Ислам. Прошлое и настоящее

Первое — все Посланники имели человеческую сущность, не обладали божественными атрибутами и не являлись «сыновьями Божиими». Пророческая традиция передает, что Пророков было великое множество, указывается число 120 000 и говорится, что знание о них не дошло до нас. Когда кто-либо берется выносить суждение о ранних религиях, следует быть очень осторожными и помнить об ограниченности нашего знания. В Коране четко упоминаются 25 Посланников и Пророков. Наиболее выдающиеся среди них Ной, Авраам, Моисей, Иисус и Мухаммад, которые выделялись своим терпением и стойкостью. Вера в их миссию означает признание, что они несли зерно истины, несмотря на несогласие с некоторыми принципами, не говоря уж о ритуальной практике и организации общества. И последний, самый важный постулат: Посланников можно воспринимать как образец для подражания, но ни в коем случае нельзя придавать им статус святости или слепо поклоняться. Они были людьми, которых Господь послал, чтобы помочь другим приблизиться к Нему. Именно об этом заявил Абу Бакр, ближайший сподвижник Мухаммада и первый халиф, когда Пророк умер. Он сказал, что тот, кто любил Мухаммада, должен осознать, что Пророк мертв, только Всевышний — Вечно Живой и только Он достоин поклонения. Мы должны научиться любить Пророков, особенно последнего из них, но отчетливо разделять два понятия: человеческое и божественное, преходящее и вечное.

Понимание того, что Мухаммад стал последним из Посланников Божиих, означает, что вся череда пророчества завершилась. Тех, кто появился позднее, можно назвать любимцами Господа (аулийя Аллах), они поднялись (или были подняты) на очень высокую ступень благодаря своей искренности и глубокой духовности, но ни при каких обстоятельствах этих достойнейших людей нельзя приравнивать к Пророкам или канонизировать. Точно так же, согласно хадису Пророка, в каждом столетии появляются ученые-реформаторы, чтобы помочь общине верующих обновить религию: «Поистине Господь посылает в начале каждого столетия того [ученого или несколько ученых], кто обновляет дела этой религии для общины»[28]. Такие ученые-реформаторы вносят коррективы в понимание Послания, продолжая работу Посланников, вдыхая новую жизнь в Откровение, придавая ему энергию. В шиитской традиции роль толкователей и хранителей Послания играют имамы. Несмотря на то, что подобные люди в определенных социальных и политических течениях иногда бывают излишне почитаемы, их статус никоим образом нельзя сравнить со статусом Пророков.

Судный день

Эта жизнь не более чем путешествие, а смерть лишь промежуточная стация пути, конечный пункт которого — возвращение к своему Господу. Одной из основ мусульманского вероубеждения, как и других религий монотеизма, является вера в жизнь после смерти. Земная жизнь — дар Божий и экзамен, каждый человек будет судим согласно своим делам и намерениям в этой жизни: «Ни одна душа не понесет чужого бремени. Затем вам предстоит вернуться к вашему Господу» (6:164). После смерти тело подлежит погребению в землю (кремация в исламе запрещена), и далее религиозная традиция говорит о нескольких стадиях: в могиле умершему будут заданы вопросы о его Господе, его религии и Пророке, в могиле же может последовать и наказание, период ожидания наступления Судного дня и место обитания душ в это время — барзах и наконец сам Судный день, когда решается судьба каждого, попадет ли он в рай или в ад.

Верующие осознают, что по возвращении к своему Создателю они будут держать ответ за то, как прожили земную жизнь. Коран неоднократно повторяет, на что должны надеяться люди и каким знанием обладать: Суд Господень будет справедлив, ибо Он и есть высшая справедливость, и милостив, ибо Он и есть высшая милость — Милостивый и Сострадательный (Рахман). Концепция Бога и смерти в исламе определяет концепцию жизни: лишь сам человек несет ответственность за свои поступки, и земная жизнь не последняя. Спасение зависит не только от справедливости Божией, но и от Его милости и любви.

Судный день должен скорее напоминать людям об их ограниченности и зависимости от Бога, потребности в Его любви и милости, нежели внушать постоянный страх последствий своих ошибок. Сущность Судного дня не поддается точному определению. Милость Божия, Его прощение, Его сострадание также безмерны. Трагедия человека, который своими действиями преступил Божии законы, а Господь ведет счет всем делам, всегда смягчается надеждой на прощение Милостивого и Кроткого. Есть нечто иное, большее, чем тоска по раю, что даруют как награду за благочестие и справедливость и на что верующие могут максимально надеяться в следующей жизни. Это напрямую связано с любовью к Всевышнему, которую они взращивали в своих сердцах здесь, на земле: всегда находиться рядом с Ним, лицезреть Его и вечно пребывать под сенью Его милости.

Предопределение

Господь всеведущ, Он вне прошлого, настоящего и будущего. Его знание объемлет все и вся, включая судьбу каждого человека. Вера в Божие волеизъявление (када) и его решение (кадр) — эти два центральных понятия лежат в основе концепции предопределения, еще одного столпа исламской веры. Это вероубеждение имеет три следствия, которые затрагивают непосредственно концепцию Бога и человека. Во-первых, Бог есть абсолют, его знание охватывает пространство и время, его власть выше человеческого понимания. Во-вторых, существует огромная разница между божественным порядком вещей и рациональной человеческой логикой, это несравнимые величины. Человек никогда не сможет достичь абсолютного знания. В-третьих, Господь, в своей высшей воле и в своем решении никогда не отсутствует, Он всегда есть и слышит наши молитвы.

Следствия этого столпа веры имеют для человека фундаментальное и далеко идущее значение. Необходимо признать, что знание Божие абсолютно, а человеческое относительно, и потому уметь принять волю Божию и Его решение с присущим интеллектуальным и духовным смирением. Кроме того, человек должен оставаться на своем уровне и не пытаться поставить себя на уровень Бога. Предопределение является предметом диспута среди теолого-философов, как и понятие свободы, свободы воли и детерминизма. У суннитских и шиитских ученых множество чрезвычайно сложных трудов на эту тему. В мусульманской традиции есть и строгие приверженцы свободы воли, известные как кадариты (последователи школы мысли, согласно которой превалирует свобода воли), и ярые защитники детерминизма, которых называют джабриты (или джахмиты, последователи детерминистской школы мысли). Дистанцируясь от философских диспутов, суннитские и шиитские ученые-правоведы в понимании этой концепции стремятся неукоснительно придерживаться основ религии. Существует много трактовок мельчайших деталей, но при этом остаются незыблемыми четыре основных принципа: 1) Господь всесилен и всеведущ в том, что касается человеческих судеб; 2) людям недоступно божественное знание и не следует пытаться постичь божественный порядок, он вне рационального разума; 3) человеку не дано знание предопределения, поэтому он свободен, должен этой свободой пользоваться и нести ответственность за все свои действия; 4) Господь зовет к Себе, и Он отвечает на мольбу. Мольба же имеет силу изменить ход событий.

Столпы ислама

В хадисе Пророка, уже упоминавшемся выше, говорится о пяти столпах религии ислам, на которых зиждется вся ритуальная практика.

«Ислам заключается в том, чтобы ты засвидетельствовал, что нет божества [достойного поклонения], кроме Единого Бога, и что Мухаммад — посланник Божий, совершал молитвы, выплачивал закят [социальный очистительный налог], соблюдал пост во время Рамадана и совершил хадж [паломничество] к Дому [в Мекке], если в состоянии сделать это»[29].

Тему пяти столпов ислама часто приводят в вводной части книг, разъясняющих его основы, однако они представляют собой нечто большее, чем элементы религиозной практики и ритуалов. Эту тему надо разбирать в свете того, что мы уже узнали в главе 2, и после столпов веры, рассмотренных в первом разделе данной главы. В исламском праве эти пять столпов являются элементами ритуальной практики, к ним добавляется еще практика ритуального очищения — тахарат, обязательное действие при совершении некоторых исламских обрядов.

