Помоги проекту - поделись книгой:
После состязания они узналй, что ликторы арестовали Дон Кйхо-та и увели его в Лаутумию, римскую тюрьму. Им не разрешили увидеться с заключенным, и потому они отправились на поиски Цицерона. Он был юристом и вскоре сум, ел вызволить Кихота из Лаутумии под обещание, что тот больше не будет приезжать в Рим.
— От всей души сожалею, что данное слово не позволит мне покончить с этими демонами, — сказал Кихот, когда выехал за пределы Рима.
— Не будем об этом, — сказала Бекки. — Мы хотели сообщить вам, что нашли Дульсинею.
Глаза старика выпучились от восторга. Он ухватился за свое скрытое под латами сердце.
—
— Не торопитесь, — сказала Бекки. — Вам следует узнать, что она изменилась и выглядит не такой, как прежде.
— Это сделал какой-нибудь злой колдун? — грозно спросил Кихот.
— Да! — вмешался Джейми. Его рассердило, что Бекки принялась всем командовать, и ему хотелось добавить кое-что от себя. — Этот колдун состоит из одной головы! — крикнул он. — Голова парит в воздухе… ну, и еще две руки! У него черные перчатки, а тела нет.
Едва он вспомнил жуткую парящую голову, его пронзил страх.
Бекки посмотрела на него каким-то странным взглядом.
— Угу, — сказала она. — Это правильно.
— Он полностью прервал сопряжение, — выкрикнул Джейми слова, застрявшие в памяти.
Дон Кихот не обратил на них никакого внимания, но Бекки опять внимательно взглянула на Джейми.
— А ты не такой тупица, каким кажешься, Дигит, — сказала она.
— Мне все равно, как выглядит Дульсинея, — объявил Дон Кихот.
— Я люблю добродетель, живущую в ее сердце.
— Она — принцесса Гигунда! — закричал Джейми, подпрыгивая от восторга. — И все время была принцессой Гигундой!
И дети побежали за Дон Кихотом, который помчался, гремя доспехами, туда, где возле дома Джейми ждала принцесса Гигунда, упал на одно колено и принялся, обливаясь слезами, целовать ее руку. Принцесса как будто слегка недоумевала, но тут Бекки объяснила ей, что она на самом деле — давно исчезнувшая Дульсинея, превращенная в великаншу злым колдуном, хотя, наверное, она ничего про это не помнит из-за рокового заклятия.
Пока Дон и принцесса обнимались, целовались и ворковали в любовном дуэте, Бекки обернулась к Джейми.
— Что это за чушь про парящую голову? — спросила она. — Где ты такое видел?
— Не знаю, — сказал Джейми. Ему не хотелось говорить о том, как вся семья окаменела, о жуткой светящейся голове, возникшей перед ним. Ему не хотелось вспоминать слова взрослых о том, что это был сон — ничего больше.
— Дурацкая чушь, — сказала Бекки. — Мне от нее жутко стало. Ты предупреждай заранее, прежде чем опять что-нибудь ляпнешь.
— А почему ты назвала меня Дигит? — спросил Джейми.
Бекки хихикнула.
— Просто так, — сказала она.
— Джейми дома! — прощебетал с неба голос мистера Ухты. Джейми взглянул вверх и увидел, как мистер Ухты радостно кувыркается в воздухе. — Наш Джейми наконец-то дома!
— Куда пойдем? — спросил Джейми.
Уроки кончились, и они с Бекки вышли из маленькой кирпичной школы. Бекки, как обычно, очень хорошо успевала на уроках, лучше своего старшего брата, и Джейми это начинало все больше злить. Ну, хотя бы он опережал ее в латыни и в компьютерологии.
— Не знаю, — сказала Бекки. — А ты куда хочешь пойти?
— Может, в Пандаленд? Покатались бы на взззы-машине.
Бекки сморщила лицо.
— Надоели мне эти детские аттракционы.
Джейми вытаращился на нее.
— Так ты же ребенок.
— Я не такая маленькая, как ты, Дигит, — сказала Бекки.
Джейми разозлился. Чего это она?
— Я старше тебя!
— А вот и нет, — заявила Бекки. Она стояла перед ним, раздраженно раскинув руки. — Хоть разочек заметь что-нибудь! Ну, попробуй!
Джейми, подавив злость, поглядел на сестру и увидел, что Бекки действительно выросла и даже, кажется, стала больше него. Угасающий гнев сменился недоумением.
— Почему это ты такая большая? — спросил он.
— Я росла, а ты нет. То есть не так быстро.
— Не понимаю.
Бекки скривила губы.
— Спроси маму или папу. Попробуй. — Лицо у нее стало каменным. — Только не верь всему, что они тебе наговорят.
— О чем ты?
Бекки рассердилась, но ненадолго.
— Послушай, — сказала она. — Иди-ка ты в Пандаленд и покатайся на аттракционах, ладно? Я же тебе для этого не нужна. А я хочу поговорить с друзьями.
— Какими еще друзьями?
Бекки снова рассердилась.
— Моими друзьями! А кто они, какая разница?
— Ну и ладно! — выкрикнул Джейми. — Я и один пойду!
Бекки повернулась и направилась к дому. Ее ноги мелькали на фоне зеленой травы. Джейми с бешенством смотрел ей вслед, потом повернулся и зашагал в Пандаленд.
Он перепробовал все любимые аттракционы: покатался на колесе обозрения и на взззы-машине. Посмотрел представление Риццо-силача и клоунов. Ему было весело, но как-то не по-настоящему. Он словно бы следил сам за собой, следил, как играет, следил, как весело катается на аттракционах.
Следил, как растет медленнее, чем его маленькая сестричка.
Следил, как думает о том, спросить или не спросить родителей, почему это так.
