Отражение зла

– Нравишься… Но дело в другом. Я просто не могу долго сидеть на одном месте. Меня постоянно влечет вперед, и этого не изменить. Натура такая. Да и что мне делать в вашей школе?

– У тебя же есть магические способности. Нам бы не помешали такие люди. С тех пор как магия Темнейшего ушла, многие колдуны и ведьмы лишились своих сил, поэтому сейчас каждый маг на вес золота. Особенно если учесть, что в отдаленных уголках Зерцалии все еще встречаются практикующие чернокнижники, которые ничем не связаны с Темнейшим и черпают свою силу из других источников. Созерцатели должны противостоять им, так что в наших рядах тебе были бы очень рады.

– Но я слабая ведьма. Гадание на картах, парочка боевых заклинаний и ничего более. В ближнем бою я мало на что способна, разве только убегать с громким визгом.

– Раньше я и сам так поступал, – признался Грановский. – Но меня научили сражаться. И тебя научат, если захочешь.

– Мне это не очень интересно, – немного подумав, произнесла Глория.

– Ты же где-то училась раньше? Обучалась магии?

– Немного там, немного здесь, – уклончиво ответила девушка. – Подолгу нигде не задерживалась. Так что толку от меня будет чуть.

– Мне бы и этого хватило, – улыбнулся Алекс и вдруг привлек ее к себе.

– Отстань. – Глория легонько шлепнула его по рукам. – Столько народу кругом…

– О, им плевать. Все заняты своими тренировками.

– Да неужели? Тебе только так кажется. Ваш строгий директор – Корнелиус, кажется? – давно точит на тебя зуб, я это сразу поняла. Наверняка он крутится где-то неподалеку, так что не стоит нам обжиматься на виду у всей школы.

– Это верно, – согласился Алекс, глядя куда-то в сторону. – Как говорится, вспомни черта…

Действительно, на площадке показался Корнелиус в длинной черной мантии. Толстенький и низкорослый, но ужасно важный и свирепый с виду, он на ходу угрюмо разглядывал воспитанников, занимающихся на стадионе. Вера Геллерт и Камилла Клайд, которые уже спустились с башни, плелись следом за ним. Алекс сразу заподозрил, что Корнелиус ищет его, и лихорадочно начал вспоминать, не натворил ли чего за последнее время. На ум ничего не приходило, но старик мог припомнить нечто совсем давнее, о чем Алекс успел позабыть, так что не время было расслабляться.

Но, как оказалось, Корнелиус искал не его, а Макса Беркута. Алекс облегченно выдохнул. Макс только-только закончил тренировку. Часть учеников он отпустил в раздевалку, а оставшихся передал Андрею Невзорову, и тот повел их на стрельбище учиться стрелять из лука.

Взмокший от напряженных занятий Макс вытер лицо курткой, которую держал в руках, обернулся, увидел прямо перед собой Корнелиуса и сразу напряженно застыл. Алексу невольно пришло на ум, что Беркут, как и он сам, силится вспомнить все свои последние прегрешения. Но Корнелиус, к всеобщему удивлению, не стал никого ругать.

– Иди за мной, – сказал он Максу. – Нам нужно кое-что проверить.

– Я ничего не делал! – забормотал Беркут. – А если и делал, то наверняка не один!

Корнелиус автоматически перевел хмурый взгляд на Алекса. Глория не сдержалась и хихикнула. Вера тихонько отошла в сторонку, а потом смылась на стрельбище к Андрею. Она всегда старалась держаться подальше от Корнелиуса, особенно когда тот был в дурном настроении. Если старик начинал злиться, то доставалось всем, кто попадался под руку. Молний для учеников он не жалел.

– Сейчас меня интересует другой вопрос, – заявил Корнелиус. – Но ты не переживай, мы еще вернемся к вашим проделкам. И лучше сразу готовьтесь к тому, что я спущу с вас шкуру! А теперь следуй за мной.

– А мне можно? – тихо поинтересовалась Камилла.

Корнелиус смерил ее взглядом, затем кивнул.

