Знания древних о северных странах

Если в отношении источников Птолемея для описания прикаспийских областей приходится судить преимущественно лишь по различным косвенным признакам, то в отношении северо-восточных районов Средней Азии и Дальнего Востока он сам называет источник своей информации. Из этого источника его предшественник Марин Тирский почерпнул много нового по сравнению с тем, что о названных странах было известно на основании сообщений Демодаманта и даже Исидора Харакского, греческого географа, жившего на рубеже новой эры, автора дошедшего до нас сочинения Σταθμοί Παρθιχοί. Птолемей указывает, что Марин воспользовался описаниями македонского купца и торговца шелком Маеса Титиана, агенты которого, совершавшие путешествия из Бактрианы через Согдиану и область саков в Серику, представили ему необходимые для его географического труда сведения.[131]

Несомненно, что лишь в результате ознакомления с итинерарием Маеса Титиана достоянием текста Птолемея стали такие пути, как "Каменная башня" (Λίθινος πύργος) в области саков, близ границы Серики, локализуемая у Таш-Кургана, в районе Кашгара, равно как и "Путевая стоянка" (Όρμητήριον), находившаяся к северо-востоку от этого пункта, в верховьях р. Тарим, у современного Бугура, Маесу Титиану обязан Птолемей также и сведениями относительно горной области комедов (Дарваз на Памире), а также некоторыми племенными наименованиями, каковы, например, комары, грикаи-скифы, тоарны и билты, которые локализуются в области саков. В основе этих сообщений торговых агентов Маеса Титиана лежат данные, находящие себе полное подтверждение в китайских источниках, в частности в гл. 96 летописей династии Хань.[132]

Совершенно несомненно, однако, что на общие представления Марина-Птолемея о восточных странах, об их орографии, направлении рек и границах областей, влияли хорографии типа "Землеописания" Помпония Мелы и карты-дорожника типа кар-ты Кастория (Tabula Peutingeriana). Об этом свидетельствует прежде всего наблюдающееся совпадение между разделением мира на страны и области у Птолемея и тем разделением, которое выясняется из IV-VI книг Плиния и восходит к карте Агриппы, являющейся источником также и для карт типа Tabula Peutingeriana.

Если в главных чертах Птолемей воспроизводил картину мира, созданную еще Эратосфеном, то на формирование этих общих представлений влияли, несомненно, и более поздние схематические изображения земной сферы, представление о которых может дать "Землеописание" Юлия Гонория, восходящее в основных чертах к середине I столетия до н. э. Пользование этими источниками послужило причиной ряда искажений реального облика изображаемых Птолемеем стран, о чем речь уже отчасти была несколько раньше.

Весьма вероятно, что представление Птолемея о северном хребте горной цепи Имава основывалось именно на схематических изображениях центральноазиатских гор на картах-дорожниках, диспропорционально вытянутых с запада на восток и потому представляющих помещаемые на них страны с их горными реками и населенными пунктами в условном и весьма искаженном виде. Соответствующие изображения на картах-сферах (глобусах) страдали во многих отношениях теми же недостатками, что и дорожники, ибо последние служили источниками для построения сферических изображений в такой же мере, как и для описательных "хорографии". Влияние такого рода источников сказывается, по-видимому, еще в особенности и потому, что для закаспийских областей Птолемей располагал лишь незначительными данными астрономического характера и полагался поэтому более чем при изображении европейских стран на свои картографические данные. Во всяком случае, очертания этих стран искажены преимущественно в том смысле, что они вытянуты в долготном направлении и сужены в меридиональном, подобно странам, изображенным на Tabula Peutingeriana.

Сказанное относится прежде всего к конфигурации самого Каспийского моря, на что уже указывалось и выше.

Области Гиркания, Маргиана, Согдиана и Бактриана представлены суженными и вытянутыми в долготном направлении. Это не могло не повлечь за собой соответствующего перемещения географической номенклатуры. Так, племена анариаков и мардов, живущих на одноименной реке (Сефид-руд), относимые Страбоном к Гиркании (XI, 7, 1), у Птолеемея оказываются в Мидии.[133]

В Маргиану у Птолемея попадают дербики, массагеты, парны, даи,[134] из которых лишь первые частично относятся к этой области также и Страбоном, помещающим их к востоку от гирканов (XI, 8, 8). Остальные же племена населяют у него пространства к северу от Гиркании, по восточному берегу Каспийского моря.[135] Некоторые наименования, локализующиеся по тем или иным признакам в Согдиане, у Птолемея фигурируют в Бактриан не. Таковы река Даргаман (современная Даргхам) и населенный пункт Мараканда (Самарканд). Наоборот, племя дрепсиан и пункт Дрепса, относимые Птолемеем к Согдиане, в действительности должны быть, по всей вероятности, локализованы в Бактриане (по аналогии с Дарапсой[136] и Драпсакой[137] ).

