23 рассказа. О логике, страхе и фантазии

— Видите этого бородача в мешковатом свитере? Одет не по сезону, смотрит в пол, что-то бормочет.

— Да тут полвагона глядит в пол!

— Я не говорю, что он террорист. Просто минимизирую негативные вероятности.

— И вы не доложите о нем машинисту?

— Зачем? Я не могу выявить в метро каждого подозрительного человека. Я могу влиять только на свое собственное поведение. И вы тоже можете, молодой человек. Продолжайте жить… Вы же этого хотите?

Артем с удивлением посмотрел на него.

Поезд остановился, они вышли на платформу и дождались следующего состава.

***

Им оставалось проехать одну станцию, когда состав встал в тоннеле. Свет в вагоне моргнул, погас и снова появился, но стал заметно слабее.

— Что? Что происходит? — занервничал Артем.

— Ничего. Если бы террористы-смертники хотели взорвать бомбу, они бы сделали это на ходу. Зато посмотрите, как интересно реагируют люди.

Репортер огляделся. Кто-то из пассажиров продолжал сидеть, уставившись в пол, слушая музыку в наушниках. Другие нервно оглядывались по сторонам. Одна женщина стала рыться в сумочке, доставая целые закрома таблеток в поисках успокоительного.

— И кто из них ведет себя правильно — вы тоже знаете? — тихо спросил Артем.

— Это не важно. Если в нас сейчас врежется другой поезд, все мы примерно в равных условиях. Разве что сидящие получат меньше травм. А вот наушники я бы убрал. Иногда, услышав что-то подозрительное, можно спасти себе жизнь.

— Уважаемые пассажиры! Просьба соблюдать спокойствие, поезд скоро отправится, — раздался из динамиков уставший голос машиниста.

Попутчики заметно расслабились. Женщина убрала лекарства и даже улыбнулась Артему. Тот отвернулся:

— И сколько же жизней вы спасли? — спросил он ехидно.

— Понятия не имею. Возможно, я уже дважды спас вашу жизнь сегодня.

— Мою? — Артем криво улыбнулся.

— В первый раз, когда предложил вам встретиться в не самом людном месте. Второй раз, когда не поддался на уговоры перейти улицу в неположенном месте. Сейчас спасу в третий раз. Завяжите шнурок.

— Что?

Артем наклонился и завязал развязавшийся шнурок на правом ботинке.

— Попадет в щель на эскалаторе и — вуаля! — печально проговорил Георгий. — Простите, привычка!

Артем разогнулся. Его губы были плотно сжаты.

— Издеваетесь? Считаете себя господом Богом? — прошептал он. — Вы же сами сказали, что невозможно спасти всех! Вы… вы делаете это ради себя. И только!

— Вы абсолютно правы, молодой человек. Но если я даю людям надежду, что они доберутся сегодня с работы домой, и, добравшись, они запирают за собой дверь и облегченно вздыхают, может быть, я выполнил свое предназначение. Разве не об этом будет ваша статья?

— Что вы знаете о предназначении… — процедил Артем. — Все это — дешевые фокусы. Никакой вы не спаситель! Вы не боитесь ответственности? Не боитесь, что если сами погибнете в теракте или в аварии, вы всех разочаруете. И страха будет еще больше.

Вагон тряхнуло, и поезд двинулся дальше.

— Больше страха, чем сейчас, уже трудно представить! — покачал головой Георгий Иванович. — Но есть кое-что, о чем я вам еще не рассказал. Это самое главное.

В глазах Артема промелькнул интерес.

— Что же это?

— Если угодно, секретный ингредиент. Я вам покажу.

Двери поезда открылись на станции «Царицыно», и Георгий Иванович резво выскочил из вагона. Артем поспешил за ним, но поток входящих пассажиров на минуту задержал его.

— Что же вы копаетесь, молодой человек! — крикнул впереди его спутник. — Идем же!

Артем выбрался из вагона и поспешил за Георгием, который уже поднимался по эскалатору, довольно резво продвигаясь по ступеням.

— Хорошая спортивная форма — еще один ключ к выживанию! — крикнул он сверху. — Но это не то, что я хочу вам показать!

Артем, чертыхаясь, поспешил вверх по лестнице за проворным стариканом. Выходя с эскалатора, он споткнулся — шнурок на левом ботинке тоже развязался.

— Ч-ч-черт… — пробормотал Артем. — Да куда ж ты…

Выскочив из метро, он завертел головой. Георгий Иванович двигался сквозь толпу по направлению к недостроенному зданию через дорогу.

— Эй! Стойте! Редакция в другой стороне! — крикнул Артем. Его спутник и не подумал останавливаться. Он поднырнул под заградительную ленту «Не входить» и скрылся в здании.

Репортер осмотрелся. Раньше тут планировался очередной торгово-развлекательный центр, но, когда регулярные теракты подкосили бизнес, он так и остался недостроенным. Входить сюда не казалось безопасной идеей — тут вполне могли быть бомжи, наркоманы или кто похуже.