– Можно. Все, кто участвовал в событиях в Норд-Персивале, могут пройти в мой кабинет.

Глава третья

Происшествие в Ост-Стингере

Директор Экзистерната шел впереди, Камилла, Макс, Алекс и Глория тащились за ним, теряясь в догадках. Беркут снова, натянул свою куртку, затем собрал на затылке длинные волосы.

– Я предпочел бы сначала помыться, – тихо заметил он.

– Успеешь еще, – буркнул Корнелиус. – Тебе предстоит небольшое испытание. И кто знает, может, придется испачкаться еще больше.

Алекс с Максом переглянулись. Оба ничего не понимали, но Корнелиус не стремился немедленно их просветить. В полной тишине они вошли в башню и поднялись на нужный этаж.

– Хочу выяснить, на что ты способен, – сказал Корнелиус, останавливаясь у двери своего кабинета. – Ты ведь управлял ветром, верно? Когда служил в гвардии Императора…

Макс настороженно кивнул.

– Были еще какие-то способности, о которых я не знаю?

– Я никогда не делал из этого тайны, – ответил Макс. – Управление потоками воздуха, призыв бурь. При особой концентрации могу создать небольшой ураган.

– Левитация! – вспомнил директор.

– Я не летаю сам, – немного смутился Беркут, – могу лишь парить в воздушном потоке, силу которого умею контролировать.

– По всем признакам выходит, что изначально ты ведешь свою родословную от магов клана Воздуха. Откуда же в тебе взялись эти огненные выкрутасы?

Корнелиус наконец толкнул дверь кабинета и шагнул в помещение.

– Сам не знаю, – пожал плечами Макс, входя за стариком.

– Ты создавал огонь из ничего. Каким образом?

– Понятия не имею, – развел руками Макс. – Просто делал это, и все… Когда нас связали, надо же было как-то освободиться от веревок. Небольшой огненный фокус, не больше.

– А старая оранжерея?! – напомнил ему Корнелиус. – Ты же спалил ее к чертовой бабушке! Небольшим фокусом это назвать сложно.

– Я переволновался! – принялся оправдываться Макс. – А еще беспокоился о своих друзьях. Нужно было немедленно что-то предпринять, иначе Селина и Клайд попросту прикончили бы нас.

Алекс влетел следом за Максом и едва успел притормозить. В центре кабинета стояла старинная стеклянная жаровня на изогнутых ножках, заполненная углем, но не зажженная. Корнелиус и Макс обогнули ее, Грановский же чуть не врезался. Камилла и Глория, которые вошли последними, озадаченно уставились на жаровню.

– Значит, всплеск этой силы происходит в те моменты, когда ты напряжен и напуган? Сильные эмоции. – Корнелиус уселся за свой огромный стол и откинулся на спинку кресла.

– Похоже на то.

Кивнув в сторону жаровни, директор спросил:

– Ты сможешь разжечь в ней огонь?

– Конечно! – кивнул Макс. – Давайте кремень.

– Да не руками, тупица! Силой мысли или как ты там это делаешь?

У Макса обиженно вытянулось лицо. Да, он не просто поджег старинную оранжерею, о которой только что шла речь, он чуть не изжарил всех, кто в тот момент в ней находился. Шквал огня снес растения и постройки, уничтожил все, до чего смог дотянуться. Алекс и Камилла уцелели просто чудом. Но никто – в том числе и сам Беркут – до сих пор не понимал, как он это сделал.

– Давай, покажи, на что способен! – Корнелиус махнул рукой на холодную жаровню. – Или тебя нужно посильнее испугать? При желании я могу быть очень страшным, ты же знаешь.

Алекс сдавленно прыснул, но тут же смолк, поймав грозный взгляд Корнелиуса.

– Знаю, – убитым голосом произнес Макс.

Он приблизился к жаровне, напрягся, затем встряхнул головой и передернул плечами, чтобы расслабить мышцы. Алекс, Камилла и Глория смотрели на него во все глаза. Беркут сжал руки в кулаки, окинул жаровню взглядом, крепко зажмурился. Корнелиус скрестил руки на груди.