Свидетельство веры

Свидетельство веры является первым столпом ислама и первым сознательным шагом, посредством которого человек становится мусульманином. Как уже разъяснялось в главе 2, все люди в невинном младенчестве и в детстве изначально являются мусульманами[30]. Произнеся слова свидетельства веры (шахада), они становятся мусульманами осознанно, полностью принимая все принципы религии и ритуальную практику. Свидетельство веры состоит из двух частей. Первая часть выражает признание центральной концепции ислама — Единобожия. Свидетельство действительно, когда человек достигает сознательного возраста. Необходимо, чтобы верующий принимал все составляющие столпов веры, описанные выше: шесть столпов веры, что открывают доступ в мир незримого (далее, по мере укрепления веры, ему будет раскрываться все больше секретов). Он также должен разделять понятия, затрагивающие статус человека: свобода, достоинство, ответственность. Вторая часть свидетельства представляет собой признание миссии Мухаммада и его статуса последнего Посланника, а также признание Корана и пророческой традиции как образцовой формы. Безоговорочное признание всех предшествующих Посланников и Откровений предписывает верующим глубокое уважение к другим традициям. Произнеся слова шахады, человек становится свидетелем истины Послания перед всеми людьми.

В этом смысле шахада выражает как подтверждение веры в Бога, так и принятие на себя ответственности — перед Богом и человечеством. Господь дарует жизнь, и жизнь наполнена смыслом. Произнеся слова свидетельства перед двумя свидетелями-мусульманами либо, согласно некоторым ученым, лишь перед Богом, человек становится мусульманином[31]. Эта краткая формула зиждется на множестве понятий, как мы только что видели, и ни одним из них нельзя пренебречь. Тем не менее тут подстерегают две опасности: первая заключается в формализме, сводящем принятие ислама лишь к факту произнесения слов свидетельства, не принимая во внимание заложенный смысл и все составляющие, как иногда бывает в случае формального обращения, например с целью заключения брака. В другую крайность впадают некоторые немногочисленные ученые определенных направлений ислама, которые берут на себя ответственность решать, кто действительно является мусульманином, а кто нет, и добавляют такие условия, как соблюдение ритуальной практики, уполномочив себя отлучать людей от религии (практика известна как такфир). Если человек однажды произнес свидетельство и считает себя мусульманином, никто не имеет права ставить под сомнение его решение или исключить, удалить его из ислама. Религиозные организации могут заявлять о несоответствии основам и принципам ислама каких-либо действий или слов, но ни один ученый, даже самый авторитетный, не может заявлять о наличии веры и заглянуть в сердце.

Молитва

На необходимость ритуала молитвы (салят)[32] указывалось в серии Откровений, переданных Мухаммаду. Затем форма и число молитв были четко кодифицированы. Мусульмане совершают пять ежедневных молитв, вне зависимости от направления ислама, традиции и школы мысли. Каждая молитва состоит из нескольких циклов. В Коране прямо утверждается о необходимости совершения молитвы, но ничего не говорится о форме самого ритуала. Наше знание о правилах молитвы — содержание, движения тела и позы — пришло из пророческой традиции.

Первая молитва, которая называется фаджр или субх, должна быть совершена примерно за полтора часа до наступления рассвета, вторая, зухр, между началом и серединой полуденного времени, время третьей молитвы, ‘аср, от середины полуденного времени до заката, четвертая, магриб, — в течение полутора часов после заката и пятая, ‘иша, — ночная молитва, ее время наступает с окончанием времени магриба и заканчивается наступлением времени молитвы фаджр. Шииты объединяют вторую молитву с третьей, а четвертую с пятой, в то время как ученые суннитской школы разрешают подобное объединение только во время путешествия или при исключительных обстоятельствах.

Молитвы должны совершаться в установленные промежутки времени, которые зависят от вращения Земли вокруг своей оси: «Поистине, молитва предписана верующим в определенное время» (4:103). Мусульманам надлежит быть дисциплинированными и строго придерживаться предписанного для каждой молитвы времени. Отношения со временем и вселенной также являются важным элементом веры: расчет времени дневных молитв зависит от положения Солнца, а для определения месяцев и счета лет мусульмане используют Луну. Таким образом, учитывается движение обоих небесных тел: «Солнце и Луна движутся согласно рассчитанному порядку» (55:5). Коллективная молитва джум’а[33] совершается по пятницам, в начале послеполуденного времени, перед началом молитвы произносится проповедь на арабском или на родном языке соответствующей страны. Две праздничные молитвы совершаются утром, в день празднования окончания месяца Рамадан (‘ид аль-фитр)[34] и в день праздника ‘ид аль-адха[35] (праздник жертвоприношения, восходящий к истории Авраама и Исмаила, проходит в конце ежегодного паломничества)[36], праздничным молитвам также предшествует проповедь.

Ритуальная молитва в исламе состоит из серии движений. Перед началом молитвы верующие совершают омовение, используя немного чистой воды, затем встают лицом к Мекке (направление на Мекку называется кыбла) и совершают определенное число ракатов (цикл движений), каждой молитве соответствует свое число ракатов. Во время молитвы читается наизусть (вслух или про себя) любой отрывок из Корана, который верующий знает. Каждый цикл начинается с непременного прочтения первой суры Корана, аль-Фатиха. В мусульманских странах звучит призыв к молитве, азан[37], приглашая верующих подготовиться, он слышен всем. Второй призыв называется икамат, он произносится уже в мечети и означает, что молитва начнется с минуты на минуту.

Молящийся начинает с произнесения слов «Аллаху акбар» («Господь — самый великий»), затем следует определенный цикл движений, заканчивается молитва произнесением слов «Ассаляму алейкум ва рахмату-Ллах» («Мир и милость Божия да пребудут с вами»), шииты просто произносят «Аллаху акбар». Совершать молитву можно одному, но коллективная молитва в мечети считается в 27 раз ценнее, согласно некоторым хадисам Пророка. В мечети все верующие равны: нет различий ни по социальному статусу, ни по цвету кожи, ни по нации, когда мусульмане встают в ряд на молитву, никто не должен выделяться[38]. Существуют и дополнительные добровольные молитвы, которые совершаются до или после обязательных, а также ночью (тахаджуд) и во время месяца Рамадан (таравих).

Строго структурированная форма молитвы помогает верующему регламентировать свое время в отношении как Всевышнего, так и земных дел. В молитве человек предается поминанию Господа и стремится достигнуть внутренней концентрации. Смысл молитвы заключается в напоминании человеку о его Создателе: «И выстаивай молитву, чтобы помнить обо Мне» (20:14). Ритуальное омовение и поворот в сторону Мекки символически выражают направленность сердца и помыслов к Богу, целями являются отстранение от иллюзорности и эфемерности этого мира, создание внутреннего настроя на духовное возвышение, молящийся задает себе направление жизни, устремленное к Творцу.

Люди склонны к забывчивости, поэтому их созывают пять раз в день, чтобы они напомнили себе о присутствии Бога, о том, что Он близок, очень близок, слышит наши мольбы и отвечает на зов молящегося. Молитва — это благодарность и приближение ко Всевышнему, поэтому она каждый раз очень индивидуальна и не схожа с другой, даже если внешне, по форме, молитвы и выглядят одинаково. Иногда молитва совершается формально, поверхностно, и тело молится больше, чем сердце. Но если сердце ощутит вкус благоговейной любви к Господу, молитва наполнится ни с чем не сравнимым пылом. Парадоксально, но привычка и дисциплина дают больше, а не меньше шансов молящемуся ощутить одно из тех мгновений благоговейного трепета, который называется хушу’а. После ритуальной молитвы верующие могут добавить свои мольбы, произносимые в свободной произвольной форме, они называются ду’а. Это прямое обращение к Богу, мольба и благодарность. Пророк называл ду’а «истинное обожание»[39], потому что мольба является квинтэссенцией ритуальной молитвы, она отражает взаимоотношения человека с Господом: поминание Его, благодарность Ему и признание нашей нужды в Нем.

Закят

Термин закят часто переводят как «обязательная милостыня», суммируя заложенную в этом понятии двойную функцию: подношение, даруемое из сострадания, и правовое предписание. Закят является обязательной выплатой для каждого, как мужчины, так и женщины, кто обладает достаточным состоянием. Закят служит символическим очищением имущества верующего, он отдается бедным, у которых есть право на это, как сказано в Коране: «Которые выделяют известную долю своего имущества для просящих и обездоленных» (70:24,25). Исходя из этого предписания, закят следует определить как социальный очистительный налог. Это действительно налог, обязанность, целью которой являются очищение и социальная помощь на основе прав бедных. Так же, как молитва очищает сердца, закят очищает собственность верующих.

