Тёмный Рыцарь

– А он, этот твой гипотетический «работодатель», за себя вообще постоять не может? – Уайта душила злость. Все происходящее жестко конфликтовало с жизненным опытом реального мира.

– Даже не представляешь с какими убожествами работать приходится, – фыркнула Лера.

– Так что же мне делать?

– Вставай и смотри внимательно. Во-первых, не бегай, как лось, не разбирая дороги. Силы экономь. Во-вторых, постоянно крути головой, оценивай количество врагов и их уровни. Вся информация у тебя перед глазами, ты должен успеть не только прочесть ее, но и осмыслить. В-третьих, следи за «барами» в интерфейсе. «Здоровье» и «жизненная энергия» всегда, повторяю – всегда, должны быть не менее, чем на трети шкалы, – это в худшем случае. Если чувствуешь, что «проседаешь», лучше отступи, переведи дыхание, выпей «элик». Теперь по технике боя. У каждого оружия есть особенные атаки. Даже у крестьянских граблей и вил, уж поверь. На них затрачивается больше энергии, но и «дамаг» по противнику проходит двойной, а то и тройной, – девчонка сыпала терминами, о значении которых Уайт по большей части лишь догадывался. – Некоторые клинки при специальных атаках вообще «игнорят» щиты, проходят их, как нож масло. Но в этом сам позже разберешься. Сейчас запомни только одно: все специальные атаки выполняются из стойки. Ее ты должен научиться принимать машинально, даже не задумываясь. А теперь смотри. Выводы сам сделаешь. Если не прислушаешься, то даже на сотом уровне так нубом и останешься. В общем, дело твое, – с этими словами Лера направилась к зарослям кустарника.

Двое леших выскочили на нее почти одновременно. Один попытался обойти, второй атаковал сразу, налетел, словно одержимый, молотя узловатыми руками. Если схватит – пиши пропало! Скрутит в мертвой хватке, пронзит сучьями, а на землю бросит уже бездыханное, измочаленное тело.

Лера спокойно уклонилась, и вдруг ее обычный, ничем не примечательный с виду меч (она держала его двуручным хватом) окутала аура огня. Последовал молниеносный удар, раздался рев, – лешего охватило пламя, а девчонка точно рассчитанным перекатом уже оказалась сбоку от второго моба и снова провела силовую атаку: на этот раз серией жалящих выпадов она обездвижила противника, – четыре тлеющие раны вогнали его в состояние «станлока», сделав беззащитным перед сокрушительным добивающим «комбо».

– Видел? – она даже не запыхалась.

* * *

К вечеру у Уайта кое-что начало получаться. Он заработал десять уровней, почти сравнявшись со своей наставницей, но к закату уже едва стоял на ногах от усталости. Все мышцы ломило, казалось еще немного и он просто рухнет без сил.

– На сегодня, пожалуй, хватит, – Лера улыбнулась. – На тебе дебаф «усталость» уже час как висит.

– Не заметил.

– Интерфейс потом под себя настроишь. У тебя наверняка эта панелька где-то свернута, или вообще убрана.

– Спасибо тебе… – Уайт настолько устал, что даже слова выговаривал с трудом. Полный реализм ощущений жестко давал о себе знать. Хотелось рухнуть в траву и просто лежать, без сил, без желаний…

– Потом поблагодаришь, – Лера подошла к нему и вдруг коротким, сильным ударом вонзила меч в грудь Уайта.

Полыхнула дикая боль. Перед глазами потемнело. Мир брызнул осколками образов и угас.

…

Он пришел в сознание на знакомой прогалине.

Уже царила глубокая ночь, луна проглядывала сквозь кроны деревьев, а звезды над головой казались серебряной пылью, просыпанной на черный бархат.

Небольшое пространство освещали язычки пламени. Лера развела костерок и теперь сидела на поваленном, замшелом стволе дерева, задумчиво глядя на тлеющие угли.

Почему же она не сбежала?..

Уайт со стоном сел. Снова кружилась голова. В груди засела тупая боль, он непроизвольно коснулся жестокой раны, но не почувствовал ничего.

