Безмолвный убийца

— Не знаю… — протянул Дэвенпорт.

Все снова какое-то время рассматривали карту. Слишком большой город. В одном здании порой живет столько же человек, сколько составляет население двух или трех маленьких городков.

— Но мне кажется, что ты, пожалуй, прав и он у кого-то живет, — сказал Кеннет. — Как он добывает деньги…

— Беккер многое умеет, — перебил его Лукас. — Он дипломированный врач, знает химию. А хороший химик…

— Метедрин, — подхватил Уайт, лысый коп в серых трикотажных слаксах. — Экстези. ЛСД. Все вернулось. Прямо как в старые добрые времена.

— Кстати, это отличная причина, чтобы его прятать, — заметил Кун. — Он может быть дойной коровой.

— Если предположить, что все это не ваши фантазии, какой можно сделать вывод? — нетерпеливо спросил О'Делл.

— Будем искать способ надавить на того, с кем он живет или кто его прячет, — ответил Лукас. — И нам нужен серьезный контакт со средствами массовой информации.

— Зачем? — осведомился заместитель начальника.

— Затем, что нам необходимо их расшевелить. Заставить поднять шумиху, которая нам поможет. Чтобы они начали повторять, что тот, кто укрывает Беккера, является соучастником совершенных им убийств. Нужны броские заголовки, кричащие об этом. И о том, что единственный шанс для соучастника — сдать Беккера, поклясться в неведении и получить отпущение грехов. Нужно выгнать его из норы.

— Я могу кое-кому позвонить, — сказал О'Делл.

— Нужно, чтобы они правильно расставили акценты.

— Мы сможем придумать, как это сделать, — проговорил О'Делл. — Ваша встреча с журналистами, намеченная на утро, состоится?

— Да.

— Тогда подбросьте им парочку мыслей на этот счет.

Когда совещание закончилось, О'Делл задумчиво качнулся на своем стуле, наклонился к Лукасу и сказал:

— Мы бы хотели присутствовать на пресс-конференции. Я и Лили.

— Конечно, — ответил тот.

Заместитель начальника кивнул и направился к выходу, а Лукас повернулся к Фелл.

— Мы сегодня будем выходить в город?

— Да. Нам поручили заняться скупщиками краденого, — ответила она.

У нее были серые глаза, гармонирующие с легкой сединой в волосах, рост примерно пять футов и шесть дюймов, слегка грустная улыбка и желтые от никотина пальцы.

— Я могу получить копии распечаток всего, что у вас есть на Беккера, и посмотреть то, что нельзя скопировать?

— Все здесь, — ответила Фелл и похлопала по стопке папок из плотной бумаги, лежащих у нее на коленях.

О'Делл, который стоял у двери и разговаривал с Кеннетом, крикнул:

— Дэвенпорт!

Лукас встал и подошел к нему.

— Дик рассказал мне про вашу идею насчет лекции о Менгеле. Я сегодня кое-кому позвоню и организую ее. Скажем, на следующей неделе. Сделаем вид, будто она уже давно планировалась.

— Хорошо, — кивнул Лукас.

— Встретимся в холле, — сказал О'Делл, собираясь уходить. — Мне нужно отлить.

Разговаривая с заместителем начальника, Лукас заметил краем глаза, как у Кеннета дернулись губы. Признак отвращения? Когда О'Делл ушел, Лукас посмотрел на Кеннета и спросил:

— За что ты его не любишь?

Неприязнь, промелькнувшая на лице Кеннета, мгновенно исчезла. Он внимательно взглянул на Дэвенпорта и проговорил:

— Потому что он не делает ничего полезного, только болтает, и все. Маневры. Манипуляции. Он похож на свинью, но он вовсе не свинья. Он мерзкий паук. Если у него будет выбор между тем, сказать ли правду или солгать, он соврет, потому что так интереснее. Вот почему.

— Это вполне уважительная причина, чтобы его не любить, — ответил Лукас, глядя вслед О'Деллу. — Но похоже, Лили он нравится.

— Вот этого я никак не могу понять, — сказал Кеннет.

Оба посмотрели в сторону Лили, которая разговаривала с Фелл.

— Кстати, насчет свинопаука… Я доверился тебе. Если он узнает, что я так думаю, тут же отправит меня регулировать движение у парковочного гаража.

— Это вряд ли, — возразил Дэвенпорт: уравнения власти были не такими простыми.

