Через солнечную сторону (сборник)

Теперь мне кажется, я ощутил, как начал рушиться «мост», раньше, чем я это увидел. Внезапно моя машина резко накренилась, на серой плоскости возникла и мгновенно начала расширяться длинная черная трещина. Края плоскости поднялись, и вслед за душераздирающим криком в наушниках послышался грохот падающих обломков скалы и скрежет ломающегося металла — это машина Макиверса, задрав нос, рухнула в образовавшийся провал.

Наверно, с минуту я не мог даже пошевельнуться, а только смотрел и смотрел. Из оцепенения меня вывели раздавшийся в наушниках стон Джека и взволнованный крик майора:

— Клэни, что там случилось? Мне ничего не видно!

— Макиверс провалился — вот что случилось! — рявкнул я в ответ.

Только тут я включил передачу и подъехал поближе к свежему краю провала. Передо мной зияла трещина. Машины в ней не было видно, все застилала пыль, еще вздымавшаяся внизу.

Мы все трое стояли на краю обрыва и пытались разглядеть, что там внизу. Сквозь щиток шлема я увидел лицо Джека Стоуна. Зрелище было не из приятных.

— Вот какие дела… — глухо сказал майор.

— Да, такие дела, — пробормотал я.

Я понимал, какими глазами смотрит на нас Стоун.

— Постойте, — вдруг сказал он. — Мне что-то послышалось.

Он был прав. И мы услышали крик — очень тихий, но его ни с чем нельзя было спутать.

— Мак! — крикнул майор. — Мак, ты меня слышишь?

— Да, да, слышу, — голос его был очень слабый.

— Ты цел?

— Не знаю. Кажется, сломал ногу. Очень… жарко… — Долгая пауза, потом: — Охладитель отказал, наверно…

Майор искоса взглянул на меня, затем, обернувшись к Стоуну, приказал:

— Достань трос со второй волокуши. Мак изжарится заживо, если мы не вытащим его. Питер, ты спусти меня вниз. Включи лебедку трактора.

Я спустил майора на тросе. Он пробыл там меньше минуты. Когда я вытянул его наверх, лицо его было искажено гримасой.

— Жив еще, — сказал он, тяжело дыша, — но долго не протянет…

Он заколебался, но только на одно мгновение, и продолжал:

— Мы обязаны попытаться.

— Мне не нравится этот свес над провалом, — сказал я, — он уже дважды покачнулся с тех пор, как я отошел. Может, лучше податься назад и оттуда спустить ему трос?

— Не годится. Машина разбита, а он внутри. Нужны фонари. Мне потребуется помощь одного из вас. Питер, давай лучше ты.

— Погодите, — вмешался Стоун. Лицо у него было белое-белое. — Разрешите мне.

— Питер легче.

— Я тоже не очень тяжел. Позвольте мне с вами…

— Ладно, раз уж ты сам просишь, — и майор кинул ему фонарь. — Питер, проверь, крепки ли петли, и спускай нас помедленнее. Если заметишь что-нибудь неладное с этим свесом, — ты понял? — считай себя свободным и давай мигом задний ход отсюда. Он может рухнуть в один момент.

Я мотнул головой.

— Желаю удачи.

Они опустились через край свеса. Я медленно, полегоньку травил трос, пока на глубине двухсот футов он не дал слабину.

— Ну, как там? — крикнул я.

— Плохо, — ответил майор. — Весь этот край трещины вот-вот обрушится. Потрави трос еще немного.

Минута тянулась за минутой, но снизу не доносилось ни звука. Я пытался немного успокоиться, но не мог. И вдруг грунт подо мной заходил, трактор резко накренился набок.

— Питер, все рушится, тащи нас и давай назад! — закричал снизу майор.

Я воткнул передачу заднего хода, трактор попятился и скатился со свеса, таща за собой трос.

И тут трос оборвался. Обрывок его взвился вверх и свернулся спиралью, как лопнувшая часовая пружина. Поверхность подо мной тряслась, содрогалась, плотными серыми облаками вздымался пепел. Потом весь свес покосился, скользнул вбок и, задержавшись в таком положении на какие-то доли секунды, с грохотом обрушился в трещину, увлекая за собой и часть ближайшей ко мне боковой стены. Я остановил трактор. Из глубины трещины взметнулись тучи пыли и языки пламени.

Погибли все трое — Макиверс, и майор, и Джек Стоун, — погибли, погребенные под тысячетонным слоем скальных обломков, цинка и расплавленного свинца. Их костей уж никому никогда не отыскать…

Питер Клэни откинулся на спинку кресла, допил свой бокал и, потирая ладонью изуродованное шрамами лицо, взглянул на Бэрона.

Рука Бэрона, конвульсивно сжимавшая подлокотник кресла, медленно разжалась.