– А не получится, как тогда в оранжерее? – взволнованно спросила Камилла. – Может, нам запастись водой? Или вообще выйти отсюда?

– Если не закроешь рот, точно выйдешь. Я сам тебя выгоню, – буркнул директор.

Камилла хотела что-то добавить, но сочла за лучшее промолчать.

Макс стоял напротив жаровни, опустив голову и напряженно хмурясь. Алекс почувствовал это первым: ему вдруг стало жарко, на лбу выступили капельки пота. Он решил, что просто слегка разволновался, а может, в кабинете душно. Парень даже взглянул на окно позади кресла директора, но оно было открыто настежь, и занавески шевелились от легкого ветерка. Отчего же его бросило в пот, а потом вдруг мурашки по коже забегали? Но не только Алексу стало не по себе: Камилла вытерла взмокший лоб рукавом куртки.

– Жарко здесь, – прошептала она.

– Правда? – удивилась Глория, которая держалась позади Алекса. – Я ничего такого не замечаю.

Макс с шумом выдохнул и открыл глаза.

Уголь воспламенился. Содержимое жаровни вмиг раскалилось докрасна, показались небольшие языки пламени. Макс сосредоточенно смотрел на разрастающийся огонь. Алекс с опаской отступил назад, прикрывая лицо от растущего жара. Корнелиус с изумлением привстал на кресле, не сводя глаз с Беркута.

– Поразительно! – выдохнул он. – Объясните мне, как такое возможно, чтобы какой-то мальчишка повелевал сразу двумя стихиями? – Он вышел из-за стола и подошел к жаровне, не сводя глаз с Макса. – А ты сможешь остановить процесс горения? Заставить огонь уйти? – спросил он.

– Попробую. – Макс снова закрыл глаза.

Пламя вырвалось из жаровни и взметнулось к потолку. Макс снова опустил голову, сосредотачиваясь. От его кожаной куртки повалил дым, но он этого не замечал.

– Осторожнее! – испуганно вскрикнула Камилла. – Ты горишь!

Куртка на спине Беркута вспыхнула, язычки пламени затрещали в волосах парня, но огонь, похоже, не причинял ему вреда. Но тут Макс открыл глаза – и подскочил от неожиданности.

– Черт! – воскликнул он, и огненный вихрь пронесся по комнате, жаровня подпрыгнула и опрокинулась, тлеющие угли рассыпались по каменному полу.

Корнелиус, стоявший рядом с жаровней, громко вскрикнул – на нем загорелась мантия. Стеклянный старик забегал по кабинету, размахивая руками. Камилла и Глория стояли, остолбенев от неожиданности. Алекс недолго думая прыгнул на Корнелиуса, словно дикая кошка, опрокинул его, а затем принялся охаживать кулаками, сбивая пламя и не обращая внимания на истошные вопли старика.

– Убивают! – кричал директор Экзистерната. – Караул! Да слезь ты с меня!

Раздался треск электричества, и разряд молнии швырнул Алекса к потолку. Пролетев по дуге, он сбил с ног Глорию и Камиллу, а потом еще и свалился на них сверху.

Макс сорвал с плеч тлеющую куртку, швырнул ее на пол и кинулся вытаскивать девчонок из-под оглушенного Грановского.

Тем временем Корнелиус с трудом поднялся на ноги и, осмотрев дыры, прожженные в мантии, укоризненно покачал головой:

– Такую мантию испортил! А ведь я лишь вчера ее надел! Как ты это делаешь, олух окаянный?!

– Если бы я знал, – развел руками Макс. – Это похоже на призыв ветра, но я думаю не о воздухе, а об огне… Но воздух тоже призываю, чтобы раздуть и поддержать пламя… ведь без кислорода огонь не горит.

– Все равно я ничего не понимаю! Как один человек может совмещать в себе силы сразу двух стихий? На моей памяти такого не случалось. К тому же ты не колдун, а обычный мальчишка, хоть и одаренный! Откуда у тебя такие возможности?

