Лигранд. Империя рабства

— Ты знаешь, сколько надо шить костюм?

— Симара, дай хотя бы пыль смыть, — вздохнул я.

— Чистюля. Ладно. Сто ударов сердца и ты должен быть в карете.

Женская страсть к шопингу вообще и заказу тряпочек для меня в частности это что-то. Я половину слов, которыми обменивались Симара с портным и его голубопечатной помощницей, не понимал. Благо, что от меня требовалось лишь моё тело для замеров и выбор цвета, причём частично. То есть я говорил — зелёный, а Симара добавляла с салатовыми вставками. Судя по обсуждению, заказывали мы сразу с десяток костюмов, не меньше. В число заказываемых входили: три бальных, охотничий и даже домашний. А то я в старых дома не могу походить. За эту высказанную вслух мысль я получил от сестры гневный взгляд и целую проповедь о том, что лигранд, даже дома должен ходить в подобающем костюме — а вдруг неожиданные гости?

Где-то в середине обсуждения я не вытерпел и сообщил, что буду в харчевне напротив, так как от меня всё равно ничего не зависит. Правда для этого пришлось ещё и отвести сестру в сторонку, чтобы, стесняясь, попросить денег, так как свой кошелёк с жалкими двумя башками я оставил в комнате.

Харчевня, как харчевня, то есть как трактир. В зале не многолюдно. Двое купцов за дальним столиком что-то обсуждали и молодой человек, занявший ещё один угол. Есть ли у него перстень я рассматривать не стал. Заказав бокал, вернее кружку вина, так как после обеда дома, на котором присутствовал данный напиток, чего-то другого не хотелось, я присел напротив единственного окна, разглядывать проезжающие мимо экипажи и кареты.

— Забавно со стороны смотреть, как другие куда-то торопятся. У каждого свои заботы и дела, — раздался голос сбоку. — Извините, прервал ваше уединение. Позвольте представиться, Харитсшорт.

— Лигранд Элидар, — кивнул я не вставая.

Ну, во-первых, он без титула, а во-вторых, сам стоя начал разговор, да и не совсем по этикету навязывать знакомство.

— Разрешите, присяду.

— Да, конечно.

Молодой человек был примерно моего возраста. Жгучий брюнет с худощавым аристократическим лицом. Насчёт «без титула» я, пожалуй, ошибся. На указательном пальце сиял перстень с маленьким прозрачным камешком, вокруг которого словно расходились круги. Тотус как-то начинал говорить, что такие перстни есть, но рассказать, кому принадлежат, не успел — близнецы перебили, а потом как-то забылось.

— Извините за назойливость лигранд Элидар, я просто не так давно в Якале и хотел бы спросить, нет ли где поблизости игрального дома?

— Вы знаете, я не смогу вам подсказать, так как можно сказать сам здесь первый день, но слышал, что у рынка есть.

— А откуда вы лигранд Элидар?

Какой назойливый юноша.

— Недавно приехал из Ививиатского локотства. Интересный у вас перстень Харитсшорт.

И пока я произносил эту фразу, до меня стало доходить..., что имя собеседника не Харитсшорт, а Шорт. А то, что я принял за первую часть имени... это Harrits, то есть маг!

— Я понимаю, что не очень красиво выказывать то, что я маг, но дело в том, что я не так давно закончил обучение и в городах никогда не был. А поскольку я наслышан о том, что бывают вызовы на дуэль, то не очень бы хотелось наносить кому-то ранения. Говорят, это происходит со всеми белокаменными абсолютно, поэтому первое время я решил не снимать кольцо мага и представляться по титулу. Это, правда приносит некоторые неудобства, и я подумываю снять его.... Вы наверно первый кто со мной нормально разговаривает.

Несколько заискивающий тон молодого мага сбавил моё напряжение. А я напрягся. Ещё как. Столько слышать о том, что магов все боятся, а мне тем более надо остерегаться, и встретиться с этим демоном во плоти, вот так вживую....

— А может, вы составите мне компанию лигранд? — неожиданно предложил он мне.

М-да, пожалуй, он не зря не снимает кольцо. Мы знакомы несколько минут, а он уже ко мне без имени обращается. Пусть лучше боятся, чем грубят.

— К сожалению, я здесь ожидаю сестру, она у портного. После чего должен сопроводить её домой. А «белокаменный» это по кольцу? — проявил я догадливость, ну и перевёл направление разговора.

— Да, — парень смутился. — Это между собой мы так называем.

— А какие ещё бывают?

