Последний

Дэвид очнулся от оцепенения первым.

— Матерь Божья! Ты это видела, Сью? Видела?

— Я… — женщина не сумела связать и пары слов. В дрожащих руках она держала видеокамеру мужа, которая продолжала снимать то, как к разбитому внедорожнику подъезжает скорая.

— Сью, ты снимаешь? Ты все это засняла?

— Я… просто не знала, как выключить, — пробормотала она.

Дэвид подошел к жене, осторожно забрал свое новое сокровище у нее из рук, а затем заключил Сьюзен в жаркие объятия, которых она не помнила со времен свадьбы.

— Ты чудо! Ты знала это?

Женщина не ответила.

— Ты же даже не представляешь, что нас ждет! — продолжал воодушевленным полушепотом лепетать Дэвид. — Это будет просто бомба! Я думал, что мне просто померещилось, но раз камера все засняла… Сью, идем домой! Мы должны это посмотреть. Ты же видела этого… это существо? Клянусь Богом, я видел, как он вскочил после того, как его протаранил «Рэндж-Ровер», и побежал! Да кто вообще на такое способен?! И та девушка… он ее, что, укусил?

— Я не знаю, — ошеломленно пробормотала Сьюзен в ответ.

— Нужно поскорее все пересмотреть. И если все так, как я видел… если мне не почудилось… черт, Сью, мы станем известными на весь мир, раз засняли такое!

— А что мы засняли? Что это было? — женщина перевела растерянный взгляд на супруга, которого, похоже, не интересовала ни судьба пострадавшего мужчины, ни судьба помогавшей ему девушки.

— Не знаю толком, но гарантирую, что это будет видео века! Идем. Нужно торопиться.

7

Оказавшись в пустынном переулке между домами, Валиант, наконец, сумел осознать, что с ним произошло.

Боль перекатывалась в груди и животе тяжелыми камнями, заставляя его тяжело опираться рукой на стену и пытаться хоть как-то нормализовать хрипящее дыхание. Внедорожник явно сломал несколько ребер и повредил внутренние органы. Вопрос лишь в том, какие и как серьезно. Сейчас все затмевала боль, и сознание не могло сосредоточиться на том, чтобы идентифицировать повреждения. Впрочем, это было не так уж важно — процесс заживления уже начался, и, как минимум, внутренние кровотечения явно остановились. Удивительно, что при таком ударе обошлось без открытых переломов и без проникающих ран. Если бы инородное тело осталось внутри организма, регенерация проходила бы намного тяжелее, если бы вообще началась.

Валиант дал себе несколько секунд на то, чтобы перевести дух. Двигаться, говорить и даже дышать было все еще очень больно, но он чувствовал, как внутри его тела активно идет процесс восстановления. Удивительно, что может сотворить лишь глоток…

Валиант вздрогнул и выпрямился, забыв о боли. Картина происшествия прояснилась, и он едва не застонал, схватившись руками за голову.

Что я наделал? — сокрушенно прокричал он про себя. На то, чтобы произнести это вслух, ушло бы слишком много сил.

В памяти воскрес образ темноволосой девушки с короткой стрижкой. Сэр, держитесь, помощь уже…

Она старалась помочь ему, как помогала бы человеку. Она лишь хотела, чтобы он дождался скорой! Эта несчастная ничего не знала. Господи, почему она не оказалась эгоисткой, которую заботит лишь собственная судьба? Почему решила броситься на выручку незнакомцу?

Валиант почувствовал, как по телу его пробежала лихорадочная дрожь. Зараженная. Теперь по городу расхаживает зараженная. Его кровь попала ей в глаз, она попросту не могла избежать инфицирования! А даже если бы каким-то чудом ей это удалось, минутой позже он укусил ее. Выпил ее крови, чтобы выжить и ускорить регенерацию. Он помнил, как заныли десны, когда удлинились клыки, помнил, как через трубчатые каналы зубов человеческая кровь потекла в его тело. Организм знал, что ему нужно, чтобы нейтрализовать последствия тяжелых травм, и, пока сознание Валианта блуждало на границе забвения и реальности, инстинкты взяли свое. Уже в следующее мгновение пришло понимание произошедшего, и он продолжил втягивать богатую железом кровь зараженной девушки осознанно… потому что теперь ей было уже нечего терять. Теперь ее смерть — на его совести.

