным доступным мне способом самостоятельно перемещаться в пространстве и не испытывать при этом боли в подошвах.

Я стала посещать бассейн три раза в неделю. Каждый раз я делала все больше и больше заплывов до противоположного бортика и обратно, и в итоге получилось, что я проплываю более полутора километров за одну тренировку, которая длилась примерно час. Эти заплывы стали для меня жизненно необходимыми. Рассекая вдоль дорожки, я размышляла: «А быть косаткой, оказывается, не так уж и плохо. Это очень красивые и грациозные существа».

Иногда мне бывало трудно заставить себя встать пораньше и поехать в бассейн. Но после нескольких месяцев новой жизни я заметила, что боль в ногах появляется все реже. Да и в целом плавание изменило мое мировосприятие. Теперь я куда больше довольна собой, и мне легче отдавать предпочтение здоровой пище. Но самое приятное – это показания весов. Они снижаются! Теперь внутри меня, с виду такой пассивной и неспортивной, живет настоящий сильный духом спортсмен.

Я плаваю, езжу на велосипеде и по пять раз в неделю занимаюсь на беговой дорожке. Мои результаты улучшаются: у меня получается быстрее, дальше, сильнее. И все это – без боли. Лишний вес уходит медленно, но верно. Мне еще далеко до идеала, но я уже вырвалась на свободу. Я на верном пути к здоровью и хорошей фигуре.

Линетта Смит

У страха глаза велики

Всегда делай то, чего больше всего боишься.

Ральф Уолдо Эмерсон

Если был хоть какой-то шанс избежать занятий спортом, я обязательно его использовала. Аэробика? Нет, болят колени. Тренировка с личным инструктором? Нет, слишком дорого. Беговая дорожка? Для нее нет места в доме.

Но однажды муж заявил:

– Есть кое-что, от чего тебе никак не отговориться, – ходьба. Это легко, за это не надо платить, и никакого оборудования не требуется.

При этом я все-таки нашла оправдание, чтобы отказаться. Страх.

Раньше я гуляла подолгу. Завяжу, бывало, покрепче шнурки на кроссовках, пристегну поводок к ошейнику маленькой резвой спаниельши Келли – и вперед. Собака весело бежала рядом и размахивала хвостом, как флагом. Поднимала морду вверх и поводила носом, вдыхая свежие запахи весенней зелени или прохладный осенний воздух. Такого рода прогулки-зарядки были мне очень и очень приятны.

Но однажды мы забрели в парк, примыкавший к нашему жилому району. На ослабленном поводке Келли брела по краю склона, спускавшегося к реке. Вокруг не было ни души, но вдруг неподалеку появился огромный пес. Уши его были прижаты, зубы оскалены. Казалось, такое чудовище способно заслонить собой солнце.

Вообще-то я не боюсь собак. Но когда увидела устрашающего монстра, направляющегося прямо к нам, была готова прыгнуть со склона прямо в реку.

При этом мы находились на обширной, поросшей травой пустоши, и укрыться было совершенно негде. Сжимая поводок, я с ужасом представляла, как этот бегемот в один присест сожрет моего маленького питомца.

Чудовище наклонилось и подалось вперед. Я замерла. Но Келли бесстрашно выскочила навстречу. Шерсть вдоль всего позвоночника, до самого основания пушистого хвоста, встала дыбом. Она не испугалась и была готова броситься на обидчика.

Тут в отдалении появился молодой человек в толстовке с капюшоном. Он свистнул, здоровенная псина секунду подумала, а потом повернулась и потрусила к хозяину.

Не помню, как я добралась домой. Пришлось долго отсиживаться в безопасном уютном кресле, прежде чем сердцебиение успокоилось и дыхание пришло в норму.