Молитва работает по вертикальной оси, поднимаясь к Богу, но есть и горизонтальная составляющая, выраженная в социальном направлении, это коллективная молитва. Так и закят связывает индивидуальное действие — передача некой части имущества — с социальным императивом, проявлением взаимопомощи и справедливости. Существует установленный прожиточный уровень, который определяется в зависимости от места и времени, он называется нисаб. Если общий суммарный годовой доход человека превышает уровень нисаба, он ежегодно должен выплачивать определенный процент из своих накоплений (2,5 процента с имущества и денежных средств и 5–10 процентов с урожая). Верующие могут выплатить свой закят правительственным благотворительным организациям или частным фондам либо сами отдать нуждающимся.

Базовый принцип этой выплаты заключается в том, чтобы избавить людей от финансовой зависимости. Выплата должна быть передана нуждающимся (в Коране указано восемь категорий людей, которым может предназначаться закят), живущим поблизости, что означает, что верующие должны очень хорошо знать членов своей общины. Конечной целью является материальная помощь, чтобы нуждающийся смог улучшить свое положение, это поддерживающий проект, который помогает решить свои материальные проблемы и настраивает на стремление обрести финансовую независимость, дабы у нуждающегося в будущем появилась возможность самому выплачивать закят. Философия закята — создание четко регулируемого социального механизма, который позволяет беднякам получить то, что им полагается, но при этом без унижения человеческого достоинства, дабы получатели могли обеспечить себя продуктами питания и обрести финансовую независимость.

Правильная организация очистительного социального налога не может ограничиваться лишь распределением благотворительных выплат. Необходимо доскональное знание всех местных и национальных систем социальной помощи, государственных и частных, чтобы организовать эффективное распределение закята с учетом существующих программ, и, что очень существенно, — избавить бедняков от статуса получателей социальной помощи. Закят отдают нуждающемуся с намерением изменить его положение, поэтому крайне важно, чтобы он использовал средства по назначению, а необходимая сумма определяется заранее. Другие подоходные налоги, отчисляемые государству, также расходуются на социальные нужды, но они никогда не смогут заменить закят. Согласно мнению большинства суннитских и шиитских ученых-правоведов, закят предназначается нуждающимся мусульманам, за исключением форс-мажорных обстоятельств. Другие ученые высказывали мнение, что закят подлежит раздаче всем нуждающимся в данном регионе, вне зависимости от их вероисповедания (при условии, что соответствующие категории мусульман уже обеспечены из закята). Наряду с закятом существует другая форма пожертвований, она называется садака. Садака дается добровольно, размер и частота не устанавливаются и зависят исключительно от дарующего, садаку можно дать любому нуждающемуся, будь он мусульманин или нет, с этим согласны все ученые.

Третий столп ислама жизненно важен, он помогает понять Послание на более глубоком уровне. С Богом в душе верующие должны воспитывать в себе осознание близкого и далекого — бедных у своего порога и окружающей их вселенной. Вера пробуждает чувства, открывает глаза и сердца. Вера также взращивает острое чувство справедливости по отношению к людям которое на практике проявляется через строго предписанную обязанность: справедливость по отношению к Творению, которое надо беречь, и справедливость ко всем людям, вне зависимости от их материального положения, которых надо уважать. Где бы ни оказались мусульмане, они творят молитву, где бы ни появилась мусульманская община, она заботится о правах бедняков. Таким образом, вера в ее практическом аспекте становится двойной ответственностью, экологической и гуманистической, как уважение к порядку, созданному Творцом, и стремление изменить человеческий социальный порядок, который породил бедность и рабство. Это положение подлежит изменению, всем и каждому должно быть предоставлено право социальной, финансовой свободы и независимости.

Пост

Четвертый столп ислама — пост в Рамадан, девятый месяц лунного календаря. Пост является общей практикой для всех религий, эта духовная традиция предшествует исламу: «Вам предписан пост, подобно тому, как он был предписан вашим предшественникам» (2:183). Пост включает три составляющие — духовную, физиологическую и социальную. Для мусульман пост состоит в полном отказе от еды, питья и сексуальных отношений в светлое время дня в течение 29 или 30 дней. Пост становился обязанностью с возраста полового созревания. Беременные, очень пожилые и больные люди имеют право не соблюдать пост. Они могут восполнить пропущенные дни поста позднее либо предложить компенсацию и кормить бедных. Пост начинается примерно за час или полтора до рассвета (начало молитвы фаджр) и заканчивается с закатом солнца (молитва магриб).

Мусульмане используют лунный календарь, где год составляет 355 или 356 дней, поэтому за каждый солнечный год начало поста сдвигается на десять, одиннадцать или двенадцать дней. В зависимости от времени года и широты пост может длиться от девяти до двадцати часов[40]. В районах дальнего севера, где солнце летом практически никогда не заходит, а зимой не восходит, ученые-правоведы единогласно разрешают соблюдать пост по расписанию ближайшей мусульманской страны, где можно четко различить восход и заход.

Основная ценность поста, безусловно, духовная. Отказываясь от своих естественных потребностей — еды, питья, полового влечения, верующий проявляет самообладание, силу воли и обращает всю свою энергетику внутрь себя, к сердцу, ищет максимального приближения к божественному, стремится ощутить его дыхание. Пост представляет некий опыт освобождения от эгоизма и чувства собственничества, от всех форм зависимости, соблазнов навязанного массового потребления. Он знаменует резкий отрыв от привычной жизни, от естественного ритма тела и приглашает человека к самоанализу, размышлению, щедрости. Другой ракурс поста — верующий становится ближе к беднякам, бесправным и незаметным. Согласно одному из хадисов, Пророк всегда был образцом щедрости, но в Рамадан становился еще более щедрым.

Месяц Рамадан — время не только самоконтроля, но, на той же духовной волне, это стремление отдать другому то, чем обладаешь. Отдавая и приближаясь к беднякам, ты приближаешься к Всевышнему. Дни и ночи Рамадана — благословенное время, когда верующие должны тщательно контролировать свое поведение, эмоции, речь, избегая ссор, конфликтов, непристойных слов, дурных мыслей. Рамадан — месяц глубокой духовности, когда верующие стараются прочесть весь Коран, выстаивают дополнительные молитвы. Особенно следует отметить молитву таравих, которая проводится ночью, после пяти обязательных молитв, и состоит из восьми-десяти-двенадцати циклов в зависимости от правовой школы. Обычно во время этой молитвы за месяц прочитывается весь Коран.

Одна из пяти последних нечетных ночей называется Ночь Могущества, или Ночь Предопределения (Лейла аль-Кадр). Мусульмане проводят всю эту ночь в молитвах, ища милости Всевышнего. Эта ночь ни с чем не сравнима по духовной насыщенности, она имеет особую энергетику, в Коране говорится, что она лучше тысячи месяцев, когда атмосфера мира — салям — длится до утренней зари и верующие просят прощения и возносят свои мольбы Всевышнему особенно истово. В большинстве мечетей Ночь Могущества отмечают на двадцать седьмую ночь месяца (двадцать шестой день), хотя пророческая традиция не дает определенного ответа касательно даты. В последние десять дней Рамадана некоторые мусульмане уединяются в мечети (такое уединение называется итикаф), где они читают Коран, молятся и, следуя пророческой традиции, ожидают Ночи Могущества. В самом конце месяца мусульмане выплачивают закят аль-фитр, специальную очистительную подать, отмечающую окончание поста. Эта выплата передается бедным и является символическим продолжением поста, искуплением возможных ошибок и недочетов. Закят аль-фитр должен быть выплачен до начала праздничной молитвы ‘ид аль-фитр, которая знаменует окончание поста и начало двухдневного праздника по мусульманскому календарю.