Он невольно задумался о том, что не сумел пройти и одного квартала, чтобы не угодить в историю. Как же так могло произойти? Почему? За что?

Я старался. Господи, я ведь так старался. Я делал все, лишь бы не заразить никого, лишь бы не… Господи, я ведь должен ее забрать! Нельзя оставлять ее среди людей, процесс заражения уже необратим! Скоро она начнет изменяться…

Отчего-то теперь Валиант понимал, что не может пойти в приготовленную Дрейком Талосом гостиницу. Он вообще никуда теперь не мог прийти незамеченным. «Крест» — как бы он это ни делал — умел мгновенно выходить на след своих мишеней, стоило сделать хоть малейшую глупость. Возможно, причиной тому служил тот самый информатор — каким-то образом ему удавалось отслеживать перемещения Валианта, а дальше он мог уже думать, сообщать об этом начальству или не сообщать. О том, чтобы от внимания Харриссона укрылось такое громкое происшествие, не стоило помышлять и в самых смелых мечтаниях!

— Черт! — прошипел Валиант, обессиленно уткнувшись лбом в стену.

Без паники. Возьми себя в руки. Думай.

Нужно было найти зараженную. Пройти по ее следу, найти ее, почувствовать и изолировать от общества, пока не началась трансформация. Люди обращаются быстро, поэтому действовать нужно без промедления. Валиант не мог позволить себе оставить в Лоренсе обезумевшую убийцу, коей эта девушка обязательно станет совсем скоро. Несмотря на то, что времени у нее будет немного, она успеет вырезать несколько семей. Если он что и мог сделать, так это найти ее и принести ей милосердную, быструю смерть.

Мне жаль. Господи, мне так жаль! — думал он.

Но жалеть было поздно. Благодаря человеческой крови регенерация ускорится и, пусть потом Валиант снова будет истощен, какое-то время ему удастся сохранять достаточно силы и проворства, чтобы прочесать город и отыскать свою ошибку. И устранить ее.

8

Услышав звонок, Мэри Уиллоу воодушевленно побежала к двери, отирая руки о фартук. Ей не терпелось увидеть любимую дочь и заключить ее в крепкие объятия. Она так долго этого ждала.

— Ривер! — воскликнула Мэри, открывая дверь.

— Привет, мам, — пробормотала девушка, машинально шагнув через порог и обняв мать со всей силой изорванных в клочья после происшествия чувств, на которые только была способна.

Ривер знала, что бледна и выглядит уставшей — она отметила собственную бледность, когда после бега дрожащими руками, глядя в свое отражение в витрине очередного магазина, отирала остатки крови с лица — однако надеялась, что ей удастся списать это для матери на последствия долгой дороги. Вопреки здравому смыслу, девушка не хотела пока что рассказывать Мэри о том, что случилось. Да она и не поняла толком, что случилось. Единственная версия, которая приходила ей на ум — ум, который обыкновенно отличался рациональностью и четкостью мышления — это версия о вампире. О монстре из легенд, фильмов и фантастических книг! Ривер пыталась объяснить произошедшее по-другому, но попросту не знала, как. Поведение того мужчины… его реакция… его глаза, которые светились… его скорость, недоступная человеку, особенно после такой аварии! Кто, черт побери, еще может быть на такое способен?

При этом Ривер не переставала думать о том, куда сбежал тот человек… то существо. И что с ним стало? Ривер удивлялась самой себе, находила это чувство глупым и необоснованным, даже почти противоестественным, но она отчего-то переживала за этого незнакомца. Если он действительно тот, кем она его посчитала… если он действительно вампир, может эта обеспокоенность его судьбой быть последствиями укуса? Прислушиваясь к себе, она пыталась ощутить какие-то перемены, но не находила их.

