Манипулятор

Владелец «Карда», второй фирмы-производителя, сначала выставил жесткие тре-бования — полная предоплата за первые три партии поставки. Я предложил отцу ответить — сказать, что мы уже работаем с «Эльбрусом» на условиях реализации, и что цены там ниже. Уловка сработала, владелец «Карда» сразу понизил требования и согласился пос-тавить первую партию лишь с половинной предоплатой. И нам нужен был статус единс-твенного дилера обоих производителей в нашем городе. «Эльбрус» ответил согласием, важный пункт был внесен в договор. Владелец «Карда» выдал отказ, дав лишь устные заверения нашим пожеланиям. «Слова к договору не подошьешь», — подумал тогда я, но смирился, понимая, что и так получены максимально выгодные условия сотрудничества. Встал вопрос о складе. Не сильно мудрствуя, мы поехали на прежнюю базу. Ее возросшая активность сразу бросилась в глаза, функционировало уже около трети складов. Тут же мы наткнулись на плешивого «майонезника». Тот крался своей суетливой походкой от офиса к складу. Мы с ним поздоровались, мужичок пробурчал в ответ невнятное и, пряча за очками бегающие глазки, потрусил дальше. Как оказалось, после выдавливания из биз-неса компаньонов, дела у мужичка стали идти все хуже. Еще через полгода он быстренько распродал товар, закрыл склад и испарился с деньгами куда-то в деревню. Больше я его не встречал.

По старой памяти, мы с отцом зашли в гости к бывшим соседям — оптовой фирме по бытовой химии. У тех все было без изменения — занимали часть все того же огромного склада, торговали тем же товаром, оставаясь без видимого развития.

С арендой склада возникли проблемы. Нам нужен был маленький склад, площадью до ста метров, в наличии же были лишь склады от двухсот. Время поджимало, но вопрос неожиданным образом решился сам. После общения с руководством базы мы зашли к «са-харникам». Те вдвоем, как и прежде, располагались в своей тесной офисной комнатке. При встрече все друг другу тепло пожали руки, начался разговор в стиле «что, да как и как идут дела». Юра, бравируя, сказал, что они в зиму с летних заработков купили магазин в другом районе города и открыли в нем вторую сахарную точку. Мы стали уважительно качать головами, отчего Юра сильнее разошелся и сказал, что чистыми за то лето они за-работали шестьсот тысяч. «Неплохо», — подумал я, прикинув, что за такие деньги как раз можно было купить парочку новых двухкомнатных квартир метров в семьдесят каждая. О своих жалких двадцати пяти тысячах даже не хотелось вспоминать. Юра с барского плеча тут же обмолвился, что места в купленном магазине много, и он мог бы несколько десят-ков метров сдать нам в аренду с оплатой лишь фактически занимаемой площади. Хорошее предложение. Мы согласились.

Весна в том году случилась довольно ранняя. Припекающее солнце быстро очисти-ло дороги ото льда и снега. Температура даже ночью держалась выше нуля, талые ручьи бежали круглосуточно. Первым, сразу после праздника 8 марта, приехал пятитонник от «Эльбруса» и привез четыре поддона с товаром. Мы с отцом с азартом взялись за выгруз-ку и за полтора часа занесли на руках все в магазин. Я пребывал в состоянии эйфории — работа началась! Через неделю приехала и машина от второй фирмы. Мы оплатили ей половину поставки, и на руках у нас осталось чуть больше пяти тысяч рублей. Как раз на жизнь на месяц.

Мы не стали «изобретать колесо» и пошли по проверенной схеме — объехали оптовые базы города и предложили новую продукцию. Времена стояли простые, директо-ры оптовых баз брали на реализацию практически любой товар, и мы быстро подписали с основными базами города договоры и в течение двух недель загрузили их товаром. Бизнес велся все так же примитивно — никакого интернета, мобильных телефонов, компьютеров. Телефон-факс составлял всю нашу оргтехнику. Мобильная связь была дорога, сотовые те-лефоны встречались лишь у тех, кто действительно был состоятелен. Учет вел отец, он ак-куратно записывал в тетрадь все движения товара по накладным. Их мы все так же выпи-сывали вручную. Отгрузки товара случались нечасто, накладных выписывалось немного, и учет занимал мизерное время. Обычный рабочий день выглядел так — мы обзванивали с утра клиентов, собирали заказы, готовили дома накладные, ехали на склад, загружали то-вар в «двойку» и развозили его.

