Беглец

Допив флягу, он отбросил её в сторону.

– Ну, вот… теперь легче. Черт… надо было им сказать, что у меня есть второй препарат!

– Думаете, выпустили бы?

– Меня-то?! Хотя да, могли бы и…

– Мины на вас кто ставил?

– Свои… у нас тут тоже хватает всяких… сволочей… На моё место уже наверняка есть желающие!

Он слабел на глазах, кровь пропитала щегольскую куртку, потемнели и брюки. Пусть уж лучше так, от потери крови теряют сознание, и смерть приходит в беспамятстве. Клиент отключился, похоже, что всё именно так и будет. Навряд ли он ещё хоть чего-нибудь поведает…

Быстро осмотрев броневичок, Пётр мысленно восхитился предусмотрительностью банкира – в машине не осталось ничего лишнего, всё успели перегрузить в лодку. Ну, что ж… мы тоже не будем валять дурака, прорываясь к городу на броневике. Не факт, что минные поля уже не восстановлены. Жаль оставленных трофеев, но их и потом забрать можно. Заодно и новые постановки проредить…

Беглец быстро перетаскал в лодку всё, что представляло хоть какой-то интерес.

Обследовал погибших спецов – так и есть! У всех троих имелись включённые маячки-опознаватели.

Зародились в этот момент кое-какие нехорошие подозрения… впрочем, вполне обоснованные. Ну, что ж, ребятки, головоломку я вам обеспечу!

Один маячок занял место на крыше броневичка, под коробкой кондиционера. Так броня не будет его экранировать. Оставшиеся отправились в лодку и были пока размещёны на корме, в куче всякого добра.

По всем прикидкам, какое-то время в запасе имелось. Кто-то наверняка отслеживает маячки и фиксирует их перемещение. И что, интересно, там подумают, когда зафиксируют факт разделения группы?

Слишком много добра с собою прихватили?

Вполне вероятно, такая версия имела право на существование.

Но ведь «окно» в границе – пусть и морской, долго не может существовать! Не факт, кстати, что оно вообще есть… Вполне ведь могли банкиру попросту в уши напеть. Но что могут сделать встречающие в подобном случае? Понятно, что судьбы людей, которых они тут ожидают, мало кого беспокоят. Относительно них уже принято соответствующее решение. А вот то, что они могут с собой притащить…

И вот за этим следить будут!

Осмотрев пластиковые бутылки с водой, Пётр выбрал одну – пошире прочих. Вылил воду и аккуратно надрезал ножом верхушку. В получившуюся дыру отправился ещё один маячок. А прорезь была заклеена скотчем – в бардачке машины его нашлось аж три бобины! К горловине короткой веревочкой он привязал гаечный ключ – импровизированный якорь. Всё, можно стартовать!

Свистнув Анчара, который с интересом обследовал пляж, он оттолкнул лодку от берега. Мокрый собакин тотчас же в неё запрыгнул. Вот те раз – он, что, раньше с хозяином на рыбалку ходил? Пёс с довольным видом уселся на носу лодки. Не страшно, у нас большой недогруз, это «лодочка» рассчитана на шесть человек со снаряжением.

А вот мотор завелся не сразу, пришлось подергать веревку стартера.

Есть!

И лодка двинулась вдоль береговой черты.

Не просто так выворачивал руль Беглец – имелась у него цель…

Тут, если не изменяет склероз, ещё в незапамятные времена (перед войной) строились долгое время всяческие сооружения. Как чисто военные – артиллерийские батареи береговой обороны, доты и дзоты, так и относительно оборонительные. Ну, если артсклад к таковым относился во всех случаях, то вот, например, склад АХО подразделения ОВРА[9] отчего-то таковым не считался. Хотя и располагался точно в таком же подземном помещении. Может быть, из-за того, что хранились там всевозможные, абсолютно невоенные мелочи? Старые плакаты, даже бюсты руководителей. И прочее малоценное барахло. Артскладом сие помещение не стало по причине недостройки к нему железнодорожной ветки – не на руках же снаряды туда таскать? Да и батарею, для которой предназначался склад, тоже построить не успели. Началась война, и всем сразу стало не до этого. А по её окончании – так и вовсе… Иные времена, иные приоритеты…

Но бросить помещение просто так?