Если такие звери свободно гуляют в парке, они могут появиться и в других местах. Их спускают с поводка в скверах и аллеях, на тропинках, идущих вдоль железнодорожных путей. Даже на нашей улице я видела крупного пса, который волочил за собой довольно внушительную цепь. А сколько я слышала историй о неправильно воспитанных собаках бойцовых пород! Я взяла Келли на руки: «Больше мы с тобой, девочка, гулять не будем». Так я в который раз нашла оправдание, чтобы отказаться от здорового образа жизни.

На следующей неделе я попыталась тренироваться, следуя записанной на DVD-диск программе. Но выдержала лишь несколько минут: махнула рукой и залегла обратно на диван, даже не успев вспотеть. Все эти поджарые девицы-инструкторы совсем не вдохновляли меня на то, чтобы исполнять их команды. А тем временем одежда снова становилась мне мала. Келли бегала кругами по заднему дворику, но я не могла скакать на одном месте, как она. Потребность в физической нагрузке оставалась неудовлетворенной.

Возможно, пешие прогулки действительно стали бы неплохим выходом из положения. Но я слишком боялась, что опять встречу какого-нибудь монстра без поводка.

И вот однажды в субботу, когда я сидела за рабочим столом, Келли вошла в комнату, забралась на подлокотник дивана и мечтательно уставилась в окно. Может, она тосковала по нашим вылазкам? Ей было бы приятно сменить обстановку, познакомиться с новыми запахами… Я встала и принялась смотреть в том же направлении, что и она. Соседские дети вылезали из школьного автобуса, по тротуару прошла женщина с коляской. Все не так страшно, как мне казалось. Так изо дня в день Келли продолжала гипнотизировать улицу, издавая тяжкие вздохи и переминаясь задними лапами по подлокотнику дивана. Я, как и она, тоже заворожено стояла у окна. Я была не таким уж поклонником активного образа жизни, но мое тело уже начало страдать от длительной малоподвижности. Двигаться было тяжело, я все время чувствовала себя вялой и усталой. Бросив взгляд на входную дверь, я решилась. Что-то в карих бездонных глазах моей собаки заставило меня собраться с духом. Я это делала как для нее, так и для себя самой. Может, нам снова попробовать немного пройтись?

На прогулке, как и вообще в жизни, опасности могут показаться более серьезными, чем на самом деле.

Когда я взялась за поводок, Келли подпрыгнула, как резиновый мячик. Я несколько раз оглядела улицу перед тем, как сойти с крыльца.

– Сделаем всего один кружок по району, – сказала я, и Келли засеменила рядом.

Проходя мимо домов и припаркованных на улице машин, я чутко прислушивалась, не доносится ли откуда-нибудь угрожающее рычание, а поводок сжимала так, что побелели костяшки.

«Нет, это не дело», – подумала я и собралась повернуть домой. Но моя бесстрашная спаниельша решительно побежала вперед, утягивая меня за собой. Ее не беспокоило, что за углом может таиться опасность. Она не собиралась позволить давнему случаю в парке на всю оставшуюся жизнь лишить ее радости дальних прогулок. Даже тогда она готова была храбро сражаться, собрав всю имеющуюся у нее силу и ловкость, чтобы прогнать чужую собаку. Неужели у меня не найдется хоть доли мужества моей бесстрашной любимицы? Уже не так судорожно сжимая поводок, я двинулась дальше. Но при этом не расслаблялась и была начеку, чтобы отследить опасную ситуацию до того, как она превратится в серьезную проблему. В случае необходимости я могла бы направиться в противоположную сторону или перейти улицу, не говоря уже о том, чтобы воспользоваться мобильным – если бы потребовалась дополнительная помощь.

Тут сзади раздались стук когтей по асфальту и сердитое фырканье. Тревожный знак! Все мышцы моего тела напряглись. Сбылись мои самые страшные предчувствия! Прямо за нами бежала собака, спущенная с поводка. Я резко развернулась назад. Страшный зверь оказался не выше моего колена. На его голове был завязан бантик, из которого торчала пушистая челочка карамельного цвета. Курносый нос, нежные ушки, ошейник со стразами. Зверь потоптался рядом с нами и тоненько произнес: «Тяф!»

