Молчание белого тигра

Ивин медленно выплыл из забытья и с трудом открыл глаза. Видимо, он уснул, сидя на камне. Теперь болела спина, кругом было холодно и сыро. Ивин поднялся с камня, потянулся и начал взбираться вверх по склону холма, по колено утопая в мокрой от росы траве. Стояла жуткая тишина, словно в этот предутренний час мир еще не был вполне уверен в собственном существовании.

— Стоять, не двигаться! — резкий окрик заставил сыщика вздрогнуть, он поднял глаза и увидел нацеленный на себя бластер. Оружие держал в руках Жан Матье. Ивин остановился и без страха посмотрел противнику в глаза:

— Слушай, парень, я думаю, мы договоримся.

— Еще бы! — рассмеялся тот. — Сейчас ты мне все выложишь, как миленький. Что ОН тебе сказал?

— Сначала убери пушку. Я этого не люблю.

— Потерпишь. Здесь я ставлю условия.

— Ты так думаешь?

Голубая искра ударила в металл бластера, и Матье с проклятиями выпустил оружие из рук.

— Как ты, черт побери, это делаешь? — прошипел он, разминая скрюченные судорогой пальцы. — Похоже, ты вообще не человек!

— Я человек, — возразил Ивин, — и ничто человеческое мне не чуждо. Имей это в виду.

— О'кей, — кивнул Матье. — Пардон, месье.

— Поговорим как цивилизованные люди?

— Да. Только сначала обсохнем маленько. Думаешь, приятно было караулить тебя всю ночь?

Сырые дрова долго не хотели разгораться, но наконец вспыхнули. Ивин смотрел на огонь и думал, что здесь он такой же, как на Земле и во множестве иных миров. Правда, кое-где его живое пламя стали забывать в потоке синтетических чудес.

Жан достал из-за пояса фляжку:

— Не хочешь глотнуть?

— Спасибо, — покачал головой Ивин, — еще отравишь…

— Да брось ты! Я же тебе не враг.

— А кто? Сначала набивается в друзья, дает советы; потом исчезает, легенда трещит по швам; наконец, появляется в самый неожиданный момент и берет на мушку. Что я должен думать?

— Ты, между прочим, тоже весьма таинственная личность, улыбнулся Жан. — Помнится, я первым задал вопрос.

— И не один.

— Что он тебе сказал?

— Он сказал, что руулы не имеют претензий к людям.

— Скверно, — пробормотал Матье.

— Так кто-то хотел разыграть эту карту?

— В том числе и эту.

— На кого ты работаешь?

— Сейчас — на себя.

— С момента нашей последней встречи ты очень изменился, заметил сыщик. — Стал гораздо менее разговорчивым. Но мы, по-моему, договорились не применять силу, чтобы развязать друг другу языки.

— Сила-то как раз на твоей стороне, — усмехнулся Жан. — Я не знаю, чего еще от тебя можно ожидать. Но кто не рискует, тот не пьет шампанского. Я работал на «Андромеда компани».

— И что случилось?

— Ты. Когда они узнали, что ты здесь, велели уйти в подполье и не светиться. Я разозлился: какого черта? И не послушался. Решил выяснить, что ты за фрукт.

— Лимон, — сообщил сыщик. — Бываю очень полезен, но многие от меня кривятся. Так значит, ты нарушил инструкции? Ну и порядочки у вас в «Андромеде»!

— Думаешь, я их лакей? — возмутился Жан. — Как бы не так! Я свободный искатель приключений.

— Похоже, ты продал свою свободу, парень.

Жан тихо выругался по-французски.

— Дело было так, — начал он, — все началось с того банкета, когда я увел камушек у леди Маргарет. Признаюсь, что поступил бесчестно: девушка прилетела с Богом забытой планеты, впервые вышла в свет, а свет ее так встретил… В общем, я подарил этот камушек Мари — моей невесте, и жили мы тогда душа в душу. Потом нам понадобились деньги, и я попросил одного знакомого, чтоб оценил камень. Обычно он меня не подводил. А тут раз — и пропал на неделю. Потом заявляются ко мне двое в шляпах: один громила, а другой — вежливый… И взяли меня в оборот, — Матье снова выругался.

— Камень из гробницы тоже ты взял?

— А кто же еще? Но я положил на место.

— Почему?

— Я только проверил, что он такой же. Зачем он мне? Один, два или три — это все равно.

— Но их же всего три!

— Так не бывает! Раз есть камушки — должно быть месторождение. За этим меня сюда и послали.

— Ясно, — протянул Ивин, поняв наконец, в чем дело. — Вот «Андромеда» губы и раскатала… И что, нашел ты свою золотую жилу?

— Нет пока, — вздохнул Матье. — Я думал, призрак откроет тебе эту тайну. Со мной он не захотел разговаривать.