– Какого…

– Поверь, ничего личного, – Лера вскинула взгляд. – Обязательный пункт программы. Рада, что ты выдержал. Ну, ладно, теперь я пошла.

– Нет, подожди… – хриплый голос Уайта остановил ее.

– Хочешь отомстить? – ее нервные тонкие пальцы охватили рукоять меча.

– У меня вопросы. Много.

– Ладно, – клинок мягко скользнул назад в ножны. – Держи, – она протянула ему узелок с вещами. – Подобрала, чтобы тебе за шмотом не бегать.

Только сейчас до Уайта дошло, что он голый, лишь символический обрывок ткани служит своего рода набедренной повязкой. Все правильно. Я же погиб…

Ощущения виртуальной смерти еще корежили рассудок. Временами нестерпимая фантомная боль вспыхивала в груди. В лунном свете Лера беззастенчиво разглядывала сухопарого старика, легкий ветерок ерошил ежик его седых волос, щека Уайта слегка подергивалась.

– Нормально держишься.

– Зачем ты меня убила? – он развязал узелок и принялся экипироваться.

– Разве не ясно? Сколько стоит твой имплантат?

– Немного.

– Вот и ответ. Устройство низкосортное, уровни обратной связи наверняка не настроены. Далеко не все проходят через первый респаун. А нашим с тобой «работодателям», – в интонациях прозвучала стылая, тщательно задавленная ненависть, – совершенно не нужно чтобы твои проблемы вылезли на первом же задании.

– А что могло случиться?

– Не понимаешь? Дешевый имплантат, убогий инмод, наверняка где-то в капсульном отеле, да?

Он кивнул, не видя смысла отрицать очевидное.

– Я мог умереть?

– Запросто. Серийные имплантаты вживляются под наблюдением. В них сразу калибруются уровни боли, автоматика инмода программируется в соответствии с медицинской картой. Но ты выбрал «инкогнито». О тебе в системе нет никаких данных.

– Тут многих таких?

– Все, кто пашут на «Орден». Если кто-то погибает по-настоящему, не выдерживая реалистичных ощущений, это никого не волнует.

Уайт подсел к костерку.

– Значит ты оказала мне услугу?

– Можно сказать и так.

– Ну, а если б я загнулся?

– Тогда твой аватар остался бы на месте гибели, – она пожала плечами. – Стал бы декорацией. Я часто такие встречала.

– Не пойму, – насупился Уайт. – Реализм – это конечно хорошо. Для игровой индустрии, разумеется. Но зачем подтягивать ощущения боли, вводить неудобства и ничем не оправданный риск?

– Без понятия, – честно призналась Лера. – Мне иногда хочется убить разработчиков нейроимплантата, а иногда я просто не знаю, насколько признательна им.

– За что?

– За реализм. За возможность жить по-настоящему в выдуманном мире. И боль уже не кажется чрезмерной платой.

– А жить в реале не пробовала?

– Не вариант. Реал подыхает. Там агония. Здесь – жизнь, – убежденно ответила она.

– Ты ничего не путаешь?

– Нет. Вскоре сам поймешь. Киберпространство, как следующая ступень эволюции. Звучит?

Уайт не нашелся с ответом. Промолчал. А девчонка неплохое образование получила. И вообще, за ее словами угадывался недюжинный жизненный опыт.

– Ладно. Отдыхай. Сооруди себе шалаш какой-нибудь или навес. Любая постройка, сделанная своими руками, является безопасной зоной, но только на шесть часов в сутки, не больше. Так что советую вздрагивать и просыпаться от каждого шороха, усек?

Уайт машинально кивнул.

Сил совершенно не осталось, хотелось просто сидеть у костерка, но тлеющие угли уже подернулись пеплом, – освещенное пространство быстро сужалась, а тьма подступала со всех сторон.

– Ну, все, бывай. – Лера шагнула в направлении телепорта. – Азы я тебе показала. Новобранцам отводится две недели, чтобы освоиться, так что не тормози. Потом начнутся будни наемника и учиться будет некогда. Почитай гайды и руководства, прокачай уровни на окрестных мобах, – с этими словами она исчезла во вспышке призрачного сияния.

