Патруль – не всегда добро (СИ)

Чарльз, как выяснилось, тоже отлично умел показывать пленникам их место. Не Венди снимет с Леона наручники, а я. И попробуй поспорь – я сама предложила их снять, да и он мой напарник, а не Венди. Правда, чует моё сердце, недолго нам оставаться напарниками. Что ж, перевернула капитана на живот и долго возилась с замками – никогда раньше не доводилось иметь дело с наручниками. Хорошо, что Леон преувеличил свою потребность в санузле, а то бы не успела.

– Ты неправильно себя ведёшь, – прошипел он. – Пират на тебя смотрит такими глазами…

– Какими?

– Он трахнуть тебя хочет, вот какими!

– Ты бы предпочёл, чтобы он хотел трахнуть тебя?

– Что? – Леон дёрнулся, и ключ, который я уже почти вставила в скважину, оттуда выскочил.

– Лежи спокойно, – потребовала я.

– Ты согласна с ним трахаться?

– А ты бы предпочёл умереть?

– Нас всё равно убьют!

– О чём вы там шепчетесь? – с подозрением поинтересовался Чарльз.

– Заговор плетём, – бодро откликнулась я. – Уже половину сплели, так что не мешай.

Мне, наконец, удалось освободить Леону правую руку. Поставила его на ноги, сняла наручники, второй замок поддался гораздо легче, и он побрёл куда ему надо, постанывая на каждом шагу. Я вернулась к Чарльзу и отдала ему наручники вместе с ключами. Он тут же схватил меня за плечи и поцеловал в губы.

– Чарли, а как же я? – заплакала Венди.

– А ты сейчас для этого дела не годишься, у тебя голова болит, – ответил он.

Глава 28

Чарли оказался любовником так себе. От мужчины таких размеров я ждала гораздо большего, во всех книгах про любовь героини сходили с ума от парней с детородными органами примерно в половину от того, каким он орудовал. Но ощущения женщины его совершенно не интересовали, даже ни разу приласкать не попытался. Мне даже показалось, что и сам он не сильно удовольствие получал, наверно, главным для него был сам факт секса с пленницей.

Впрочем, и для меня удовольствие было вовсе не на первом месте – я надеялась вымотать его чередой половых актов, причём так, чтобы он беспробудно заснул, а я бы добралась до инструментов, а там хоть отвёрткой, хоть молотком, хоть сварочными плоскогубцами прикончила бы пиратов, сперва бодрствующую Венди, потом спящего Чарли, и уж поверьте, моя рука бы не дрогнула. Но он, едва исполнив первый раз, тут же вскочил и оделся. Мне ничего не оставалось, кроме как сделать то же самое.

С тех пор Леон почти непрерывно осыпал меня всяческими оскорблениями, называл блудницей, развратницей, шлюхой и проституткой, иногда добавляя ещё какие-то слова, которые я не понимала, планетные, наверно, а может, и самые обычные, но на его родном языке. Например, ляпута, с ударением на последнем слоге. Спорить с ним я не собиралась, это заведомо бесполезно, а вот врезать по физиономии руки чесались. Не врезала только из жалости – я-то была нужна Чарли до самого приземления на Мордоре, а вот Леон – нет. Его могут убить и раньше, ещё до входа в атмосферу. И если я покажу, что он меня достал, и его смерть меня не огорчит – убьют почти наверняка.

Я уже более-менее представляла, что пираты собирались с нами сделать. Тут любой бы догадался – когда Венди захотела отомстить мне за удары по голове, Чарли запретил ей меня убивать и даже ранить в ладони и в лицо, а она ответила, что мои деньги ей не нужны. Очевидно же – любой перевод денег с карточки требует идентификации по отпечатку ладони и изображению глаза. И невозможно проверить, принадлежат они живому человеку или трупу. Они вполне могли бы просто отрезать нам руки и головы, а остальное выбросить в космос, но за две недели это всё протухнет, и неизвестно, пройдёт ли идентификация правильно.

