«Сандал», которого не было

– А этот, который с вами был, одноглазый… Он что, реально в Чечне глаз потерял?

– Козырь, что ли? – рассмеялся охранник. – В какой там Чечне?! В златоустовской зоне ему глаз выкололи. За мухлеж картежный.

– Вот тебе раз! – изумился старлей. – Вот тебе и герой!

– Мы все такие герои, – усмехнулся сосед. – Может ты другой…

– Кстати о героях. – Тайсон повернулся. Вблизи было видно, что на лице у него еще несколько шрамов. – У тебя погоняло есть?

– Меня никто не погонял. А позывной есть – Шумахер.

– Че, типа на тачках лихо гоняешь? – усмехнулся водитель.

– Вообще-то, КМС по автоспорту.

– Кандидат в мастера, это хорошо, – сказал Тайсон. – Но «Шумахер» не годится.

– Почему?

– Во-первых, сильно длинно.

– Нормально! – возразил Шумахер. – К тому же буква «р» хорошо проходит по эфиру.

– По какому еще эфиру? – не понял Тайсон. – Нет, будешь «Шум», а «хер» нам не нужен! Иначе так тебя и прозовут. Это вторая причина. В нашем мире как человека кличут, а главное – как он откликается, так его и оценивают. Прилепят кликуху Хер – и намертво приклеится, не отцепишь! А авторитета с таким погонялом, ясное дело, не будет!

– Это точно! – захохотали телохранители. – Вся наша бригада обоссытся от смеха. А уж «Балтийцы», «Вороны» и другие над всеми нами насмехаться станут!

– Хватит ржать! – недовольно оборвал парней Тайсон. – Решили: Шум! Коротко и грозно.

Он отвернулся. Шумахер недобро посмотрел в затылок своему новому шефу, но возражать в этот раз не стал.

– А я Слон! – сказал сидевший рядом парень и показал Шумахеру левый кулак.

На каждом из пальцев, кроме большого, было вытатуировано по одной букве: «С», «Л», «О», «Н».

– «Смерть легавым от ножа» – значит, – пояснил он. – Глупость, конечно. По малолетке в колонии наколол, да так и прицепилось погоняло.

– Слышь, Слон! – не оборачиваясь, сказал Тайсон. – Завтра с утра свозишь его в бутик, выберете нормальный прикид. Такое что-нибудь, чтоб на каждый день. Типа джинсы, свитер… Не сильно навороченное берите, главное, чтобы удобное.

– Понял!

– Из зарплаты твоей потом вычтем! – это адресовалось уже Шумахеру. – Я не мать Тереза.

«Мерседес» с огромной скоростью мягко несся по шоссе, навстречу новой жизни. Или смерти. Но ночлежек и благотворительных столовых там точно быть не должно!

Подполковник Нижегородцев, позывной Вампир

Наконец-то в «пластилиновой стране», как иногда федералы называют Чечню то ли из-за грязи, то ли с намеком на что-то другое, подморозило так, что грязь замерзла даже в Ханкале.

Не прошло и получаса с момента прибытия Вампира в штаб группировки, как в кабинет начальника контрразведки постучал дежурный:

– Разрешите, товарищ полковник? Подполковника Нижегородцева вызывает генерал Свиридов!

– Быстро доложили, – усмехнулся Вампир, поставив на стол недопитую чашку чая. – Я верхнюю одежду здесь пока оставлю?!

– Да, конечно! – кивнул хозяин кабинета.

Через пять минут Вампир вошел в кабинет Свиридова. Генерал был там один.

– Подполковник Нижегородцев по вашему приказанию прибыл!

– Здравствуйте, подполковник! Присаживайтесь!

– Здравия желаю, товарищ генерал-майор!

Вампир сел за приставной стол.

– Ну, прям так уж и по приказанию?! Попросил зайти, раз сами не считаете нужным. Вы опять к нам с особыми полномочиями?