Уайт подкинул веток в костер и, превозмогая усталость, пошел рубить еловые лапы, чтобы соорудить себе убежище на ночь.

* * *

Всю следующую неделю он исследовал ближайшие окрестности, строил неказистую хижину и читал доступные материалы из сети, стараясь без крайней необходимости не ввязываться в схватки с мобами, – марафонских впечатлений первого дня пока хватало с избытком.

Портальный камень, похожий на покрытый рунами старинный жернов, при приближении активировал отдельную вкладку интерфейса, но для Уайта в ней была доступна только одна строка:

«Центральная площадь замка Ордена Наемников».

Все остальные маршруты маркировались тремя знаками вопроса с краткой подсказкой: «Найдите другие портальные камни, либо купите карту, где они обозначены».

В замок Уайт не пошел. Незачем. Денег на более удобную экипировку все равно нет, а еду можно добыть и тут. Да и задерживаться в «Безмолвных Землях» он не собирался. «Быстро отработаю долг и отправлюсь на поиски дочери, – мысленно рассуждал он, – значит, нечего обрастать знакомствами, все равно они не принесут никакой пользы…»

Впрочем, его прагматизм, выстроенный на незыблемом фундаменте жизненного опыта, неожиданно пошел трещинами, грозя рассыпаться в прах. Виртуальный мир, который он презирал, считая уделом слабых и никчемных, нанес внезапный и сокрушительный удар по психике Уайта. Нейроимплантат вливал в его рассудок абсолютно достоверные ощущения, а попытки их отвергнуть приводили к острым приступам помутнения сознания. Некоторое время он боролся, убеждал себя, что все вокруг не настоящее, а затем вдруг наступил неожиданный слом мировоззрения, словно на излете жизни злонравная судьба вырвала его из водоворота суеты, прибила к неведомому берегу, а затем схлынула, лишив всего и… подарив целую вселенную.

Просыпаясь по утрам, когда первые лучики солнца едва пробивались сквозь плетенку стен построенной своими руками хижины, он чувствовал себя бодрым, помолодевшим, – вставал и бежал к роднику, умывался ледяной водой, смотрел на свое отражение, замечая перемены в облике. Разгладились глубокие морщины, исчезли темные мешки под глазами, словно Уайт за неделю сбросил лет двадцать.

Он дышал полной грудью. С удивлением замечал, как воскресает душа, и в ней находят трепетный отклик простые, но неведомые раньше явления. Например, царство живой природы, давно погибшее на Земле, но скрупулезно воссозданное тут, невольно поражало воображение. Уайт наконец-то начал понимать, почему целое поколение ушло в киберпространство, и не желало возвращаться…

Реализм ощущений незаметно менял местами миры, и вскоре окрестные чащобы стали восприниматься им острее, правдоподобнее, чем антураж прошлой жизни.

Он пытался оттолкнуть крамольные мысли, как-то примирить две реальности, но рефлексия не отпускала.

От взгляда в прошлое становилось лишь хуже. Вершина достатка и власти, к которой он стремился всю жизнь, оказывается, располагалась на крохотном необитаемом островке, посреди океана циничного прагматизма, – друзей он давно растерял, людей измерял лишь по степени их полезности, даже дочь умудрился оттолкнуть, давая ей все, что только можно купить за деньги, и… ограничиваясь такой вот профинансированной «любовью».

* * *

Свой первый вызов по контракту Уайт запомнил надолго.

Во-первых, он совершенно не подготовился. Несмотря на предостережение Леры, занимался чем угодно, но только не прокачкой персонажа.