Магазин «сахарников» все-таки располагался неудобно, мы прокантовались в нем с месяц и решили вновь попытать счастья на прежнем месте. В начале апреля заехали на прежнюю базу. Ситуация не изменилась, свободных складов с маленькими площадями не было и не ожидалось. Мы с отцом обошли территорию базы и нашли небольшой склад, идеальный для нас — площадью метров в семьдесят и с двумя входами. Первый зиял пус-тым проемом, остатки двери кусками дерева уныло болтались на ржавых петлях. На вто-ром на замке висели большие двустворчатые железные ворота метра в три шириной и два с половиной высотой. Я обрадовался находке, но преждевременно — склад почему-то в аренду не сдавался. Жаль. Я даже расстроился. И тут мы снова столкнулись с прошлыми соседями, владельцами оптовой фирмы бытовой химии. Из шестисот метров складской площади те арендовали лишь ближнюю ко входу четверть. Пустующие задние метры склада уходили в гулкую темную пустоту. В итоге нам было предложено снимать в их складе любую площадь, какая фактически нам понадобится. Идеальный вариант! Нас не пришлось уговаривать, мы в два дня перевезли остатки товара из магазина в склад к ста-рым и опять новым соседям.

С каждым днем становилось теплее. Товар помаленьку продавался. Но денег было в обрез — чтобы вовремя расплатиться с одним поставщиком, мы использовали деньги другого, а потом наоборот. В городе помимо смешанных оптовых баз, больше все-таки продуктовых, существовали и специализированные по бытовой химии, парфюмерии, хозтоварам. Товар они принимали на тех же условиях полной реализации. Деньги при такой торговле оборачивались медленно, но другого выхода не было — никто не покупал новый товар у незнакомых поставщиков. Начинать всегда трудно.

Контактов с такими базами мы не имели, а они нам были нужны. Собрав кое-какую информацию, мы поехали на разведку.

Первым посетили «Арбалет», на то время, пожалуй, самую крупную оптовую базу бытовой химии. Менеджерский персонал располагался на втором этаже двухэтажного зда-ния. Длинный полутемный коридор с протертым до дыр линолеумом разрезал весь этаж вдоль, оставляя по обеим сторонам вереницу дверей, ведших во множество офисов. Сквозь распахнутые двери тесные офисы постоянно исторгали в коридор суетливые фи-гуры сотрудников, те торопливо перемещались вдоль коридора, пока не находили воз-можность нырнуть в очередную открытую дверь и вновь оказаться в толкотне коридора уже через пару минут. Я, оказавшись в коридоре, пригляделся к общему хаосу движения и вычислил офис с самой большой активностью — отдел закупок и продаж. Мы с отцом, то перебивая, то дополняя друг друга, озвучили цель визита, нас тут же отправили к менед-жеру за угловым столом. Флегматичный, лет около тридцати, высокий, преждевременно лысеющий и оттого стриженый под машинку, добрый по нраву, тот выслушал нас и без проволочек заказал «на пробу» первую партию моющих средств, по десять упаковок каж-дого. Я, услышав объем заказа, едва не запрыгал на месте от радости — ведь менеджер за-казал сразу треть наших запасов этого средства, добавив через минуту, что заказ сделал из расчета на неделю или дней десять. Распрощавшись с ним, мы вышли на улицу, я едва сдерживался. Вот это удача! На следующий день мы битком затолкали в «двойку» трид-цать упаковок и поехали в «Арбалет». Машина просела под весом почти до земли. Кла-довщики и грузчики базы, увидев такое, лишь хмыкали и качали головами.

Вторым через пару дней мы посетили «Мангуст», фирму, уже начавшую оформ-ляться в крупного оптового игрока города. Из всех менеджеров сразу запомнились двое — девушка лет тридцати, высокая стройная привлекательная блондинка с каре и невысокий, около метра семидесяти, брюнет с легкой хромотой. Первая, в противоположность своей внешней привлекательности, оказалась дамой жесткой и даже грубой в общении. Миша же, так звали менеджера, наоборот, оказался парнем мягким, порядочным и даже чуть стеснительным. С ним мы быстро нашли общий язык и получили такой же заказ на мою-щие средства, который исполнили на следующий день.

Общение с менеджерами оптовых фирм лишь укрепило меня в правоте мысли — все переговоры должен вести отец. Я, в силу возраста в 23 года, не воспринимался всерьез ни-кем и мог лишь довольствоваться на переговорах ролью второго плана. Меня такой факт не тяготил нисколько, я не стремился к первой роли, а потому активно вникал в детали де-ла, собирал информацию, впитывал нужные знания и все анализировал.