— Детка, что я вижу! — воскликнула Мэри, окинув свою дочь быстрым критическим взглядом. — Ты совсем исхудала. Я, конечно, понимаю, что сейчас это модно, но ваша мода вредна для здоровья. Нельзя так себя изводить. Ну-ка, марш в гостиную, я приготовила свой фирменный черничный пирог.

Ривер облегченно выдохнула, обрадовавшись, что мать ничего не заметила. Ранки от укуса уже не кровоточили, но продолжали назойливо ныть, зуд в правом глазу утих.

— Ты в порядке, милая? — спросила Мэри, заметив, что дочь необычайно молчалива.

Ривер заставила себя встрепенуться.

— Ох… да. Прости, мам, просто устала с дороги.

Мэри сочувственно сдвинула брови и снова приобняла дочь. На этот раз девушка буквально насильно заставила себя стерпеть объятие матери. Обычно дом успокаивал ее, но сейчас… сейчас она чувствовала себя в этих стенах еще более неуютно, чем на улице. Множество вопросов заполняли мысли, в душе клубился чернильно-черный страх вперемешку с молочно-белой тревогой.

— Может, тогда тебе сначала поспать?

— Нет, — машинально отозвалась девушка. — Нет, я… просто сейчас немного приду в себя с долгой дороги. Нужно умыться.

Не дожидаясь ответа от Мэри, Ривер направилась в ванную комнату на первом этаже дома. На полпути она обернулась.

— Кстати, мам, а папа когда вернется?

— Ох, не знаю, милая. У него сегодня смена в больнице. Сама знаешь, как у него это бывает, он может сутками пропадать. Надеюсь, что сегодня пациентов будет немного.

— Да…

Ривер коротко кивнула и направилась в ванную, злясь на обстоятельства. Быть может, стоит наведаться к отцу в больницу и показать ему руку? Что он посоветует? Сдать анализы? На что? На вампиризм?

Нужно успокоиться. Немедленно, — скомандовала себе Ривер, заперев дверь в ванную. Она чуть подождала, пока перестанет так бешено колотиться сердце, затем включила воду и положила руки на обод раковины. Ей с трудом удалось собраться с силами, чтобы закатать рукав и посмотреть на два мелких следа на правой руке. Две точки. Просто две небольшие ранки.

На всякий случай, не сильно веря, что это поможет, Ривер несколько раз промыла руку с мылом, прислушиваясь к своим ощущениям. Немного пощипывало, как любую царапину, и только. С виду ничего страшного не происходило.

Может, все будет в порядке?..

— Ривер, дорогая, все хорошо? — окликнула Мэри, постучав в ванную. Ривер вздрогнула и резко опустила рукав, тут же выключив воду.

— Д-да, все нормально, — нарочито бодро отозвалась она. — Я уже выхожу.

Выйдя в коридор, Ривер столкнулась с матерью нос к носу.

— Милая, у тебя очень усталый вид. Может, тебе действительно лучше поспать?

На этот раз Ривер отказываться не стала. Она понимала, что сейчас ей нужно побыть в одиночестве какое-то время и хорошенько все обдумать. Поддерживать легкую и непринужденную беседу она сейчас точно не сможет, а тогда Мэри однозначно заподозрит неладное и начнет расспросы, на которые у Ривер сейчас не было сил.

— Ты знаешь, я, наверное, так и сделаю. Я очень соскучилась, мам, правда, просто устала, и…

— Дорогая, у тебя ничего не случилось?

— Нет, что ты! — улыбнулась Ривер, покачав головой. — Через пару часов буду в полном порядке. Может, и папа тогда уже вернется. Я… его тоже очень хочу увидеть.

— Идем, — мягко улыбнулась Мэри, решив больше не донимать дочь беседами. — Я только провожу тебя до комнаты и, может, поработаю над кое-какими черновиками. Для писателя пара свободных часов — очень плодотворное время.

— Кстати, как дела в издательстве? Все по плану? — Ривер обрадовалась перемене темы и с энтузиазмом поддержала разговор.

