Танцующая среди ветров. Любовь

— Ага. Мы через портал пойдем?

— Не сразу. В середине пути воспользуемся, чтобы сократить дорогу.

— Почему?

— Потому. Отсюда на такое расстояние неудобно расчет делать, а из-за естественного магического фона города увеличивается вероятностная кривая по времени. Кроме прочего, в конечном пункте защита стоит — все бы так просто в чужие владения вламывались. Как ты себе это представляешь? Границы вообще-то охраняются.

Пожала плечами, до сегодняшнего дня я никак и ничего себе не представляла.

— Ты же мощь — универсал. Думала для тебя это не проблема, — не захотела я признаваться в собственной недальновидности, а заодно и поддеть, мстя за свое пробуждение.

— Ну и что, — нисколько не смутился Альт. — Правил приличия никто не отменял. Мы же в роли послов дружественного государства выступать собираемся.

Справедливое замечание, возразить нечего. Значит, ему все-таки под силу взломать защиту границ орков, как интересно. А что еще ему под силу?

— Что за кривая по времени? — перевела я разговор в более конструктивное русло.

— Ты в курсе, что открывая пространственный портал заранее достоверно не известно, какой период отсчета пройдет с момента, как ты шагнешь в пустоту? — Я кивнула, об особенности подобных путешествий мне рассказывал Дант.

— Не больше реального времени, затрачиваемого на физическое путешествие при самом идеальном раскладе, а насколько меньше — как повезет. — Абигайл посмотрел на меня одобрительно.

— Да. Так вот, можно повысить шансы на то, чтобы этот промежуток оказался меньше. Нужно выбрать благоприятные условия в месте открытия перехода, чем меньше посторонних факторов, влияющих на магический фон, тем чище настройка на местность, а значит — портал сработает эффективнее. Поэтому сокращать будем не из Кираты, а из ближайших к ней окрестностей. Есть у меня местечко для этих целей облюбованное.

— Поняла, уже испаряюсь, — ответила я и поспешила в комнату за вещами.

Из города мы выбрались относительно быстро, наняв повозку. Правда, Лис всю дорогу фыркал и разбрасывался страдальческими взглядами, демонстрируя, что он думает по поводу такого способа передвижения. Почему-то данный вид транспорта ему совсем не нравился, котишка и в прошлый раз выглядел не очень довольным, когда мы ехали в гости к Альту. Но тогда мы почти всю дорогу продрыхли, и это сильно облегчило жизнь. Абигайл, устав смотреть на гримасничающего Иллюзора, как бы ни к кому не обращаясь, произнес:

— Сам захотел ехать с нами.

Лис в последний раз демонстративно вздохнул и отвернулся к окну, подгребая меня под бок. Ободряя, погладила его руку, шепнула:

— В самом деле, если так сильно раздражает, встретились бы там.

— Нет, — он решительно отверг мою идею. — Придется играть по правилам, раз связался с вами, пусть уж все по-человечески будет, а то неинтересно.

Абсолютно непонятная логика. Но не стоило забывать, что под личиной зеленоглазого молодого мужчины скрывалась пятитысячелетняя сущность порождения междумирья со своими представлениями о жизни и тем, как ему ей распоряжаться. За границами Кираты Абигайл то ли сжалился над Лисом, то ли и сам собирался прогуляться, тем не менее, он отпустил извозчика, и дальше мы отправились пешком. Благо погода еще располагала к прогулкам. Путь пролегал вдоль теперь знакомого мне тракта, только немного в стороне — не по проезжей дороге, а по лесной тропе. Причем, по всей видимости, пользующейся спросом, настолько ее качественно вытоптали.

Солнце клонилось к горизонту, наливаясь алым. Птицы пели, как сумасшедшие, выводя разномастные трели в одном им ведомом соревновании. Я заметила, именно перед закатом все зверье ненадолго оживляется, торопясь успеть насладиться последними минутами стремительно тающего дня. Ветерок трепал волосы, понемногу холодало. Мы вяло перекидывались редкими фразами, думая каждый о своем. С дороги время от времени доносился перестук колес да окрики возничих. Как долго предстоит идти и куда мы должны в итоге попасть, я не знала, но спрашивать не хотелось. Судя по сосредоточенному выражению лица Альтамуса, он что-то просчитывал, отвлеки его сейчас — отхватишь щедрую порцию язвительных комментариев. Мне такое счастье без всякой надобности. Наоборот, надо подловить ниора в благодушном настроении и расспрасить о чем-нибудь интересном.

