Джек Ричер, или Без второго имени (сборник)

– Вот, пожалуйста, – сказал парень.

Нет, он не был дураком.

– Спасибо, – тем не менее поблагодарил Ричер. – Я очень это ценю.

– Приятного аппетита, – сказал парень.

Но Джек не получил удовольствия. Пирог оказался невкусным, а кофе – некрепким.

* * *

Через час пришел другой полицейский, чтобы забрать пустую посуду. Ночная смена.

– Мне нужно поговорить с детективом Аароном, – сказал Ричер.

– Его здесь нет, – ответил новый полицейский. – Он ушел домой.

– Верните его. Прямо сейчас. Это важно.

Полицейский не ответил.

– Если он узнает, что я просил тебя его вызвать, но ты ему не позвонил, он надерет тебе задницу. Или отберет значок. Я слышал, что у вас проблемы с бюджетом. Вот мой тебе совет: не давай ему повода.

– О чем речь?

– Еще один трофей в коллекцию.

– Ты намерен сделать признание?

– Может быть.

– Ты – заключенный штата. А мы – округ. Для нас не имеет значения, что ты сделал.

– Все равно позвони ему.

Полицейский не ответил. Просто унес поднос и закрыл за собой стальную дверь.

* * *

Тем не менее он позвонил, потому что Аарон появился через девяносто минут. Примерно в середине вечера. Он был в том же костюме. Ричер не заметил в нем нетерпения или раздражения. Детектив оставался совершенно спокойным. Ну, возможно, присутствовала некоторая толика любопытства.

Аарон посмотрел сквозь прутья.

– Чего ты хочешь? – спросил он.

– Поговорить о деле, – ответил Ричер.

– Оно находится в ведении полиции штата.

– Вовсе нет, если речь идет об обычном ограблении.

– Ограбление тут ни при чем.

– И ты в это веришь?

– Вполне правдоподобный способ избавиться от слежки.

– А как относительно меня в качестве второго тайного соучастника?

– Тоже вполне правдоподобно.

– Тогда речь идет о настоящем чуде согласования действий. Тебе не кажется? Ровно в нужном месте и в нужное время.

– Ты мог ждать там несколько часов.

– Неужели? Что говорят свидетели?

Аарон не ответил.

– Проверь время по записи, – продолжал Ричер. – Мы с тобой разговариваем. Представь себе последовательность нашей беседы. Я заинтересовал Дилейни, когда он что-то услышал.

Аарон кивнул.

– Твой адвокат передала мне твои выводы. Бездомный козел отпущения. Тогда твои слова меня не убедили, не убеждают и сейчас.

– Даже на уровне обоснованного сомнения?

– Я – детектив. А обоснованное сомнение – это для присяжных.

– И ты будешь доволен, если невиновный человек попадет в тюрьму?

– Невиновный или нет, решают присяжные.

– А если меня оправдают? Тебе хотелось бы, чтобы твое дело сгорело у тебя на глазах?

– Это не мое дело. Им занимается полиция штата.

– Послушай запись еще раз. Время на исходе, – сказал Ричер.

– Я не могу, – ответил Аарон. – Записи не существует.

– Но ты сам сказал мне, что наш разговор записывается.

– Мы – полиция округа. Нам нельзя записывать допрос, который ведет полиция штата. Не наша юрисдикция. Так что запись была остановлена.

– Это произошло до того. Во время нашего с тобой разговора.

– Та часть исчезла. Она стерлась, как только запись остановили.

– Стерлась?

– Всякое случается.

– Кто нажал на кнопку «стоп»?

Аарон не ответил.

– Кто? – снова спросил Ричер.

– Дилейни, – ответил Аарон. – Когда он занял мое место. Он извинился. Сказал, что незнаком с таким оборудованием.

– И ты поверил?

– Почему нет?

– Ты уверен, что это произошло случайно? Уверен, что они не пытаются сделать из дерьма конфетку? Уверен, что они не заметают следы?