Кеннет улыбнулся.

— Точно. Вряд ли. Но эта задница может доставить кучу проблем.

Оба смотрели на Лили, и когда она кивком показала в сторону холла, Лукас направился к двери.

— Ты идешь? — крикнул он Фелл.

Она подняла голову от раскрытой папки.

— А я приглашена?

— Естественно. Только будь осторожна…

Их уже ждали представители трех газет и двух телевизионных каналов с камерами наготове. Репортеры были в хорошем расположении духа, шутили с Дэвенпортом, болтали друг с другом, обсуждая проблемы своих изданий. Они не слишком беспокоились по поводу будущих статей. Вопросы были простыми и ненавязчивыми, в основном касались ловушки, которую Лукас устроил для Беккера в Миннеаполисе, а также личности преступника.

— Последний вопрос, — сказал один из телевизионщиков, когда интервью подходило к концу. — Времени у нас будет немного. Вы знаете Майкла Беккера. Даже были у него в гостях дома. Как вы его охарактеризуете, основываясь на личном знакомстве? Его называют животным.

— Назвать Беккера животным — это оскорбление для животных, — ответил Лукас. — Беккер — чудовище. Это единственное слово, которое приходит мне в голову и лишь до определенной степени его характеризует. Он настоящий урод из реалити-шоу про психов.

— Замечательно, — сказала журналистка с телевидения, нервная блондинка в форменном голубом блейзере. Повернувшись к оператору, она спросила: — Как картинка?

— Неплохо, подойдет. Давай снимем с другой стороны, чтобы была видна твоя реакция.

Когда журналисты ушли, О'Делл, который сидел на складном стуле, расставив ноги, как все тучные люди, одобрительно кивнул.

— Все хорошо. Вы сказали, что Беккер умен и его трудно поймать, но мы делаем все, что в наших силах. — Он пару раз втянул и вытянул толстые губы. — Блондинка правильно говорит: замечательно.

Глава 6

Шестую авеню окутал тропический зной. Небо было розовым из-за грязной дымки, которая поднималась от раскаленного асфальта, и волны жара создавали впечатление, что фонарные столбы вибрируют, словно исполняют танец живота. Фелл маневрировала на побитом «плимуте» между такси, высунув одну руку с сигаретой без фильтра в окно. Из ее собственного приемника, стоявшего на заднем сиденье, звучал старый добрый рок-н-ролл. Группа «Doors», «Light My Fire».

— Нет денег, чтобы починить кондиционер, — говорила она, — но зато у нас три компьютерных терминала, чтобы мы писали еще больше разных бумажек. К тому же эта техника даже не новая, ее отремонтировали и отдали нам.

Рядом с ними двигались желтые такси, из окон со стороны водителей торчали черные и смуглые руки, а более бледные пассажиры развалились на задних сиденьях, млея от жары.

— Почему скупщики краденого? — спросил Дэвенпорт.

В их задачу входило искать скупщиков. Лукасу сказали, что Фелл специализируется на кражах со взломом и хищениях на предприятиях, а работает в индустриальном районе Манхэттена.

— Потому что Кеннет читал одну из безумных статей Беккера и пришел к выводу, что тот снимал показания, которые можно получить, только имея специальную медицинскую аппаратуру. В другом опыте говорится о кровяном давлении, измеренном при помощи катетера, подсоединенного к лучевой артерии. Для таких вещей требуются соответствующие приборы.

— Вы проверили фирмы, занимающиеся продажей медицинского оборудования?

— Да, по всей Северной Америке, а также европейских и японских поставщиков. Пустышка. Спрашивали в больницах, не пропадали ли у них приборы, и тоже ничего не нашли. Но он должен был где-то их взять. Двое наших ребят сейчас занимаются более мелкими компаниями.

Они остановились на светофоре. На тротуаре продавец фруктов сидел на пластмассовом садовом стуле, положив на лоб мокрую тряпку, и снимал завивающуюся колечками кожуру с красного яблока при помощи ножа с тонким лезвием и перламутровой ручкой. Мимо него медленно прошествовал короткошерстный полосатый кот. Он остановился на мгновение, чтобы посмотреть на свисающую кожуру, затем прыгнул в канаву, в последний раз оглянулся на залитый дневным светом мир и скрылся в канализации. Все, что угодно, только не этот зной.