— Пока что да. Обещают большой тираж. Удивительно, что кому-то нравится моя писанина, — Мэри игриво улыбнулась, и Ривер картинно закатила глаза.

— Не напрашивайся на комплимент, мам. Я видела в Калифорнии рекламу твоей новой книги. Афиши развешены по всему штату. Сам Роберт Уинстон назвал «Полуденное Солнце» лучшим, что он читал за последние лет десять. Тебя сравнивают с Дином Кунцем и Стивеном Кингом. О чем ты говоришь?

— Ох, я тебя умоляю, — махнула рукой Мэри. — Не надо вгонять свою старушку в краску. Любой может писать такие книги, как я. Многие писатели вносят куда более ценный вклад в литературу.

— Твой меня вполне устраивает, — упрямо качнула головой Ривер.

— Ну, все, — хмыкнула Мэри, дойдя вместе с дочерью до ее комнаты. — Не будем об этом. Сейчас тебе нужно отдохнуть и набраться сил. Мой пирог будет ждать тебя, как только ты проснешься.

Ривер кивнула и вошла в комнату. Мэри заперла дверь с другой стороны, и ее удаляющиеся шаги послышались в коридоре. Дождавшись, пока мать уйдет, девушка прерывисто вздохнула, и тут же почувствовала, как к глазам подкатывают слезы страха неизвестности.

— Я люблю тебя, мам, — прошептала она в воздух, затем легла лицом в подушку и тихо заплакала.

9

Через два часа после происшествия на дороге Дэвид Фостер уже получал в сети первые комментарии к своему видео. Он ожидал едва ли не мировой славы после того, как загрузил этот удивительный материал в сеть, а вместо этого…

— Нет, Сью, ты только посмотри на это! — гневно воскликнул он, когда жена подошла и поставила перед мужем кружку кофе. — Представляешь, что они пишут? Фальшивка, липа, сфабрикованное видео! У нас видео века, на котором запечатлено реальное доказательство существования чего-то сверхъестественного, а они считают, что я все подделал!

Сьюзен пробежалась глазами по небольшой ленте комментариев.

— Ну, скептики всегда найдутся. Но найдутся и те, кто поверят в нашу честность. Смотри, вот, кто-то пишет, что мы… что? Засняли вампира? Ох, мне так не кажется. Это что-то другое.

— Почему ты так думаешь?

Потому что в это очень сложно поверить, — ответила Сьюзен мысленно, но вслух сказала лишь:

— Ну, по легенде вампиры — ночные существа. Разве могут они разгуливать днем по улицам Лоренса?

Дэвид прищурился, находя нужный комментарий.

— Хм… а я, кстати, согласен. Похоже, это действительно вампир! — он заговорил тоном эксперта, как будто всю жизнь изучал легенды, связанные с вампирами. Сьюзен с трудом удалось сдержать снисходительную улыбку. — Так или иначе, пережить такое столкновение, не получив увечий, обычный человек не может, здесь нужны сверхспособности. Ну, кто это, по-твоему? Супермен?

— Ну, если верить комиксам, то Супермен — тоже сверхъестественное существо. Он, вроде, был инопланетянином…

— Так или иначе, — отмахнулся Дэвид, делая глоток кофе. — Мы теперь точно знаем, что такие вещи существуют. Необычные вещи! Вампиры… может, есть и оборотни, и призраки! Это же открывает дверь в новый мир! И мы засняли доказательство.

Сьюзен тяжело вздохнула, понимая, что теперь у мужа, похоже, появится новая страсть, которая встанет на пьедестал его внимания, оттеснив еще ниже его супругу.

Нет, определенно, я должна уйти от него. Он никогда не будет любить меня сильнее, чем свои увлечения. Но… не под Рождество. Лучше после. Так будет вернее.

— Твое видео века еще сыграет свою судьбоносную роль, я уверена, — ободряюще произнесла Сьюзен.

— Да, — гордо согласился Дэвид. — Уверен, так и будет.