– Никак нет, полномочия обычные! Поэтому и не пришел без вызова. Посчитал, что не уровень идти сразу к командующему.

– Не скромничайте! Руководитель оперативного отдела Управления «Т» в Кавказском регионе – достаточно высокий уровень и без особых полномочий.

– Спасибо, товарищ генерал!

– Но не настолько высокий, чтобы делать что-то на моей территории за моей спиной! – продолжил Свиридов.

Вампир удивленно поднял брови, снял очки и тут же снова надел.

– Жаль, что у вас сложилось такое впечатление, – сказал он после паузы. – Хотя, как вы заметили, это и моя территория тоже.

– И ваша тоже, да. Только «двухсотых» на родину мне отправлять приходится. А вы приехали, создали здесь ажиотаж, уехали, теперь снова приехали…

– Простите, товарищ генерал, но я не очень вас понимаю.

– Перестаньте! – отмахнулся Свиридов. – В группировке бытует мнение о существовании некоей третьей силы, с которой связывают вас. И знаете, я почему-то не удивлен, что после крушения неизвестного вертолета вы оказались здесь.

– Я здесь не из-за вертолета. Хотя все, что связано с этим происшествием, меня тоже интересует. Или вы считаете, что террористы, сбившие военный вертолет, не должны меня интересовать?

– Я считаю, что имею право знать об этом происшествии все, что знаете вы!

– Вы наверняка знаете больше, чем я, – ответил Вампир. – Поверьте, я с вами искренен. У меня есть свои предположения, но пока это именно предположения, а не факты, не считаю возможным делиться с ними, чтобы не порождать новые слухи.

– Анатолий Сергеевич, – смягчил тон генерал, – я надеюсь, вы правильно поняли наш разговор?!

– Так точно, товарищ генерал! Как только мне удастся проверить свои предположения и получить конкретные данные, я сразу сообщу результат.

– Ладно, – вздохнул Свиридов. – Свободны!

Спустя час Нижегородцев уже спешил к ожидавшей его на стоянке машине, а начальник военной контрразведки в это же время вошел в кабинет Свиридова.

– Проводил гостя? – спросил генерал.

– Так точно, проводил, – кивнул полковник Витальев.

– Что он здесь вынюхивает?

– Интересовался выжившими в авиакатастрофе. Пришлось сказать, что они в местном СИЗО. Ведь врать, что я не знаю, где они, – глупо…

– Ну да, ну да, – Свиридов побарабанил пальцами по столу. – А к Бордюгову он не заходил?

– Нет, сразу к КПП пошел.

– Значит, и без прокурора знает, что ему надо, – задумчиво сказал Свиридов. – Имей в виду: он парень непростой, не смотри, что погоны всего подполковничьи. – Если раскопает что-то серьезное, то сразу в Москву сообщит, напрямую! А там знаешь что скажут? Мол, мы тут сидим и не видим, что под носом творится! А Нижегородцев приехал и все раскопал! Значит, мы с тобой бездельники и нас надо гнать с ответственных должностей!

– Так и скажут, – понурился начальник контрразведки, понимая, что скажут это в первую очередь ему, а не Свиридову. С полковников спрос строже, чем с генералов…

– Вот и работай на опережение! Сам землю рой и за ним наблюдай. Я должен знать о каждом его шаге!

– Я понял, – кивнул Витальев.

– Докладывайте в любое время!

– Есть!

Мухтарыч

– Адлан молодец, он смелый, настоящий мужчина! – Шамсутдин не скупился на похвалы – на сверстников они действуют лучше приказов и угроз. – Он в одиночку подорвал грузовик, полный кафиров…

Адлан потупился – командир преувеличивал его заслуги. Тот, наверное, тоже подумал, что слишком перехваливать бойца – это поднимать его до своего уровня, и поправился:

– Конечно, лучше бы вертолет сбить, как я… Командование фронтом этим очень довольно, значит, будут деньги, и немалые. Ну ничего, Адлан тоже внес важный вклад в наше дело. Мы с ним показали пример. Теперь нужны новые, крупные дела, чтобы почувствовали нашу силу и о нас заговорили! Но я жду предложений от вас!