Страх тут же улетучился, и я громко рассмеялась. Келли деловито обнюхала миниатюрного песика. Он еще раз тявкнул и пошел своей дорогой, а мы – своей.

Вернувшись домой, я повесила поводок в прихожей и посмотрела на Келли, которая наблюдала за мной своими добрыми внимательными глазами.

– Завтра мы снова пойдем на улицу, – пообещала я, гладя ее по голове.

Страх перед большими собаками, гуляющими без присмотра, еще не полностью покинул меня. Но больше ему не удастся удерживать меня дома. На прогулке, как и вообще в жизни, опасности могут показаться более серьезными, чем на самом деле. Возможно, воображение нарисует мне угрозу размером с датского дога, а в реальности она окажется не крупнее померанского шпица.

Пегги Фрезон

Спасти себя

Путь в тысячу ли начинается с одного шага.

Лао Цзы

Медсестра сняла с меня датчики электрокардиографа и поместила их на стоящий рядом столик на колесиках.

– Врач посмотрит кардиограмму и сообщит результат. Можете пока одеваться, – сказала она и направилась к двери.

Оставшись одна, я быстро спрыгнула с каталки и оделась, чтобы не чувствовать себя беспомощной и больной, а после этого уселась на стул ждать доктора. Грудь опять сдавило. От страха по коже побежали мурашки. Было невозможно вдохнуть, легкие будто окаменели. Я принялась рассматривать свои ногти, попыталась сконцентрироваться на приятных воспоминаниях, но сознание не слушалось. Оно зациклилось на одной пугающей мысли и постоянно «проигрывало» ее снова и снова.

Симптомы моей болезни давали о себе знать уже не единожды. И что еще хуже, они были ровно такими же, как у мужа перед тем, как у него диагностировали сердечную недостаточность. Поэтому мне так трудно было прогнать мрачные предчувствия. Что будет с нами? Что будет с нашей дочерью, если и отец, и мать серьезно больны? Я еще внимательнее стала изучать руки. Недавно мужу в грудную клетку вставили дефибриллятор – постукивающий квадратный приборчик, заметный через кожу. Мой супруг очень боялся этой штуковины, и я, между нами говоря, его понимала. Хотя, конечно, перед операцией ободряла и поддерживала его, как могла.

Прибор поставили пожизненно, и муж все время опасался: вдруг он перестанет работать. Мне сейчас немного за сорок, и я не готова к тому, чтобы мое сердце «сдавало». И ходить всю жизнь с коробочкой в груди тоже не хочу.

Вернулся врач и изучил кардиограмму.

– Тут все в порядке, – заверил он. – Проблема в высоком давлении.

Несколько мгновений я обдумывала услышанное, а затем расправила плечи. Ну уж с гипертонией мне, наверное, удастся справиться. На нее, скорее всего, можно как-то повлиять.

Я уже несколько недель не находила себе места – волновалась, что задыхаюсь и что грудь сжимает тисками. А теперь будто бы забрезжила надежда. Никаких серьезных проблем с сердцем нет, мне не требуется операция по установке дефибриллятора. Теперь я приложу все усилия, чтобы восстановить здоровье.

Доктор принялся выписывать назначение:

– Я пропишу вам препараты, снижающие кровяное давление, – сказал он.

Немного расслабившись, я наблюдала за тем, как он пишет. Мне, конечно, хотелось бы решить проблему и без таблеток. Но в любом случае не стоило огорчаться из-за необходимости принимать их.

– А потом можно будет отказаться от них? Я слышала, что если начинаешь пить гипотензивные препараты, то это до конца жизни.

– Некоторым пациентам со временем они становятся не нужны. Так или иначе, вам придется изменить образ жизни. Сократить потребление соли, больше двигаться, например больше ходить пешком, и сбросить лишний вес.

В голосе врача слышались легкие скептические ноты. Думаю, он повидал много пациентов, которым не под силу было изменить себя. Но я не такая. Я его удивлю.