Щас! Зеленое земноводное и в те времена было немаленьким!

Вот так переходя из рук в руки, и перекочевало данное сооружение к МЧС. Ибо больше никому оно было не нужно – во всех бумагах склад проходил как недострой.

И вот как раз Петру выпало его принимать. Прибыв на место и узрев невзрачный домишко, он только сплюнул – стоило ли только ботинки топтать. Сопровождавший его пожилой дядька из расформировываемого АХО усмехнулся в густые усы.

– Удивлены?

– Да… как вам сказать…

– Так и говорите – разочарован! Вы-то, небось, какого-нибудь капитального здания ожидали? Но смею вас уверить – домик сей ещё вас переживёт!

И действительно, посмотрев на него изнутри, Беглец уверовал в слова провожатого – стены имели толщину около полуметра! Из крепкого железобетона… А само строение служило запасным входом на склад – основной был ниже. Там находились крепкие ворота, к которым должна была подходить узкоколейка. Но её так и не подвели. И все грузы затаскивались через вход для личного состава – тот самый домик. Вниз вела шестипролётная железная лестница. А рядом с ней имелся подъёмник для доставки негабаритных грузов.

– Это уже позже присобачили, изначально в плане его не было… – пояснил дядька.

Внизу имелся широкий коридор, соединявший несколько помещений. По полу шли рельсы узкоколейки, на которых стояло несколько платформ. Правда, возить на них было нечего. А из помещений занято было только одно, в прочих валялся всякий хлам. Из того, что и к делу уже непригодно, но и выкинуть жалко. Мало ли… может ведь что-то понадобиться, а это только вчера списали!

Было на складе и электричество – в скалах установили хитрую турбину, она и давала ток. Немного, но данному помещению хватало. Совсем недавно её даже заменили – всё-таки военный объект…

Но на доклад Петра руководство только плечами пожало.

– Понятно, что для всякого минно-взрывного добра – это самое то. Но у нас ведь не война! И добра этого в наличии нет. Да и расположен склад далеко, персонал туда как доставлять? Машиной? А сколько она бензина сожрёт? А главное – зачем? Нечего нам там хранить…

Пару раз заезжал ещё он в те края. В основном когда на рыбалку ездили. Один раз, в первый приезд, даже удалось увидеть того самого старика. Дернули с ним тогда по двести грамм… А во второй раз домик оказался закрыт, на двери висел основательный замок, а на окнах – массивные ставни. Перед дверью ветром намело песка и всякого мусора. Давно, видать, её не открывали…

Туда и шла сейчас лодка. По воде можно подойти достаточно близко, а там и до склада недалеко. Замок на двери – оно, конечно, препятствие… для лохов.

Прижавшись к берегу, Беглец размахнулся и забросил подальше в воду бутылку с включённым маячком – пусть себе плывёт к морю… Третий же, будучи выключенным, упокоился пока среди прочего барахла.

Вот и домик. Приставив к стене предусмотрительно захваченный из лодки ящичек, Беглец вскарабкался на крышу. С трудом протиснувшись в узкое слуховое окошко, он оказался на чердаке. А вот и люк…

В комнате царил полумрак, и отыскать рубильник удалось не сразу. Но свет был! Видать, на совесть сработали тогда неведомые электрики – турбина функционировала.

Вспыхнула под потолком лампочка. Теперь дело пошло увереннее!

Щелчок – и осветились уходящие вниз ступени. Можно идти!

На складе всё оставалось по-прежнему. Протопав по узкоколейке до въездных ворот, Пётр стал искать аварийный выход. По рассказам смотрителя склада, он был где-то здесь…

Ага!