Макс молча смотрел на него.

– Кем были твои родители? – поинтересовался старик.

– Я их совершенно не помню. Они погибли, когда я был совсем мальчишкой, от рук барона Доминика Клайда.

– Помню, вы рассказывали эту историю. Клайд охотится на тебя, и, подозреваю, это имеет отношение к твоим родителям и способностям, которые они тебе передали. Кто же ты на самом деле, Беркут?

Корнелиус начал ходить кругами вокруг тлеющей кучи угля. В прожженной насквозь мантии он выглядел очень потешно, но ребятам сейчас было не до смеха. Глория подняла опрокинутую жаровню и поставила ее к стене.

Камилла, решив, что Алекс потерял сознание, принялась хлопать его по щекам. Но Грановский лишь отмахнулся. Кряхтя и охая, он поднялся с пола и плюхнулся на ближайший стул.

– В следующий раз не стану вас спасать, – угрюмо покосился он на Корнелиуса. – Гори вы синим пламенем!

– Это спасение, по-твоему? Я сделан из стекла, дубина! – рявкнул директор. – А ты начал дубасить меня почем зря!

– Я только хотел затушить огонь.

– Или прикончить меня, разбив вдребезги. Я знаю, что ты давно об этом мечтаешь!

– Да как вы можете подозревать меня в таком безобразии?! – возмутился Алекс. – Я же просто душка!

– Еще одно слово, и я вышвырну тебя в окно!

– На вашем месте я бы не приближался к окнам, стеклянный дедулька. Пол скользкий, а вы такой неуклюжий! Мало ли что может произойти.

Разъяренный Корнелиус кинулся на Грановского и схватил его за шиворот. Камилла испуганно вскрикнула, Глория всплеснула руками, а Макс неуверенно топтался на месте, соображая, что лучше: спасать Алекса или плюнуть на все и отправиться в душ.

На счастье Грановского, большое зеркало на стене кабинета вдруг засияло ярким голубым светом. На серебристой поверхности возникло изображение Магистра в образе мудрого прорицателя Константина. Он сидел в красивом узорном кресле из голубого хрусталя в одном из залов замка Совета старейшин. Магистр был в длинной золотистой мантии, его седая борода свисала почти до колен.

– Я не вовремя? – осведомился он, увидев вытянутые лица присутствующих. – Что там у вас происходит?

– О, я лишь хотел смахнуть пылинку с костюма Грановского, – елейным голосом произнес Корнелиус и действительно стряхнул с воротника Алекса пару пушинок.

– Теперь это так называется? – Алекс вскинул брови. – А заодно он решил выбить пыль из моей прически!

– Всего лишь небольшое недоразумение, – ответил Корнелиус, усаживаясь за свой стол и старательно прикрывая руками дыры в мантии. – Хорошо, что ты решил связаться с нами. Мне как раз нужно с тобой посоветоваться по одному вопросу. Сам я не могу с этим разобраться.

– Дело в Максе? – Магистр с улыбкой взглянул на полуголого Беркута, застывшего посреди кабинета. Макс подобрал с пола куртку и, убедившись, что она не горит, набросил ее на плечи.

– В нем, окаянном! – кивнул Корнелиус. – Ты когда-нибудь слышал о магах, способных управлять сразу двумя стихиями?

Магистр задумчиво потеребил свою бороду.

– В Зерцалии я о таких точно не слышал, – признался он. – Но в других мирах мне приходилось встречаться с подобными существами.

– Существами?! – нахмурил брови Макс. – Не с людьми?

– Мне нужно навести справки и порыться в архивах, – сказал Магистр. – Тогда я смогу дать вам более содержательный ответ. Но сейчас я связался с вами по другому вопросу. Хорошо, что вся команда в сборе. У меня есть для вас новое задание.

– Что-то у меня нехорошее предчувствие, – пробормотал Алекс, усаживаясь на край письменного стола. – А мои предчувствия, как правило, меня не обманывают.