Аарон молчал.

– И ты никогда не видел, как случаются подобные вещи? – спросил Ричер.

– Что ты хочешь от меня услышать? Он – мой коллега, полицейский.

– Как и я.

– Ты им был – когда-то. Теперь ты просто случайный прохожий.

– Наступит момент, и ты станешь таким же. Ты хочешь, чтобы все годы твоей службы отправились псу под хвост?

Аарон не ответил.

– В самом начале ты сказал мне, что присяжные не любят, когда показания дают полицейские. Почему? Присяжные так часто ошибаются?

Никакого ответа.

– Неужели ты не помнишь, о чем мы с тобой говорили?

– Даже если б я смог вспомнить, мое слово будет против слова полицейского штата. И речь ведь не шла о явной улике, не так ли?

Ричер ничего не сказал. С минуту Аарон смотрел на него сквозь решетку, а потом ушел.

* * *

Джек лежал на спине на узкой кровати, приподнявшись на локте и опираясь головой на собственную ладонь. Проверь время по записи. Он мысленно повторил все, что помнил из своего первого разговора с Аароном. В зеленой, похожей на бункер комнате. Свидетельские показания. Преамбула. Имя, дата рождения, номер социального страхования. Потом адрес. Отсутствие постоянного жилища и так далее, и тому подобное. Он представил, как их разговор слушает Дилейни. Маленький громкоговоритель в другой комнате. Иными словами, вы бездомный, сказал тогда Аарон. Дилейни это слышал. Четко и ясно. Сколько времени требуется, чтобы увидеть шанс и вмешаться в допрос?

«Слишком долго», – подумал Ричер.

Потом последовала какая-то избыточная чепуха про ПТСР и 110-е подразделение военной полиции и длительная торговля относительно пользы или вреда его показаний; наконец, сами показания – осторожные, сдержанные, логически последовательные, детальные, четкие и неспешные. И личная беседа. Она началась после того, как вышел Буш. Предположения, подтвержденные семантическим анализом. Вы сказали: «Большое спасибо, что вы помогли нам в этом деле». И так далее. Лапша, которую вешали ему на уши. Все вместе заняло около семи минут. Или восьми. Может быть, девяти.

Или десяти.

Слишком много времени.

Дилейни отреагировал на что-то другое.

На то, что он услышал позднее.

* * *

Когда часы в голове Ричера показали десять часов, из коридора за стальной дверью послышались тяжелые шаги. Дверь распахнулась, и вошли люди. Сразу шестеро. Разная форма. Полиция штата. Сопровождение арестанта. У них были аэрозоли «Мейс», перцовые баллончики и электрошокеры на поясах. Наручники и ножные кандалы на тонкой цепочке. И они знали свое дело. Ричера заставили встать спиной к прутьям и высунуть руки наружу через специальное отверстие для передачи подносов с едой. Ему сковали запястья, затем один из пришедших присел на корточки, просунул руки сквозь прутья и надел на Ричера ножные кандалы – в точности как он сам наливал себе кофе, только наоборот. Затем охранники пристегнули цепочкой ножные кандалы к наручникам. И только после этого открыли дверь в камеру. Джек двинулся вперед, делая маленькие шаркающие шаги, потом они остановились возле столика и вытащили его вещи из шкафчика. Паспорт, банковскую карточку, семьдесят долларов и семьдесят пять центов мелочью и шнурки. Все вещи сложили в конверт цвета хаки и заклеили его.

Ричера вывели из камеры – трое впереди, трое сзади. Они прошли по коридорам с низкими бетонными потолками и направились к парковке. Там их дожидался серый школьный автобус с решетками на окнах, припаркованный рядом с разбитым внедорожником. Джека втолкнули внутрь и посадили на скамью в задней части автобуса. Других пассажиров не было. Один полицейский сел за руль, остальные пятеро уселись впереди.