Сегодня не утихают горячие споры по поводу достоверного определения наступления месяца Рамадан. Одни считают, что для объявления начала поста появление нового месяца должно наблюдаться в регионе визуально, вторые указывают, что если в одной стране видели новый месяц, этого достаточно для всего мусульманского мира, третьи полагают, что если раньше визуальные наблюдения были единственным доступным средством, то теперь, в эру технического прогресса и знания астрономии, начало месяца можно вычислить с большей точностью и это поможет решить острые разногласия о начале месяца Рамадан между странами и группами.

Еще более губителен чисто формальный подход к соблюдению поста, когда люди удерживаются от еды в дневное время и объедаются ночью. Весь этот месяц благословенный, и дни и ночи, когда на верующих возложено соблюдение самоконтроля, это месяц борьбы с собой, своим импульсивным поведением. Но теперь он превратился в месяц безудержного потребления, ночных развлечений, что полностью противоречит истинному смыслу Рамадана. В мусульманских странах, в Африке, Азии и на Западе, полки супермаркетов заставлены «товарами Рамадана», массмедиа и индустрия развлечений идут рука об руку, популяризируя программы «ночи Рамадана». Для некоторых мусульман этот месяц размышлений и самоанализа превращается в месяц покупок и развлечений. Когда Мухаммад предупреждал: «Многие постящиеся не получают от своего поста ничего, кроме голода и жажды»[41], он имел в виду тех, кто соблюдает внешнюю форму, но теряет смысл и дух поста.

Паломничество

Столпы ислама контролируют время: свидетельство веры произносится и обновляется постоянно, ритуальные молитвы совершаются ежедневно, пятничная молитва — раз в неделю, пост Рамадана — ежегодно, так же, как сбор и выплата закята. Паломничество (хадж) должен быть совершен один раз в жизни каждым, кто имеет на то средства. Время хаджа выпадает между восьмым и двенадцатым числом Зу-ль-хиджа, двенадцатого месяца лунного календаря (см. здесь). Мужчинам и женщинам предлагается отправиться в путешествие в Мекку и совершить там ряд обрядов. Прежде чем приступить к обрядам, они должны обрести состояние ритуальной чистоты: совершить большое омовение и надеть одежды паломника: длинное несшитое белое одеяние для мужчин и сшитое для женщин. Одежда женщин должна закрывать все тело, кроме лица и кистей, согласно единодушному мнению ученых всех направлений. В этом состоянии, которое называется ихрам, паломникам нельзя стричь волосы и ногти и вступать в сексуальные отношения. Запрещается убивать любые живые существа.

По прибытии в Мекку паломники совершают семикратный обход Каабы против часовой стрелки. Кааба представляет собой большой полый куб, накрытый черным покрывалом, который находится в центре сакральной мечети. Затем они быстрым шагом проходят между двумя символическими холмами, Сафа и Марва, расположенными в 400 метрах друг от друга, в память отчаянных попыток Агари, матери Исмаила, которая металась между этими холмами в надежде найти воду, после того как ее оставил на этом месте Авраам. Паломники пьют чистую воду источника Замзам, символизирующего тот самый источник, что спас Агарь с сыном. Затем паломники направляются в долину Мина в 10 километрах от города. Там они проводят вторую половину дня и ночь. Наутро восьмого дня месяца Зу-ль-хиджа они следуют к горе Арафат, где молятся и возносят мольбы до заката. Именно здесь Пророк произнес прощальную проповедь в конце своего единственного паломничества. После заката паломники отправляются в другую долину — аль-Муздалифа, где остаются до наступления темноты. Далее они возвращаются в долину Мина, собирают там маленькие камешки и символически бросают их в дьявола, который искушал Авраама в повиновении Господу, чтобы тот ослушался приказа — принесения в жертву своего сына Исмаила.

В конце паломники приносят в жертву барашка, символизирующего исполнение Авраамом воли Господа, либо выплачивают стоимость барашка в специальную службу. Мясо животных должно быть съедено либо роздано бедным. Затем паломники возвращаются в Мекку для совершения прощального семикратного обхода вокруг Каабы, после чего выходят из состояния ритуальной чистоты. В этот момент мужчины бреют головы, а женщины отрезают одну прядь волос. Так заканчивается большое паломничество. По окончании хаджа наступает праздник ‘ид аль-адха, который длится четыре дня, один из великих праздников мусульманского календаря.

Паломничество тесно связано с историей отца монотеизма Авраама (жертвоприношение его любимого сына Исмаила ради любви к Богу), именно этот Пророк является источником мусульманской традиции паломничества. Паломникам предлагается совершить молитву на особом месте, которое так и называется — место Авраама (макам Ибрагим)[42], где тот взывал к Господу. В обрядах паломничества заложено много уроков. Простая одежда паломников символизирует бедность, все одеты одинаково, именно такими они предстанут пред Богом. Женщины и мужчины со всех уголков мира, с разным цветом кожи, имеющие разный социальный статус, стекаются в Мекку в память испытания Авраама, любимца Господа, стремясь к духовному возрождению. В обрядах паломничества также скрыты вертикальная и горизонтальная составляющие: возвращение к Богу и духовное объединение самых разных людей, равных пред Ним. Обе оси взаимодополняемы: личное возвращение к Богу через паломничество означает тесную связь с общиной, объединяющей всех в равенстве, братстве, взаимопомощи и любви.

В то же время паломничество — это внутренний уход, когда человек отрывает себя от земных связей, чтобы вернуться к своей изначальной сущности, к сердцу. Путь к самому себе не что иное, как этап, где конечная цель странствия — приближение к Богу, Который «между человеком и его сердцем [Его знание]» (8:24). В Откровении сказано: «Берите с собой припасы, но лучшим припасом является богобоязненность» (2:197). На самом глубоком уровне понимания, о чем так часто напоминает нам мистическая традиция, паломничество есть духовный поиск, это поиск Бога, через отрыв себя от всего лишнего, земного, для приближения к Нему, шаг за шагом, через предписанные обряды, усилия и дисциплину, через Его любовь и ради Его любви.

Существует еще малое паломничество, которое называется умра, его можно совершить в любое время в течение всего года. Умра также совершается в состоянии ритуальной чистоты и состоит из первых двух обрядов хаджа — обхода вокруг Каабы и прохождения между холмами Сафа и Марва. Совершение умры — действие необязательное, но очень желательное.

Более 2 000 000 паломников в стремлении к духовности ежегодно стекаются в Мекку для совершения хаджа. При этом инфраструктура, созданная вокруг Каабы и предназначенная для приема паломников, негативно влияет на обе важнейшие составляющие хаджа. Равенство возможностей нарушено построенным отелем класса люкс, откуда можно лучше рассмотреть святилище Каабы, предназначенным для людей знатных и состоятельных. Но еще хуже всевозможные дорогие бутики, американизированные торговые центры, предлагающие заманчивые товары, вплоть до ювелирных украшений и элитной одежды, рестораны, которые теперь окружают сакральную обитель, где человек должен стараться избавиться от привычки потребления, чувства собственничества, чтобы освободить себя для духовного возрождения. Дух хаджа сохранился, но его все сильнее душат нарастающая урбанизация и неправильное руководство некоторых государственных лиц.

Социальные отношения

Понятие социальной сферы (му’амалят) охватывает как межличностные, так и широкие общественные отношения — индивидуальное поведение, ведение бизнеса, политику, финансы и экономику. В письменных источниках ислама указаны обязательства, запреты и рекомендации, регламентирующие перечисленные сферы деятельности. В совокупности эти рекомендации составляют вторую основу исламского права и юриспруденции. Первая основа, как мы видели, касается ритуальной практики. Ученые, специализирующиеся в этой области, разработали нравственно-правовую классификацию всех видов человеческой деятельности, состоящую из пяти категорий: действие, крайне приближенное к обязательному (ваджибат), одобряемое (мустахаб), порицаемое (макрух), запрещенное (харам) и нейтральное (мубах), не имеющее конкретной нравственной или правовой оценки, как еда, питье и т. д. В социальной сфере всегда превалирует принцип разрешенности: для того чтобы объявить какое-либо действие обязательным или запретным, нужно указать точную ссылку на письменный источник в качестве доказательства.