Придя домой, я первым делом достала ежедневник и отметила сегодняшнюю дату как первый день на пути к здоровью. Далее наметила цель – сбросить 53 килограмма. Мотивация у меня была прекрасная, лучше и не сыскать. Я хочу спасти свое сердце и себя от ранней смерти. Задачи, которые я ставила перед собой ранее – поправить фигуру для выхода на пляж, получше выглядеть во время отпуска, купить одежду меньшего размера, – никогда меня так не стимулировали. Но теперь каждый согнанный килограмм будет нести облегчение всей сердечно-сосудистой системе. Минус десять, минус двадцать, минус пятьдесят – и я уже у цели! Каждый вечер я буду оценивать свои достижения. Если удалось правильно питаться и сократить калории, нарисую сердечко, отметив эту дату. Это будет означать, что я продолжаю следовать взятому курсу.

С каждым днем я приближалась к цели, и поверить в успех было уже совсем нетрудно.

Далее предстояло съездить за продуктами. Нужно было купить больше свежих овощей и спланировать, какие полезные для здоровья блюда из них можно приготовить. Тут я обнаружила, что пока еще слишком мало знаю о правильном питании. Я бродила по магазину и чувствовала себя так, будто заблудилась в бурном море диетических хитростей. Я не представляла, с чего начать и что именно купить. В конце концов я собрала все низкокалорийное, что смогла отыскать, и направилась на кассу, подумав, что дома найду всю необходимую информацию в Интернете.

Прошли недели, затем месяцы. Я все читала и читала о правильном питании. В Интернете и в библиотеке нашлось немало интересного. Пришлось посетить сайты ресторанов фастфуда, чтобы заранее узнать, что из их предложений наиболее подходит тем, кто на диете, а что нельзя брать ни под каким видом. Со временем я почувствовала, что накопила достаточно знаний. Многие открытия меня воодушевили, а некоторые просто шокировали.

Мне бы не удалось раз и навсегда отказаться от всего, что я люблю. Но я решила, что просто могу съедать одно печенье Oreo вместо восьми. Или половинку пончика, а вторую приберечь на другой день.

Во время приготовления еды я стала использовать меньше сливочного и больше оливкового масла. Вместо белого хлеба покупала цельнозерновой. Перед тем как положить в корзину любой продукт, я читала этикетку. Я становилась все подкованней, и это помогало более осознанно противостоять искушениям. А они были: некоторые недоброжелатели пытались сбить меня с пути истинного, так что нужно было научиться давать им отпор.

Вредные компоненты встречаются во вполне безобидных на первый взгляд продуктах. Но теперь я подкована и без всякого сожаления изгоняю из своего рациона подобных «оборотней».

Вкус победы оказался слаще любых конфет и пирожных, какие мне только довелось попробовать за свою жизнь!

Наконец, завершающим шагом стало увеличение физической нагрузки. Я решила, что буду ходить по беговой дорожке на школьном стадионе. Начинала я скромно: чуть больше километра за раз. Затем каждую неделю увеличивала дистанцию и через некоторое время проходила уже по три-четыре километра. И так шесть дней в неделю. Поначалу было нелегко, я даже немного растерялась – задача казалась неподъемной. Я словно тянула за собой вагонетку, набитую кирпичами. Я все гадала, когда же станет полегче. И вот период адаптации благополучно миновал. Ощутив прилив энергии, я поняла, что победила в этой борьбе. Преодоление каждых пяти сотен метров давалось все легче, и я увеличивала темп. В конце тренировки у меня даже оставались силы, чтобы пройти несколько дополнительных кругов. С каждым днем я приближалась к цели, и поверить в успех было уже совсем нетрудно.