Во-вторых, все произошло неожиданно, а неудобные кожаные доспехи, которые натирали тело до крови, он не носил. Проблема заключалось в том, что Уайт по инерции все еще жил понятиями материального мира, и, оказавшись под воздействием нейроимплантата, с головой погрузился в достоверные, но неведомые ранее ощущения, – после холода, голода и постоянных лишений жизни в «реале» он повел себя, как блаженный, – бродил по окрестностям, собирал ягоды, любовался красотами природы, отыскал тропку, ведущую к расположенной неподалеку деревушке, сходил туда и обменял у крестьян заячьи шкурки, доставшие в качестве лута, на домотканые штаны, рубаху и кувшин с молоком.

Мелкие мобы на него почему-то больше не агрились, а крупных, опасных тварей в ближайших окрестностях, к счастью, не водилось.

Стоял знойный полдень. Уайт сидел в тени и читал гайд по «охотнику», – с его точки зрения, чтобы добывать ежедневное пропитание, логичнее научиться ставить силки, а не носиться по жаре с обнаженным мечом за мелкой живностью. В те дни он на все смотрел иначе. Доспехи и оружие (вместо того чтобы закинуть их в инвентарь) держал в хижине. Ни одного нового уровня так и не прокачал, о землях, в которых оказался, ничего не узнал.

В-третьих, при призыве произошел казус, но об этом чуть позже[1].

…Уайт движением зрачков перелистнул электронную страницу, собираясь перейти к разделу «рыболовство и изготовление снастей», когда перед мысленным взором, затмевая текст, внезапно возникла крупная мигающая надпись:

«Вы получили дуэльный вызов. Перемещение произойдет автоматически через три, две, одну…»

Мир померк, а в следующее мгновение он вдруг ощутил себя стоящим на полуразрушенном каменном мосту.

От сухого раскаленного воздуха перехватило дыхание.

Вокруг протиралась пустошь, кое-где над потрескавшейся землей возвышались выветренные стены древних крепостных построек.

Мост, перекинутый через оплывший ров, вел к полуразрушенному барбакану.

Уайт толком не успел ни удивиться, ни испугаться, как из зева выбитых ворот выскочил парнишка, – судя по экипировке, клерик. За ним неслись мобы весьма неприятного вида. Явная нежить, хотя когда-то это были необычайно крупные вороны, размером со сгорбленного человека. Сейчас их перья пообтрепались, кожа местами облезла, обнажив кости, а пустые глазницы сочились тьмой.

– Помоги! – орал клерик.

Уайт, честно говоря, опешил. Вызов-то дуэльный и фрейм у парнишки полыхает красным! Чтобы выполнить контракт, с ним нужно вступить в схватку и победить. А он орет, молит о помощи!

Жутковатое воронье, вооруженное длинными костяными копьями, летать уже не могло, но бегало быстро, да и сомнениями не мучилось: два копья просвистели в воздухе, первое впилось в ногу незадачливого искателя приключений, – тот болезненно вскрикнул, а полоска жизни в его фрейме резко сократилась наполовину!

Второе копье задело Уайта. Брызнула кровь, в голове на миг помутилось, а затем там как будто переключателем щелкнули!..

Воняющее падалью самодельное оружие порвало рубаху, распороло бок и упало под ноги. Уайт рефлекторно подхватил его и, находясь в состоянии аффекта, сильным размашистым ударом смел двух воронов с узкого моста, а остальных заставил попятиться.

– Спасибо… Вовремя… – клерик истекал кровью, но почему-то не применял свойственных его классу исцеляющих заклинаний, – вместо того, чтобы вылечиться, он, прихрамывая, отступал, явно рассчитывая, что призванный на подмогу наемник сейчас в два счета разберется со сворой нежити.

– Ты свитки перепутал! – кое-как отбиваясь от наседающего воронья, закричал Уайт.

– Чего?!

– Я получил дуэльный вызов и не должен тебе помогать!

– О… – дальше последовало бессвязное ругательство.

– Лечись!

– Не могу, ты же знаешь! Магия тут не работает, а элики закончились!

Уайт понятия не имел, о чем речь, но положение складывалось – хуже некуда.

Со стороны руин показалась еще одна крупная стая мобов, – вороны разделились, заходя с флангов, начали издалека метать копья, но пока безуспешно, – изготовленные из длинных, но легких, полых костей, они падали, не долетая до цели.