Однако еще более разительные примеры перемещения топонимики из одной страны в другую у Птолемея наблюдаем мы как раз в области Кавказа. Всякого, кто взглянет на карту Албании ш Армении, вычерченную по координатам Птолемея, не может не поразить отсутствие на Кавказе такой значительной реки, как Камбис Плиния[138] и Мелы (III, 41) или Алазоний Страбона (XI, 3, 2), отождествляемой с современной Алазанью. Однако мы находим у него эту реку в Мидии[139] вместе с повторным упоминанием р. Кира (ср. V, 12, 2), а также целого ряда кавказских племенных имен, локализуемых другими авторами по западно-каспийскому побережью и в Великой Армении. Здесь оказываются и кадусии, и каспии, и леги,[140] локализуемые Страбоном в Албании и в горах над Албанией (XI, 8, 8; XI, 5, 1). Находим мы тут также и кардухов, через землю которых на верхнем Тигре и по р. Кентриту (Бохтан-су) проходил Ксенофонт,[141] а также дрибиков, которых следует сопоставить с дербиками, живущими на восточном берегу Каспийского моря.[142]

Птолемей, располагавший данными итинерариев, описывавших пути по степям к северу от Каспийского моря, изображал это море впервые на основании реальных географических данных в качестве замкнутого бассейна. Предшественники Птолемея, начиная, быть может, уже от Патрокла, плававшего по южной части Каспия, считали его, как известно, заливом Северного (или Восточного)[143] океана. Соответственным образом должно было изображаться Каспийское море и на картах. Однако известно, кроме того, что в более древние времена Геродот (I, 203), так же, как, видимо, и Гекатей Милетский, насколько об этом можно судить по описанию пути Ио в "Прикованном Прометее" Эсхила (ст. 788), сопоставленному с фр. 172 Гекатея, равным образом считали Каспийское море замкнутым бассейном, видимо, отчасти из теоретических соображений.[144] Это представление также должно было найти свое место на древних картах, начиная с карты Анаксимандра. Когда же Каспийское море из замкнутого бассейна обратилось в залив океана, естественно, что на картах многим наименованиям, располагавшимся по его сторонам, пришлось потесниться и отступить несколько к югу, оттесняя в свою очередь номенклатуру, относящуюся к Мидии и Гиркании или же вклиниваясь в нее.

В особенности это бросается в глаза при рассмотрении Птолемеевой карты западной стороны Каспийского моря, где географическая номенклатура обильней и свободного места соответственным образом меньше. Такого рода перемещения, постепенно, при переносе с карты на карту, должны были узакониваться; будучи же подмечены и объяснены, они помогают восстановить историю карты Птолемея и облегчают ее сопоставление с более древними географическими и картографическими данными, выясняя происхождение некоторых им всем и в более или менее одинаковой степени присущих ошибок.

Пользование Птолемеем в качестве источника картами служило причиной ошибок и другого рода, о которых уже также отчасти была речь. Причина их происхождения была в особенности ясна при рассмотрении географической номенклатуры, использованной Плинием дважды и трижды в связи с отождествлением Яксарта и Танаиса, Гипаниса-Кубани и Гипаниса-Буга. Самый факт такого двойного использования Птолемеем одних и тех же названий не подлежит сомнению. Достаточно будет указать на то, что в азиатской Сарматии в качестве одного из главных племен упомянуты гиппофаги-сарматы (V, 9, 16). Эти же гиппофаги, но под именем гиппофагов-скифов фигурируют в Скифии за Имавом (VI, 15, 3).