Обязательное: скромность, женский головной убор, мясо халяль[43]

В письменных источниках ислама существует ряд обязанностей и рекомендаций, затрагивающих тончайшие детали жизни и наиболее важные ситуации помимо ритуальной практики. При рассмотрении этих вопросов необходимо очень тщательное изучение текстуальных источников, где принимаются во внимание достоверность, ясность высказывания и границы возможной интерпретации, и только после этого можно, соответственно, классифицировать рассматриваемое действие. Можно ли какой-либо случай рассматривать как необходимость (дарурийя), нужду (хайя) или желательное действие (тахсинийя)? Например, ответ на приветствие в исламе — это обязанность, но классифицируется как желательное действие, а не обязательное. На основании поверхностного прочтения источников невозможно экстраполировать эту классификацию, в основе которой заложено множество специфических критериев.

Скромность в исламе является важной обязанностью как для мужчин, так и для женщин. Хотя это качество относится к категории необходимого (вторая категория), оно затрагивает все наставления религии. Первое наставление — заботиться о своем теле, защищать его от посторонних взглядов, причем указание касается и мужчин, и женщин. Данное сообщение адресовано всем: лучшее, что есть во мне, — это кладезь моего сердца, а не тело. То, что на виду, ни в коей мере не передает мой внутренний мир. Далее из этого следует другое, более широкое назидание: люди не должны бездумно выставлять себя напоказ, проявляя непристойность и высокомерие. Духовности присуща скромность, причем не столько физическая, сколько интеллектуальная и эмоциональная.

Суть не в том, чтобы ничего не показывать, ничего не обнажать и подавлять себя. Напротив, вопрос в том, чтобы знать, как, где и кому мы себя показываем, с кем себя делим и кому себя предлагаем. Парадокс отсутствия скромности заключается в том, что взгляды тех, кому мы открываем слишком много, подавляют нас, лишают свободы. Принятие интеллектуальной, эмоциональной и физической скромности означает выбор свободы в нашем общении с другими, их взглядами и суждением, так как сама по себе духовность выражается в интеллектуальном смирении. Мы должны строго следить за своими эмоциями и вместе с тем избегать излишнего обнажения своего тела. И то и другое очень тесно взаимосвязано и должно составлять единое целое, как способ бытия в мире, когда свобода определяется через отношения с самим собой, когда наше сознание предлагает задаться вопросом, с неуверенностью и смирением, что мы можем предложить другим, самим себе и своей сокровенной сущности.

Из всех предписаний сегодня наиболее широко обсуждается ношение платка (химар[44]), которым женщины, достигшие периода полового созревания, покрывают волосы и грудь. На основе аятов Корана эта практика действительно предписывается исламом, и именно так трактуются аяты как суннитскими, так и шиитскими учеными-правоведами.

Тем не менее следует сделать три осторожных замечания.

Во-первых, согласно тем же ученым, данное предписание не относится к категории дарурийя и не является важнейшим практическим приоритетом. Напротив, оно классифицируется как хайя или даже как тахсинийя — действие, направленное на улучшение, хотя последнее мнение встречается реже. Мусульманка в первую очередь должна соблюдать важнейшие элементы религиозной практики: молитва, закят, пост, а не начинать с ношения платка, пренебрегая основами. По мере духовного роста она придет к пониманию того, что ношение платка является частью ее веры и исполнения практики, а не главным условием.

Во-вторых, этот вопрос настолько часто становился предметом жарких споров и камнем преткновения в разных культурных, политических и социальных конфликтах (вчера — при колониализме, сегодня — под давлением глобализации), что в некоторых западных странах ряд ученых в ответ на нападки враждебного окружения поставили понятия с ног на голову, объявив эту обязанность первостепенно важной, маркером личной идентичности. Но ранг предписаний изменить нельзя, даже если действие рассматривается в особом контексте. Обязанность хайя нельзя произвольно перевести в дарурийя — наиболее важную категорию.

В-третьих, так же, как в случае с другими предписаниями веры, ношение платка должно быть личным осознанным выбором. Носить или не носить платок — это свободный выбор самой женщины. Никто не может ее к этому принуждать — ни государство, ни община, ни семья. Наша интерпретация этого вопроса всегда будет твердо настаивать на этом принципе, наиболее справедливом как с точки зрения ислама, так и прав человека: никто не может обязать женщину надеть платок, равно как и принуждать его снять.

Что касается ношения никаба (накидка, закрывающая лицо), лишь незначительное меньшинство ученых считают это обязанностью в исламе. Большинство указывают, что это было особое предписание для жен Пророка. Сегодня лишь такие направления в исламе, как наиболее ярый буквализм и традиционализм (салафиты, или, как их называют, вакхабиты), и Талибан указывают на обязанность ношения никаба.

Об обязанности употребления в пищу мяса халяль также сказано достаточно много. Согласно исламской традиции, животное должно быть забито особым способом, над ним необходимо произнести фразу: «Бисмилля, Аллаху акбар» («Во имя Господа, Господь — Величайший»), подтверждающую, что только божественная власть разрешает это лишение жизни, и лишь после этого мясо можно употреблять в пищу. На момент забоя животное должно быть живым, что не согласуется с практикой скотобоен, где животных предварительно оглушают током, и к моменту, когда им перерезают горло, они обычно уже мертвы. В исламе ритуал забоя кодифицирован с четким условием — перерезание горла.

Обязанность употребления в пищу мяса халяль также должна быть отнесена к хайя, как и многие подобные обязанности. Хотя некоторые ученые в зависимости от условий относят эту обязанность даже к тахсинийя. Нет единодушного мнения ученых касательно того, могут ли мусульмане употреблять в пищу мясо животных, забитых последователями авраамических религий — людьми Писания. Большинство указывают, что кошерное мясо (забой иудеями), где ритуал очень строгий, пригодно для пищи мусульман, но что касается животных, забитых христианами, тут мнения резко расходятся. Существует ли некий особый ритуал у христиан? Как относиться к индустрии скотобоен? Сохраняют ли современные технологии мясного производства хоть крупицу религиозной (христианской) основы? Можно ли считать мясо халяль и дозволенным для мусульман, если животное было убито не во имя кого-то или чего-то, кроме Бога? Все эти и другие спорные вопросы составляют полемику предмета. Парадокс в том, что большинство буквалистов (салафитов) считают мясо животных, забитых в широком смысле слова людьми Писания халяль, в то время как другие полагают, что халяль является только мясо при забое, проводившемся по всем правилам ислама.

Во всем мире, и преимущественно в западных странах, сегодня появилось много мусульманских организаций, осуществляющих контроль и ритуальный забой на скотобойнях. Эти предприятия, более или менее успешно, транспортируют животных от ворот фермы и прослеживают правильность каждого этапа ритуала, а уж затем ставят штамп «халяль» на готовую продукцию. Безусловно, в данном подходе тоже есть вопросы. При концентрировании на технической стороне дела — соблюдении обряда — остается без внимания глубокое значения этого ритуала. Животное может быть забито лишь с изволения Божиего. Исламская традиция настаивает на уважительном отношении к животному, чью плоть собираются пустить в пищу, что, в свою очередь, предполагает хорошие пастбища, а также условия содержания и кормления. Животному нельзя причинять страдания, его смерть следует сделать максимально легкой.

Требования мусульманской традиции, подтвержденные во многих письменных источниках, — достойное содержание животных, забота о том, чтобы не причинять страданий при убое, должны привести к реформам в области индустрии скотоводства.

Что сегодня более халяль: употреблять мясо животного, выращенного в духовном и этическом уважении к его жизни, умершего без страданий во время убоя, или такого, с которым обращались возмутительно, но технически лишили жизни согласно исламскому обряду? Большинство современных правоведов, к сожалению, незамедлительно выбрали бы второй вариант, не задумываясь об этической стороне вопроса. Употребление мяса халяль стало для мусульман первостепенно важным. Они могут пренебрегать большей частью религиозной практики, проявлять необязательность и даже недобросовестность, но мясо, которое они едят, — халяль.