Как раз собралась дернуть Лиса за рукав, бесшумно привлекая внимание, чтобы продолжить вчерашний разговор, как из-за кустов примерно в полусотне шагов от нас вышли несколько мужчин совершенно разбойничьего вида. Они слаженно двинулись нам на встречу, громко переговариваясь и не пытаясь скрыть своих намерений. Я насчитала семь человек. Альт оторвался от размышлений и остановился.

— Нет, это даже забавно, — усмехнулся он. — Алиска, начинаю понимать, почему чешуйчатый над тобой так трясется. Дар привлекать в жизнь… хм, неординарные ситуации с опасным уклоном — обременительная штука. — "Трясся", мысленно поправила я и хмуро ответила:

— Не вижу ничего забавного, я тут не при чем.

— Конечно, малышка, оно само, — ехидно поддержал друга Лис. — Заметь, это становится доброй традицией. — Поймав мой негодующий взгляд, он весело поправился: — Или не доброй.

Угу, я оглядела спутников. Высокий, но довольно худощавый ниор и едва достающий ему до уха Иллюзор, завернутый в потасканный плащ, не выглядели людьми, способными дать отпор шайке из семерых крепких мужиков. Про себя вовсе молчу: еще ниже Лиса и уже Альта, на их фоне смотрелась мелкой козявкой. Может, поэтому незнакомцы продолжали самоуверенно улыбаться, полностью убежденные в превосходстве.

— Куда идем, чего несем? — Вперед выступил крепыш с подбитым глазом, что не мешало ему вторым здоровым цепко осматривать наши пожитки.

Абигайл держал в руках объемную сумку, куда сложил гостинцы для орков. Похоже, у него там действительно хорошие связи, раз он так расстарался. Вот она-то больше всего и привлекала внимание проходимцев. Фелисан невинно моргал, не выражая ни испуга, ни негодования, лишь уголки его губ дрогнули в полуусмешке. Альт опустил поклажу и с вызовом скрестил руки на груди. Ой, в недобрый для себя час эти неудачники вышли на дело. Стоя между сильнейшим ниором Империи и существом, состоящим из магии в чистом виде, я с интересом следила за событиями, немного сочувствуя еще ничего не подозревающим разбойникам, но только совсем чуть-чуть. Все-таки они сами нарвались и заслужили справедливое возмездие.

— Позволю себе поинтересоваться, — спокойно начал Альтамус, — тебе что с того? Желаешь помочь донести? — Незнакомцы переглянулись и довольно осклабились.

— Донести — это я завсегда, но тебе моя помощь не понравится.

— Да ну? Спешу огорчить, не нуждаюсь в сторонних услугах. И раз мы все выяснили, то я с друзьями, пожалуй, пойду.

Шепотом поинтересовалась у Фелисана, беззаботно наблюдающего за балаганом:

— Зачем он с ними вообще разговаривает? Ясно же, что миром не уйдут и нас не отпустят. — Друг широко улыбнулся, и его улыбка подозрительно напоминала хищный оскал, что на лице человека смотрелось жутковато.

— Он дает им шанс убраться, чтобы не тратить на них время. Но до таких тупиц пока дойдет… Хотя вон те двое позади наконец-то напрягли извилины.

Присмотрелась в указанном направлении. Действительно, парочка долговязых громил пыталась донести какую-то мысль до, надо полагать, главаря, пока не встревающего в перебранку. Не успела я полностью осознать, кого вновь повстречала на пути, как Лис уже озвучил эту мысль:

— Малышка, да тут твой рыжий поклонник.

— А? — Альт повернул голову в нашу сторону. — Какой еще поклонник?

— Которого она с его дружками в лужу посадила. Эй, бородач, как нога? — громко поинтересовался Лис с такой непосредственностью, что разбойники обалдели.

Лицо Рэма Щипача вытягивалось все больше по мере узнавания меня, а от того насколько спокойно и даже дерзко для жертв мы себя вели, в итоге совсем перекосило. Видать, все-таки дошло, что он снова влип в неприятности. Зато мои щеки едва не заболели от растянувшейся до ушей улыбки, чем кислее становился рыжий, тем довольнее ощущала себя я. Справедливость все же существует. Высшие Силы, день удался.