Помимо пары крупных баз, в городе существовало около двух десятков средних и мелких оптовых фирм, которые нам тоже предстояло посетить.

— Вам факс пришел, бизмисмены! — сказала громко и иронично мать, едва мы с от-цом оказались на пороге. Именно так — бизмисмены, намеренно исказив слово.

Очередной рабочий день закончился, хотелось поскорей снять с себя верхнюю одежду и оказаться в горячей ванне. Я пошел мыть руки. Через минуту, выйдя из ванной комнаты с полотенцем, я увидел отца, читающего криво оторванную бумажку.

— Чего там такого нам прислали? — сказал я, вешая полотенце обратно в ванную.

Отец, вчитываясь в строчки, не ответил.

Я подошел и пробежался глазами по тексту письма.

«Уважаемые партнеры, рады вам сообщить, что наше предприятие начало выпуск синьки в емкостях по 200 мл, упаковка 30 штук. Надеемся на дальнейшее взаимное плодо-творное сотрудничество». И внизу подпись директора «Карда».

Я обрадовался было увеличению нашего торгового ассортимента, но тут же ощутил разочарование. Я понятие не имел, зачем нужен такой товар.

— Блин, нашли, что начать производить! Синька! — раздраженно бросил я и пошел в свою комнату.

— Ооо! — раздалось за моей спиной. — Это интересно!

— Синька!? — удивился я уже оттуда и вернулся. — Чего в ней интересного то!?

Отец сел на старый затертый по углам зеленый диван, закинул ногу на ногу.

— Эта штука должна хорошо продаваться. Я помню, в детстве мать использовала ее, когда белила стены и потолок в доме. Хороший товар! — громко сказал он, тыча пальцем в лист. Еще немного и проткнул бы. И тут же задрыгал ногой в тапке.

— А зачем синька то, раз белить надо? Она ж синяя! — вытаращился я на отца.

— Ее специально добавляют, чтоб была легкая синева, а иначе побелка быстро по-желтеет, а так нет, — сказал отец с важным тоном и от внутреннего удовлетворения задры-гал ногой еще сильнее. Тапок вильнул пяткой, спрыгнул с ноги и отскочил.

— Ну-ну… — буркнул я и ушел на кухню.

Я остался критически настроенным к новому товару, но доверился уверенности от-ца. Он предложил сразу заказать тридцать коробок. Как раз близился срок второго заказа. Я согласился, но предложил предварительно прощупать покупателей. На следующий день отец позвонил в «Арбалет» и «Мангуст». Менеджеры обеих фирм заказали по десять упа-ковок синьки на пробу и сказали, что в неделю ее продается у каждого не менее тридцати. Услышав такое, я некоторое время удивленно привыкал к информации и тут же подсчитал возможные ежемесячные продажи. И это только в двух фирмах города, пусть даже самых крупных.

Получив свои первые тридцать упаковок синьки, мы продали их за несколько дней. Нужно было тут же заказывать еще, но денег не хватало. Учуяв момент, я вновь ощутил скачок адреналина, нужно было действовать быстро. Машина с товаром ходила в нашу сторону раз в месяц. Ждать месяц? Нет уж! Железо надо ковать, пока оно горячо. Я под-бил отца позвонить в «Кард» и заказать лишь одну синьку, не дожидаясь следующей пла-новой поставки. Отец позвонил и, на нашу удачу, в «Карде» помимо «МАЗа», была еще и своя цельнометаллическая «газель». Еще не рассчитавшись за предыдущую партию, мы выторговали у владельца «Карда» уступку — договорились, что вперед оплатим половину партии, а остальное по реализации. В «газель» битком влезло сто двадцать коробок синь-ки. Мы еле наскребли нужные деньги, перечислили на счет «Карда» и стали ждать товар. В день, когда «газель» должна была прибыть в наш город, будто привязанные к телефону, мы ходили по квартире и ждали звонка. Удобство мобильного телефона с каждым днем становилось все очевиднее, но мы все еще не могли себе его позволить. Отдать за мо-бильник восемь-десять тысяч, треть всех имеющихся денег? И на что после работать? Непозволительная роскошь. В полдень позвонил водитель и сказал, что он уже на подъ-езде к городу и примерно через час будет у нас.

«Газель» приехала вовремя, вползла на территорию базы едва ли не на заднем мос-ту и с задранной кверху кабиной. «Нехило нагрузили», — хмыкнул я. Мы распахнули воро-та склада и загнали «газель» внутрь. Разгрузили машину быстро. И чутье нас не подвело, весь объем синьки за две недели прогнали через себя «Арбалет» и «Мангуст». Мое чутье не давало покоя — надо было быстро довести объемы продаж в этих фирмах до максимума и тут же начинать переговоры с новыми клиентами. Нам требовался постоянный товар-ный запас синьки. Денег катастрофически не хватало. Работа быстро набирала обороты, раз в неделю мы обзванивали клиентов и собирали очередные заказы. Продажи синьки быстро пошли вверх. Мы нащупали свою первую товарную жилку. Прочая жизнь текла своим чередом. Родители периодически ругались, я же, избегая их дрязг, старался прово-дить свободное время вне дома.

За весну 2001 года наш сбыт подрос, пошли первые значимые доходы и появились едва заметные суммы свободных денег. Понимая, что они не должны лежать без дела, я погрузился вновь в коммерческую информацию в поисках очередного поставщика. По от-работанной технологии я быстро наткнулся на приемлемый вариант — московского мелко-го производителя дешевых стиральных порошков. Я сунул отцу в одну руку объявление, в другую телефон, и тот позвонил. Цену нам производитель озвучил неплохую, но с учетом доставки из Москвы заработок намечался мизерный. Я задумался, задачку надо было ре-шать. И тут меня осенило — бартер!

Начало «нулевых» — время расцвета бартерных схем по всей стране. В такой тор-говле было масса преимуществ, самое главное из которых — ускорение оборота в несколь-ко раз за те же деньги. Бартер сопровождался хаосом в ценах. В мутной воде цен самые ушлые делали состояния. Наш товар годился для бартера, особенно синька, на ней мы имели лучшую наценку — тридцать-сорок процентов. Я озвучил идею отцу, тот ее поддер-жал и позвонил в Москву. После долгих переговоров производитель согласился на бартер.

Все лето мы проработали по такой схеме — раз в месяц нанимали «газель», загружа-ли синькой, и я катил вместе с водителем в Москву. Мы выезжали за два часа до полуно-чи и к шести утра были уже у МКАДа, до обеда выгружались-загружались и во второй по-ловине дня покидали Москву. Первые две поездки прошли гладко, а в августе мы нарва-лись на ментов. Я сразу сообразил, что эти двое, изображая дорожный патруль, на самом деле в свободное от работы время разъезжают на личной машине по улицам и ловят ино-городних. Мы практически покинули город, когда из поравнявшейся с «газелью» «лады» высунулся жезл и указал нам на обочину. Документы на груз были в порядке, мент прос-мотрел их мельком и тут же притянул за уши незначительно дорожное нарушение и при-грозил отогнать «газель» на штраф-стоянку. Математика выходила нехитрая, сутки на та-кой стоянке — тысяча рублей. Я предложил менту последние пятьсот рублей, что предназ-начались мне на еду на обратной дороге. Тот поломался для порядка, сгреб банкноту в ла-пу и исчез. Вернулся я из того рейса голодный и без копейки денег. Отец ждал меня у склада сидя в «двойке». Выгружались уже в темноте, даже у долгого летнего дня не хва-тило терпения, и он закончился. Дома мы оказались чуть за полночь. Меня совершенно не задевали подобные неудобства, все с лихвой нивелировало чувство эйфории и удовлетво-рения от еще одной удачной коммерческой операции.

За лето на базе сменилось руководство. Вместо прежнего директора, откровенного жулика, пришел новый — лощеный, импозантный и знающий себе цену мужчина лет пяти-десяти среднего роста с бородкой и в хорошо сидящем дорогом костюме.

К концу лета наши складские запасы заметно разбухли. Мы уже работали почти со всеми значимыми фирмами города. Бизнес рос, и соседи по складу начали на нас косить-ся. В отношениях с ними появилось легкое напряжение, и я отчетливо осознал, что пора искать отдельный склад. Как по заказу, новый директор решил с сентября месяца сдавать в аренду тот самый склад, какой я приглядел ранее. Мы очень обрадовались, вопрос, не дававший покоя все лето, решился сам собой. Но время поджимало, близилась осень, на переезд оставались лишь две недели.

На следующий день мы с отцом осмотрели новый склад. Располагался он не очень удобно, в центре базы три крупных склада образовывали задними глухими стенами нечто вроде единого периметра с внутренним двориком, по обеим сторонам которого имелись два выхода. Сам по себе склад был крупным одноэтажным зданием, разбитым внутри на несколько помещений. Нам приглянулось именно это угловое помещение, аренду семи-десяти метров мы уже могли себе позволить.

Выход в дальней части дворика представлял из себя пару узких проездов, одна машина в которых проходила спокойно, а две — уже нет. Дворик не был асфальтирован, от чего густо зарос кустами и молодыми деревьями. От проездов к двустворчатым кривым воротам склада тянулась полоса асфальта. Другой вход склада — дверной проем с ржавы-ми петлями и без двери — зиял в сторону ближнего выхода дворика, узкого пешего прохо-да. В том месте два склада сближались так, что меж ними оставалась щель в пару метров шириной и в пятнадцать длиной. Проход-щель не просматривался ни с какой стороны и давно превратился в отхожее место, в нем валялся мусор, бутылки и жил запах мочи. Поз-же, едва переехав, через постоянную ругань и скандалы мы всех отвадили бегать ссать в проход. На воротах склада висел замок, потому я заглянул внутрь дверного проема. Тот вел в маленькую квадратную комнату метров в десять площадью, на полу которой посре-дине лежали две кучи дерьма. Из комнаты вглубь склада вела деревянная дверь, мы ныр-нули за нее и оказались в очень узком проходе, в нем с трудом могли разойтись два чело-века. В проход выходили три металлические дверцы каких-то камер. Как позже выясни-лось, коптильных камер. Пройдя вдоль них по проходу метра четыре, мы уперлись снова в дверь. Она уже вывела нас в основное складское помещение, в которое вели и ворота.

— Опа! — воскликнул я, увидев проем ворот изнутри, подошел к нему, похлопал ру-кой по кирпичной кладке. Проем был полностью ею заложен в полкирпича. Несмотря на человеческую и кирпичную кладку, склад нам нравился, мы решили переезжать.

На следующий день нас ждала неприятная новость — владелец «Эльбруса» решил завязать с бизнесом. Он сообщил, что на складе есть остатки произведенного товара, и он может их нам привезти на реализацию, а мы, как продадим, вернем деньги. Мы согласи-лись, и через день получили товар. Привезенного объема должно было хватить всего на пару месяцев. Так мы лишились одного из поставщиков.

Договор аренды нового склада был оформлен в два дня, и местный сварщик полу-чил заказ на наружную дверь в проем с ржавыми петлями. После, пока отец возил товар, я навел порядок во всех помещениях склада. Еще через день была готова дверь. Ее устано-вили, отец укатил снова с товаром, а я за пару часов выкрасил дверь в ржаво-коричневый цвет. По возвращении отец фомкой сорвал замок с ворот склада, распахнул их, и мы задумчиво уставились на кирпичную кладку. Ломать ее решили с утра следующего дня, отец ушел искать кувалду.

Бум! — ударил я кувалдой в стену, отдача прошла волной по металлической трубе рукоятки мне в плечи, вызвав неприятную вибрацию. В кирпиче стены на уровне глаз об-разовался лишь мизерный скол. Я был снова один, отец укатил с очередной партией това-ра. Хоть я и находился в тени стены, но жара к десяти утра пропитала воздух и тут, заста-вив меня остаться босиком и в одних шортах.

Я снова замахнулся и с оттяжкой, расслабив плечи и дослав в полете кувалду кис-тями рук, ударил в тоже место. Скол увеличился до легкой вмятины. Стена поглотила удар. «Ничего себе… А если бы кладка была не в полкирпича, а в кирпич?», — подумал я и, собравшись с духом, принялся монотонно наносить удары в стену. Вмятина медленно росла. Слишком медленно. Я старательно бил в одно место. Очень скоро у меня заныли руки и плечи. Я начал уставать и злиться. Дурацкий кирпич! Я смотрел на единственный кирпич во всей кладке, чувствуя, что ненавижу его. Понимал — главное выбить именно его, дальше пойдет легче. Но стена стояла монолитом. За час я пробил кирпич вглубь лишь до середины. Вернулся отец, оценил мои успехи и занялся электричеством в складе. В какой-то момент монотонность работы надоела, я решил уже бросить все до завтра, и тут кирпич дал трещину. После очередного удара он едва заметно шелохнулся. Есть! Первый кирпич сдался. Я приободрился и отложил окончательную расправу над стеной уже с совсем другим настроением.

Следующим утром я еле встал с кровати. Все тело ломило так, будто меня били палками. Мышцы спины, плечи и руки ныли сильнее всего. Но предвкушение победы над стеной вытолкнуло меня из кровати, и через пару часов я снова с кувалдой в руках стоял перед ней. Мышцы еще побаливали, я хорошенько размялся. Опыт — большое дело. За предыдущий день я так наловчился махать кувалдой, что попадал в нужное место стены уже со снайперской точностью.

Я размахнулся и первым же ударом вынес полкирпича внутрь склада, попав точно в середину трещины. Теперь в сплошной кладке зияла дыра размером с женский кулак. Я победил стену. Тут же дальнейшая работа превратилась в удовольствие. Двумя точными и сильными ударами я выбил из кладки остатки кирпича. На его месте появилась пустота. Я остановился. Надо было решить, куда бить дальше. В бок, любой — нет смысла. Вниз — можно и нужно, но далеко, до земли больше полутора метров. Надо было разбить монолит кладки вверху. До железной перекладины проема ворот было всего полметра.

Второй кирпич вылетел не быстро, минут за десять. Дальше пошло легче. Каждый следующий кирпич занимал все меньше и меньше времени. Я выбил вверх от первого все кирпичи до железной перекладины. Кладка едва заметно дрогнула и стала слабей.

Я ударил вверху, рядом с дырой и выбил сразу кусок в несколько кирпичей. Кладка в левом углу подалась внутрь склада, отцепившись от железной перегородки. Я примерил-ся в самый дальний верхний левый угол кладки и, что есть силы, ударил в него — с десяток кирпичей единым куском грохнулись внутрь склада. Удар в правый верхний угол — тот же результат. За пять минут я разрушил всю часть кладки выше уровня глаз и занялся нижней частью. Чередуя прямые и удары снизу, я выбивал каждый раз из стены всё бо́льшие кус-ки, пока не освободил весь проем. Пол склада усеялся битым кирпичом. В воздухе висела рыжая пыль. Я немного отдохнул, пыль осела, и я принялся за уборку. Из-за отсутствия лишних денег мы не стали менять кривые ворота, лишь подварили в нескольких местах и навесили замок.

Весь следующий день мы перевозили товар на новое место. Склад оказался, что надо — маленький, компактный, в центре базы и не на главной проезжей дороге. Арендная плата, хоть и перестала быть символической как у соседей, но мы получили свой склад.

ГЛАВА 4

Наступила осень. В семье между родителями продолжались регулярные мелкие стычки. В бизнесе мы лишились двух производителей. Остался лишь «Кард» и то с одной хорошей торговой позицией, синькой. Нужны были поставщики. Я принялся сканировать газеты и журналы. После долгого безуспешного поиска я уцепился за первого попавшего-ся, кто подходил под главное условие — товар на реализацию. Им оказался мелкий произ-водитель чипсов из Ростовской области. Я принес отцу объявление, тот позвонил по ука-занному там телефону.

Уже через неделю нам пришла первая партия товара. Чтобы не смешивать бытовую химию с продуктами питания, товар выгрузили через дверь во входное помещение. После тяжелых упаковок бытовой химии воздушные коробки чипсов казались благодатью. Я брал их за раз по 6–8 штук и нес от машины в склад, совершенно не ощущая веса. Через час «бычок», тарахтя двигателем, уехал.

Чипсы! Я сразу открыл одну из коробок, достал пачку и начал есть. Вкусные!

— Зиму теперь переживем! — весело сказал я отцу.

— Да, запасы еды теперь у нас… — улыбнулся он. — Дай попробовать и мне, что ли?

Я сходил в павильон через дорогу от базы и купил пару пакетов сока. Вернулся, мы сели в машину, открыли настежь двери и, запивая, принялись жевать чипсы. Мне всегда нравилось так сидеть в нашей «двойке». Солнце щедро грело салон машины через стекла и крышу. На улице еще было тепло, а внутри даже жарко. Самые приятные посиделки в машине случались в октябре, на улице уже царила осень, я нырял в машину и будто воз-вращался в только что ушедшее лето, которое совсем не хотелось отпускать.

Мы хрустели чипсами и думали о том, куда бы еще, помимо известных точек сбы-та, предложить новый товар. На следующий день рассчитали наценку, вышло недурно — около тридцати процентов — и за пару недель развезли чипсы по оптовым базам.

К тому времени наша «двойка» уже пришла в сильную негодность. Двигатель ее работал как часы, а вот кузов прогнил сильно. В порогах под сидениями зияли продоль-ные дыры, в которые указательный палец входил уже без труда. Отец все шутил, мол, как-нибудь загрузим товар в машину, сядем сами и вывалимся. Он был недалек от истины, ку-зов надо было срочно варить. На той же улице, что и база, располагалась мастерская. Мы договорились с ее управляющим и через неделю закатили «двойку» в бокс. Жестянщик походил вокруг машины, несколько раз проткнул отверткой кузов насквозь и покачал го-ловой. Мы оставили машину в боксе и пошли домой.

За неделю все было сделано — гнилые фрагменты кузова вырезали, вварили на их место новое железо. После загнали «двойку» в покрасочную камеру, и машина стала выг-лядеть как новая, чуть ярче в своем красном цвете, чем прежде. Уже на следующий день мы катили на ней по улицам города с товаром.

Чипсы дополнили наш список клиентов четырьмя оптовыми базами. Две из них располагались в помещениях бывших кинотеатров. Третьей стала продуктовая база «Пе-ликан». Имея акцизный склад, она специализировалась больше на опте алкоголя, но и по прочим товарам имела неплохой оборот. Четвертая база крупным оптом торговала только продуктами. Две трети чипсов сразу стали уходить через нее. Оптовая торговля города стала упорядочиваться — оптовые базы, те, что были в кинотеатрах, закрылись. Едва в конце сентября по городу пополз слух об их возможном закрытии, как я предложил отцу забрать товар из «кинотеатров». Мы так и сделали, и через неделю базы закрылись. Моя интуиция снова сработала, остальные поставщики не увидели ни товара, ни денег за него.

В «Пеликане» чипсы продавались так себе, но там оказался еще и оптовый отдел бытовой химии. Я сходил к директорам базы, получил их одобрение, и мы завезли вдо-бавок к чипсам и весь свой ассортимент бытовой химии. Продажи в «Пеликане» подрос-ли. Наш бизнес шатко замер на минимально приемлемом уровне дохода. Остатки товара «Эльбруса» на складе быстро уменьшались. Впереди вновь замаячила неопределенность.

Той осенью случилось два заметных события — мы с отцом первый раз крупно по-ругались и, наконец-то, купили мобильный телефон. Причины ссоры я уже не вспомню, сказалась сложная ситуация в делах. Кризис всегда все обостряет. После ссоры оба нес-колько дней пребывали в напряженном состоянии, разговаривали друг с другом сухо и только по делу. Через пару недель все забылось, мы вернулись к нормальному общению, но из-за ссоры покупка мобильного телефона вышла спонтанной и неприглядной. Стояла теплая сухая погода самого начала октября. На часах было начало шестого вечера. Мы заехали на нашу базу, остановились у своего склада. Трудовая неделя закончилась самым приятным ритуалом — объездом оптовых баз и сбором денег. В пятничный вечер база выг-лядела вымершей, все разъехались с работы пораньше. Отец, в поисках нужного ему чело-века, обошел чуть ли не всю ее территорию, спрашивая у редких встречных — безрезуль-татно, того и след простыл. Я терпеливо прогуливался подле административного здания базы, жмурился под теплыми лучами заходящего солнца, ждал отца.

— Ну, нигде его нет! — наконец прекратил поиски он, подошел, развел руками и хлопнул ими себя по бедрам. — Что ты будешь делать!?

— Пятница же… Все уже давно смылись домой, и этот тоже… — сказал я, пялясь на рыжий солнечный диск и по очереди зажмуривая глаза. — Че ему тут торчать то?

Погода стояла сказочная. Тишь. Ни ветерка. Тепло, будто дело шло обратно к лету.

— Тебе прям срочно он что ли нужен? — уточнил я.

— Да нет. Он что-то просил вечером заехать, дело у него какое-то есть, — произнес отец чуть рассеянно, продолжая озираться по сторонам.

— Да очередное плевое какое-нибудь дело… — отмахнулся я слегка раздраженно и пошел от отца медленно по асфальту вдоль здания, приставляя один ботинок к другому, двигаясь по воображаемой прямой линии.

Напряженность между нами витала в воздухе. Мы вроде как поругались, но никто из нас не расшаркался перед другим в извинениях и не смягчил тон. Оба усилием воли лишь проглотили ком противоречий, потому как того требовало общее дело.

Я знал, чему именно раздражался — чрезмерной обязательности отца. Само по себе качество отличное и нужное. Но все хорошо в меру. Необязательность — плохо, чрезмер-ная обязательность тоже — крайности тяготят сильно. Суетливая обязательность отца по-пала на еще свежую почву нашей ругани и вызвала во мне приступ раздражения. Я пото-му и отвернулся от него и отмерял шаги прочь — боролся так с возникшей реакцией, внут-ри меня закипало. Я сдерживал эмоции, старался не думать о том, что договоренность с отцом попросту была забыта, и тот человек давно уже сидит дома, а отец, в упор не заме-чая очевидного, носится по территории базы со своей чрезмерной обязательностью, осоз-навая ее никому не нужность, не желая с этим мириться, оттого и злясь. Дабы перестать накручивать себя, я переключился на хорошие мысли — думалось о предстоящем пятнич-ном вечере и двух выходных днях впереди. «Надо будет сегодня сходить в какой-нибудь ночной клуб, просто развеяться», — решил я, тут же переключившись на вторую приятную мысль — желание купить мобильный телефон. Вопрос уже явно назрел и обсуждался с от-цом, тот был за. В бардачке «двойки» лежали деньги, и мысль о них и мобильном телефо-не приятно щекотала мой мозг.

— Я пройдусь по базе, еще поищу!? — раздалось за спиной.

— Сходи, поищи… — кивнул я, развернулся и пошел по воображаемой линии обратно.

— Если увидишь его, задержи, скажи, что я его ищу, — добавил отец.

— Угу, — не поднимая головы, буркнул я.

Отец развернулся и пошел мимо весовой по главной дороге вглубь территории базы. Я тут же забыл про воображаемую линию и начал просто слоняться по площадке перед зданием. От царившей на базе тишины даже местные собаки разлеглись в траве большого газона и дремали. Мысль о телефоне стала настойчивей.

В ворота базы медленно въехала зеленая «девяносто девятая» и повернула в мою сторону. «О, Егор приехал…», — подумал я. Машина припарковалась поблизости, из нее вышел парень — щуплый высокий блондин двадцати двух лет с веснушками и большими серыми глазами — и поздоровался со мной. Егор был зятем нового директора базы, тесть сразу взял его под свое крыло — купил тому для начала «девяносто девятую» и принял в штат базы, доверив выполнять мелкие дела на подхвате. Мы с Егором знали друг друга еще по школьному детству, а увидевшись случайно на базе, стали общаться чуть теснее. Парень он был нормальный, без зазнайства. Мы с ним ладили.

— Че стоишь тут!? — сказал Егор.

— Да вот, отца жду… — махнул я рукой в сторону дальней части базы, сказав, кого тот настойчиво ищет. — Ходит по базе…

— Да а нет его, — выдал Егор. — Он в обед еще уехал вроде…

— Да понятное дело, — кивнул я, скорее соглашаясь со своими мыслями.

— Че, вообще, какие дела? Как бизнес? — прищурился Егор, закурил.

— Да, нормально. Шевелимся потихоньку. В склад вот перебрались новый.

— Ну да, я знаю, — Егор затянулся. — Чипсы, слышал, завезли?

— Ага, — кивнул я, расплылся в улыбке, сам не воспринимая такой товар всерьез.

— Угостил бы хоть! Вкусные? — хмыкнул следом Егор.

— Пошли, угощу! — кивнул я в сторону склада, вытянул из кармана связку ключей. Мы прошли узким проходом к боковой двери, я открыл ее, вошел первым внутрь. Навст-речу пахнуло жареным картофелем. Помещение плотно была заставлено коробками.

— Ого! — воскликнул позади Егор. — Хорошо вы тут устроились!

— Нормально! Это точно. Я уже их объелся, если честно. Но вкусные, натуральные! — сказал я, запустил руку в уже начатую коробку, вытянул из нее несколько пакетов, сунул их Егору. — На, держи!

— Да хорош тебе! — запротестовал тот. — Одного хватит, куда мне столько!

Мы вышли наружу и побрели обратно.

— Ничего так, вкусные! — сказал Егор жуя.

— Да, нормальные. Мне самому нравятся, — кивнул я, возникла пауза, чтобы не идти молча, я добавил. — Мобильник вот думаем себе купить для работы.

— Давно пора. Вам-то он точно нужен, постоянно катаетесь по городу.

— Да, неудобно уже без него. На следующей неделе купим. Деньги уже выделили на это. Хотели сегодня купить, да не успели.

— Так время еще есть, салоны же до шести работают.

— Да я точно не знаю, до скольки они работают, до пяти или до шести. Поэтому и отложили на следующую неделю. А хотелось, конечно, сегодня купить! — сказал я.

— У меня знакомая работает в салоне, я у нее покупал свой. Сейчас ей позвоню, узнаю почем там у нее телефоны, — сказал Егор, достал телефон, начал звонить.

Я принялся вспоминать цены на телефоны. Помнил, что в городе есть всего две самые дешевые модели, ценой ниже десяти тысяч, остальные стоили сильно дороже.

— До шести они там работают, — сказал Егор мне, не отрывая телефон от уха, и снова в трубку продолжил: «А какие у тебя есть самые дешевые модели телефонов?»

Так и оказалось, телефоны были в наличии, оба стоили по восемь тысяч восемьсот.