Да, возможно, что деньги переводят живые пленники, а убивают их потом. Но наверняка убивают – ведь экипажи пропадают вместе с кораблями, если они остаются живыми, куда они деваются? Их продают в рабство? При том, что рабство в Галактике запрещено, даже каторги уже несколько веков нет? И даже если продают, это немногим лучше смерти. Если вообще лучше.

Но кое-что изменилось. Пираты оказались очень хреновыми пилотами. Я ведь без особого труда освоила управление кораблём с сильно смещённым центром тяжести, а они не смогли. Хоть какой-то толк от этой одноразовой пушки. Так уж вышло, что я на борту единственный пилот, способный посадить корабль. А это всё меняет. Я так поняла, посадка на Мордоре нужна пиратам, чтобы сбить с толку Патруль, заставить его считать, что пропадают корабли не с героином, а с магическими амулетами и снадобьями. После этого они взлетают под нашими именами и везут наркотики своим барыгам.

Хороший был план, но что они собираются делать теперь? Или заставят лететь к барыгам меня, или на Мордоре найдут другого пилота. Там наверняка есть их люди, ведь героин они там продают только по документам, и точно так же фиктивно закупают приворотные зелья и тому подобные товары. Кто-то из торговцев с ними в доле, и прикрывает этот обман. Этот торговец запросто сможет нанять пилота, которого не смутят два трупа на борту корабля. Если, конечно, у них нет своего такого пилота. Может, в конце рейса прикончат и его, но меня его смерть не воскресит.

А пока я не знала, чем заняться. Леон со мной не разговаривал, только ругался и сыпал проклятиями. Чарли уделял мне минут десять утром и вечером, и больше мной не интересовался. Да и не знала я, о чём с ним говорить. Уж не о своей судьбе точно, и так понятно, что говорить тут не о чем. Боб оказался на редкость нудным собеседником, по сравнению с ним Джоконда выглядела фонтаном остроумия, я уже по ней скучала.

Зато Венди постоянно крутилась вокруг меня и непрерывно болтала о всякой ерунде. О нашей драке при знакомстве она не упоминала, но по глазам я видела, что ничего не забыто, и её дружелюбие напускное. А вскоре поняла, чего ей от меня надо. Я иногда брала управление на себя, на самом деле от скуки, а пиратам сказала, что мне обязательно нужно постоянно освежать в памяти управление этим нестандартным кораблём, иначе в атмосфере будет тяжко, долгие ведь годы я управляла самым обычным грузовиком дальнего следования, и это въелось в мои рефлексы.

Похоже, Чарли не знал, что такое рефлексы, спросил о них у Боба, и вряд ли понял ответ. Зато он точно знал, что два пилота на корабле всегда лучше одного, а если один из них свой, а не пленник, так даже гораздо лучше. Венди по его приказу пыталась, глядя на меня, освоить управление нашим кораблём, но у неё ничего не получалось – стоило ей попытаться управлять, как Боб начинал вопить, что мы сходим с траектории, а это дополнительный расход топлива, которого у нас и так в обрез.

Чарли даже не пытался управлять кораблём, заявил, что он очень хреновый пилот, и в атмосфере летает гораздо хуже Боба. Я удивилась, ведь на Мекке именно он делал экстренную посадку, но промолчала. А вот когда Чарли стал расспрашивать, почему корабль не такой как все, молчать уже не могла – не сомневалась, что если понадобится, он без колебаний прибегнет к пыткам, и совесть его ничуточки мучить не будет. К тому же, пришлось говорить правду – Чарли я бы ещё смогла чего-нибудь правдоподобно наврать, но за разговором следил Боб, а искина так просто не проведёшь.

– Очень сильно смещён вперёд центр тяжести, – честно сказала я. – В носовом отсеке есть какой-то левый груз, примерно тонна, плюс-минус пятьсот килограмм. Груз расположен более-менее на центральной оси корабля.

Боб кивнул, подтверждая, что мои слова не расходятся с его наблюдениями.

– А ты, небось, и понятия не имеешь, что это за груз? – недоверчиво спросил Чарли.