ГЛАВА 6

— Вот как? — Ниор недобро прищурился. — Тогда извиняйте, тут без вариантов: шанс на мирный исход вы упустили. Из-за него, кстати. — Альт обвиняюще ткнул длинным пальцем в побелевшего Щипача.

Излюбленный жест Абигайла меня совершенно добил, заставив откровенно хихикать. Рэм схватился за голову и застонал, одаривая меня взглядом полным ненависти. Сам виноват, нечего было напиваться и приставать к беззащитным девушкам, о дальнейших гнусностях вообще помолчу. Его приятели теперь в полном составе сообразили, что странная троица им вряд ли по зубам, и мелкими шажочками начали отступление. В итоге впереди в одиночестве остался главный затейник.

— Стоять, — рявкнул Форт Абигайл. Позорное бегство, тщательно маскируемое под обычное перетаптывание на месте, мгновенно прекратилось.

Сначала подумала, это его окрик на них так подействовал, но взглянув на хитрющего Лиса, поняла: внезапное послушание разбойников всецело заслуга Иллюзора. Как ни странно, главарю возможность двигаться оставили, чем он и поспешил воспользоваться. Рэм, не замечающий происходящего за спиной, перевел злобный взгляд на ниора и достал нож. Я не удержалась от комментария:

— Послушай, ты издеваешься? Мы ведь это проходили не так давно, вон у тебя и нога все еще перевязана. Совсем на ошибках не учишься.

Мое веселье испарилось, накатила злость. Глядя в алчные, излучающие враждебность, глаза я отчетливо осознала — таких людей жалеть нельзя, они понимают только язык силы. Вспомнилось, как рыжий негодяй, ведомый сиюминутным желанием и уязвленным самолюбием, не погнушался напасть на одинокую девушку, да еще и дружков прихватил. Вспомнился жестокий и отвратительный Крэк, чуть не угробивший меня в старом здании архива. Стало одновременно противно и грустно, захотелось причинить вред Щипачу, чтобы он на своей шкуре испытал какого быть жертвой.

На плечи легли теплые ладони, я почувствовала волну спокойствия. Приступ ярости отступил, уносимый знакомыми эманациями, исходящими от моего зеленоглазого друга. Откинулась ему на грудь, прикрывая глаза, и почти беззвучно прошептала: "Спасибо", Лис обнял меня. Рэм, немного поколебавшись, все-таки перешел к активным действиям. Прыгнув на беспечно стоящего к нему полубоком Абигайла, наверное, он верил в свое численное превосходство. И зря. Его приятели не двигались и только отчаянно вращали очами, на далеких от прежней самоуверенности лицах.

Я дернулась, желая предупредить учителя, хоть и знала, что рыжий не представляет для него серьезной угрозы. Если уж он с Лили умудрился справиться, на минуточку высшим демоном, что ему может сделать какой-то далекий от здравомыслия человек. Лис мягко сдержал мой порыв. Глаза Альта блеснули серым металлом, он вскинул руку, и горе-разбойник остался безоружным. Щипач удивленно рассматривал свою пустую ладонь, нож улетел далеко в кусты. Осмыслив произошедшее, Рэм обернулся к приятелям и злобно выругался. Если опустить непечатные слова, смысл брани сводился к короткой фразе: одна маленькая я водит дружбу с ниором. Да, гений эрудиции, я такая. И на твои крысиные зубы нашлась каменная буханка, обломайся.

Форт Абигайл раздраженно вздохнул и потер виски, будто прикидывая, что делать с олухами дальше. Было видно, ему очень не хочется с ними возиться и жаль времени, но и бросить безнаказанными, чтобы они и дальше продолжали третировать народ — нельзя. Рыжий главарь подуспокоился и нервно теребил бороду, изредка бросая на меня неприязненные взгляды, словно это я виновата, что он вздумал нас ограбить.

— Что решил? — спросил Фелисан.

— Придется задержаться и проработать этих молодчиков, — нехотя ответил Альтамус. — Отправляй их следом. Найдем мало-мальски пригодную поляну и приступим, не на дороге же с ними разбираться. — Лис ухмыльнулся, увлекая меня вперед мимо беспомощных разбойников. За нами двинулся Альт, до слуха донесся его веселый с ехидцей голос:

— Ты горел желанием понести мою сумку? Держи. Благодарности не жди, но так и быть с паршивой овцы хоть шерсти клок. — Я улыбнулась — Альтамус он такой Альтамус. Отыскав подходящее место, Альт махнул рукой Лису. — Привал.