На Кавказе, "за Албанией" (ύπέρ δέ τήν Άλβανίαν), т. е. на западном берегу Каспийского моря, упомянуты санареи (V, 9, 25). Это же наименование в слегка измененном виде - скифы-анареи - фигурирует в "Скифии по сю сторону Имава", где указываются также и одноименные горы (VI, 14, 3), в которых приходится, быть может, видеть не что иное, как редупликацию северных отрогов Кавказа. То же самое приходится сказать и о кораксах, помещенных Птолемеем на левом берегу р. Ра (Волги), для которых на Кавказе находим у него параллели в р. Кораксе (Кодоре) и Кораксийских горах (V, 9, 7 и 14). Самое племя кораксов, отсутствующее у Птолемея на Кавказе, называет там Гекатей (фр. 185) и Плиний.[145]

За рекой Танаисом, близ ее устья, Птолемей помещает пункт Паниардис (V, 9, 2), которому в "Скифии по сю сторону Имава", к востоку от р. Ра, соответствует племя паниардов (VI, 14, 10). Скимнитам - сарматскому племени, локализованному между Гиппийскими горами (Северным Кавказом) и р. Ра (V, 9, 19), соответствуют у Риммийских гор самниты (VI, 14, 9). Закатам, одному из главных племен азиатской Сарматии (V, 9, 16), локализованному в северной ее части, соответствуют зараты (VI, 14, 11) в "Скифии по сю сторону Имава" за Аланскими горами, которым в свою очередь в европейской Сарматии соответствуют Алаун-ские горы,[146] отождествляемые с возвышенностью Донецкий кряж.

Сарматскому племени сербы, локализованному между Керавнскими горами (Сев. Кавказ) и р. Ра,[147] соответствуют суебы (Σύηβοι) в "Скифии по сю сторону Имава", в северной ее части (VI, 14, 9). Алаунам-скифам, одному из главных племен европейской Сарматии, к северу от Меотиды (III, 5, 19), соответствуют аланы-скифы в северной части "Скифии по сю сторону Имава" (VI, 14,. 9), а аланорсы, помещенные к югу от последних, обязаны своим происхождением скорее всего совмещением в одно тех же аланов и аорсов (III, 5, 22), локализованных к северу от Кавказа; так же как и мологены, в "Скифии по сю сторону Имава", по соседству с самнитами (VI, 14, 10) образовались, вероятно, из ошибочно написанных меланхленов, которых Птолемей, как было показано выше, и без того уже использовал дважды, поместив их на севере европейской Скифии и между Кавказом и Волгой (ср. у Псевдо-Скилака,[148] локализующего их вместе с гелонами близ Колику на восточном берегу Черного моря).

Приведенные примеры можно было бы умножить за счет не совсем буквальных совпадений племенных наименований, например: массаи-асаи, суобены-суаны и т. д., которые, будучи взяты по отдельности, может быть, и не вызывали бы подобных подозрений, вкупе же они заставляют задуматься об их вероятном происхождении в порядке дублирования, установленного на вышеприведенных примерах, не подлежащих сомнению. Могли бы быть также указаны случаи, когда имена племен, помещаемые Птолемеем в "Скифии по сю сторону Имава", свидетельствуются как сарматские, т. е. европейские, другими источниками, например, сасоны Птолемея (VI, 14, 11) и сасоны-сарматы на Tabula Peutingeriana.

Нам хотелось бы, однако, не столько исчерпать этот список, что потребовало бы дальнейшего кропотливого сличения древней номенклатуры Азии и Европы. у различных авторов, сколько подтвердить те закономерности в происхождении подобного дуб-лирования, подмеченные нами еще на материале Плиния. А в этом отношении весьма знаменательным является тот факт, что почти все дублеты, фигурирующие у Птолемея в Сарматии и на Кавказе, с одной стороны, и в закаспийских областях, с другой, группируются близ двух рек - Танаиса, в одном случае, и Яксарта - в другом.

В непосредственной близости от Танаиса находим Паниардис, аорсов, сербов, закатов и асаев. Несколько далее на периферии - маланхленов, скимнитов, кораксов, гиппофагов. Исоответ-: ственно этому близ р. Яксарта: аорсов, паниардов, кораксов; далее на периферии, к северу и северо-востоку: самнитов, алан-орсов, суебов. Так как суебы (suevi) фигурируют также и на Tabula Peutingeriana, то в перемещении европейской топонимики в закаспийские области следует предполагать известную традицию, и именно традицию картографическую. Поскольку вся названная топонимика группируется так или иначе близ Танаиса и Яксарта, в обстоятельстве этом позволительно усматривать указание на то, что подобное перемещение названий происходило скорей всего таким же образом и по тем же причинам, как и перемещение наименований авхетов, траспиев, палеев и напеев, наблюденное нами ранее у Плиния.