10

Слезы окончательно измотали Ривер, и она не заметила, как погрузилась в сон. Сновидения ее не посетили, и сейчас, очнувшись через пару часов, она была этому только рада. Разум немного прояснился, связанный с дневным происшествием стресс притупился, хотя правая рука все еще отдавалась легкой тянущей болью.

Проснувшись, Ривер тут же закатала рукав и изучила два небольших следа: опасений их вид не вызывал, они казались обыкновенными маленькими ранками, которые совсем скоро начнут заживать и, быть может, оставят на коже лишь едва заметные белые следы. Девушка вздохнула, почувствовав слабое облегчение. Подойдя к зеркалу, она посмотрела, не покраснел ли глаз, в который попала кровь странного незнакомца: никаких тревожных следов не было.

Поджав губы, Ривер посмотрела в окно, из которого пробивался сероватый дневной свет, угасающий и плавно переходящий в ранние сумерки. Не зная, чего именно хочет добиться, она распахнула окно и некоторое время постояла, изучая реакцию своего тела на свет — ничего не произошло.

Впрочем, чего я ожидала? — нервно усмехнулась она про себя. — Тот человек ведь встретился мне днем, и не похоже было, чтобы он сгорал на солнце.

Ривер улыбнулась собственной внезапно вспыхнувшей суеверности. Разум всячески отметал любые странности, связанные с незнакомцем — его скорость, светящиеся глаза, реакцию на собственную кровь, и… этот укус.

Должно быть объяснение, — решила для себя девушка. — Скорее всего, это был просто человек в состоянии шока. Глаза? Может быть, линзы? Он был довольно странно одет, может, он принадлежит к какой-то субкультуре, где носят такие линзы, которые иногда светятся? Такие, наверняка, есть… Реакция на кровь? Многие боятся вида своей крови. Может, он какой-нибудь свидетель Иеговы, который лелеет чистоту собственной крови? Как знать. Укус и скорость? Скорее всего, неадекватное поведение в шоковом состоянии. Адреналин придал ему сил, притупил боль. Наверное, он боится врачей… есть ведь такие люди, которых в больницу под дулом пистолета не загонишь. Ох, ужасно, что его не забрали в больницу, он ведь серьезно пострадал.

Ривер поджала губы. Ее мучил лишь один вопрос, ответ на который не вписывался в столь стройную теорию: почему от укуса осталось лишь два следа? Как от клыков. Но ведь у незнакомца не было таких заметных клыков. Может, это какая-то новомодная модификация тела? Механически скрытые клыки? Звучит, как бред сумасшедшего, но ведь кто-то и язык себе разрезает на две части…

— Ривер, милая, ты проснулась? Я проходила мимо и услышала шаги, — из-за двери прозвучал голос матери. Девушка быстро опустила рукав, лихорадочным движением поправила волосы и обернулась, когда Мэри вошла в комнату. Застав дочь у окна, она недоверчиво нахмурилась. — Родная, что ты делаешь? На улице холодно, ты можешь простудиться….

— Я… ну… — Ривер потупилась. — Просто хотела проветриться. Мне было немного душно.

— Ривер, я тебя знаю, — Мэри вошла в комнату и качнула головой. — В последний раз ты старалась вылезти в окно своей комнаты только в школе, когда была влюблена в старшеклассника. Как его…

— Крис Келлер, — машинально отозвалась Ривер, тут же просияв и нащупав спасительную почву. Она нарочито смущенно опустила голову и виновато улыбнулась. — Ничего-то от тебя не скроешь. Я просто… встретила его сегодня. И, знаешь, как это бывает…

На лице Мэри появилась понимающая улыбка.

— Ох, милая, — протянула она. — Так вот, в чем дело? Этот мальчик, похоже, не на шутку вскружил тебе голову?

— Ничего он не вскружил! — Ривер знала, что нельзя соглашаться с выводом матери сразу, иначе она поймет, что что-то не так. — Просто… ну, он пригласил меня выпить кофе, и я подумала, что могла бы встретиться с ним. Ненадолго, понимаешь? Просто не хотела, чтобы ты подумала, что я променяла на это наш семейный ужин, поэтому…