Владыка заговора

— Хм, если мы начнём действовать лишь после того, как жалобы вдов услышит Момон, улучшится лишь его репутация, но не моя. Значит, нам стоит действовать немедленно, пока никто не обратился к нему за помощью. Чтобы достичь этого… Я приказываю освободить Нигредо и Пестонию из заточения.

Айнз почувствовал слабый блеск в глазах Альбедо.

— Простите мою прямоту… но если вы даруете прощение тем, кого признали виновными в неповиновении вашим приказам, то я боюсь, что это может вызвать беспокойство в Назарике.

— Разве мы не держали их в заточении в наказание за это?

— Это слишком мягкое наказание. Ваша воля непререкаема для нас, владыка Айнз. Неповиновение вашим приказам — непростительно. Ваша верная слуга полагает, что они должны быть обезглавлены в назидание остальным.

— Всего лишь из-за…

Айнз хотел сказать, что провинность слишком незначительна, но слова Альбедо были вызваны её почтением перед ним — одним из Высших Существ. Он может больно ранить её, если попытается отрицать.

И всё же, именно поэтому он должен простить тех двоих. Их личности — творение друзей Айнза. А значит, действия Пестонии и Нигредо вызываны почтением к намерениям его друзей.

Айнз понимал, что может просто приказать, и Альбедо без возражений подчинится. Однако, это крайняя мера. Для начала, он решил попытаться переубедить её.

— …Разумеется, если бы лишняя информация проникла во внешний мир, возникли бы неприятности. Любой смог бы, сложив два и два, понять, что за инцидентом в столице Королевства стоял Назарик. Поэтому нужно было убить даже детей.

Однако, те двое пытались защитить лишь тех детей, кто ничего не помнил о случившемся, а значит, тех, в чьей смерти не было нужды. Можно даже сказать, что они безупречно исполнили мои приказы.

— Они просто-напросто искажали факты ради собственной выгоды. Их деяния непростительны.

— Альбедо…

Он понимал чувства Альбедо, как лидера Стражей. Вот поэтому он хотел придумать как переубедить её.

Аинз улыбался; взволнованная, горькая улыбка. Конечно же, выражение его лица, оставалось неизменным.

— Аниз-сама, вы так хитро на меня смотрите… — Пробормотала Альбедо, с чуть порозовевшими щеками. Аинз похлопал себя по лицу, словно проверяя.

— Ах, действительно?

— Мм, это…

Тяжело вздохнув Альбедо, опустила голову. — Ух-ха — раздался глубокий вдох, затем выдох..

Она вновь подняла голову, придя в себя.

— Если таково ваше желание. Нет ничего важнее ваших желаний, господин Аинз. Они всё для меня. Я буду рада получить ваши распоряжения.

— Я не желаю, что бы ты служила мне, руководствуясь лишь чувствами. Я желаю, что бы ты подчинялась мне, потому что понимаешь меня.

— Это не вызовет трудностей. Скорее всего, никто в Назарике не будет против освобождения тех двух, кроме же меня.

— Это же… это же хорошо. Пусть эти две, возьмут шествие над сиротским приютом.

— Я поняла. Я передам им ваши указания.

— Я оставляю это на тебя. В таком случае… следующее предложение.

Айнз забормотал себе под нос. Следующее предложение внёс он сам.

— …Кхм. Ну, что ж это не очень хорошая идея… эх, ничего не поделаешь.

Аинз глянул на Альбедо и продолжил говорить.

— Давайте введём форму для спортивных занятий (спортивную одежду) для укрепления единства в Назарике. Что ты об этом думаешь?

Как только он закончил говорить, Альбедо гневно нахмурила брови.

— …Эта идея придаёт новый, ещё более низкий смысл слову «вульгарно». Чья она, вообще?

Аинз предпринял огромное усилие, чтобы подавить первоначальный импульс сказать «мне очень жаль» и вместо этого постарался выглядеть обеспокоенным.

— Ну, это… я не совсем уверен. Я избавился от исходного листа.

— Я не могу представить, как можно таким беспокоить вас. Как можно тратить ваше драгоценное время на такое совершенно идиотское предложение, владыка Аинз? Давайте немедленно начнем расследование, чтобы найти его и определить ему соответствующее наказание.

— …Нет! В этом нет необходимости! Послушай, Альбедо! Ты не должна этим заниматься, ни в коем случае!

В душе его поглотила оторопь, но Аинз смог заставить себя заговорить.

— Я сказал всем в Назарике активно использовать обратную связь, со многих мест, я не буду отслеживать тех кто отправляет мне предложения. Если ты упрекнешь их, это превратит мои слова в ложь. И это будет означать, что все, что я скажу в будущем также будет ложью.

Кроме того, напуганным трудно высказывать, свое мнение… поэтому, я надеюсь, что когда ты покинешь эту комнату, ты забудешь о данном предложении.

— Да, я повинуюсь. Будет так, как вы и сказали, владыка Аинз.

— Хорошо, хорошо. Так и сделай.

Айнз был глубоко благодарен за то, что его тело не может потеть. Если бы это было не так, пол, вероятно, уже бы намок. Тем не менее, несмотря на чудное состояние своего тела и ума, слово «вульгарный» глубоко застряло в его сердце, оставив рану, которая не заживёт в течение длительного времени.

— … Владыка Аинз, у меня есть пожелание. В будущем, позвольте мне выбирать предложения. Чтобы подобные смехотворные идеи более не беспокоили вас.

— Гх… Нет, не утруждайся этим. Кроме того, если ты представишь только одобренные тобой предложения, мне останется лишь утвердить или отклонить их. Потеряется весь смысл наших с тобой встреч.

— Ах, да, вы совершенно правы, владыка Айнз. Мы с вами должны работать над этим в тесном взаимодействии.