— А мы с ним говорили о другом. И вообще, твои хозяева могут ошибаться: камней может быть и всего три, если они искусственные.

— Не морочь мне голову! Это камни с короны руульского вождя. Рональд Ашер собственноручно выломал их. Тоже был джентльмен удачи. Теперь таких нет… Но черт его дернул заселить эту планету!

— У тебя и к планете претензии?

— Скука смертная. Раньше нравилось, а теперь… Даже девушки все на одно лицо. И горы эти на горизонте — как забор. Вроде и свободен, а как будто заперли…

Бестолковые жалобы Матье вызвали в душе Ивина какие-то смутные отголоски, вызревали некоторые идеи, но обдумать их можно было и позже.

— Это все? — спросил сыщик.

— Что?

— Все, чем ты здесь занимался?

— Ну, почти.

— Ах, почти! Слушай, мне ведь наплевать на все твои махинации и на махинации «Андромеда компани». Меня интересует происходящее в замке. Кто убил Марго? Кто травит Джона? Кто по-настоящему правит на Лигейе?

— Да не знаю я, — Жан выглядел растерянным. — Вроде, Донован готовил переворот.

— Ты общался с ним лично?

— Нет, через его человека, капитана Грея — того, что в маске.

— «Андромеда» была заинтересована в перевороте?

— Да. Грей обещал сотрудничество и исключительные права на разработку месторождения. Взамен просил научную и техническую информацию, а после дела — поддержку в Совете Содружества.

— С какой стати? Лигейя находится в исключительной собственности рода Ашеров. Договор подписан тоже с ними. В случае необходимости вся мощь Содружества должна встать на защиту интересов последнего лорда Ашера.

— Грей предложил пустить в ход эту грязную историю с геноцидом и подчисткой документов. К тому же все должно было выглядеть, как восстание против «антинародного феодального режима» и «кровавой династии параноиков». Те, кто протирает штаны в Совете и ничего не видит своими глазами, вполне могли бы поверить.

— Ну, а ты-то как себя чувствуешь в этом дерьме? — зло спросил сыщик.

— Дерьмово, — согласился Жан Матье. — Но я человек маленький. Джон действительно стал совсем плох с этими своими видениями, а Донован — голова. И Грей — человек надежный. Все могло пройти тихо-мирно, без убийств и прочих ужасов. А теперь я не знаю, что будет.

— Я принял необходимые меры, — процедил Ивин. — Скажи мне честно: ты знал, что Джона травят наркотиками, а все случаи, свидетельствующие о его безумии, подстроены? Ты знал, что Ровена, которая являлась ему, жива?

— Ничего не понимаю. Ты не шутишь?

— Не шучу. И тебе не советую. Имей в виду: если дело дойдет до драки, ты у меня сухим из воды не выйдешь.

Жан с притворной грустью вздохнул и тут же лукаво улыбнулся:

— По-моему, теперь моя очередь задавать вопросы.

Солнце поднялось уже довольно высоко, и становилось жарко, когда Ивин закончил свой рассказ:

— Кейн Донован — человек умный, но по-своему ограниченный. Он потомственный чиновник. Я знаком с его программой. Ее смысл контроль ради стабильности. Это дальнейшая бюрократизация общества, укрепление дисциплины и изоляционизм во внешней политике. В его планы никак не входила революция во главе с тайной полицией и какие-либо сделки со «звездными демонами». Тем более он никогда не решился бы выносить сор из избы. Значит, прикрываясь именем главного советника, Грей вел собственную игру. Поэтому он с такой легкостью подставил своего начальника. Играя роль второго лица, исполнителя чужой воли, он одурачил всех. Ни перед кем он не раскрылся до конца, и никто не знает, какие еще сюрпризы у него припасены.

— Что же теперь делать?

— Я предлагаю точно выполнить инструкции. Исчезни и не вступай в контакт ни с кем — ни с Греем, ни с Донованом, ни с «Андромедой». Когда все кончится, я найду тебя и мы поговорим еще раз.

Авантюрист поморщился, как от зубной боли: ему явно надоело прятаться от жизни; разумеется, он предпочел бы побегать и пострелять. Но в конце концов он согласился на предложение сыщика.