Вся шайка рыжего с ним во главе, и правда, напоминала небольшую отару овец, покорно бредущую за пастухом. Глуповатое выражение лиц, синхронные движения, отсутствие естественных для ситуации эмоций — со стороны это выглядело даже жутковато. Мне раньше не доводилось видеть, на что способны друзья в полной мере, поэтому я наблюдала за всем с живейшим интересом. Ниор поочередно обошел каждого из мужчин, ненадолго задерживая руки у них над головами, на некоторых после этого он смотрел с откровенным отвращением.

— Ментальный уровень, — шепнул Лис, — он считал их воспоминания и прикинул тяжесть преступлений.

— Это разве не запрещено? — Друг фыркнул.

— Тебе лучше знать ваши законы. Мне так вообще глубоко безразлична их участь. — Действительно, нашла о чем беспокоиться.

Дальше, Альт отвел троих в сторону, в его взгляде вновь появился металлический отблеск. Он направил ладони в сторону груди мужчин, те, как приклеенные, смотрели ему в глаза и едва слюни не пускали. Мой учитель заговорил ровным голосом, но от его звучания у меня пробежал холодок по коже.

— Сейчас быстро отсюда убираетесь, возвращаетесь домой к своим семьям. Все что натворили — исправите, возместите ущерб деньгами и работой. Еще раз потянет на приключения или захочется легкой наживы — пеняйте на себя. При первой же оплошности, запустится механизм разбалансировки организма. Как следствие, бессонница, головные боли, преждевременное старение и другие приятные мелочи. Сами прибежите сдаваться и каяться, это я вам гарантирую. Уловили общий смысл? — Разбойники кивнули, в их взгляде появилась осмысленность. — Свободны.

Фелисан лениво потянулся, а жертвы собственной подлости опрометью кинулись прочь, резво скрываясь за деревьями. И почему мне кажется, что им еще крупно повезло?

Еще с тремя Форт Абигайл не стал даже разговаривать, сразу вскинул руки и с брезгливым выражением лица произнес заклинание. Мужчин окутало неяркое зеленоватое свечение, вскоре рассеявшееся, как и не было. Ниор достал из сумки бумагу и карандаш, начал что-то записывать. Я поспешила перейти на магическое зрение, не зря вчера тренировалась до потери сознания, сегодня это далось намного проще и, можно сказать, привычнее. На шеях разбойников сияли петли из невидимой ранее энергетической нити, подобие удавок тянулось длинными хвостами к Альтамусу, образуя поводок. Учитель дописал, сложил листок вчетверо, протянул его одному из ожидающих своей участи негодяев. Тот покорно взял послание и убрал в карман.

— Ждите, — коротко бросил им Абигайл и развернулся к главарю. — Иди сюда, с тобой отдельная история.

Рэм нервно сглотнул, но подчинился. Такого жесткого Альтамуса я никогда не видела, даже когда меня допрашивал очень злой лорд Гарнет, ниор был куда более благодушно настроен. От этого становилось немного не по себе. Я придвинулась поближе к Лису, равнодушно взирающему на действия друга. Новое заклинание и бывший главарь распущенной шайки дернулся, как от удара, на его лбу выступили капли пота.

— Уяснил, в чем был не прав? — холодно поинтересовался Форт Абигайл.

— Д-д-да.

— Хорошо, но ничего не меняет. — Рэм посерел. — Прежде чем присоединиться к дружкам, ответь на несколько вопросов. Врать не советую, больнее себе сделаешь. — Рыжий обреченно кивнул в знак понимания и согласия. — Кто заказчик?

— Не понимаю о чем ты… вы… — Щипач выглядел растерянным и напуганным.

— Ах, да. Столько времени прошло, ты уже и забыл, — вкрадчиво ответил Альтамус. Я заметила, как он сжал кулаки до побелевших костяшек. — Андраш, Орсон Андраш. Ни о чем не говорит это имя? — Бородатый мужчина затравленно посмотрел на ниора, потом на нас с Иллюзором и робко ответил.

— Нет. — Альт нахмурился, пристально буравя взглядом лоб допрашиваемого.

