Легендарный Лунный Скульптор. Книга 49

Если бы Виид заикнулся бы о сражении с Империей Хэйвен пару дней назад, игроков с севера это бы разозлило.

Ты никогда не знаешь, когда закончится завоевание, и ты также должен учитывать возможность потерпеть поражение.

Однако после смерти Со Юн игроки с севера сами хотели выступить против Империи Хэйвен и даже строили планы по завоеванию.

— Каша с ядовитыми грибами. Кухуэк. Найдется ли такая же печальная смерть, как ее? Мне так горько, что я хочу съесть кашу с ядовитыми грибами, но сегодня я еще продержусь. Я обнаружил, что у меня определенно еще есть дела, поэтому я должен выжить, неважно как.

— У Рисовой Каши с Курицей 1 500 000 людей. Готовы броситься в бой.

— Каша из Побегов Бамбука. Войска Дворца Земли. Готовы к сражению. Готовы выступить в любое время.

— Мы — Стальная Каша. Пожалуйста, обращайтесь к нам, если Вам нужно оружие или доспехи. Кузнецы изготавливают экипировку денно и нощно. Если Вы принесете свой материал, всё остальное бесплатно.

— Мы — Огненная Каша. У нас тоже есть экипировка. Боевая техника и продовольствие. Производство бесконечно.

— Мы — Каша из Свинины. Нас оттеснила Каша из Говядины, поэтому наша популярность немного упала. Но мы самые мужественные. Мы храбро отправимся на передовую!

Культ Травяной Каши, который был сформирован на севере.

Они добровольно просили войны.

Дошло до того, что Каши из Женьшеня, Желудей, Кунжута, Каштана и Жуков собирали армию среди своих отрядов и готовились выступить к границам Империи Хэйвен.

В Культе Травяной Каши было много новых игроков, и север особенно предпочитал выделять приключения как свою традицию. Никто всерьез и не задумывался о том, что кто-то может умереть.

Однако лицо умирающей Со Юн, когда она была убита Империей Хэйвен и Гильдией Гермес вызывало у них желание сражаться.

— Вперед.

— Мы идем.

— Не важно куда!

— Идем, идем!

— Мы — непобедимый Культ Травяной Каши!

Они все были товарищами, объединенные одной целью и не боящимися смерти.

В Культе Травяной Каши было самое большое количество игроков с севера, и они все еще набирали игроков.

Если их намерения едины, то даже их цель смести Империю Хэйвен может быть достигнута.

Пока Виид и Со Юн не выступали против движения Культа Травяной Каши.

"Не похоже, что их невозможно остановить".

В любом случае, игроки с севера знали о Вииде.

Хотя Виид боролся с пагубным влиянием Империи Хэйвен, если он решится попросить их не сражаться, его слова будут иметь определенный вес.

Возможно, игроки Культа Травяной Каши будут чрезвычайно расстроены, но, может быть, он даже сможет остановить войну.

"Но я не хочу это говорить".

Виид быстро заметил, что именно происходит.

У него была способность определять, образуется ли где-то тайная организация, и инстинктивно он всегда знал, если кто-то что-то говорил за чьей-то спиной!

Он инстинктивно знал, что происходит.

"Со Юн… она бы не умерла просто так".

Она даже прилетела на поле боя на Третьей Виверне и тем не менее ушла из жизни.

"Даже несмотря на то, что Со Юн всегда была доброй, она не была идиоткой".

Если посмотреть на ее способность собирать информацию во время квеста Правителя Пустыни или оценить то, как она временно управляла Королевством Арпен, можно сказать, что она была невероятно умна.

Так же как Виид бережно ценил и имел способность преодолевать кризис, Со Юн не упускала даже мельчайшей детали.

Она смогла быстро понять ход проблемы и смогла объединить регионы Королевства Арпен, которые двигались не в том направлении в поиске правильных решений.

Даже несмотря на то, что она, очевидно, знала, что умрет, она все равно отправилась в Империю Хэйвен. Почему тогда она так поступила?

Увидев все ответы, Виид понял причину.

"Ради меня. Ради Королевства Арпен. Чтобы остановить рост Империи Хэйвен".

В тот момент Виид сомневался, стоит ли воспользоваться смертью Со Юн.

Так как она была членом семьи, он не хотел использовать смерть члена семьи ради собственного успеха.

"Воспользоваться ее смертью, чтобы достичь успеха, — наихудший вариант. Лучше пусть падет Королевство Арпен".

Если бы Виид знал об этом невообразимом плане, он бы всё сделал, чтобы остановить ее. Однако Со Юн была уже мертва.

Он беспокоился о том, насколько правильно было препятствовать ситуации, которая уже была вызвана ее смертью.

"Со Юн пожертвовала собой ради меня. Но правильно ли обесценить ее смерть?"