И вновь формализм диаметрально противоречит сути ислама, согласно которому судьба человечества связана со смыслом ритуалов и добродетельным поведением. Люди инстинктивно ощущают, что отсутствие уважения к природе и к животным — это прямое оскорбление их собственного достоинства и веры. Вопрос разрешения употребления мяса должен рассматриваться в контексте борьбы с максимализмом как на личностном, так и на общественном уровне. С учетом реалий современной организации и промышленного режима производства было бы лучше, если бы мусульмане ели меньше мяса и стремились разнообразить свое питание другими продуктами.

Запреты: алкоголь, наркотики, свинина, банковские проценты

Следует принять во внимание, что в исламе наряду с системой классификации обязанностей существует также классификация запретов. В первую очередь это очень большие грехи, выделяемые из всех прочих видов грехов (идолопоклонничество, колдовство, убийство, неуважение к родителям, лишение имущества сироты, лжесвидетельство, клевета и другие).

Запрет употребления спиртного, как мы уже говорили (см. здесь), вводился Кораном постепенно, в три этапа. Главная причина этого запрета (основание закона) заключается в том, что алкоголь затуманивает разум и меняет моральные нормы поведения, человек не может контролировать свое поведение в обществе. Запрет употребления спиртного однозначен как во всех суннитских, так и в шиитских правовых школах. Но если человек оказался в особых обстоятельствах или под принуждением (угроза смерти, болезнь), чтобы избежать смерти, он не только имеет право выпить спиртное, а непременно должен это сделать, так как защита жизни — обязанность выше по классификации (дарурийя). Запрет алкоголя относится к более низкой категории, чем большие грехи. Соблюдение этого запрета ни в коем случае не может превалировать над защитой жизни.

Ученые-правоведы, сталкиваясь с новыми обстоятельствами, рассматривают события и ситуации, описанные в Коране, и используют метод рассуждения по аналогии, который называется кыяс. В частности, наркотики, в Коране не упоминаемые, были отнесены к запретному (харам), так как они производят тот же эффект, что и алкоголь. В малых количествах они могут использоваться в медицине, но с превышением дозировки способны привести к затмению сознания, созданию зависимости, физическим и интеллектуальным негативным последствиям. В связи с этим наркотики запрещены, несмотря на то, что некоторые ученые высказываются очень осторожно по отношению к легким наркотикам, употребление которых глубоко вплетено в местную культуру, как, например, жевание листьев ката в Йемене. Наркотики можно использовать по медицинским показаниям, для лечения, под строгим контролем. На них распространяется тот же принцип, что и в случае с алкоголем.

Курение табака является источником жарких споров. Хотя курение и наносит вред здоровью, оно не приводит к интоксикации, поэтому многие правоведы относят его к категории нежелательного, а не запретного действия. Другие, оценивая крайнюю пагубность не только для курильщика, но и для его окружения, объявили курение запретным действием, исходя из понимания духа и целей Послания ислама.

Запрет употребления свинины ясно указан в Коране и единогласно признается всеми правовыми школами, но принцип необходимости сохранения жизни здесь также применим. Одни ученые пытались объяснить запрет с научной и рациональной точки зрения — природными особенностями животного, составом мяса, символическим смыслом, в то время как другие считают, что достаточно коранического запрета, который не требует рационального объяснения. В этом кроются разногласия и об этом давно ведутся дебаты между представителями разных течений ислама, сторонниками рационального — му’атазилитами, матурдитами и, конечно, ашаритами. Последние отвергают попытки разумного обоснования божественных предписаний (см. здесь). Современные буквалисты (салафиты) тоже разделяют эту точку зрения.

Понятие риба в исламе включает в себя проценты, ростовщичество и спекуляции, то есть случаи, когда деньги приносят деньги или дают прибыль без коммерческого посредничества в виде объекта, который бы продавался либо покупался. В этой ситуации прибыль дозволена при условии соблюдения этических норм и правил заключения сделок. В случае ставок по процентам, ростовщичества и спекуляций происходит операция только для продвижения трансакции и производятся лишь деньги, извращая, таким образом, конечную цель коммерции. Коранический аят гласит: «Господь дозволил торговлю и запретил лихоимство [процент, ростовщичество]» (2:275), в продолжение же говорится, что тому, кто получает прибыль от риба, «Аллах и Его Посланник объявляют войну» (2:279). Некоторые ученые ставят под вопрос определение понятия риба и его понимание в свете современной теории экономики, но для большинства запрет ясен, он основан на философии экономики, признающей право приобретать прибыль с торговли и при этом указывающей, что экономическая деятельность должна приносить пользу человечеству. Более того, деньги должны зарабатываться реальным трудом либо обменом, условия которого справедливы, равноправны и прозрачны. Данная философия полностью противоречит неолиберальной и капиталистической экономике: экономическая деятельность должна быть пересмотрена в контексте ее конечной цели.

В свете этой философии экономики и ее директив образовались различные организации, такие как исламские банки и исламские инвестиционные фонды. Цель исламской экономики и финансов — избежать процентных ставок и спекуляций. Было задумано множество интересных проектов, предложены альтернативные подходы в определенных секторах на местном уровне, включая частичные ссуды и микрокредитование. Однако при детальном рассмотрении подобных проектов уже на первой стадии стало ясно, что избежать риба во всех стоимостях не удалось.

В частности, операции могут называться по-разному и процентная ставка маскируется под административный сбор, большое внимание может уделяться способу проведения трансакции, теперь уже «исламизированной» сделки, но вопрос ее конечной цели остается без ответа. Таким образом, цель, эффективность и успех исламской экономики, как сейчас представляется, определяются рентабельностью, которая должна быть на том же уровне, что и в капиталистической системе, но при этом используются иные средства, по своему механизму считающиеся дозволенными, — халяль. Но, как мы уже видели, в исламе поиск путей получения прибыли вторичен, превалирует философия, главной заботой которой является уважение к человеческому достоинству, окружающей среде, справедливости и равенству. Исламская экономика и финансы, единственной целью которых становится исламизация средств и практик в доминирующей экономической системе, нацеленной только на получение прибыли, при полном отсутствии этической составляющей, — настолько же опасное искажение, как и сама процентная ставка. Многое предстоит осуществить на пути преодоления этих противоречий, которые пока не удается разрешить.

Правовая практика: уголовные наказания, вероотступничество, принесение свидетельства, наследование

В Коране и в пророческой традиции встречается ряд текстов с ясными формулировками, что, казалось бы, дает возможность понимать их буквально и непосредственно применять. Тем не менее, как и в случае с иджтихадом (см. здесь), ясность формулировки не является достаточным условием для непосредственного ее применения. Вначале должны быть определены причины (основание закона, иллях) и цели, а также тот контекст, в котором оценивается возможность применения. Эту процедуру можно описать как двойной иджтихад — изучение священного текста и контекста, даже если сам текст вроде бы настолько ясен, что не оставляет поля для интерпретации. Буквальное применение ясного текста для выведения правовой формулировки в сложной обстановке и без принятия во внимание состояния общества может дать совершенно противоположный результат по отношению к изначальному смыслу.

Неудивительно, что тексты об исламском уголовном наказании (худуд) требуют тройной интерпретации, юридического анализа и исследования. О чем действительно говорят священные тексты, учитывая первопричину и конечные цели? Каковы условия, необходимые для их применения? Для начала, в каких социальных и политических условиях могут применяться эти правила? В Коране и пророческой традиции есть тексты, где говорится о смертной казни, о телесных наказаниях, забивании камнями и тому подобном. Некоторые очень однозначны, как, например, аят о воровстве: «Вору и воровке отсекайте руки в воздаяние за то, что они совершили» (5:38). Исследованию и анализу должен быть подвергнут не только сам этот текст, начиная с определения понятия «вор», во внимание следует принимать и контекстуальные обстоятельства. Например, хорошо известно, что Омар ибн аль-Хаттаб, второй халиф, ввел мораторий на это наказание, когда разразились голод и засуха, так как буквальное применение данного закона было бы несправедливым и противоречило бы общему смыслу Послания ислама (и целям этого установления, в частности). Даже если определенные буквалисты и традиционалисты, приверженцы политических «религиозных» экстремистских группировок, отвергают идею контекстуализации правила на основе причины, условий и цели, большинство ученых ислама высказываются против буквального применения подобных текстов. Некоторые, хотя они и составляют меньшинство, занимают четкую позицию, отвергая применение смертной казни, телесных наказаний и забрасывания камнями.