Я похолодела. Передо мной ясно, до мельчайших деталей, предстал образ сумрачной комнаты с плотно задернутыми шторами и заставленной в беспорядке вещами. И сидящего в кресле мужчины. Сильного мужчины, обезумевшего от горя, сгорбленного и уставшего. Не в лучшее время я застала лорда Гарнета, видимо, действительно обладаю способностью появляться там, где не следует. В голову закрались нехорошие подозрения. Какое отношение к старшему сыну лорда имеет рыжий проходимец? Ведь неспроста Альт так разозлился.

— Допустим. Зайдем с другого конца. Вспоминай задание, за которое ты получил чересчур щедрое вознаграждение. И, главное, задача-то плевая, подстроить несчастный случай на дороге: лошади взбесились, карета перевернулась, рядом глубокий овраг, никто не выжил. Ну, вспомнил? — Теперь Рэм побледнел и задрожал. — Вижу, что вспомнил. Повторяю вопрос, кто заказчик?

— Не знаю, правда. Он не представлялся и вообще ничьих имен не называл. Мы оговорили в какое время и на какой дороге нужно сделать засаду, после — где забрать деньги.

— Тебя просили устранить только ниора. Какого демона ты угробил целую семью? — Альт едва сдерживался, чтобы не сорваться.

— Это случайность. Мы не знали, что все выйдет именно так. Я никого не убивал.

— Ты нет, — сухо согласился Форт Абигайл. — Но ты отдал приказ. Жалкий ублюдок, испугался оставлять свидетелей. Там были дети.

— Они бы все равно не выжили, слишком много ран и…

— Не тебе решать, — оборвал негодяя учитель и тихо произнес в пространство: — У них был шанс выжить.

Не знаю, что на меня нашло в тот момент, но я почувствовала, как меня затапливает волна ужаса, боли и злости. Сдерживаемое отчаяние, когда верный друг и соратник лорда Гарнета господин Лейтон Линн, меряющий нервными шагами библиотеку, рассказывал историю трагедии семейства Андрашей, его боль, моя боль, боль хозяина усадьбы, все сплелось в тугой узел, рвущейся наружу, неизвестно откуда взявшейся силы. Попросту не захотела ее сдерживать, позволила произойти тому, что желало быть совершенным. Ударила наотмашь, чувствуя под пальцами упругую воздушную плеть. Рэм закричал от боли и упал на колени перед Абигайлом.

Легкое удивление отразилось на лице ниора, сменяясь пониманием. Лис шумно выдохнул, погладил меня по волосам, но успокаивать не стал. Правильно, сейчас я должна была сама совладать со своим гневом. Не такая уж я и добрая девочка, как оказалось. Прикрыла глаза, восстанавливая дыхание и чувствуя слабость во всем теле. Сколько же энергии я вложила в удар? Что со мной, разве так можно? Смесь удовлетворения, растерянности и осуждения к себе — вот что я теперь ощущала. Из ступора вывел голос Альтамуса:

— Алиса, подойди. — Неловко подчинилась, вставая рядом с ним и стараясь не смотреть в переполненные страхом глаза разбойника. — Раз так вышло, давай все сделаем правильно. Вызови воздушный удар еще раз.

Замотала головой. Во-первых, неправильно бить несопротивляющуюся, безоружную жертву. Во-вторых, сил на повторение просто не оставалось. Ниор словно прочитал мои мысли.

— Я не прошу его бить, хотя поверь, он это заслужил в полной мере. Призови воздух осознанно, не используй, просто почувствуй в руках эту плеть. На подобное тебе хватит резерва. — И видя мое сомнение, добавил: — Ты должна научиться контролю. Спонтанные выбросы силы не самое лучшее решение проблем. Зафиксируй свое состояние, запомни его до мельчайших подробностей, тогда в следующий раз, достаточно будет просто представить и пожелать. То, что сейчас произошло, относится к разделу боевой стихийной магии, такие вещи всегда завязаны на эмоции. Действуй.

Признавая его правоту, сосредоточилась на испытанном: злость, гнев, желание восстановить справедливость, смесь сопереживания чужому горю со своим собственным. Вдруг и с моим отцом произошел вот такой же вовсе не несчастный случай, ведь проводить расследование отказались. Воззвала к Стихии, мысленно сконцентрировала в руках воздушные потоки, представляя, как они превращаются в прочные плети. Кончики пальцев закололо знакомое чувство. Получилось.