Поднырнув под желтую ленту, Артем углубился внутрь здания.

***

— Эй! Георгий Иванович? Вы меня слышите? — Артем бродил по пустым коридорам, как по лабиринту. — Что вы хотите показать?

— Вопрос в том, что вы мне хотите показать, молодой человек, — раздалось у него за спиной.

Артем медленно повернулся. Поставил сумку между ног.

— Уф… Ну вы и прыткий, дед. Что у вас тут? Штаб, как у Бэтмена, откуда вы ведете наблюдение за городом?

Георгий Иванович покачал головой.

— Тогда… В чем же ваш секрет?

Ученый развел пустыми руками.

— Нет никакого секрета, Артем. Мне просто нужно было увести тебя подальше от людей.

— Что… что вы хотите сказать?

— Я хочу сказать, что, когда вы закрыли глаза в кафе, я заглянул в ваши вещи. Или вы считаете, что журналисты часто берут с собой на интервью сумки таких размеров, особенно когда планируют пройтись пешком?

Артем замер, вглядываясь Георгию Ивановичу в глаза. Потом медленно захлопал в ладоши.

— Ах, старый черт! А ты молодец! Уважаю.

Он нагнулся и расстегнул молнию на сумке. Оттуда показался моток проводов и край самодельной бомбы.

— Из каких ты будешь? — спокойно спросил его Георгий Иванович. — Во что веришь? С кем борешься?

— С тобой! — словно выплюнул Артем. — Мне противны такие, как ты. Уверенные в себе. Напыщенные. Верящие в свою исключительность. Гребаные спасители, которые не могут спасти даже себя!

— А… — разочарованно протянул ученый. — Я думал, ты из группировки посолиднее. А ты… одиночка!

— Все недооценивают одиночек! — выкрикнул Артем. — Все верят, что есть причина. Есть единый центр. А нет никакого центра. Нет смысла. Я это и хотел всем доказать!

Он вынул из кармана ручку, нажал на кнопку три раза и оставил ее нажатой:

— Когда я отпущу, бомба взорвется. И все узнают, что никакой ты не спаситель, а такой же таракан, как все остальные.

— Все, как у Хичкока! — заметил Георгий Иванович.

— Что?

— Альфред Хичкок говорил, что если снять сцену в поезде, в конце которой взрывается бомба — это плохое кино. А вот если зрители заранее знают, что в чемоданчике бомба, тогда…

Он снова развел руками, улыбнулся. Потом посерьезнел.

— Давай, взрывай.

Артем опешил.

— И… вы не попытаетесь остановить меня?

Ученый покачал головой.

— А если в этом здании есть люди?

— Они сами будут виноваты… написано же на ленте: «Не входить». Не нужно быть экспертом по выживанию, чтобы это понять.

— И вам… вам не жаль собственной жизни?

— А вам, Артем? Вам своей не жалко?

— Пытаетесь меня разжалобить?

— Нет. Не пытаюсь.

Георгий Иванович помолчал.

— Не знаю, что вы сделали с настоящим Артемом из газеты, но вы никудышный интервьюер. Даже не задали мне стандартные вопросы. Ну, например, о семье.

— Что?

— О моей семье… — голос ученого задрожал. — Я давно вдовец, а вот мой сын… Семья моего сына разбилась на Кутузовском месяц назад. Никакого терроризма. Просто не справился с управлением. На том самом месте, на котором за день до этого разбилась другая машина. Закон парных случаев.

Георгий Иванович закрыл лицо руками. Когда он убрал ладони, они были мокрыми.

— Я учил сына как мог. Всему, что знаю сам. Он был хорошим. Умным. Добрым. И его жена. И мои внуки: Сережка и Маринка. Они просто… просто умерли… И люди умирают каждый день. В эту самую минуту. И я ничего не могу с этим поделать.

Артем нахмурился:

— Так ты знал, что я пришел убить тебя, и отвел меня в безлюдное место?

В ответ только короткий кивок.

— Потому что ты больше не хочешь жить.

Снова кивок.

— Твою мать…

Артем дважды кратко нажал на кнопку на ручке и сунул ее в карман.

— Так будет даже лучше. Спец по спасению не смог спасти собственную семью и позволил себе попасться в лапы террористу. Отличная история.

Он сплюнул на грязный пол, поднял сумку и пошел прочь. Он прошел три шага.

— Молодой человек… — мягко сказал за его спиной Георгий Иванович.

Артем медленно повернулся.

Георгий стоял, распахнув свой плащ, демонстрируя закрепленный на животе пояс смертника.

— Избегайте людей, одетых в мешковатую одежду не по погоде, — процитировал он. — Азбучная истина.

— Но… Что?.. — прошептал Артем.

— В наше время найти в продаже такую штуку проще, чем билеты в оперу, — усмехнулся Георгий Иванович. — Учитывая, что театры уже лет пять как закрыты.

— Зачем… зачем вы это носите? — растерялся Артем. — Вы же… вы же…

— Какой? Нормальный?

— Вы же типа людей спасаете!