— Бывают с зелёными камнями, это кольцо я получу, после того как три года отработаю под руководством более опытных и ещё красными, — скороговоркой оповестил меня маг. — Я вернусь через пять ударов, — он сходил до своего стола и принёс свою бутылку вина, жестом предложив мне.

Отказываться я не стал. Мы довольно мило побеседовали, вернее я послушал Шорта, узнав, что цветовая дифференциация магов неофициальна и лучше мне их не называть по цвету. В миру каждый из них просто маг. Ага, просто. После первой Шорт заказал ещё одну бутылку, но я отказался, сославшись на необходимость иметь трезвый разум, поскольку сопровождаю даму. В действительности же боялся, что ослаблю контроль над зрением. Пока мы беседовали несколько раз заходили посетители, но практически сразу исчезали.

— А вообще Элидар, если будет время, заходи, и мы вместе куда-нибудь сходим. Я живу рядом, в гостевом доме Лукаса, — взгляд мага при этих словах смотрел куда-то мне за плечо.

— Обязательно зайду, — я повернул голову, чтобы посмотреть, что же увидел мой собеседник.

За спиной стояла сестра. Я встал.

— Познакомься, — это моя сестра Симара. — Это маг Шорт.

— Можно не официально, просто Шорт, — соскочил парень.

Симара улыбнувшись, присела в книксене.

— Я вынужден покинуть тебя, — я склонил голову.

Не смотря на то, что мы перешли на «без титулов», вернее Шорт сначала перешёл, а потом предложил, правила приличия при расставании я решил соблюсти.

— Конечно Элидар, — он вежливо кивнул, разрешая нам идти.

Как-то я вот не очень себя чувствовал, отпрашиваясь у собеседника. Дурное правило. В особенности если ты являешься менее знатной персоной.

Сестре, если и не понравилось моё знакомство, то она не показала вида. Почти не показала.

— Ты совсем не изменился, всего на сотню ударов сердца оставила, а ты уже....

Что уже я переспрашивать не стал, переведя Симару на разговор о костюмах.

— Он сам подошёл, — оправдывался я перед отцом, словами «не виноватая я».

Кабинет отца подозрительно был похожим на кабинет деда.

— Вопрос не в знакомстве, я хотел переговорить с тобой о взгляде.

— Две осьмушки могу сдерживать свободно. Четыре-пять — напрягаться приходится. На шести раскрывается, — понял я беспокойство отца.

— Это хорошо, что ты осознаёшь. Пока держись от него подальше, я приглашу одного знакомого, он проверит тебя.

— Я собственно не собирался поддерживать с ним знакомство.

— Вряд ли у тебя получится. Тебя будут приглашать практически на все рауты. Он тоже там окажется — слишком заметная фигура в локотстве — новый маг, пусть и на три зимы.

— Откуда ты знаешь?

— Я грандзон и такие вещи не проходят мимо меня.

Отец, кстати, был довольно важной фигурой заведующей поставками товаров для локотских нужд, то есть от сена, до противозачаточных средств. Никакого юмора, так дед объяснил. Должность отца была по значимости четвёртой в локотстве после локота и двух его плеч — казначея и воеводы. Собственно именно о противозачаточных, вернее о том действе, для которого они нужны и пошёл наш дальнейший разговор.

— Я позвал тебя не для разговора о маге, уверен, Пионат тебе объяснил всю опасность общения с ними, я хочу предостеречь тебя от... получения удовольствия с ларами. Точно знаю, дед тебе такого не говорил, он считает... вернее верит в любовь, не смотря на его зимы. Он очень любил мою мать. Я не против чувств, но они бывают мимолётны, поверь моему опыту. Теперь о ларах. Некоторые из них могут действовать не по велению страсти, а по обстоятельствам и поверь, с тобой это будет происходить часто, поэтому вот, — отец положил на стол маленький кожаный мешочек. — Это мазь, для того чтобы не было детей и болезни не передавались, но у неё есть ещё одно назначение — она начинает светиться, если соприкасается с магией. Это важно. Тебя обязательно попытаются соблазнить, и если вдруг будет свет, не раздумывай — прекращай.

Мне начинала нравиться жизнь в «большом» мире. Если меня будут регулярно соблазнять, разумеется.

— А если Лара сама магическую мазь для предотвращения беременности использует?

— Тут головой думай. Такое тоже может быть. Не давай своими мазями пользоваться.

Лекця отца о половых отношениях длилась ещё минут пять. За это время я успел узнать много интересного. Например, что восстановить девственность плёвое дело — любой алтырь за полимпериала сделает. Узнал, что магией через это дело можно и привязать, и импотентом сделать, и даже отравить. После всего этого захотелось в монастырь уйти, чтобы целее быть.