До Уоррена добрались перед полуночью. Тюрьма была видна с расстояния в милю, из тумана выступали яркие полусферы фонарей. Автобус остался стоять перед воротами в свете прожекторов, дизельный двигатель продолжал работать на холостых оборотах, потом ворота открылись, и автобус заехал внутрь. И снова остановился перед вторыми воротами. Наконец водитель заглушил двигатель перед железной дверью с надписью «Приемка заключенных».

Ричера провели в нее, потом они свернули направо на Y-образном перекрестке к камерам предварительного заключения для арестованных, которые еще не прошли суд. С него сняли наручники и ножные кандалы. Вещи в конверте цвета хаки приняли по описи, после чего ему выдали белый комбинезон и синие тапочки для душа. Затем его завели в камеру, очень похожую на ту, что он покинул. Дверь закрылась, щелкнул замок. Эскорт ушел, а еще через минуту свет погас, и весь блок погрузился в шумную и тревожную темноту.

* * *

Свет снова загорелся в шесть утра. Ричер услышал, как охранник в коридоре открывает одну дверь за другой. Со временем он добрался и до камеры Джека. Это был неприятный мужчина тридцати лет.

– Отправляйся за завтраком, – сказал он.

Завтрак проходил в большом помещении с низким потолком, где пахло вареной едой и дезинфицирующими средствами. Ричер занял очередь за двенадцатью другими арестантами. Парня в черной толстовке среди них не было, и Джек решил, что он все еще в Бангоре, в Управлении штата по борьбе с наркотиками. Может быть, он заговорил, может быть, нет. Ричер получил полный половник желтой массы – возможно, это был омлет, который подавали на ломте того, что, возможно, называлось белым хлебом, – а также чашку из меламина, наполовину наполненную тем, что, возможно, считалось кофе. Или водой, оставшейся после вчерашнего мытья посуды. Джек сел на скамью за свободным столом и принялся за еду.

Остальные обитатели тюрьмы были самыми разными, но по большей части они казались нервными и незаметными. Задняя часть мозга Ричера автоматически оценила возможную опасность и пришла к выводу, что ему не о чем беспокоиться, если только болезни зубов не заразны.

После завтрака их собрали для обязательной часовой прогулки. Двор для арестованных был совсем небольшим, примерно размером с баскетбольную площадку, и от основного населения тюрьмы его отделяла высокая проволочная ограда с воротами с засовом, но без замка. Охранник, который привел их, занял пост перед воротами. У него за спиной начинался бледный весенний восход.

Бо́льшая часть двора была заполнена сотнями мужчин в комбинезонах другого цвета. Они бродили по двору, собираясь в группы. Некоторые выглядели доведенными до отчаяния. Один, огромный парень ростом за два метра и весом заметно больше ста килограммов, походил на карикатурного лесоруба штата Мэн; не хватало только клетчатой шерстяной рубашки и двустороннего топора. Он был крупнее Ричера, что являлось статической редкостью. Великан находился по другую сторону ограды и смотрел на Джека, который не стал отводить взгляда. Глаза в глаза. Парень подошел ближе. Ричер продолжал смотреть.

В тюрьмах существуют опасные неписаные правила. Если ты отводишь взгляд, то ступаешь на скользкий путь. Слишком покорно. Лучше с самого начала установить иерархию. Человеческая природа. Ричер знал, как работают эти вещи.

Парень остановился перед самой оградой.

– Ты на кого смотришь? – спросил он.

Стандартный гамбит. Древний, как горы. Джеку следовало испугаться и ответить: «Ни на кого». Тогда парень спросит: «Ты назвал меня никем?» И с этого момента ситуация станет только хуже. Таких вещей лучше избегать.

Именно по этой причине Ричер сразу ответил:

– Я смотрю на тебя, придурок.

– Как ты меня назвал?

– Придурком.

– Ты – труп.