За крепкой железной дверью (с амбразурой, между прочим) оказался узкий коридор. Здесь уже света не было, пришлось включать фонарь. Ещё метров тридцать, поворот… Люк в торцевой стене. Закрытая задвижкой амбразура в нём. Ещё одна – просто в стене. И тоже закрыта бронезаслонкой. Приржавело… Удар прикладом – и в подземелье повеяло свежим ветерком.

Ага, смотрим сбоку, слева от входа. Отсюда и ворота просматриваются. Вернее, где они должны быть. Сейчас там ноль видимости – кусты разрослись. Ну и фиг с ними, откровенно говоря, нам и этого люка – по уши!

А вот тяжелую створку удалось открыть далеко не сразу. Что уж там стряслось, землёю привалили или попросту заржавело всё – Бог весть. Только притащив из основного помещения специальный домкрат (до чего же были запасливы строители!), удалось наконец приоткрыть люк настолько, что стало возможным кое-как вылезти наружу.

Ну, точно – землею все позасыпало к чертям! Ничего, пехотная лопатка у нас есть… даже несколько!

Перекидав в темпе почти четверть кубометра, удалось-таки расчистить нормальный проход – люк откинулся полностью и, щелкнув, встал на фиксаторы. Есть путь в глубину!

А теперь – таскать…

* * *

– Сэр!

Сидевший у стола человек обернулся.

Он прибыл сюда совсем недавно и не успел примелькаться на заставе. Да, собственно говоря, он и на улице-то практически не показывался. Засел в предоставленной ему комнате и никуда не выходил. Постоянно торчал у своего ноутбука и появлялся только в столовой, где сидел рядом с начальником заставы. Неторопливо ел, перекидывался несколькими фразами и снова исчезал за закрытой дверью. Кто он, что он – никто, кроме двух-трех старших офицеров, не знал.

А у них и без него хватало забот…

Некогда рутинная, неспешная служба безвозвратно канула в прошлое – наступили дни тяжелой, можно сказать, тяжкой работы.

Это раньше на заставе имелась возможность никуда не спешить, со стороны России никаких проблем не наблюдалось. И работа на погранпереходе была самой трудной из всего прочего. Сейчас те дни вспоминались с ностальгией…

Никаких путешественников, желающих проехать в страну, более не существовало. И застава больше напоминала укреплённый армейский гарнизон, каковым по сути и являлась.

Противотаранные заграждения, «змейка» из бетонных блоков, колючая проволока по периметру – и это ещё не всё! Рота усиления занимала капитальные окопы и огневые точки, ощетинившиеся стволами крупнокалиберных пулеметов. В тылу базировалась приданная бронетехника и два взвода минометов.

И это пограничная застава?!

Вольно же вам шутить…

Правда, положа руку на сердце, можно было отметить, что и на противоположной стороне в рекордно короткие сроки появились аналогичные, если не более серьёзные, изменения. А свои танки русские вообще не считали нужным скрывать – тяжелые машины периодически появлялись в поле зрения. Россия наглядно давала понять, что не испытывает к соседям ни малейшего доверия. И надо сказать, причины для этого имелись.

Уж кто-кто, а пограничники хорошо помнили «внезапный» бросок через границу ударного кулака ЧВК. Там только что танков не имелось да зенитных ракет… И то, наверное, потому, что никто не ожидал столь молниеносной реакции русских. Ведь поблизости не имелось никаких крупных воинских частей – только погранслужба. А их западным коллегам недвусмысленно было приказано не встревать и не мешать деблокировщикам.

Может, именно поэтому на территорию погранзаставы не упал ни один снаряд, и не прилетела ни одна пуля.

Сначала…

Уже потом, когда рванули через границу толпы всевозможного народа. Как пешие, так и моторизованные, даже на тракторах! И не только через погранпереходы…

Значительная часть прорвалась – русские вообще этому никак не препятствовали, а пограничники Запада оказались к такому не готовы. Тогда и поступила команда на открытие огня по беженцам – с этими никто церемониться не собирался. Ну, и как часто бывает в такой обстановке, часть пуль залетела и к российским «коллегам»… Разрушенные строения на западной стороне границы недвусмысленно напоминали всем, сколь жесткой и молниеносной может быть реакция русского медведя!