— А вы вернулись, — сказал он.

— А я вернулся. У меня остался трактор с волокушами. Семь дней шел я назад под этим желтым Солнцем. Хватило времени подумать обо всем.

— Вы взяли с собой неподходящего человека, — сказал Бэрон. — В этом была ваша ошибка. Без него вы бы прошли…

— Никогда, — Клэни решительно замотал головой. — В первый день я тоже так думал — все случилось из-за Макиверса, он во всем виноват. Но это неправда. Он был смел, отважен, дерзок…

— А рассудительности не хватало!

— Хватало, да еще как! Мы действительно обязаны были соблюдать график, даже если это грозило нам гибелью, потому что срыв графика, безусловно, погубил бы нас.

— Да, но с таким человеком…

— Такой человек был просто необходим, неужели вы не понимаете? Нас погубило Солнце и еще эта поверхность. Пожалуй, мы обрекли себя на гибель уже в тот день, когда начали этот поход, — Клэни перегнулся через стол, глядя на Бэрона чуть ли не умоляюще. — Мы этого не понимали, но так было, было. Есть места, куда человек не может проникнуть, бывают условия, которых ему не выдержать. Тем суждено было погибнуть, чтобы узнать это. Мне повезло, я вернулся. И я пытаюсь внушить вам то, что я понял там, — ни один человек никогда не пройдет через Солнечную сторону.

— Мы пройдем, — сказал Бэрон. — Это не будет увеселительной прогулкой, но мы пройдем.

— Ну ладно, предположим, пройдете, — неожиданно согласился Клони. Предположим, я ошибаюсь, и вы пройдете. А что дальше?

— А дальше — Солнце, — ответил Барон.

Клэни медленно закивал головой.

— Ну да, конечно, Солнце, что же еще… — Он рассмеялся. — Всего доброго, Бэрон. Приятно поболтали, и все такое. Спасибо за внимание.

Он поднялся, собираясь уйти, но Бэрон схватил его за руку.

— Еще один вопрос, Клэни. Зачем вы пришли ко мне?

— Хотел отговорить вас от самоубийства, — ответил Клэни.

— Лжете, Клэни, — сказал Бэрон.

Клэни долго смотрел на него в упор. Потом снова плюхнулся в кресло. В его бледно-голубых глазах можно было прочесть и поражение и что-то еще, совсем иное.

— Ну?

Питер Клэни беспомощно развел руками.

— Когда вы выступаете, Бэрон? Возьмите меня с собой…

Перевод Я. Берлина

Кристофер Энвил

История с песчанкой

1

Рыжая Пыль, северо-восточный бункер, Венера.

17 июля 2208 года

Сэм Мэтьюз, пропавший без вести механик Черноадского округа преобразования солнечной энергии, был сегодня доставлен в подземный медицинский центр Рыжей Пыли. Пескосани Мэтьюза потерпели аварию во внутреннем районе безводной пустыни Черный Ад.

19 июля 2208 года

От Роберта Хауленда, директора Черноадского округа ПСЭ

Филиппу Баумгартнеру, директору медцентра Рыжей Пыли

Относительно: Сама Мэтьюза

Кодовый № 083 КСрм-1

Фил! Надеюсь, вы быстренько подштопаете Мэтьюза и без задержки отправите его к нам. Мы жаждем узнать, каким образом Мэтьюз продержался в Черном Аду два месяца, имея в своем распоряжении две литровые фляги воды.

20 июля 2208 года

От Филиппа Баумгартнера, директора медцентра Рыжей Пыли

Роберту Хауленду, директору Черноадского округа ПСЭ

Относительно: пациента в тяжелом состоянии

Кодовый № 083 ксРМ-2

Боб! К сожалению, отправить Мэтьюза к вам в ближайшее время невозможно. Его ребра просматриваются через простыню и одеяло. К тому же он беспрерывно бредит.

22 июля 2208 года

Хауленд — Баумгартнеру

083 КСрм-3

Фил! Надеюсь, вы там тщательно регистрируете каждое бредовое слово Мэтьюза! Учтите, что мы нашли его перевернутые пескосани с разбитой водяной цистерной в трехстах милях от Рыжей Пыли. На всем этом пространстве не известно ни одного источника воды, а растительность с апреля по октноядек суха, как обезвоженные опилки. Как он умудрился выжить?

24 августа 2208 года

Баумгартнер — Хауленду

083 ксРМ-4

Боб, извините за задержку с ответом. Наша грузовая ракета с экипажем из четырех человек и девятью инопланетными туристами на борту взорвалась при посадке. У нас на руках внезапно оказалось одиннадцать пациентов с очень тяжелыми ожогами, и нам было не до Мэтьюза. Однако мы попробуем узнать у него что-нибудь для вас.