Крылья Альбедо встрепенулись, Кинжалопауки снова напряглись.

— Все, все в порядке. Раз ты поняла, давай перейдем к следующему предложению, Альбедо.

Лично он не считал, что то предложение неосуществимо. Но настроение в комнате не позволяло ему снова поднять этот вопрос, и он не мог набраться смелости начать разговор на похожую тему.

— Так, следующее…

Как только Айнз собрался продолжить чтение, раздался стук в дверь.

Оба обернулись к Пятой. Легко поклонившись, та отправилась встретить посетителей.

Из-за двери доносился жизнерадостный детский голос, ему вторил другой, едва слышимый, словно говоривший совершенно не обладал уверенностью в себе.

(…Они, кажется, впервые приходят сюда в такое время, да? Что-то случилось? Раз так, хорошо, что и Альбедо тоже здесь.)

Айнз уже знал, кто пришёл, так что мог бы тут же приказать впустить их. Однако, Пятая похоже была очень рада выполнять свои обязанности, а распорядившись впускать гостей до того, как она объявит их имена, Айнз прервёт её.

Действуя через неё, он может лишить Пятую мотивации. Руководитель должен учитывать и такие вещи тоже.

(Наверное, Зиркниф тоже так делает. В конце концов, он ведь многое поручает своим горничным) — подумал Айнз, комментирую о поступки объекта своего пристального изучения, того, кого он сделал своим образцом правителя.

(Надо нам с ним как-нибудь поболтать о тяготах управления).

— Владыка Айнз, пришли Аура-сама и Мар-сама.

Теперь, после того как Пятая объявила о пришедших, Айнз сообщил ей, что посетители могут войти.

Дверь открылась, и вошла пара миниатюрных тёмных эльфов. Оба сияли улыбками, а значит, маловероятно что возникли какие-либо проблемы. Айнз почувствовал облегчение.

— Доброе утро! Владыка Айнз!

— Э, эм… Д-доброе утро, владыка Айнз.

— О, доброго вам утра. Ничто не радует меня так, как видеть вас столь бодрыми и полными сил.

Эльфы поздоровались и с Альбедо. Аура обошла вокруг стола, встав рядом с Айнзом.

Подойдя вплотную, она подняла обе руки с оттопыренными в победном жесте пальцами.

— Хм…

Аура ничего не сказала озадаченному Айнзу, просто показала V обеими руками.

Глядя на него сияющими, полными предвкушения глазами, она начала переминаться с ноги на ногу.

Поняв, чего она хочет, Айнз отодвинул кресло назад, взял Ауру за подмышки, и поднял.

— Чт, что вы делаете, владыка Айнз…

Не обращая внимания на поражённый вскрик Альбедо, Айнз повернул Ауру спиной к себе и усадил на правую бедренную кость.

Его кости, в отличие от нормальных бёдер, жёсткие, так что Айзу пришлось усадить её параллельно, чтобы Ауре было удобно.

— Эхехе…

Аура издала немного застенчивый, но совершенно счастливый смех, и Айнз ответил улыбкой. Далее, он повернулся и поманил нерешительно стоящего в отдалении Мара.

Когда тот подошёл, Айнз поднял и его тоже, усадив на левое бедро.

— А, ну, в-владыка Айнз, а, а как насчёт меня?

Пока Айнз размышлял, не приказать ли принести для близнецов какие-нибудь подушки, раздался возбуждённый вопрос Альбедо. Но он не решился бы сажать взрослую женщину себе на колени.

— Нет, это… я не могу.

— Но, но, эти двое…

— …Альбедо, они просто дети. Ты ведь взрослая, разве нет?

На секунду, ему показалось что они видел что-то за спиной Альбедо — вспышка света, материальное отражение поразившего её удара. Айнзу было немного жаль ей отказывать, но приличия есть приличия. Если бы он и её усадил к себе на колени, это было бы сексуальным домогательством.

— Итак, вы двое. Что случилось?

Крепость в Великом Лесу Тоб — ложный Назарик, или склад ресурсов — была достроена.

Дальнейшим заданием Ауры было укрепление и маскировке крепости.

Изначально предполагалось, что в случае нападения врагов они отступят к этой крепости, не позволяя врагу узнать местонахождение настоящего Назарика, но теперь Зиркнифу известно расположение Великой Гробницы.

Так что теперь крепость использовали просто как базу и хранилище ресурсов.

Мару же было поручено выкопать подземную гробницу на окраине Э-Рантэла.

Прямо сейчас в ней не было потребности, просто имелась свободная рабочая сила.

Людям-рабочим пришлось бы платить, но каменные големы и нежить не требуют жалованья, а значит, их можно задействовать без проблем. Кроме того, простые задачи можно выполнять просто заклинаниями Мара.

Что до других Стражей, то Шалти было поручено охранять Назарик и управлять «Вратами» в случае, если понадобится телепортация. Коцит отвечал за деревню людоящеров и озеро, возле которого она находится. Демиург же отбыл с заданием в Святое Королевство.

Иными словами, все находящиеся в Э-Рантэле стражи собрались сейчас в этой комнате.

Раз у всех есть свои задачи, то что же эти двое тут делают?

Аура бодро ответила на вопрос Аинза:

— Мы пришли чтобы повидать вас, владыка Аинз!

Айнз улыбнулся её невинной непосредственности.

— Понятно. Я тоже очень рад вас видеть.

Аинз погладил Ауру по голове. Та в ответ потерлась о руку Аинза, словно игривый щеночек.

— Это, ну… Владыка Аинз, ч-что вы делаете? Я надеюсь, мы не слишком беспокоим вас…

— Ах..

— Конечно же нет, Мар. Как может встреча с вами побеспокоить меня? — мягко ответил Аинз.