В пророческой традиции, но не в Коране, в двух текстах говорится о вероотступничестве. В одном хадисе указывается, что Пророк сказал: «Убейте того, кто поменял свою религию», а во втором сказано о разрешении пролить кровь того, «кто покинул свою религию и отделился от общины»[45]. В течение долгого времени большинство ученых считали, что наказание за вероотступничество — смерть. Однако еще в VIII веке другие ученые, например иракский правовед Суфьян аль-Саури (умер в 778 году), высказали противоположное мнение на основе контекстуального анализа этих достаточно ясных хадисов. В первом хадисе цепочка передатчиков (см. здесь) вызывает сомнение, так как один из них считался человеком, не заслуживающим доверия. Многие также указывали на противоречия между двумя хадисами, особенно когда они вырваны из контекста, противоречия с Кораном и отношением самого Пророка.

Дело в том, что оба этих высказывания относились к людям, которые во время войны приняли ислам для того, чтобы собрать нужную информацию, а затем перешли на сторону врагов, отделились тем самым от общины. Это были, по сути, предатели, и по отношению к ним смертная казнь могла применяться. Второй хадис также мог относиться к подобному случаю. В отличие от большинства, некоторые ученые подвергли священные тексты критическому анализу, рассмотрели в исторической перспективе и сравнили с высказыванием Корана: «нет принуждения в религии» (2:235) и в заключение — с отношением самого Пророка, который никогда не казнил ни мужчин, ни женщин за смену религии. Они пришли к выводу, что нельзя казнить человека, сменившего религию, и что каждый индивид имеет право на свободу выбора.

Широкое обсуждение получил также ряд других правил, в частности дача свидетельских показаний мужчинами и женщинами. Аят Корана указывает, что для свидетельствования должны быть двое мужчин либо, если таковых не имеется, «один мужчина и две женщины» (2:282). Толкователи Корана и правоведы давали разную интерпретацию этому аяту, от самой патриархальной до крайне женофобской, заключив, что женщины уступают мужчинам, обладают более низким уровнем умственных способностей, они эмоциональнее, хуже разбираются в юридической терминологии. Существует несколько подобных женофобских толкований. Другие ученые, составляющие меньшинство, дистанцировались от патриархальной культуры, настаивая на том, что этот аят надо понимать в свете общего смысла Послания и той роли, которой наделяют женщин Коран и Мухаммад. Женщины обладали социальными и политическими правами, они приносили клятву верности Пророку так же, как мужчины, следовали его учению наравне с мужчинами, обладали правом оставлять свою фамилию, выходя замуж, самим выбирать себе мужей и сохранять финансовую независимость в замужестве.

Таким образом, женофобские интерпретации полностью противоречат общему смыслу Послания. Существенными моментами в данном вопросе являются наличие жизненного опыта, активной жизненной позиции и компетенции женщин. Так, если женщина никак не участвовала в экономической жизни, в торговле своего времени, тогда, и только в этом частном случае (отсутствие компетенции и опыта), требование свидетельства двух женщин вполне понятно и объяснимо. Но, если рассматривать правило в общем виде, свидетельство женщины приравнивается к свидетельству мужчины (как в случае, описанном в самом Коране (см. 4:6–9), в ситуации взаимных обвинений между супругами). Подобная установка должна стать правилом в повседневной жизни, в профессиональных отношениях и в зале суда, где женщина может также выступать в качестве судьи или адвоката.

Глубокое понимание контекста не менее важно в вопросах наследования. В Коране содержится очень много аятов, посвященных этой проблеме. Упоминается несколько жизненных ситуаций, когда прямыми наследниками являются дочери и сыновья, и также указываются другие наследники — матери, отцы и вся семья. Сказано, что при прямом наследовании дочь получает долю, равную половине доли сына, но при этом во многих иных обстоятельствах женщины получают бо́льшую долю наследства по сравнению с мужчинами.

Деление наследства рассчитывается в соответствии с очень специфической концепцией семьи, где мужчине уделяется особая роль, на нем лежит обязанность поддержания благосостояния всей семьи, именно он обязан заботиться и обеспечивать женщину, а женщина обладает правом на свое обеспечение. Мужчина, получающий двойную долю наследства по сравнению с женщиной, должен тратить его на содержание себя и своей семьи, в то время как женщина получает свою долю и тратит ее только на свои нужны, и никто — ни муж, ни ее семья — не имеет права обязать ее отчитываться в тратах. Эта система раздела наследства понятна и справедлива в теории, но что происходит, когда в реальной жизни семья не обеспечивает женщину, если она разведена или ее оставили с маленькими детьми? Некоторые ученые предпочитают избегать подобных тем и применяют правило буквально, поскольку текст достаточно ясный. Они указывают, что надо не изменять применение текста, а требовать от мужа, который не выполняет свои обязанности, изменить поведение. Все ученые согласны с этим последним пунктом, однако нужно также принимать во внимание конкретный контекст каждой ситуации, ведь мужчины могут случайно оказаться в роли жертвы и избегать буквального применения правил. В противном случае произойдет подмена понятий, причины и цели коранического правила, а именно справедливого пропорционального раздела наследства в соответствии с ролью, обязанностями и правами каждого. Применение правила в реальной жизни (танзиль) требует разработки определенной системы, сохраняющей дух и цели коранического указания и восстанавливающей справедливость, а не создающей дополнительные затруднения для женщин. Например, руководство местной общины может выплачивать компенсацию женщинам — наследницам, если они оказались в стесненных обстоятельствах, либо этот вопрос решается внутрисемейно, в форме периодической помощи со стороны братьев из полученного ими наследства, так как на них возложена обязанность оказывать помощь сестрам. В случае если мужчина не в состоянии выполнить свои обязанности и обеспечить женщину, соответствующая доля наследства должна быть компенсирована на основе периодических выплат, чтобы сохранилась цель коранического предписания, а именно обеспечение женщин и поддержание их благосостояния.

Единство и разнообразие: интерпретации веры

Единство в исламе заключается в том, что все мусульмане, будь они сунниты, шииты или ибадиты, представители разных культур — арабской, африканской, азиатской или западной, приверженцы различных направлений — буквалисты, традиционалисты, реформаторы и мистики, принимают фундаментальные основы религии: Единобожие, письменные источники и основы вероисповедания. Они также принимают ритуальную практику и основные обязанности и запреты. Тем не менее в пределах этого единства существует множество различных интерпретаций и пониманий. Разные трактовки смысла Послания появились сразу после смерти Пророка. Вопросы, по которым возникли разногласия, не всегда были чисто политическими, в самом начале появились различные понимания некоторых положений ислама. Какую роль должна играть религия, кто может являться высшим религиозным авторитетом, кто должен обладать политической властью, какую степень участия следует предоставить общине верующих и, в заключение, как обосновать на основе письменных источников ту или иную позицию? Группы, которые впоследствии превратились в суннитов и шиитов, не говоря уж о хариджитах и ибадитах, сразу перешли в конфликтные отношения, и их разногласия продолжаются по сей день. Потом в каждом из основных направлений, суннитском и шиитском, возникло много своих правовых школ (на основе использования различной методологии), школ мысли (философских, теолого-философских, мистических) и религиозных направлений.

Правовые школы

В период раннего ислама у суннитов стали развиваться разные правовые школы (мазхабы). Ученые-правоведы обучали своих учеников методологии выведения из письменных источников правил, касающихся ритуальной практики и социальных отношений. В то время никто из ученых не ставил задачи создания своей правовой школы, более того, они бы, возможно, и не желали подобного развития событий. Поскольку у каждого ученого была своя специфическая методология, впоследствии только у суннитов возникло как минимум 18 различных школ, четыре из них продолжили успешно развиваться и дошли до настоящего времени: маликиты (последователи правовой школы, основанной имамом Маликом), ханафиты (последователи правовой школы, основанной Абу Ханифой), шафииты (последователи правовой школы, основанной имамом аль-Шафии) и ханбалиты (последователи правовой школы, основанной Ахмадом ибн Ханбалом).