30 августа 2208 года

Баумгартнер — Хауленду

083 ксРМ-5

Относительно: сумасшествия чистейшей воды

Боб, извините, но мы посылаем Мэтьюза в медцентр Зеленых Холмов. На мой взгляд, они располагают значительно большими возможностями для лечения подобных болезней, чем мы. Если же и они ничего не смогут сделать, то отошлют его в главный медцентр в Озерах. Очень жаль, но Вам известно, чти он перенес.

2 чистилища 2208 года

Хауленд — Баумгартнеру

083 КСрм-6

Относительно: ловких симулянтов

Фил! Да, мне известно, что перенес Мэтьюз. Он прошел триста миль по пустыне, имея два литра воды. Это меня как раз и интересует. Судя по грифу Вашей телеграммы, Мэтьюз стал психически ненормальным, едва поправился настолько, что смог вернуться на работу. Фил, учтите, пожалуйста, что Мэтьюз — настоящая «песчаная крыса» с большим опытом и не похож на больных, с которыми вы привыкли иметь дело. Только дайте такому Мэтьюзу за что уцепиться, и он любое дело повернет по-своему. Не отсылайте его в Зеленые Холмы. Задержите его, пока не кончится циклон, а потом пришлите сюда. И еще, Фил, — что он рассказывал? Для нас это очень важно.

16 чистилища 2208 года

Баумгартнер — Хауленду

083 ксРМ-7

Роберт, во всем, что касается моих больных, находящихся в этом лечебном заведении, я опираюсь на поставленный мною диагноз, подкрепленный профессиональными заключениями моих сотрудников, а не на любительские измышления о психологии песчаных крыс. Мэтьюз уже отправлен для дальнейшего наблюдения в медцентр Зеленых Холмов. И я не имею права сообщать посторонним конфиденциальные сведения из уже закрытой истории болезни. (Пожалуйста, имейте в виду, что это сообщение — третье из серии, периодически повторяемой по центральному наземному кабелю и передаваемой с помощью семафоров через места сбросов, зоны разломов и оползневые районы, и что в периоды повышенной метеорологической или сейсмической активности передача сообщений между окраинными станциями может задерживаться.)

14 ада 2208 года

Хауленд — Баумгартнеру

083 КСрм-8

Дорогой доктор, мне было бы интересно узнать, не пробовали ли вы, великие специалисты во всеоружии поставленного вами диагноза, подкрепленного всеми профессионалами, состоящими у вас в штате, — не пробовали ли вы поставить себя на место столь презираемой вами песчаной крысы и попытаться понять, как ей представляется сложившаяся ситуация. Что говорит вам ваш диагноз о человеке, который долгие годы работал среди песков этой проклятой планеты? Как он поступит, если ему представится возможность на казенный счет отправиться прямо-таки в райские кущи при условии, что ему удастся выдать себя за психа? Я не стану тратить время на описание номеров, которые выкидывали эти субчики только для того, чтобы на неделю выбраться хотя бы в Пекло. И кто я такой, чтобы посягать на конфиденциальные и засекреченные беседы между вами и одним из лучших моих механиков по вопросу, жизненно важному для Черноадского округа преобразования солнечной энергии? О нет! Пусть лучше мои подчиненные умирают от жажды, когда их машины ломаются в пустыне, лишь бы вам не пришлось вытаскивать из архива уже закрытую историю болезни. Мне очень жаль, Фил, если моя телеграмма носила недостаточно профессиональный характер. (Пожалуйста, имейте в виду, что это сообщение — шестое из серии…)

30 ада 2208 года

От Филиппа Баумгартнера, директора медцентра Рыжей Пыли

Куинси Кэткарту, начальнику Медицинской службы

Относительно: межведомственных трений

Кодовый № 082 РМмс-1

Сэр! Прилагаю копию моей переписки с мистером Робертом Хаулендом, директором Черноадского округа преобразования солнечной энергии. Как свидетельствует эта переписка, между нами возникли трения из-за разногласий по поводу лечения одного из моих пациентов. Я ставлю Вас в известность об этом в связи с периодическими перебоями в подаче электроэнергии, которые в последнее время имели место в нашем медцентре. Эти перебои, длящиеся тридцать секунд или ровно минуту, на мой взгляд, слишком регулярны, чтобы их можно было считать случайными. Я не обвиняю в этих весьма серьезных нарушениях работы нашего учреждения директора Хауленда, но, мне кажется, их причины должны быть немедленно расследованы. Я был бы Вам весьма благодарен за помощь в этом деле. (Пожалуйста, имейте в виду, что это сообщение — второе из серии, периодически повторяемой…)