А тот, пробираясь обратно к замку, думал над вопросом: почему компания не послала на Лигейю своего агента, подготовленного и квалифицированного, разбирающегося в политике, социологии и, наконец, в геологии, а вместо этого воспользовалась услугами мальчишки — искателя приключений. Ответ был довольно ясен: чтобы в любой момент можно было сдать его и откреститься от всей своей деятельности в Теплых Землях руководство компании прекрасно понимало ее противозаконность. Люди там сидели осторожные, и вряд ли от них стоило ожидать решительных действий. Скорее всего, они будут выжидать…

Рассуждая так, Ивин вышел из леса и к огромному своему удивлению увидел нечто вроде цыганского табора. Как оказалось, это был лагерь беженцев — из замка. Мелькали знакомые лица придворных и слуг, они выражали преимущественно растерянность; многие были неодеты, пышные туалеты других превратились в бесформенные тряпки. В общем хаосе на Ивина сначала не обратили внимания, потом кто-то узнал его и вскрикнул, словно увидев выходца с того света. Убедившись же в материальности сыщика, люди обступили его как рыцаря-спасителя. Ивину стоило большого труда выбраться из толпы и уединиться в одной из самодельных палаток с мажордомом, чтобы выслушать его не слишком внятный рассказ.

Оказывается, ночью произошло нашествие руулов. Они вышли из-под земли и захватили замок. Похоже, главным их оружием был панический страх — замок превратился в ад, придворные бежали кто в чем, несколько человек сошли с ума. Слуги проявили немного больше выдержки, сумев вынести все необходимое. Сколько было захватчиков и каковы были их цели, осталось невыясненным, но появлялись они неожиданно и в самых неожиданных местах, достигая максимального психологического эффекта.

К этому сообщению Ивин отнесся довольно скептически: он верил словам ИнЯла, к тому же встреча в белом коридоре не выходила у него из головы.

— Я хочу поговорить с Донованом и с Марком. Они здесь?

— Увы, нет, — горестно покачал головой мажордом. — Они остались там. Гвардейцы доблестно сражались, и господин советник тоже взял шпагу, но руулы обрушили на них свою магию, против которой человек бессилен. Только Небесный Огонь мог бы помочь.

— А что же капитан Грей?

— Не знаю. В эту ночь никто не видел его, и людей его тоже. Может быть, руулы расправились с ними в первую очередь, еще в подземелье.

Сыщик помолчал, стараясь взять себя в руки.

— А не поселиться ли вам пока в деревне? По-моему, здесь не очень-то уютно.

— Некоторые пошли туда, — скорбно сообщил мажордом. — Те, у кого нет чувства собственного достоинства. Как можно жить с грязными крестьянами?

Ивин пожал плечами и направился к замку.

9. День разрушений

В то утро огромное серое здание выглядело особенно зловеще. Нигде не было заметно ни малейшего движения, замок казался мертвым, и даже птицы не пели. Неприступная крепость была взята, но не силой, а страхом, и не снаружи, а изнутри. Словно вдруг материализовались кошмары рода Ашеров на протяжении пяти столетий.

Но Лев Ивин знал, что это не так, и за угнетающей разум мистикой скрыта злая человеческая воля. И еще он знал, что за серыми стенами находятся дорогие ему люди — живые или мертвые. Отступать было нельзя. Сыщик без труда нашел подземный ход, которым только вчера тайно уходили Джон и Фиона, и уверенно шагнул во тьму. Через четверть часа он был в замке.

Внутри все было так же безжизненно, как и снаружи. Коридоры были пусты, кое-где валялись брошенные впопыхах вещи и неизвестного происхождения металлические обломки. На ступенях лестницы Ивин наткнулся на мертвое тело гвардейца. Осторожно он перевернул его, но не заметил ни малейших признаков насилия. Очевидно, у того просто остановилось сердце — таково действие микроволнового пистолета. Еще через несколько шагов лежал мертвый боевик из спецстражи — в широко открытых глазах застыло изумление. На разрешение этой загадки не было времени — сыщик пробирался в темницу, не без оснований предполагая, что его друзья окажутся там. В любую минуту он готов был дать отпор, но никто не остановил его.

В темнице горели свечи — это было странно. Тусклый свет озарял два полуобнаженных тела, подвешенных между полом и потолком. Раны на телах кровоточили, и кровь, казавшаяся черной, медленно капала, заливая пол. Один из людей открыл глаза и, увидев Ивина, прохрипел:

— Лев, ты пришел…

Быстрым движением сыщик отодвинул решетку и бросился к раненым. Это были Марк и Кейн — последний уже терял сознание от потери крови.

— Что здесь произошло? — спросил Ивин, сняв пленников с деревянных перекладин и оказав им первую помощь.

— Это Грей, — проворчал капитан гвардии, — совсем спятил. Сначала устроил заваруху, потом перестрелял своих. Перед нами похвалялся, что владеет тайнами жизни и смерти, ублюдок…

— А нашествие руулов?

— Какие, к черту, руулы! Это же роботы, куклы железные, чтобы народ напугать. Я сразу понял. Еще были его люди переодетые. С пистолетами. Сволочи, сколько они наших положили…

Кейн Донован открыл глаза и улыбнулся:

— Лев, ты… помнишь, я хотел… не пришлось…

— Надеюсь еще погулять на твоей свадьбе, — возразил Ивин. Знаете, господа, вам надо выбираться отсюда.