Танаис-Яксарт притягивал к себе топонимику, группировавшуюся вокруг Танаиса-Дона. Однажды перенесенные наименования впоследствии несколько искажались и начинали жить на новом месте своей собственной жизнью, как это можно сказать об Аланских и Анарейских горах и о племенах аланорсов, суебов и др. Некоторые же из них, как аорсы, кораксы, паниарды, сохранились в поразительной чистоте, облегчая этим задачу выяснения их происхождения. Только возникновением и упрочением соответствующей традиции в хорографической литературе, которой отчасти может быть возведена птолемеева "География", и можно, кажется, объяснить такое обилие дублетов. С другой стороны, как будто бы нет никаких оснований предполагать в таком серьезном труде, как "География", наличие сознательной фальсификации, как это допускают некоторые исследователи Птолемея. Происхождение дублетов в птолемеевой географической номенклатуре в сущности таково же, как и происхождение других неточностей и условностей, например одной из весьма существенных в их числе - представления о горном хребте Имава, как о цепи, тянувшейся вначале к востоку от Паропаниса, в продолжение эратосфеновой "диафрагмы", а затем поворачивающей резко к северу и достигающей высоких широт. И точно так же, как не может быть отрицаема определенная традиция в стремлении к сохранению и продолжению "диафрагмы" (за счет присоединения к ней горы Эмода), такая же традиция может быть предположена и в отношении северной части горы Имава, реальным основанием для возникновения которой могли быть смутные предоставления о Тянь-Шане и Алтае.

Предположение о существовании подобной традиции, основанной на смешении представлений о реках Танаисе и Яксарте, подтверждается как будто бы также и наличием примеров обратного порядка, когда племенные имена, засвидетельствованные ЛЛЯ центральноазиатских пространств, оказываются перенесенными на Кавказ. Наиболее разительным примером подобного перемещения с востока на запад, помимо тех, какие были подмечены ранее у Плиния, может служить имя племени исседонов, локализованное Геродотом за Танаисом, "напротив массагетов" (I, 201), и засвидетельствованное для Тибета и восточного Туркестана Птолемеем. Последний называет, помимо их племенного наименования, также и два одноименных пункта - Исседон скифский, в Скифии за Имавом (VI, 15, 4), и Исседон в Серике, в области племени исседонов, в дополнение чего могут быть привлечены данные Аммиана Марцеллина, воспользовавшегося латинским источником, передавшим имя этого племени в форме эсседоны (XXIII, 6, 66).

О причинах локализации этого полумифического племенного имени в Средней Азии и о связанных с ним легендах, влиявших на его локализацию, речь была выше. Здесь необходимо указать лишь то, что этих-то эсседонов мы находим на Кавказе по соседству с колхами, по свидетельству Плиния,[149] где они оказались, вероятней всего, по тем же самым причинам, что и авхеты и напей. Стало быть потому, что от верховьев Аракса-Яксарта, по которым они были ориентированы в Азии, их переместили на какой-либо карте или в какой-либо хорографии, которыми пользовался Плиний, по ошибке к верховьям Аракса на Кавказе. Распространенное в древности совмещение представлений об этих реках засвидетельствовано Геродотом и Страбоном.[150] Не исключено также, что и для имени анареев-санареев первичной и правильной формой следует предположить первую, имеющую параллели в закаспийских анареях и анариаках, равно как и в геродотовых энареях, тогда как санареи на западном берегу Каспийского моря могли появиться у Птолемея в порядке перемещения и искажения, подобно эсседонам по соседству с Колхидой.

Причина возникновения подобных перемещений в источниках Птолемея была та же, которая и его самого заставляла показывать на Каспийском море устья Окса и Яксарта, равно как и Римма (р. Большой или Малый Узень, которая в настоящее время по крайней мере не достигает Каспийского моря, оканчиваясь в Камыш-Самарских озерах), а также и Политимета (р. Зеравшан, пропадающей в песках у Каракуля), к западу от Бухары; причина эта заключалась в незнании Аральского моря, первые смутные представления о котором угадываются, впрочем, уже у Страбона.

В одном месте, противоречащем обычным древнеионийским данным, прежде всего в том, что Каспийское море именуется в нем заливом и, следовательно, предполагающем некий более поздний источник, может быть Демодаманта, Страбон (XI, 8, 6) сообщает о р. Арак (Аму-Дарье), что она впадает многими устьями в Северное море. В этом неизвестном "Северном море" позволительно угадывать Арал. Что же касается до Оксианского озера (Ώξειανή λιμνη, VI, 12, 3) Птолемея, неоднократно отождествлявшегося с Аральским морем позднейшими комментаторами, в которое впадают безыменные реки, берущие начало в Согдийских горах (Нура-тау), то в нем следует видеть не что иное, как известное своими соляными варницами современное озеро Туз-кане.[151]