Следующее утро я попытался начать как обычно, то есть с пробежки, но наткнулся за домом на брата, раздетого по пояс и поднимающего над головой здоровое полено. Я присоединился к нему. Корндар отбросил полено и указал на глиняный горшок:

— Намажься.

— Зачем?

— Намажься, намажься, — ухмыльнулся он. — И вон из той бутылки два глотка сделай.

Я понюхал мазь. Пахнет приятно.

— Ты мне лучше объясни сначала зачем.

Брат вместо слов подошёл к беседке и, ухватившись за низ одного из углов, приподнял его чуть не на метр, наклонив скрипнувшее сооружение.

— Ты так же через зиму сможешь, — брат стал опускать обратно беседку.

— Корн! — раздалось из окна второго этажа. — Я за неё полтора империала заплатил. Сломаешь, заставлю такую же сделать.

Я приветственно помахал отцу. Он мне свободной рукой в ответ, во второй у него была кружка отвара.

— Хорошая мазь. Не бойся, — улыбнулся отец. — Только никому не говори, что ты ей мазался.

— Почему?!

— Она не совсем для этого. Корн объяснит.

— Мажься давай, — буркнул недовольно брат.

— А в бутылке что?

— Там эликсир, чтобы кости крепче были.

— А почему не говорить никому? — я поднимал полено напротив брата.

— Это женская мазь, — на выдохе произнёс Корндар.

Я бросил полено.

— Зачем она им?

— Ну-у-у... живот мажут, чтобы как у балесс был. А я у Симары как-то взял и гораздо быстрее мышцы крепчают, — Корндар откинул своё полено.

— А почему не говорить никому?

— Эта мазь не совсем для живота.

На ступенях встретились с отцом.

— Вымойтесь. Оба. От вас балессами пахнет.

— Почему балессами? — на подходе к купальне спросил брата.

— Эта мазь для балесс.

— Это не из-за неё они живут недолго?

— Нет, — брат стал стягивать штаны. — Живут они недолго, потому что после тридцати зим они не нужны никому, а содержать глупую куклу, которая не умеет ничего кроме танцев и постельных утех тоже никто не хочет. Маги специально им сокращают жизнь.

— А балессам то, что мазать?

Брат не ответил.

— Цветок?

— Ну да. Вот как-нибудь поедем в Дуварак и я тебя свожу в дом лары Ваины, там такие балессочки. М-м-м, — брат уводил в сторону разговор. — А как обхватывают корень!

— А разве потом их не будет хотеться? — я полился ковшом.

— Их невозможно не хотеть. Но лара Ваина как-то смогла договориться с орденом Гнутой и они убрали магическое привыкание, так что не бойся.

После завтрака Корндар позвал меня с собой обговаривать условия аренды здания под производство. Само здание я не видел, так как оно находилось за городом, так что просто побыл статистом. Условия аренды Корндара не удовлетворили, из-за чего он очень расстроился. С его слов это было единственное подходящее помещение с готовым водяным колесом.

— А что ветряные? — спросил я его, вставляя ногу в стремя.

Отец на карете уехал, и нам пришлось воспользоваться верховыми.

— Тогда дороже обходится. Ветер не всегда есть и в безветренную погоду рабочие и рабы будут бездельничать.

— Поставить две ветряка или три. Заготовку проводить пока ветер, а изготовление в остальное время.

— Это же всё деньги. Кроме того, при изготовлении бумаги очень много воды надо.

— А что земля рядом с рекой не продаётся?

— Купить можно, но налоги будут брать как с полноценного балзонства — весь доход уйдёт. Пойдём в игорный?

— Пошли.

Игорный дом, это не казино, хотя зачатки такового имелись. Игорный происходит от слова флиртовать, то есть заигрывать. Это скорее фешенебельный ресторан для богатеньких деток. Только на входе по две башки за каждого отдали. В коридоре мы столкнулись с лиграндом Нимуиром, который указал нам, где найти лару Исину и лару Таиту. Девушки вместе с Ганотом, безтитульным молодым человеком, на полголовы превышающим меня по росту, катали шары в большом зале. Мы присоединились к ним, причём взгляд Ганота говорил о том, что он не в восторге от нашего присутствия. Я играл на стороне Исины и Ганота, а Корндар на стороне Таиты и вернувшегося Нимуира. Игра не очень замысловата и служила скорее поводом собраться вместе. После пары незначительных вопросов разговор повернулся в сторону предстоящего приёма.