Оказалось, что у противника (увы, да… теперь так) всё пристреляно давным-давно… Более того, есть из чего стрелять! И если бы не лихорадочно-поспешные действия ООН, кто знает, чем бы всё это закончилось. И на границе установилось шаткое равновесие. Редкие патрули погранслужбы теперь старались не мозолить глаза российским соседям. Мало ли… а то ещё чего подумают? И в связи с этим появление на заставе любых гостей сверху закономерно воспринималось как предвестие грядущих неприятностей.

Вот и этого встретили максимально прохладно. Он-то уедет… а нам что прикажете делать?

Но данный джентльмен никак не мешал и в работу не лез. Пару раз к нему приезжали какие-то визитеры, с которыми он запирался в комнате. И более ничего.

Пока вдруг сегодня он не потребовал отвести патрули от берега. И прекратить любое наблюдение на данном участке – до особого указания. Полномочия на это у него были – что тотчас подтвердил звонок сверху.

Но глаза-то у пограничников имелись! И эти глазки зафиксировали выдвижение к границе двух вооруженных групп. Большая по численности – около ста человек – заняла позиции вблизи нейтральной зоны и затаилась. А три человека ужом проскользнули на сопредельную территорию.

На заставу прибыла спецмашина радиоперехвата, тотчас же развернувшая свои антенны в ближайшей рощице. Уже хорошо… хоть на заставу русские снаряды не упадут…

Что ни говори, а кое-какие отношения между начальниками застав сохранились. И можно было заранее отмежеваться от любой неприятной активности непонятных персонажей. Добро бы это были какие-нибудь спецслужбы – тогда, конечно, им надо содействовать. Пусть даже ценой жизни – все мы государственные служащие в конце-то концов!

Но странный гость никак не обозначил своей принадлежности. Не подтвердило её и руководство. Да, ему разрешено нахождение на заставе. Позволено здесь жить и что-то там такое делать. Но и только.

Начальник заставы, равно как и все его подчинённые, никакой помощи ему оказывать не обязаны – такого приказа не поступало. И вины их в возможном провале операции никакой нет да и быть не может.

А вот веры в успех (глядя на многочисленные, пока ещё не засыпанные воронки вокруг закопчённых развалин погранперехода) отчего-то не имеется… так что и бонусы в этом маловероятном случае никого не заинтересовали.

Вот и поспешил начальник заставы уведомить коллегу с той стороны – мы тут ни при чём!

На что и поступил лаконичный ответ: «Понял».

– Да? – оторвался гость от экрана ноутбука. – Что у вас?

– Мы фиксируем сигналы от маячков членов спецгруппы. Один остался на месте встречи – неподвижен, не перемещается. Осмотр местности с помощью дрона показал наличие на берегу нескольких тел. По нашим предположениям, это те, кого они должны были встретить.

– Карпов?

– Убит. Опознан. Около инкассаторской машины.

– Чей сигнал идентифицирован на берегу? – гость повернулся к экрану. – Обеспечьте мне ретрансляцию картинки!

– Роджерса, сэр! Его мы не видим, на берегу тела нет, – вошедший сказал несколько слов в манипулятор радиостанции, и на экране хозяина комнаты появилась картинка пляжа.

– Где же он?

– Вероятно, в машине. Сигнал чёткий и ясный, без помех.

– Так. Дальше?

Изображение сменилось, теперь это была карта местности.

– Сигнал от Фолсома передвигается. Точное местонахождение в настоящий момент не установлено, но последняя отметка – вот здесь! – визитер указал точку на карте.

– Устье реки?

– Точно так, сэр. По-видимому, он в лодке.

– Дрон?

– Сбит русскими, сэр…

– Третий?

– Сигнала нет, сэр, – развел руками вошедший.

– Понятно. Продолжайте наблюдение, всем – максимальная готовность!

– Есть, сэр! – и входная дверь закрылась за спиной специалиста.