Лишь Аммиан Марцеллин на основании какого-то неизвестного источника, называющего вместо Окса и Яксарта имена Дим и Араксат, применительно к Сыр-Дарье и Аму-Дарье, описывает под именем Оксианского озера (Oxia palus, XXIII, 6, 59) действительно Аральское море, характеризуя его при этом как обширный водный бассейн. Возможно, что источником Аммиана Марцеллина послужил какой-либо новый итинерарий, возникший в эпоху оживления торговли с дальневосточными странами после удачной Парфянской войны при Марке Аврелии (в 162-165 гг. н. э.), содержавший сведения, отличные от тех, какими располагал Птолемей. Во всяком случае лишь на исходе древнего времени были выяснены географические факты, незнание которых мешало Птолемею составить себе более правильное представление о среднеазиатских странах и толкало его к целому ряду весьма грубых искажений действительности, связанных цепью хорографической и географической традиции с подобными же, но еще более древними и более смутными представлениями об азиатской географии.

Словарь древних терминов

Амфиктиония - религиозный и политический союз городов-государств в древней Греции.

Анаксириды - длинные штаны у скифов.

Аутопсия - видеть что-либо собственными глазами.

Бифуркация - раздвоение (русла реки).

Великая Греция (великогреческий) - греческие города в южной Италии.

Гинекократия - господство женщин.

Глосса - толкование слова.

Гномон - солнечные часы (стрелка солнечных часов).

Гомериды - эпические певцы, подражающие Гомеру.

Гоплит - греческий тяжеловооруженный воин.

Диафеса - расположение (племен на карте).

Диафрагма - горный хребет, перегораживающий азиатский материк в долготном направлении (на карте Эратосфена).

Зона - пояс (географический).

Иеродулы - священные (храмовые) рабы.

Итинерарий - дорожник-путеводитель (у римлян).

Каталог - перечисление (племен, городов и т. п.).

Климат - страна света (у Геродота).

Контаминация - соединение двух или нескольких литературных источников.

Ктист - основатель (города, колонии).

Логограф - прозаический писатель, историк.

Некрополь - могильник.

Ономатология - система наименований.

Оргиастический - религиозно-мистический.

Орография - летопись.

Пентеконтера - пятидесятивесельный корабль.

Перипл - описание морского пути.

Периэгеса - описание (сухого пути).

Периэгет - составитель географического описания.

Пилос - скифская остроконечная шапка.

Рапсод - эпический певец.

Сатрапия - область древнеперсидского царства.

Сфрагида - часть земной поверхности (на карте Эратосфена).

Схолий - толкование, комментарий.

Схолиаст - составитель схолий.

Тиран - неограниченный владетель (опирающийся на демократические элементы).

Топонимика - наименования местностей.

Фрагмент - отрывок (сочинения).

Xорография - землеописание.

Xтонический - подземный, потусторонний.

Эйкумена - Вселенная (населенная часть Земли).

Элейферия - статут "свободной общины" в Римской империи.

Экзокеанизм - плавание через океан (потустороннее плавание).

Эмендация - исправление (текста).

Эмдорий - торговый порт (или пункт).

Эпиграфика - древние надписи (и их изучение).

Эпопея - эпическая поэма.

Этногенез - происхождение племен и народов.

Список сокращений

AJA - American Journal of Archaeology.

Athen. Mitteil. - Mitteilungen des Deutschen Archäologischen Instituts. Athenische Abteilung.

CIG - Corpus inscriptionum Graecarum ed. A. Boeckh, vv. I-IV, Berol, 1828-1877.

Daremberg at Saglio - Dictionnaire des antiguités grecques et romaines publiées sous la direction de Ch. Daremberg, E. Saglio eb E. Potiér, vv. I-V, 1877-1919.

FHG - Fragmenta historicorum graecorum ed. C. Müllerus, vv. I-V, Parisiis, 1846-1870.

GGM - Geographi Graeci minores, rec. C. Müllerus, Parisiis, 1855.

IOSPE - Inscriptiones antiquae orae septentrionalis Ponti Euxini ed. B. Latyschev, v. I1, II, IV, Petropoli, 1888-1916.

P. - W., RE - Paylus Realencyclopädie der Classischen Alterimswissenschaft. Neue Bearbeitung begonnen von G. Wissowa, fortgeführt von W. Kroll und K. Mittelhaus. Herausg. V. K. Ziegler. Berl., 1894.

ВДИ - Вестник Древней Истории.

КСИИМК - Краткие сообщения Ин-та истории материальной культуры.