6 искупления 2208 года

От Куинси Кэткарта, начальника Медицинской службы

Филиппу Баумгартнеру, директору медцентра Рыжей Пыли

Относительно: снижения самомнения

Милый мальчик! Будь я нормальным начальником медицинской службы, Ваша ослиная шкура уже сушилась бы на ветру, но, на Ваше счастье, я с детства терпелив с дураками, а к тому же в настоящий момент у меня нет для Вас подходящей замены. Вы совершили три поистине выдающиеся глупости. Во-первых, Вы начальственно осадили человека, равного вам по положению. Можете считать себя несравненно выше директора Хауленда в интеллектуальном, духовном и профессиональном отношении, но постарайтесь вспомнить, что директор Хауленд занимает пост директора. Будьте любезны избавить меня от лишних хлопот, которыми чреваты Ваши бесплодные попытки «поставить на место» тех, кто Вам не подчинен. Во-вторых, если уж Вы не можете без этого обойтись, то по крайней мере не совершайте еще одной глупости и не облекайте по доброй воле свои попытки в официальную форму, ибо эти документы являют всем и каждому Ваше самомнение во всей славе его — при скальпеле, стетоскопе и нимбе — в довольно-таки неприглядном виде. В-третьих, проделав все это, не ждите, что я буду вытаскивать Вас из лужи, в которую Вы сели. Что, по-вашему, я, собственно, должен сделать? Переслать Вашу кляузу начальнику энергетического управления? Поскольку он занят не меньше, чем я — или, во всяком случае, немногим меньше, — то, ознакомившись с этой Вашей перепиской, он испытает точно такое же раздражение. Безусловно, он предпишет директору Хауленду выяснить причины перебоев в подаче энергии Вашему медцентру. Однако Вы можете быть заранее уверены, что поле энергопередающих ционидов, или теория взаимодействия третичной тривольтовой зоны трансмиссии, или какой-то еще причастный к этому фактор окажется абсолютно темным и непостижимым, а потому ни Вы, ни я никогда не разберемся, были ли порожденные им помехи справедливым воздаянием, мелочным сведением счетов или проявлением чьего-то чувства юмора. Извольте запомнить, что я не желаю, чтобы меня втягивали в какую-нибудь авантюру, тем более что эти перебои явно не причиняют Вашим больным ни малейших неудобств — иначе Вы написали бы об этом прямо и недвусмысленно. Следовательно, они только слегка ущемляют Ваше самомнение, а мешать этому было бы с моей стороны по меньшей мере неуместно. Однако разрешите мне дать Вам совет. Совершенно очевидно, что у Вас есть только два выхода: а) Вы можете приказать директору Хауленду встать на задние лапки. В этом случае директор, без сомнения, внезапно обнаружит, что эти перебои свидетельствуют об угрожающей перегрузке фларнитических кабелей межконтинентальной энергетической сети или о чем-нибудь еще, не менее приятном, и к Вам прибудет аварийная бригада, после чего Вы поймете, насколько спокойнее было бы для Вас остаться при теперешних перебоях; б) или же Вы можете послать короткую телеграмму, благородно извинившись за недопустимый тон Вашего послания от 16 чистилища и объяснив его переутомлением, как оно, вероятно, и было на самом деле. Выразите готовность оказать всяческое содействие в разрешении этой загадки. Я официально уполномочиваю Вас обратиться для этой цели к уже закрытым историям болезни. Буду с интересом ожидать результатов Ваших совместных изысканий, так как, откровенно говоря, мне очень хотелось бы узнать, каким образом человек сумел пройти пешком, в одиночестве триста миль по Черному Аду, когда в его распоряжении имелось только два литра воды, а на всем его пути не было ничего, кроме высохшей растительности и песка. Я посылаю дополнительные запросы относительно этого случая и рекомендую Вам побыстрее начать изыскания, если Вы хотите, чтобы честь разгадки тайны досталась Вам. (Пожалуйста, имейте в виду, что это сообщение — четвертое из серии…)

2

14 искупления 2208 года

От Р.Стюарта Белчера, директора медцентра Зел. Холмов

Куинси Кэткарту, начальнику Медицинской службы

Относительно: Сэма Мэтьюза

Кодовый № 081 мсВН-2

Сэр! На Ваш запрос отвечаем: да, у нас был больной Сэм Мэтьюз. Он прибыл из медцентра Рыжей Пыли в смирительной рубашке повышенной прочности, и мы отправили его дальше в капсуле с мягкой обивкой. Что касается его состояния, то — если Вы разрешите мне обойтись без специальной терминологии — он явно не в себе. Поставить более точный диагноз, право, не берусь. Мы отправили его прямо в Озера. Прибыл он сюда 16 чистилища, а избавились мы от него 18-го. (Пожалуйста, имейте в виду, что это сообщение — четвертое из серии…)