– Я его не видела, – снова честно ответила я. – Мне сказали, что это лазерная пушка, тогда тот провод управления, о котором говорил Боб, её включает. Но это чужие слова, с тем же успехом там может быть устройство самоликвидации. И я не знаю, зачем оно там, и какие у него условия срабатывания.

– Точно не пушка? – уточнил Чарли с растерянным видом.

– Без понятия. Но не представляю, как её наводить на цель, если она управляется единственным дискретным сигналом.

Боб согласно кивнул, а я мысленно попросила Мать космоса, чтобы это всё же оказалась пушка, а не бомба.

Глава 29

Казалось бы, меня должно беспокоить только одно – как избежать скорой смерти, а если никак, то приготовиться к ней. Но вместо этого я постоянно думала о сексе, точнее, не о нём самом, а о его последствиях. Дело в том, что по моему женскому календарю шли дни, благоприятные для зачатия, а беременность от Чарли – последнее, чего бы я себе пожелала. Ему я об этом ничего не говорила – это ему наверняка не помешает меня прикончить, а в остальном его это не касается. Если вдруг выберусь из этой переделки живой, запросто решу эту проблему. На многих планетах аборты запрещены, но в каждом порту есть хирурги этого профиля. Не будь их, космикам пришлось бы регулировать состав семьи совсем уж варварскими способами. Не избежал сексуальных тем и Леон.

– Глянь, Жюли, они крепко спят, – шепнул он на второй день полёта, прервав поток адресованных мне оскорблений. – Ты можешь взять молоток и прикончить их парой ударов.

– А ты не можешь? Мужчина у нас вроде бы ты, и агент Патруля – тоже ты, – напомнила я.

– Я не могу. При четырёх же я беспомощен, как младенец.

– Прикончить, говоришь? А кто заткнёт рот Бобу? Он запрограммирован поднимать тревогу, когда на корабле готовится бунт.

– А отключить его ты не можешь?

– Нет, Леон. Ты же сам постоянно говоришь, что я не хакер, а шлюха и проститутка.

– А отключить ему оптические камеры?

– Заорёт, что ничего не видит.

– А динамик?

– Динамик встроен в компьютер.

– А если весь компьютер обесточить?

– Там мощный аккумулятор. Пропало питание – любой компьютер орать начинает. Или ты надеешься, что этот пират будет долго просыпаться? Не надейся.

– У тебя тысячи причин, чтобы ничего не делать!

– Да? – обиделась я. – А у тебя – одна. Ты при четырёх же ни на что не способен.

– А ты – шлюха! Тебе просто нравится, когда он тебя трахает! Ты так страстно орёшь при этом!

– Не твоё дело, как я себя веду при оргазме. Уже не твоё.

Я сотни раз пыталась придумать, как перебить пиратов. Мне казалось, что главное для этого уже сделано – мои руки не скованы, и я могу свободно бродить по кабине. Я пыталась достать из аптечки снотворное – Боб поднял тревогу. Пришлось врать Венди, что искала противозачаточные пилюли. Не нашла, само собой – их там никогда и не было. И у Венди их не оказалось – по её словам, она предохраняется иначе. Зато я поняла, что и к аптечке мне доступа нет.

Ещё была неплохая идея внезапно выключить двигатель, и быстро разобраться с не ожидавшими невесомости пиратами. Я вполне могла, управляя кораблём, подобрать для этого момент, когда они оба делают шаг, и тогда они зависнут в воздухе посреди кабины. Дальше я должна метнуться к кладовой с инструментами, в невесомости, конечно же, набрать там молотков и всякого ещё тяжёлого, и метать в них, надеясь попасть в голову и прикончить. Да только все космики неплохо умеют передвигаться в невесомости, и пираты – тоже. Самое простое – снять комбинезон и бросить его в сторону, я так делала совсем недавно. Это куда быстрее, чем достать из кладовки тяжёлые инструменты.