— Какая-то ненормальная жара, даже ночью температура не падает. Вот тогда начинают происходить диковинные вещи, — заговорила Фелл, промчавшись через перекресток. — Однажды я получила вызов: ПР засунул голову жены…

— Кто?

— Пуэрториканец. Так вот, этот мерзавец засунул голову своей жены в унитаз, и она утонула. Он сказал, что было ужасно жарко, а женщина не желала затыкаться.

Они ехали мимо пункта обналичивания чеков, мимо мексиканского и индийского ресторанов, мимо гастрономов и вонючего киоска, где продавали сосиски с квашеной капустой. По улице шли прохожие с красными точками на лбу, в ермолках, в футболках со смешными надписями вроде «Не пукать», мимо бродяг и типов, косящих под мафиози, в черных очках и костюмах за девятьсот долларов с пузырящимися на коленях брюками и лоснящимися лацканами пиджаков.

Лукас заметил полную женщину в футболке с силуэтом пистолета сорок пятого калибра на груди. Стрелка, какие рисуют на газетных картах, указывала на дуло и была снабжена подписью: «Официальная карта Нью-Йорка. Вы находитесь здесь».

— Вон там Лонни, — сказала Фелл и подъехала к обочине.

Такси у нее за спиной принялось громко сигналить, но она, не обращая на это внимания, выбралась из машины.

— Эй, какого черта!..

Фелл изобразила указательным и большим пальцами пистолет и наставила его на водителя, затем спустила курок и двинулась дальше.

Лонни сидел на перевернутом пластмассовом ящике из-под бутылок, в ухо у него был вставлен наушник от плеера, и он тряс головой в такт звукам, которые из него доносились. Он смотрел в другую сторону, когда Фелл подошла к нему и стукнула по ящику носком туфли. Мужчина отпрянул, поднял голову и вытащил наушник.

— Эй…

Лукас встал с другой стороны, так что бежать ему было некуда.

— В понедельник ты продал триста шприцев для подкожных инъекций Алу Кунслеру, — сказала Фелл. — Мы хотим знать, где ты их взял и что еще у тебя есть из медицинского оборудования.

— Я ничего об этом не знаю, — заявил Лонни.

Вокруг бровей у него белели шрамы, а нос, похоже, был не раз сломан.

— Да ладно, Лонни. Нам все известно, и мне нет до этого никакого дела, — нетерпеливо сказала Фелл. На лбу у нее выступили капельки пота от жары. — Будешь морочить нам голову — мы тебя заберем. Ответишь на вопрос — и мы уедем. Поверь, тебе совсем ни к чему впутываться в это дело.

— Да? А что происходит?

Торговец приподнялся, собираясь встать, но Лукас положил ему руку на плечо, и он снова сел на ящик.

— Мы ищем того психа, Беккера. Он где-то добывает медицинское оборудование. Нас интересует, кто его достает. Ты знаешь по крайней мере одного…

— Я ничего не знаю про этого Беккера, — промямлил Лонни.

— В таком случае говори, где ты их взял? — спросил Дэвенпорт.

Торговец огляделся по сторонам, словно проверяя, не наблюдает ли кто-нибудь за ними.

— В Атлантик-Сити. У одного типа в мотеле.

— А к нему как они попали? — поинтересовался Лукас.

— Мне-то откуда знать? Может, с побережья?

— Лонни, Лонни… — укоризненно сказала Фелл.

— Послушайте, я поехал в Атлантик-Сити, чтобы провернуть там пару честных сделок. Вы же знаете, что здесь это больше невозможно…

— Продолжай.

— И в мотеле познакомился с парнем, который сказал, что у него есть товар. Я спросил: «Что у тебя?» А он ответил: «Все, что душе угодно». Так и оказалось. У него был, наверное, миллион комплектов инструментов, детали для компьютеров и телевизоров, кожаные дорожные сумки, ремни и костюмы и всякого другого дерьма навалом, а еще иголки.

— На какой машине он ездит? — спросил Дэвенпорт.

— На «кадиллаке».

— Новом?

— Не-е-е, старом. Такой здоровый «кадиллак», зеленый, с белой крышей.

— Как ты думаешь, он все еще там?

Лонни пожал плечами.

— Может, и там. Мне показалось, что он болтается в тех краях уже некоторое время. Там были девчонки, он устроил с ними вечеринку, так вот, они вели себя так, будто хорошо его знают…