Когда-то я начинала задыхаться, стоило лишь подняться на несколько ступенек или попытаться не отстать от бодро идущего человека. Но все изменилось, и доказательство этому я получила в тот день, когда явилась в школу на беседу с учителем дочери. Я шла рядом с ним по длинным коридорам, затем мы поднялись на один лестничный марш. В этот момент я осознала, что все время говорила нормально и мне не надо было, как раньше, прерываться и переводить дух. Тяжести в груди тоже не было. Я ощутила невероятную радость от того, что становлюсь более здоровой и выносливой.

Самым полезным в моем путешествии к здоровью стало решение отказаться от покупки весов. Я подумала, что стоит немного подождать и взвеситься уже тогда, когда в следующий раз пойду к врачу. Поэтому я не переживала по пустякам, глядя, как медленно уходит каждый килограмм. Куда больше вдохновляют большие вехи пути. Вот удалось избавиться от пяти килограммов, а вот еще от семи. При этом я не была «привязана» к весам и не бегала взвешиваться каждый день. Мелкие колебания (что-то скинула, что-то набрала) я не отслеживала, что хорошо сказывалось на моем настрое.

На данный момент мне удалось снизить вес на 40 килограммов и предстоит сбросить еще 13. Но самое приятное – даже не сами цифры, а то, что мой успех воодушевляет многих других людей. Они спрашивают у меня совета по поводу правильного питания и физической нагрузки.

Вкус победы оказался слаще любых конфет и пирожных, какие мне только довелось попробовать за свою жизнь!

Джин-Мари Поулин

Примерка

Иногда самые незначительные решения способны навсегда изменить жизнь.

Кери Расселл

Мне хотелось сбежать отсюда. Куда бы я ни посмотрела, вдоль стен стояла спортивная обувь, – наверное, более сотни пар. Здесь были представлены всевозможные бренды и ценовые категории. Сотрудники магазина почувствовали, что я в замешательстве. Один из них подошел и вежливо спросил, может ли чем-то помочь.

– Я ищу кроссовки для бега – эти слова показались мне чужими. Хотя за последние две недели я ни о чем другом не думала.

Бег как вид спорта меня пугал и в то же время интригующе манил. Как это так: миллионы людей просто выходят из дома и бегут куда-то? А где же зрелищность и красочность большой игры, воодушевление болельщиков на трибуне, драматизм схватки? В чем кайф – пробегать мимо соседей, пыхтя как паровоз?

– Никогда в жизни я не покупала специальных кроссовок, исключительно для пробежек, – призналась я продавцу. – Но сейчас записалась на фитнес-программу 10-К и собираюсь всерьез взяться за ее освоение.

– Отлично, – кивнул продавец-консультант по имени Джим. – Тогда первым делом снимите обувь и закатайте брюки.

Что? Внимательно разглядывая выражение его лица, я думала о том, что пришла сюда покупать обувь, а не сверкать лодыжками. Нет, он не смеется надо мной, его лицо серьезно. Так что надо делать, что просят. Стоило перед выходом проверить, достаточно ли гладко побриты ноги!

– Теперь встаньте на одну ногу.

Надо постараться не высовывать язык, удерживая равновесие. Мысленно я напомнила себе, что неплохо было бы заняться пилатесом, который учит лучше балансировать. Тут продавец успокоил меня, заверив, что я не на кастинге для артистов цирка. Он осмотрел подъем стоп, чтобы понять, как тот реагирует на нагрузку, а также проверил пронацию и супинацию – способность стопы выворачиваться внутрь или наружу (последнее – довольно редкое явление). Несколько раз сгибая и разгибая лодыжку, Джим определил, что для меня свойственна избыточная пронация. Так и есть, я даже носила корректирующие ортопедические стельки.

Далее последовало измерение длины и ширины стопы с помощью устройства Брэннока. Это была единственная знакомая мне процедура в нынешней обувной эпопее. У меня размер 8.5, полнота D. Мне с трудом удалось сдержаться и не выказать неудовольствия, когда Джим принес несколько пар мужских по виду кроссовок. Я терпеть не могла такие ситуации: теперь придется выбирать, какая пара менее маскулинная. Я оглянулась на полку с женской обувью более нежных пастельных оттенков.