— Хорошо, ты молодец, — подтвердил догадку Альтамус. — Запомни, самоконтроль — великая вещь. Но не следует корить себя за случившееся, он того не стоит. Теперь позволь мне закончить.

Я вернулась на прежнее место, повиснув на молчаливом Лисе.

— Давай прогуляемся, — вдруг предложил он.

Удивленно посмотрела в зеленые глазищи и неожиданно для себя согласилась. Узнать правду о гибели Орсона Андраша хотелось, но все что сочтет нужным, Альт мне скажет. Продолжать смотреть на допрос было сложно, особенно после того, как сама не сдержалась. Мы углубились в лес, оставив Абигайла разбираться с разбойниками.

— Что за история с этим Орсоном? — спросил Лис, спустя некоторое время.

— М-м-м? — Я все еще пребывала в подавленном состоянии.

— Судя по реакции, вы с мелким его знали.

— Нет, то есть не совсем. Альт знал, они вроде дружили, а я… Я почти весь прошлый год жила и работала у отца Орсона — лорда Гарнета. Их семья стала мне близка. Понимаешь, однажды я увидела то, что совсем не предназначалось для посторонних глаз. Старший лорд до сих пор сильно переживает утрату. Альтамус вытащил его, вернул к нормальной жизни, но накануне дня предшествующего трагедии лорд Гарнет теряет над собой контроль и впадает в отчаяние, пытаясь заглушить его спиртным. Я тогда напугалась очень, но меня перехватил давний друг хозяина усадьбы и по совместительству его управляющий. Господин Линн объяснил причину поведения лорда, попросил, постараться понять, так как тот ко мне привязался и что я напоминаю ему погибшую внучку. Мне после увиденного и услышанного плохо было, все навалилось разом, про отца своего вспомнила.

Лис мягко ступал по опавшей листве и молчал, давая мне выговориться, и только когда я закончила, тихо попросил:

— Расскажи о нем?

— О ком? Об отце? — Он кивнул.

— Да нечего особо рассказывать. Папа умер, когда мне было пять, я мало помню. Со временем память потускнела, теряя последнее, что я хранила в ней о нем, зато и боль смягчилась. Те события живо напомнили об утрате — он тоже погиб при несчастном случае с туманными обстоятельствами. Никто ничего выяснять не захотел, отделались формальными бумажками. Тогда, конечно, я этим не интересовалась, понимание и закономерные вопросы пришли позже. Однако бередить старые мамины раны не хотелось, и я старалась сильно к ней не приставать.

— Что ты о нем помнишь? — Несмотря на ситуацию, я улыбнулась. Мое зеленоглазое чудо умеет задавать правильные вопросы.

— Папа был немного сумасшедшим, в смысле крайне увлеченным человеком, обожающим все новое. Он постоянно что-то изобретал и исследовал. Для общественности он вел себя слишком странно, поэтому не припоминаю, чтобы у него имелись друзья, но, по-моему, он и не стремился ими обзаводиться. — От слов об отце на душе потеплело. — Папа любил громко разговаривать, размахивая при этом руками. От него пахло дождем, это хорошо помню — он шутил, мол, это слезы одной красивой тучки, с которой он когда-то давно повстречался. Папа выбрал мне имя, но я лишь недавно узнала его значение. — Лис удивленно на меня посмотрел.

— Ты не знала про эти цветы? — Я фыркнула.

— Откуда бы, если они у нас не растут? — Друг смущенно сморщил нос. — Еще папа говорил, что когда я вырасту, то подружусь с ветром, мне нужно будет многому научиться, и он мне обязательно поможет. Однажды они с мамой даже повздорили — он предупреждал ее, что когда мне исполнится восемнадцать, мы уедем из Латиума, а она не хотела. Это мне уже мама позже рассказывала. Она, наверное, еще и поэтому меня отпустила, знала, что отец так бы и сделал.

— Как интересно, — произнес Лис, сверкая глазищами в сумерках.

— Но потом он погиб, и все изменилось. Я сильно на отца похожа и внешне, и по характеру, многие привычки от него достались. Выросла, но с окружением как-то не сложилось. Шумным компаниям всегда предпочитала уединение. Я вроде бы и пыталась, но, видимо, плохо. — Развела руками, признавая полное поражение в этом деле.

— Ты к себе не справедлива. Среди твоих друзей одни сплошные неординарные личности. — Он забавно округлил глаза, я тихо рассмеялась.