А ещё можно, пока они спят, надеть скафандры и открыть входной люк. Да только Боб поднимет тревогу, как только я начну влезать в скафандр, так что вряд ли я успею одеться, и ещё более вряд ли смогу объяснить, зачем мне понадобился скафандр. Это вам не аптечка, в которой хотя бы теоретически могли быть противозачаточные таблетки. Таких планов было у меня немало, и все они могли сбыться только чудом, а я не Мать космоса, чудеса творить не умею. Оставалось надеяться, что Чарли тоже не чудотворец.

– Боб, реально ли избавиться от бомбы? – поинтересовался он у искина.

Конечно же, если эту штуку выбросить в космос, корабль станет самым обычным, и им сможет управлять Венди, а меня прикончат. У меня перехватило дыхание – Джоконда говорила, что лазерная пушка – часть оптической системы корабля, и без неё корабль «ослепнет», но у Боба могло быть иное мнение, да и Джоконда вполне могла соврать.

– Это очень рискованно, – ответил Боб. – Бомбы в устройствах самоликвидации часто устанавливают так, что попытка от них избавиться провоцирует взрыв. Чтобы провести гарантированно успешное разминирование, требуется опытный сапёр, а таковые есть даже не на каждой планете.

Я незаметно перевела дух. Хорошо, что удалось убедить Чарли насчёт бомбы, знай он, что это всего лишь пушка, наверняка попытался бы её вынуть. А ослепнет корабль или нет, мне уже будет без разницы. Если нет – меня убьют, если да – мы все погибнем. На атмосферном транспорте и даже на водном радары есть, а на космическом их не предусмотрено.

Ещё через пару дней Венди провела скачок в пространство Стоуна, на шести же Леон перестал поливать меня оскорблениями и ограничился стонами и жалобами на жизнь. Жаль, перерыв был коротким, как я ни изображала безразличие, этот поток грязи мне всё-таки изрядно надоел. Я собралась с духом, шагнула к нему и ухватила несчастного за горло.

– Или заткнёшься, или сдохнешь, – прошипела я. – Ты тут никому не нужен, ни мне, ни остальным, так что веди себя прилично!

Надо было проделать это раньше, но так или иначе, он оставил меня в покое. Правда, теперь Леон со мной вообще не разговаривал, и больше не оставалось никаких надежд когда-нибудь с ним помириться. Впрочем, если нас убьют, наши взаимоотношения – последнее, что будет меня беспокоить.

Скуку нашего путешествия слегка разбавила долгая невесомость – почти два дня мы для экономии топлива летели с выключенным двигателем. Раньше мне не доводилось так долго терпеть невесомость, остальным – явно тоже. Недовольны были все, особенно Леон, но мой бывший капитан, памятуя о моей угрозе, ничего не говорил, а своё неудовольствие показывал только мимикой. Когда вновь появились привычные четыре же, даже он вздохнул с облегчением.

Квантовый скачок в нормальное пространство проводила снова Венди, и у неё так плохо получилось, что неудовольствие высказал даже Боб. Чарли выругался и явно хотел отвесить ей оплеуху, но всё же удержался. Венди заявила, что у неё плохо получается пилотировать, потому что корабль с дурацким центром тяжести, а ей ещё и управлять им для тренировки не дают. Я сохраняла бесстрастное лицо, а сама здорово обрадовалась – раз она не смогла нормально снизить скорость, Чарли ни за что не доверит ей пилотирование в атмосфере, и я наверняка доживу до посадки.

Глава 30

За весь остаток дня мы с Венди даже словечком не перемолвились, зато обменивались ненавидящими взглядами и оскорбительными жестами. Один раз я, будто без всякой задней мысли, шагнула в её сторону, так Боб мгновенно заверещал «Юлия, не делайте этого!», и ко мне тут же подскочил Чарли со зверским выражением на роже. Я состроила невинное личико и пожала плечами, а он грязно выругался и пригрозил сделать со мной что-то нехорошее, и я ему поверила.

Леон смотрел куда-то вдаль, наверно, на соседнюю галактику, и бормотал себе под нос что-то неразборчивое. А ведь он мог мне помочь в драке! Ему ничего не мешало подбежать к Венди со спины и ударить её кулаком по затылку, пока она пыталась задушить меня. Даже удар планетника запросто бы её прикончил, тем более, он патрульный, его наверняка хоть немного обучали рукопашному бою. Но нет, этот тип так и просидел всю нашу схватку в гамаке, внимательно наблюдая и не вмешиваясь.