У него возникло предчувствие, что их ответы ему не понравятся.
После этого он Бекки почти не видел. Они по-прежнему занимались в школе вместе, но потом Бекки запиралась у себя в комнате и болтала со своими друзьями по телефону.
Но ведь у Бекки в комнате не было телефона — он один раз заглянул туда в ее отсутствие.
А еще через какое-то время Бекки перестала ходить с ним в школу. Она обогнала его по всем предметам, кроме латыни, и Джейми было слишком трудно держаться с ней наравне.
И с тех пор он Бекки почти не видел. А когда встречался, то замечал, что она еще выросла. И ее одежда изменилась. И волосы. Она начала подкрашиваться.
И он не знал, нравится она ему теперь или нет.
Был день рождения Джейми. Ему исполнилось одиннадцать лет, и на праздник собрались все — и мамочка, и папочка, и Бекки. Дон Кихот и принцесса Гигунда спели в честь Джейми под окном, а Ла Дукесса аккомпанировала им на испанской гитаре. И был большой торт с одиннадцатью свечками. Мамочка подарила Джейми звездную карту. Стоило прикоснуться к звезде, и голос начинал рассказывать Джейми про нее, а на карте появлялись линии, показывавшие, к какому созвездию принадлежит эта звезда. Папочка подарил Джейми автомобиль, миниатюрный «мерседес», соответствовавший росту Джейми, на котором он мог ездить по окрестностям и в Колизее, когда там не устраивались состязания колесниц. А сестра подарила Джейми что-то вроде торшера, который проецировал цветные пятна и движущиеся узоры на стены и потолок, если погасить свет.
— Слушай музыку, когда будешь его включать, — сказала она.
— Спасибо, Бекки, — сказал Джейми.
— Бекка, — поправила она. — Теперь меня зовут Бекка. Постарайся запомнить.
— Ладно, — сказал Джейми. — Бекка.
Бекки-Бекка поглядела на мамочку.
— Умираю, курить хочется, — сказала она. — Можно я выйду… э… на минуточку?
Мамочка заколебалась, но лицо папочки стало строгим.
— Бекка, — сказала мамочка, — сегодня же день рождения Джейми, и мы собрались вместе его отпраздновать. Так почему бы нам не съесть по кусочку торта и не повеселиться?
— Но это же не настоящий торт, — сказала Бекка. — И вкус у него не настоящий.
— Это пре-крас-ный торт, — с нажимом объявил папочка. — Почему бы нам не поговорить на эту тему как-нибудь после? А сейчас мы празднуем день рождения Джейми.
Бекка вышла из-за стола.
— Джейми?! — сказала она. — День рождения Джейми? Он ведь даже не настоящий. — Она ударила себя кулаком в грудь. — Вот я — настоящая, — крикнула она. — Почему мы никогда не празднуем мои дни рождения?
Но папочка уже вскочил на ноги и начал кричать, и мамочка старалась всех успокоить, а Бекка кричала в ответ — и вдруг с решительным видом просто исчезла. В одно мгновение. Остался только воздух.
Джейми заплакал. И мамочка тоже. Папочка шагал взад-вперед и ругался, а потом сказал:
— Я схожу за ней.
Джейми испугался, что он исчезнет, как Бекка, и закричал от ужаса, но папочка не исчез, а просто выбежал из столовой и захлопнул за собой дверь.
Мамочка посадила Джейми к себе на колени и крепко обняла.
— Успокойся, Джейми, — сказала она. — Просто Бекка раскапризничалась.
— Но что случилось? — спросил Джейми.
— Забудь про это. — Мамочка погладила его по волосам. — Просто скверная шалость.
— Она растет, — сказал Джейми. — Она выросла быстрее меня, и я не понимаю этого.
— Погоди, вот вернется папочка, — сказала мамочка, — и все объяснит.
Но папочка вернулся один и объяснять ничего не стал.
— Ну, теперь будем веселиться, — сердито сказал он и потянулся за ножом, чтобы нарезать торт.
Джейми торт показался совсем невкусным, а когда в столовую вошли Дон Кихот и принцесса Гигунда, мистер Ухты и Риццо-силач и запели «С днем рождения!», он еле сдержал слезы.
Потом он поехал на своем новом автомобиле в Колизей и гонял «мерседес» по амфитеатру быстро, как мог. Да только машина не желала прибавлять скорость, трибуны со всех сторон были пустыми, как и голубое небо вверху.
Может быть, это загадка, подумал он, подобно одинокой жизни принцессы Гигунды. Может быть, ему надо найти разгадку, и все будет хорошо.
Но где она, разгадка?.. Он только зря ломал голову.
И мог только кружить, кружить и кружить по пустому ристалищу.
— Эй, Дигит, проснись!
Джейми с криком проснулся. Комната закружилась вокруг него. Он заморгал и понял, что кружатся разноцветные пятна, отбрасываемые торшером, который ему подарила Бекка.
Сестра сидела на его стуле с сигаретой в руке. Ноги в сапогах со стальными носками были закинуты на его кровать.
— Ты проснулся, Джейми? — это был голос Селены. — Хочешь, я спою тебе колыбельную?
— А пошла ты! — рявкнула Бекка. — Катись отсюда. Вон!
Селена обратила на Бекку печальный взгляд, потом выплыла спиной из окна, поднимаясь по лунному лучу в свой бледный небесный приют. Джейми следил за ней, и ему казалось, что с ней улетает какая-то его часть…
— Селена и все прочие должны исполнять то, что им говоришь ты. По большей части, — объяснила Бекка. — Но мама и папа тебе этого не сообщат.
Джейми посмотрел на Бекку.
— Что происходит? — спросил он. — Куда ты сегодня ушла?
Поделиться книгой: