Мастера детектива. Выпуск 13

— А хватит ли у кого-нибудь смелости пойти и посмотреть на Хокинса? — спросила Маргарет. — У меня самой, например, ни за что не хватит.

— Я посмотрю, — вызвалась Сильвия. — Я полагаю, что на кухне быть ничуть не опаснее, чем здесь.

Она пересекла гостиную и, миновав широкую раздвижную дверь, прошла к дальней стене столовой. Подойдя к двери, она обернулась. Золотоволосая, в длинном белом платье, она походила на скандинавскую воительницу. Ее спокойное мужество придало всем уверенности.

— Так я посмотрю? — спросила она через плечо.

— Да. Постой, я иду с тобой, — торопливо сказал Тим и последовал за ней. Джин и вслед за ней Питер дошли до середины столовой, остальные остановились в дверях, Сильвия решительно повернула ручку и распахнула дверь. Тотчас же она и Тим одновременно вскрикнули от ужаса.

— Что там? — спросил Питер, бросаясь к ним.

— Хокинс, — едва выдохнула Сильвия.

Она еще раз открыла дверь и вошла в кухню вместе с Питером и Тимом. Остальные опасливо приблизились к двери и заглянули вовнутрь.

На кухне Хокинс лежал лицом на столе, а официантки полулежали в креслах.

Все они располагались вокруг длинного кухонного стола, где, очевидно, устроились поужинать. Перед ними стояли наполовину опустошенные тарелки и три пустые винные бутылки. Охваченные ужасом свидетели этой немой сцены увидели вокруг привычные кухонные принадлежности: сияющую чистотой утварь, горки посуды и громко тикавшие часы с маятником. Питер наклонился над телом Хокинса и попытался нащупать его сердце.

— Динь! — донеслось из радиоприемника.

— Пожалуй, я не стану здесь задерживаться и ждать, когда меня убьют, — хрипло сказал Тим. — Эта шутка…

— Динь! — неумолимо продолжал звонить гонг. — Динь!

— Они живы, — произнес голос хозяина. — Друзья мои, я не состязаюсь с прислугой. Как вы уже могли заметить, я отбираю своих противников с особой тщательностью. Прислуга была нанята только для того, чтобы обслужить вас в начале вечера. Когда же необходимость в них отпала, я тихо избавился от них, чтобы они не помешали нам наслаждаться нашей вечерней забавой. Для этого я использовал безобидное снотворное. Утром они придут в себя. Между прочим, если восемь лучших умов Нового Орлеана не смогут противостоять мне во время нашей игры, в которую мы скоро начнем играть, прислуга первой сообщит полиции о том, что ваши тела находятся на двадцать втором этаже Бьенвиль Билдинг.

Джин пошатнулась; Маргарет как-то странно всхлипнула; Джейсон Осгуд вытер капельки пота со лба.

— Закройте эту дверь! — сказал Тим Слеймон хриплым голосом.

— Да, пожалуйста, — попросил доктор Рид. Обычно такой невозмутимый, он явно был сейчас на грани срыва.

Хэнк прошел через столовую и шумно захлопнул дверь. Звук этот показался особенно гулким в притихшей комнате.

— Давайте все здесь как следует осмотрим, — предложил Осгуд. — Этот ехидный дьявол должен быть где-то здесь.

— Но он не может быть здесь, — возразил Питер. — Ему же здесь просто негде спрятаться, если только тут нет двойных стен или еще чего-нибудь такого, что бывает только в романах.

— Это невозможно, — сказал Хэнк. — Давайте подойдем к этому делу разумно. Этот особняк был предложен внаем вполне солидной фирмой, той же самой, которая сдавала в аренду конторские помещения на нижних этажах. В рекламе говорилось, что это привлекательный особняк, окруженный патио, и все такое прочее, а в общем — ничего особенного. Вряд ли архитекторы стали бы проектировать здесь всякие там потайные двери, двойные стены и поворотные шкафы, правда?

— Действительно, — такое вряд ли возможно, — согласился Питер, — но и все остальное тоже едва ли кажется возможным.

Джин утвердительно кивнула:

— Я начинаю думать, что здесь все возможно.

— Уважаемые гости, вы позволите мне ненадолго прервать вашу беседу? — произнес голос хозяина.

Все замерли по стойке «смирно».

— Если вам так угодно, прошу вас без дальнейших колебаний осмотреть все помещения особняка, — вкрадчиво сказал голос. — Как я уже говорил, главным в нашей игре будет не умение убивать, а умение мыслить, столь необходимое при игре в шахматы, которые так любит наш друг доктор Рид, или в бридж, любимое развлечение миссис Гейлорд Чизолм, или при разгадывании шарад, которыми увлекается Питер Дейли, или при сочинении лимериков[4], которыми мисс Джин Трент частенько развлекает гостей на голливудских вечеринках.

— Как же хорошо он всех нас знает! — поежившись, сказала Джин.

— …Игра эта потребует ума не меньше, чем покер, в который время от времени играет мистер Тимоти Слеймон, или математические головоломки, столь любимые мистером Генри Абботом, или те адвокатские хитрости, при помощи которых мисс Сильвия Инглсби одерживает победы над своими противниками, даже когда факты свидетельствуют в их пользу…

Все невольно посмотрели на Сильвию; сама же она слушала все это с безразличным видом, и лишь краешки ее губ чуть тронула едва заметная улыбка.

— Меня очень огорчает тот факт, что вы продолжаете считать, будто я способен испортить столь тщательно спланированное развлечение, пользуясь какими-то ловушками. Здесь нет ни поворотных шкафов, ни двойных стен. Я вовсе не собираюсь отравить всем нам удовольствие, обращаясь к подобным уловкам.

Голос замолчал. Он был таким ласково-вкрадчивым и самодовольно-ироничным, что вполне можно было представить себе, как его обладатель, отвесив поклон и улыбнувшись, теперь устраивается в мягком кресле поудобнее. Гости замерли, напряженно глядя на радиоприемник, чей привычный безобидный вид казался сейчас дьявольской насмешкой.

— Я сказал вам, что не унижусь до применения дешевых уловок. Однако предупреждаю вас, друзья мои, что покинуть место наших с вами развлечений абсолютно невозможно. Всякий, кто попытается выйти из особняка, будет вынужден расстаться с жизнью чрезвычайно неэстетичным образом. Тогда как смерть, которую я задумал для вас на сегодня, равно как и поражение, которое вы, друзья мои, можете нанести мне, в высшей степени эстетичны. Уверяю вас, и то и другое стоит того, чтобы их дождаться. Возможно, кому-то из вас пришла в голову мысль, что можно попытаться выбраться отсюда, забравшись на стену патио и подав сигнал прохожим на улице. Рекомендую вам воздержаться от подобных детских проявлений храбрости. Дело в том, что крыша девятнадцатого этажа образует широкий уступ по пятьдесят футов в каждую сторону, а крыша четырнадцатого этажа — еще один уступ и тоже шириной пятьдесят футов. Кроме того, как вы, вероятно, заметили, стены патио покрыты плющом, а наверху плющ перевит с сеткой из проводов высокого напряжения, на которую вы, по-видимому, не обратили внимания в темноте. К дверям, ведущим из патио на крышу, тоже подведен ток. Металлическая крыша действует как заземление, и человек, который замкнет собой цепь, таким образом сам себя убьет. Сегодня вы мои гости и будете моими гостями до самого конца. Безусловно, я не заслуживаю осуждения за то, что наслаждаюсь такой великолепной компанией. Вы же, однако, пришли сюда потому, что, получив мое приглашение, пошли на поводу у своего самомнения, и уйти вы сможете лишь после того, как я с вами попрощаюсь.

— Мы в западне, — с обреченным видом сказал доктор Рид. — Мы попали в ловушку к маньяку, и теперь он наблюдает за нами, сотрясаясь от беззвучного смеха.

— Да, — чуть слышно сказала Маргарет, — в то время как мы сидим тут и чувствуем, что на нас надвигается смерть… — Голос ее оборвался, точно натянутая нить.

Джин подошла к окну и посмотрела на городские огни, ярко сиявшие на фоне ночного неба.

— Подумать только, — сказала она, — там, внизу, полмиллиона людей как ни в чем не бывало живут своей повседневной жизнью, а мы… — Тут ее голос сорвался на крик.

— Джин! — Это была Сильвия. — Джин, не надо, держи себя в руках. Действительно, все это ужасно, но разве ты не понимаешь, что нам нельзя терять голову? Как только кто-нибудь из нас закатит истерику, всех остальных тут же охватит паника. Ведь ты же не хочешь подвергать всех опасности, правда?

— Но ведь должен же быть какой-то выход! — сердито воскликнул Джейсон Осгуд. — Мы ведь все — люди с головой. Этот парень не может быть всемогущим. Отсюда должен быть какой-то выход, и нам нужно его найти.

Судя по всему, Осгуд изо всех сил старался сохранить самообладание. Лицо его, искаженное нервной гримасой, было мертвенно бледным. В его голосе уже не звучали привычные металлические нотки; слова лихорадочно срывались с его пересохших губ. Своим видом он напоминал разрушающуюся статую.

Хэнк сидел, сжав виски руками и опершись локтями на колени.

— Конечно, должен же быть какой-то выход, — сказал он, как бы размышляя вслух. — Если мы не можем выбраться отсюда, можно ведь как-нибудь привлечь внимание прохожих на улице, чтобы они поняли, что здесь творится что-то неладное, и поднялись сюда, чтобы выяснить, в чем дело. Нам нужно придумать что-то такое…

— Меня весьма огорчает, — произнес бесстрастный, монотонный голос хозяина, — что предлагаемое мной развлечение встречает довольно прохладный прием. Но, поскольку дело обстоит именно так, наверняка мои находчивые гости обдумывают и другие, более искусные способы покинуть мой гостеприимный дом. Возможно, кто-то из вас желает обратиться к крайнему средству — пожару. Не исключено, что вы хотели бы таким образом разрушить этот прекрасно спроектированный особняк и нанести неисчислимый ущерб зданию, на котором он стоит, попытавшись привлечь к себе внимание и тем самым нарушить ход нашей игры. Однако, как вы понимаете, при строительстве такого здания невозможно было обойтись без установки соответствующей противопожарной системы. И вы не настолько глупы, чтобы считать, что, собирая вас на наше сегодняшнее развлечение, я не обратил внимания на противопожарный спринклер, который находится у вас над головой. Спринклер срабатывает автоматически в случае пожара, однако сегодня к нему подключен не резервуар с водой, способный потушить огонь, а баллон с ядовитым газом, который без труда погасит пламя жизни. Даже небольшого пожара будет достаточно, чтобы сработал механизм и в помещение начал поступать газ, который несомненно лишит вас ваших драгоценных жизней прежде, чем кто-нибудь успеет подняться сюда, чтобы прийти к вам на помощь. Возможно также, что вы решили привлечь внимание, затопив помещение так, чтобы вода просочилась на нижние этажи. В связи с этим спешу сообщить, что, во-первых, находящиеся под вами помещения несомненно пусты в это время суток и, во-вторых, в вашем распоряжении практически нет воды. Водопровод на кухне и в ванной комнате перекрыт. В кухонном холодильнике для вас приготовлены два галлона питьевой воды. Этого количества вполне хватит для утоления жажды, но явно недостаточно, чтобы устроить наводнение. Может быть, кто-нибудь из вас подумал о том, чтобы вышибить двери, используя в качестве тарана мебель, которая не проводит электричество. Это невозможно, потому что и стены патио, и двери достаточно прочны, чтобы выдержать любой импровизированный таран из тех, что есть в вашем распоряжении. Поэтому я прошу вас не задерживать ход нашей игры и не пытаться избежать ее, обращаясь к неразумным уловкам. Безусловно, вы должны признать, что начало игры вы мне проиграли. Вы — мои гости и останетесь ими до конца. Хочу вас заверить, однако, что, хотя я принял все меры предосторожности, чтобы ничто не помешало вам воспользоваться моим гостеприимством, я также позаботился о том, чтобы вы могли со всей приятностью провести сегодняшний вечер. Надеюсь, что окружающая вас обстановка полностью соответствует вашим изысканным представлениям о хорошем вкусе. На стене над радиоприемником висят две превосходные рапиры, которые заслуживают самого внимательного рассмотрения. На столике с любимыми сигаретами мисс Инглсби лежит чрезвычайно интересная резная миниатюра из нефрита. Переплет томика Оскара Уайльда, лежащего на шкафчике в углу, приведет в восторг любого библиофила. Я уверен, друзья мои, вы согласитесь, что я принял все меры к тому, чтоб вы провели ближайшие часы с пользой и удовольствием для себя.

Голос звучал монотонно, хладнокровно и насмешливо. На мгновение он замолчал, но тут же продолжил:

— Надеюсь, все, что я для вас приготовил, придется вам по вкусу. Как вы уже, возможно, заметили, повсюду расставлены небольшие шкатулки. В них разложены сигареты и сигары ваших любимых сортов. Бар в столовой заставлен виски, джином и разнообразными винами и ликерами, а на кухне в шкафу приготовлен шейкер для коктейлей, стаканы, а также апельсины, лимоны, сахар и все прочее. Готовясь принять вас, я позаботился о том, чтобы удовлетворить вкусы каждого. Как известно, мисс Сильвия Инглсби, одна из самых очаровательных дам среди моих знакомых, обычно делает две-три затяжки и затем гасит сигарету, я приготовил для нее дополнительный запас ее любимых турецких сигарет. Они лежат в бронзовой шкатулке на столике возле двери в столовую.

Сильвия механически поднялась и подошла к столику.

— Они действительно там? — еле слышно спросила Джин.

— Да, и их тут много. А в той сигаретнице, из которой я до сих пор угощалась, они уже подходят к концу.

— Поскольку мистер Тим Слеймон, еще один из моих уважаемых гостей, — продолжал хозяин, — предпочитает разбавлять крепкие напитки водой, в холодильнике на кухне для него приготовлено несколько бутылок ключевой воды. Мистер Питер Дейли — большой любитель кофе-брюле…

— Какой ужас! — вырвалось у Питера.

— …На полке над кухонным столом для него поставлена банка с кофе, а где найти кофеварку, он уже знает. Что касается знаменитого доктора Марри Чеймберса Рида, который на протяжении ряда лет ученого затворничества замечательно потрудился во славу сухого закона, прошу вас всех сделать вид, что вы не замечаете его восторга, когда я сообщу ему, что он найдет здесь все необходимое для приготовления замороженного абсента. Доктор Рид, вы ведь не откажетесь приготовить абсент для себя и остальных гостей по рецепту, который известен только вам?

Голос умолк. Доктор Рид сохранял ледяное хладнокровие, если не считать плотно сжатых губ и легкого румянца, который немного оживил его каменное лицо. Внезапно тишину нарушил высокий, звенящий смех Сильвии.

— Извините, — сказала она, — я не смогла удержаться. Этот хозяин кажется мне таким симпатичным.

Тим сбросил маску вежливости и тоже расхохотался. Вслед за ним рассмеялся Хэнк, а затем и все остальные. Джейсон Осгуд, фыркая от смеха, похлопал своего друга доктора Рида по плечу.

— Еще немного, и он мне начнет нравиться, — сказал Тим, обращаясь к Джин.

— А ты и вправду мог бы сделать нам по порции абсента, — сказал Осгуд доктору Риду.

— Ну, пожалуйста! — поддержала его Сильвия.

Доктор Рид не спеша выбрал сигарету и покачал головой, с трудом выдавив из себя некое подобие улыбки.

— Не сейчас, — сказал он.

— Доктор Рид, — произнес голос хозяина, — холодильник на кухне. Моему другу Генри Абботу, а для вас — Хэнку, я хочу посоветовать, чтобы он не пытался еще раз готовить жуткую смесь из джина и черного кофе, которая однажды вечером недели три тому назад катастрофическим образом повлияла на его способность держаться на ногах.

— Джин и черный кофе? — повторил Питер. — А что это такое?

— Мой фирменный напиток, — скорбно сказал Хэнк. — Это действительно ужасная смесь. Но каким образом, как вы полагаете, ему об этом стало известно? Я приготовил ее на вечеринке в прошлом месяце: было уже поздно, и почти все было уже выпито.

— А когда будете угощать миссис Гейлорд Чизолм, пожалуйста, не забудьте, что она не любит, чтобы на дне ее бокала лежала ягодка вишни.

— Должно быть, он изучал нас не один месяц, — сухо сказала Маргарет.

— Он просто свихнувшийся бармен, — предположил Питер.

— Поскольку мистер Джейсон Осгуд привык все делать по расписанию и не начинает никакое дело без того, чтобы не взглянуть на часы, специально для него приготовлены превосходные швейцарские часики, которые приятным звоном отбивают каждый час. Возможно, мистеру Осгуду будет интересно узнать, что умрет он, как и жил, тоже по часам, которые своим звоном возвестят наступление его кончины.

Осгуд впал в состояние дикого, неописуемого ужаса. Остальные гости вздрогнули от этого внезапного напоминания о том, что этот насмешливый голос сулил всем им скорую смерть.

— He давайте ему себя запугивать, — принялся уговаривать всех Хэнк. — Он не может нас убить: мы все здесь, а если он один, мы сможем противостоять ему.

— Хочу надеяться, — пробормотал Осгуд, рухнув в кресло и снова вытирая со лба капельки пота.

— Так или иначе, друзья мои, — продолжал голос, — на мой взгляд, мне удалось обеспечить вас всем необходимым для того, чтобы вы могли приятно провести вечер. В третьем ящике шкафа в углу лежат карты, а в четвертом — шахматы. Однако прежде, чем вы решитесь сыграть партию, позвольте мне поподробнее посвятить вас в мои планы на сегодняшний вечер. Ведь я обещал вам совершенно неповторимое развлечение, тогда как и карты, и шахматы представляют собой весьма банальное занятие. То же самое можно сказать и о разглядывании гравюр, рапир и переплетов. Поэтому я прошу вас заняться исполнением капризов моего почетного гостя. Скоро вы познакомитесь с ним, и, возможно, он вам понравится.

— Почетного гостя? — повторил Тим. — Еще одного маньяка?

— Имя его — Смерть, — сказал голос.

— О, господи! — воскликнул Питер.

Голос продолжал:

— Друзья мои, он вовсе не жесток и не бессердечен. Безусловно, все вы были приглашены сюда, чтобы умереть. Но ведь вы — не более чем восемь прыщиков на теле цивилизации, так почему бы вам и в самом деле не умереть? Каждого из вас ждет смерть. Конечно, если бы я не пригласил вас сюда, вы прожили бы еще несколько лет, но в конце концов вы умерли бы простой, обычной смертью, смертью, которая является уделом дворников и уборщиц. Возможно, вы умерли бы в постели от мучительной, но вполне тривиальной болезни; вы могли бы встретить смерть в виде заурядной автомобильной аварии на неприметной улице; в лучшем случае погибли бы в авиационной катастрофе, подобной тем, в которых гибнет столько обыкновенных людей. Но вы, друзья мои, достойны более изысканной смерти. Вы достойны неповторимого способа покинуть этот мир, в котором вас повсюду встречают аплодисментами. Вы достойны легкой и изящной смерти. Именно такую смерть я вам и предлагаю. Сегодня вы один за другим умрете той смертью, которой вы заслуживаете.

— Смертью, которой мы заслуживаем, — повторил Хэнк. — А с какой стати этот чертов охотник за трупами решил, что мы вообще заслуживаем смерти? Лично я хочу остаться в живых.

— И я тоже, — нерешительно сказала Джин. — Странно, я до сих пор никогда не задумывалась о том, что могу умереть. Когда же я представила себе, что я, Джин Трент, мертва, мне вдруг стало понятно, что я не личность, а всего лишь множество костей, покрытых плотью…

Плечи ее медленно и скорбно опустились, отчего она стала похожей на увядающий цветок.

— Джин, дорогая! — воскликнул Хэнк, направляясь к ней. — Присядь. Мы не умрем. Неужели ты думаешь, что мы не сумеем так или иначе вырваться отсюда?

Она опустилась на софу.

— Со мной все в порядке, — заверила она его более уверенным голосом. — Не бойся, я не упаду в обморок. Просто меня познабливает.

— Нас всех знобит, — утешил ее Хэнк. — Это же настоящий шок, когда тебе заявляют, что ты умрешь до наступления утра. Но мы его переиграем.

— Безусловно, — хладнокровно согласился доктор Рид. — У меня нет в этом ни малейшего сомнения.

— Уважаемые друзья, — произнес голос хозяина, — это игра, в которой вы и я будем противоборствующими сторонами, а мой почетный гость, смерть, выступит в роли судьи. Я льщу себя надеждой, что мне удастся выиграть все раунды, а вам по мере того, как вы один за другим станете мне проигрывать, придется расплачиваться за проигрыш собственной жизнью. Однако если я проиграю, если кто-то из вас окажется умнее меня, обещаю вам, что я достойно расплачусь за поражение. Если кто-нибудь из вас переиграет меня, я умру на глазах у всех.

— Боже милостивый! — вырвалось у Питера.

— Я умру на глазах у всех вас, — повторил хозяин. — Итак, начнем?

Маргарет поднялась, нервно сжимая руки.

— Он же хочет… он действительно хочет всех нас убить! — сказала она высоким резким голосом.

— Весьма оригинальная история получается, — пробормотал доктор Рид.

— Кому только выпадет судьба ее рассказать? — мрачно сказал Тим.

— Боже! — повторил Питер. — Мы же здесь буквально как в тюрьме…

— Да, как в тюрьме, — подхватил Хэнк, — или, к примеру, будто нас заживо похоронили, и мы проснулись в склепе.

— Хэнк! — закричал Осгуд, вскакивая с кресла. — Ты хочешь всех нас свести с ума?

Голос Осгуда охрип, а лицо посерело. Его прервал хладнокровный язвительный голос хозяина:

— Но в случае моей победы, друзья мои, расплачиваться придется всем вам по очереди. В случае моей победы к утру игра будет закончена, ибо к восходу солнца все мои гости перейдут в мир иной.

— Да выключите же кто-нибудь эту штуковину! — умоляюще воскликнула Маргарет.

— Он предупредил нас, что этого делать не следует, — напомнил ей Осгуд. — Я не собираюсь ни до чего дотрагиваться в этом проклятом доме.

Дрожащими руками он взял сигарету и нервно закурил ее.

— Итак, — продолжал хозяин, — я объяснил вам правила нашей игры. Вы должны остаться здесь и честно играть в нее. Вы должны выполнять мои указания. В противном случае вас ждут весьма неприятные последствия. Друзья мои, я не убийца. Каждый из вас сам даст мне в руки возможность лишить его жизни.

— Но это же безумие, — сказала Сильвия, — ужасное, невероятное безумие.