– Джулия, ты была прекрасна в этой битве, – улыбнулся мне Чарли, прижал к себе и схватил рукой за грудь, у него это считалось лаской.

Венди была отброшена в сторону, ей это вряд ли понравилось, но проявлять неудовольствие она побоялась. Леон заговорил чуть более внятно, я разобрала выражения «мерзкая шлюха» и «продажная проститутка». Непонятно, что он имел в виду, ведь не продажных проституток не бывает, вся суть их профессии в продажности. Быть может, какие-нибудь особые, отборные, элитные имеют право сами выбирать клиентов. Но в портовых борделях таких точно нет. Хотя о порядках в борделях я знаю только с папиных слов, причём рассказывал он мне, будучи сильно нетрезвым.

– Ну? – недовольно буркнул Чарли, уже успевший раздеться.

– А, ну да, – откликнулась я и стала снимать комбинезон.

Выбор невелик – или срочно ему отдаться, или получить пару болезненных ударов в грудь или в живот. О, нет, никакого изнасилования. Благородный пират никогда не займётся сексом с женщиной, которую только что избил. По крайней мере, мне Чарли объяснял именно так. Сама я не пробовала ему отказывать, а вот Венди пару раз попыталась, уж не знаю, зачем, разве что из вредности, так что я своими глазами видела, что бывает после отказа.

– Чарли, я не могу на это смотреть! – расплакалась она, явно не желая сейчас отказывать.

– Отвернись, – безразлично посоветовал он.

Он здорово возбудился – дышал тяжело, да и вообще, возбуждение обнажённого мужчины заметно не только по дыханию. Похоже, его здорово заводят женские драки, а может, и не драки, а вид побитой женщины. Я ещё не видела себя в зеркале, но чувствовала, что нос у меня распух и обильно кровоточит. Как раз то, что приятно видеть благородному космическому разбойнику.

– Чарли совсем меня не любит, – пожаловалась Венди Леону, это были едва ли не первые её слова, обращённые к нему.

– А я бы не мог по мере сил его заменить? – робко предложил Леон.

– Что? – вскрикнула она. – Да с мерзким порождением планетной грязи ляжет лишь такая же грязь, только космическая. Вроде неё!

Такое оскорбление нельзя оставлять безнаказанным, да и прикончить эту сволочь всё так же было бы неплохо. Я вскочила с пола настолько резко, что ошарашенный Чарли не успел мне помешать, и с воплем «Убью!» ринулась на Венди. Она угрожающе на меня зашипела и приняла боевую стойку, но я уже знала, что рукопашному бою мы с ней обучены примерно одинаково, то есть, никак. Правда, она крупнее меня и, наверно, сильнее, зато я быстрее и, надеюсь, умнее.

Я изображала дикую ярость, а на самом деле уже знала, как буду атаковать – сперва ложный замах правой рукой, она слева закроет руками лицо, а я тогда раздроблю ей коленную чашечку ребром стопы. Я так никогда не делала, но видела такие удары во многих фильмах, ничего сложного. С покалеченной ногой она уже не сможет сопротивляться, и я её добью ударами по темечку. А может, разорву ей горло, это можно и позже выбрать.

Удар в колено у меня получился, правда, не ребром стопы, а пяткой. Венди завизжала, мне тоже хотелось – очень уж больно, но я сдержалась. Увы, её колено пострадало не настолько, как мне хотелось – она свободно опиралась на правую ногу. Я шикарно размахнулась правой рукой, но ударить не смогла – рука в чём-то застряла, левая тоже не двигалась, а в лицо летел кулак Венди, и мне не удавалось даже отклониться. Ожидая неизбежный удар, я зажмурилась, но его всё не было и не было.

– Так, самки, я вас предупреждал, – услышала я раздражённый голос Чарли. – Сказал же, что за драку рёбра переломаю, значит, так и будет. Готовься, Венди, это больно.