Они, как всегда, собрались за гаражом Мусы. Шамсутдин говорил стоя, остальные сидели на лысых скатах, кутаясь в куртки и пальто – холодный ветер продувал до костей. Здесь же стоял принесенный Адланом второй снаряд, оставшийся от дяди Абдурахмана: толстый, тяжелый конус, излучающий страх своей скрытой мощью.

– У меня есть предложение! – встал Ильяс. Ему было двадцать лет, как и Адлану, они входили в старшую возрастную группу и конкурировали между собой, ревностно относясь к успехам друг друга.

– Говори!

– Предлагаю взорвать нашу милицию, этих предателей, прислужников кафиров!

– Очень хорошее предложение! – снова похвалил Шамсутдин. – Только не райотдел, к нему не подойдешь. Мы прокуратуру взорвем – больше шума будет. И охраны там меньше…

«Молодые моджахеды» одобрительно зашумели, поражаясь мудрости своего вожака: взорвать можно издалека и не лезть под пули. Это всем понравилось.

– Значит так, Ильяс! – продолжил самозваный амир. – Ты это предложил, тебе и задание будет: разведай, кто прокуратуру охраняет, сколько их, где у них огневые точки, вооружение какое. И где чей кабинет, чьи окна. Все, короче, подробно узнай! Помощники нужны?

– Сам справлюсь! – гордо ответил Ильяс, хотя слабо представлял, как он это все будет узнавать. Да и все остальные слабо представляли, как они взорвут охраняемую прокуратуру. Но спорить с вожаком никто не решился.

– Ладно, на сегодня все! – сказал Шамсутдин. – У меня еще важные дела есть. Расходимся! Только Адлан остается!

И когда они остались вдвоем, сказал:

– Я тут тебя перехвалил, но ты не зазнавайся: это я для примера, пусть другие тоже стараются. Между нами, ты мог взять автомат и добить раненых, там ведь не было других шайтанов, и тебе никто не мешал!

Адлан отвел глаза.

– Слушай, Шамсутдин, а когда ты в вертолет стрелял, что почувствовал?

– Ничего. Там ведь отдачи нет. Ракета засвистела и ушла. И все.

– А ты не боялся?

– Конечно, боялся! Если бы я ракету истратил впустую, мне бы отец такое устроил!

– Да я не про это… Там же люди внутри. Много людей…

– Какие люди?! – вскинулся Шамсутдин. – Шайтаны это, а не люди! Ты что, кафиров жалеешь?!

– Да нет, конечно…

– Вот то-то! Ну что, Абдурахмана, видно, не выпустят?

– Скорей всего. В тюрьму отвезли.

– Это плохо.

– Да, жалко дядю. Он все наперед видел: сказал, чтоб я обязательно надел перчатки, когда по веревке съезжать буду. А я забыл в суматохе – вот и обжег ладони… До мяса кожу содрал…

– Ладно, это ерунда! А он тебя научил, как по радио взрыв делать?

Адлан покачал головой.

– Нет, только по проводам.

– Это плохо. К прокуратуре провода не протянешь. – Шамсутдин задумался, потом повесил на плечо десантный автомат со складным прикладом. – Знаешь что? Пойдем к этому Султану. Похоже, он настоящий моджахед и опытный воин. Думаю, проверка скоро закончится и его из гаража выпустят. А пока он нам поможет из твоего снаряда радиоуправляемую бомбу сделать…

– Пойдем! – сразу согласился Адлан. В их паре он явно был ведомым.

– Только будь настороже! – предупредил командир. – Держись так, чтобы мы были с разных сторон от него.

– А что, он может напасть? – вскинул брови Адлан.

– Тогда я его пристрелю! – Шамсутдин похлопал по автомату. – У тебя есть штык или кинжал?