Уже в наше время появилось новое, пятое направление школы права, отвергающее все предшествующие, стремящееся следовать по стопам ранних поколений (салаф) и ставящее целью возвращение непосредственно к Корану и Сунне. Последователи этого направления называют себя салафитами. Они отвергают методологию выведения правил из священных текстов, классификацию письменных источников и конечно же толкование некоторых аятов Корана, касающихся ритуальной практики и предписаний.

Схожий феномен наблюдается и у шиитов, где можно выделить два уровня правовых школ. Первый включает известные школы двенадцати имамов (имамиты), последователи этой школы признают двенадцать имамов — преемников Пророка, а также существуют исмаилиты, зайдиты, алавиты, алевиты и кайсаниты. В определенном смысле каждое из этих направлений можно рассматривать как самостоятельную правовую школу со своими особенностями методологии, причем в пределах одной школы также выделяются разные течения. Зайдиты, проживающие сегодня в основном в Йемене, наиболее близки к суннитам, и некоторые ученые предлагают считать их пятым направлением суннитской школы. Большинство шиитов в наше время представляют имамиты, среди них также существуют различные течения, и хотя джафаризм — учение названо по имени шестого шиитского имама Джафара аль-Садика, (умер в 765 году) — стал официальной школой в Иране после революции 1979 года, существуют и другие, которые различаются в методологии и толковании текстов. Можно выделить три течения, различающихся пониманием статуса текста и роли разума: акбариты, ставящие в приоритет текст и считающиеся наиболее традиционалистскими, усулиты, признающие роль человеческого разума, и, наконец, шейкиты, которые стремятся к возвращению к письменным источникам и занимают более буквалистскую позицию. Схожее явление наблюдается среди исмаилитов: низариты, друзы, мусталиты — каждое течение использует свои критерии интерпретации и по-разному понимает авторитетность текста и ученых.

Школы мысли

Кроме множества правовых школ различных традиций у суннитов и шиитов также зародились разные школы мысли, что существенно повлияло на развитие мусульманской мысли в целом. Если правоведы рассматривают Коран и пророческую традицию в качестве единственного источника права, то более поздние мыслители, начиная с VIII века, уделяли внимание превосходящим вопросам: каковы статус Корана, роль веры и разума, свободы и свободы воли? Жаркая полемика, развернувшаяся вокруг предметов обсуждения, возникла по большей части на основе «науки слова» (ильм аль-калям) и касалась вопросов теологии и философии. Например, теолого-философы обсуждали статус Корана и роль разума в определении категорий добра и зла. Вскоре сформировались три основные школы мысли: рационалисты (известные как муатазилиты), приверженцы текстов как окончательной инстанции (ашариты) и те, кто занимает промежуточную позицию (матурдиты). Начавшаяся между ними полемика (между VIII и XIII столетиями) актуальна и не потеряла остроту по сей день.

Теолого-философы дистанцировались от философов, попавших под влияние греческой школы. Последние, от аль-Кинди до аль-Фараби, от Авиценны до Аверозы, выдвигали подход на основе неоплатоников и Аристотеля, проецируя эти идеи на ислам.

Начиная с IX века стали появляться многочисленные общества мистиков, которые существуют и в настоящее время. Каждое объединение имеет своего духовного наставника, свои духовные мистические практики и процедуру принятия новых членов. Мистики — суфии последовали своим путем и сформировали собственные школы мысли. Направление мистики в исламе сегодня широко распространено и также очень неоднородно. Не принадлежа ни к суннитам, ни к шиитам, эти школы пересекли религиозные границы, заимствуя характерные черты разных правовых школ. В результате возникли противоречия, затрагивающие такие философские и теолого-философские вопросы, как свобода, ответственность и независимость. Мистицизм (тасавуф), фокусируясь на изменении, очищении и освобождении сущности человеческой личности, внутреннего «я», даже поднимал вопрос о конечной цели Послания ислама. Все мусульманские традиции без исключения развивались на основе острой критической полемики, которая не утихает по сей день.

Течения и направления

Мусульман часто разделяют на умеренных и фундаменталистов, что является не только упрощенным, но и в корне неверным пониманием. Сущность различий состоит в отношении к священным текстам и к истории как у суннитов, так и у шиитов. Фактически можно выделить пять основных направлений: 1) буквалисты, для которых характерно прочтение источников без поправки на исторический контекст, они практически исключают поле интерпретации разумом; 2) традиционалисты, следующие специфической правовой школе, считая, что все, что нужно, уже сказано учеными прошлого; 3) реформаторы, следующие текстам и полагающие, что мусульмане должны изменить свое понимание на основе независимого разума и достижений современных наук; 4) рационалисты, которые указывают на приоритет разума над статусом текстов, их подход достаточно секуляристский; 5) мистики, считающие, что помимо ментального прочтения необходимо прочтение сердцем, — они видят скрытый смысл, очищающий и освобождающий свое «я».

Этот краткий основной перечень течений не отражает полностью весь спектр, но пять упомянутых здесь тенденций характеризуют основные формы восприятия как текстов, так и самой реальности. Перечисленные течения также сильно зависят от занимаемых политических позиций, хотя мы не должны делать поспешные выводы и искать взаимосвязи, не существующие в реальности. Вся история религии в целом и ислама в частности демонстрирует, что религиозное отношение к Писанию не всегда определяет политические взгляды и отношение к людям: либерал здесь может оказаться автократом там. Нельзя смешивать отношение к религии и к политике, можно быть либералом или мистиком и поддерживать диктаторский политический режим и репрессии. Точно так же, но реже буквалист или традиционалист может оказаться сторонником демократии. Мы никогда не должны спешить с выводами.

Формирование исламских наук

Существует ряд дисциплин под общим названием «исламские науки», относящихся к области изучения исламских письменных источников либо определяющих религиозную тематику (правила, этика, мистика и т. д.). Каждая из этих наук имеет свою область исследования и специфическую методологию, что требует высокой степени специализации ученых. Зарождение этих наук, их взаимосвязь и эволюция влияния той или иной дисциплины на определение того, что правильно, с точки зрения ислама являются определяющими факторами для понимания исламской цивилизации и ее внутренней динамики по отношению к полученному знанию, его содержанию и иерархии.

Правовые школы стали появляться в VIII веке, далее они развивались и основали первую науку, которую можно определить как исламскую. Джафар аль-Садик, шестой имам в шиитской традиции, считается великим ученым у суннитов. Он был учителем двух знаменитых ученых, которые, в свою очередь, основали две первые правовые школы суннитов, носящие теперь имена своих основателей. Это Абу Ханифа (умер в 767 году) и Малик ибн Анас (умер в 795 году). Две другие правовые школы, также дошедшие до наших дней, связаны с именами Мухаммада аль-Шафии (умер в 820 году) и Ахмада ибн Ханбала (умер в 855 году).

Целью исламского права (фикх) является извлечение из Корана и хадисов свода основных принципов и правил, касающихся столпов исламского вероубеждения, ритуальной практики, социальных и межличностных отношений, вопросов ведения бизнеса (в частном порядке, независимо от позиции государства). В случае, когда при решении какого-либо вопроса в священных текстах не находилось прямого ответа либо существовало несколько возможных интерпретаций, учеными на основании анализа текстов формулировалось правовое решение, действительное для конкретной проблемы при определенных обстоятельствах. Такое решение называется фетва. Со временем возникла необходимость в установлении правил и общих принципов методологии фикха, так появилась другая наука — наука основ права (усуль аль-фикх), которая как бы руководит фикхом, хотя и сложилась исторически позднее. Внимание ряда ученых привлек быстрый рост разных, иногда противоречивых правовых мнений. Причиной тому было отсутствие четкой методологии правовой базы, и ученые стремились исправить такое положение. Шииты считают, что основу этой науки заложил Джафар аль-Садик, в то время как сунниты полагают, что основателем явился имам аль-Шафии. Фикх продолжал развиваться и стал отцом других фундаментальных наук, с которыми он неразрывно связан. Таковым фикх остается по сей день, и ученые, специализирующиеся в этой области, считаются высшими авторитетами (среди всех прочих исламских ученых) как в суннитской, так и в шиитской традиции.