– Что, только мне? – возмутилась Венди. – Это она на меня напала!

– Я всё прекрасно видел и слышал. Вы обе заслуживаете серьёзного наказания, и не спорьте. Но Джулии через день вести корабль на посадку, с переломанными рёбрами это непросто. Поэтому я просто настучу ей как следует в табло. Надавал бы по заднице, но тогда она, сажая корабль, не сможет удобно сидеть в пилотском кресле, а это нам тоже ни к чему. С неё и начнём. Не бойся, Джулия, у тебя рыло уже и так начищено, никто особой разницы и не заметит. Так что глазки можешь разлепить.

Я послушно открыла глаза, и увидела, что Чарли держит каждую из нас за плечо. Вроде и небрежно держит, но никак не вырваться. А на плече наверняка останется синяк. Хотя из-за чего тут переживать, от его так называемых ласк у меня обе груди в синяках. У Венди тоже, но её, гадину, ничуть не жалко. Это от её пальчиков у меня синяки на шее, и она болит сильнее, чем разбитый нос. А вот вид Чарли меня здорово напугал. Он аж светился от радости, предвкушая наслаждение – улыбался и облизывался, его язык мелькал между губами, как жало у змеи из научно-популярных фильмов.

Похоже, ему даже больше секса нравилось смотреть на избитых женщин. Оставалось только удивляться, почему он раньше не лупил собственноручно ни меня, ни Венди. Избивая меня, он получит огромное удовольствие. Пару несильных оплеух – мелочь, но если он войдёт во вкус, на то, что я – единственный пилот на корабле, ему станет наплевать, так что запросто может и зашибить. Потом будет жалеть, но мне от этого не легче. По всему выходит, что я сотворила глупость и вляпалась в неприятность, из которой своими силами мне не выбраться.

Чарли оттолкнул Венди и схватил меня за плечо теперь уже левой рукой, а правой замахнулся, хорошо хоть, кулак не сжал, собрался бить ладонью. Вырваться из его хватки невозможно, помощи ни от Леона, ни от Венди ждать не приходится. Я мысленно произнесла молитву Матери космоса, отлично зная, что Она почти никогда не приходит людям на помощь, да и вообще не вмешивается в их дела. Особенно Ей противны те люди, которые сами устраивают себе неприятности. Вот как я в этот раз.

Глава 31

Уж не знаю, за какие заслуги, но Мать космоса сделала для меня исключение. Конечно же, Она не прибыла на помощь лично. Она никогда так не делает. Просто незаметно подстроила, чтобы произошло что-нибудь такое, что позволит мне не получить слишком много оплеух. Одной-то я всё-таки не избежала, причём слабенькой, но на ней всё избиение и закончилось.

– Чарльз, я принимаю шифрованный сигнал с какой-то из орбитальных станций Мордора, – сообщил Боб, и рука Чарли остановилась, немного не дойдя до моего лица, так что вторая оплеуха не состоялась. – Сигнал постоянно повторяется. Инструкции, данные мне на этот случай, гласят, что я обязан немедленно довести наличие сигнала до вашего сведения. Программное обеспечение для кодирования и декодирования этого шифра у меня имеется, от вас требуется пароль.

– Первый раз такое, – задумчиво пробормотал Чарли и оттолкнул меня прочь, а я нисколечко и не возражала. – Что-то серьёзное там у Виктора случилось. Так, Боб, пробуй. Пароль «Камелот».

– Согласно данным мне инструкциям, в результате расшифровки должен получиться связный осмысленный текст на земном языке. С этим паролем связный осмысленный текст не получается.

– Пробуй «Эскалибур».

– Тоже не подходит.

– Тогда «Авалон».

– Не то.

– «Мерлин», – подсказала я.

– Откуда знаешь про Мерлина? – изумился Чарли. – Это тоже один из паролей.

– Первые три слова были из древнего эпоса о короле Артуре. Хитро использовать произвольный пароль из списка, но глупо составлять список по одной книжке.

– Какие ты ещё знаешь имена и названия из этой книжки?