Крепость на реке

— А справятся?, — вновь взял слово Ро. — Я на волшебство уже успел насмотреться, привык, но некоторым нашим пациентам потребуется божественное волшебство, особенно той части, которая парализованная.

— Максимов заверил, что его врачи-иные готовы поставить на ноги даже мёртвого, у которого смерть наступила несколько минут назад. Вроде как были у них такие прецеденты.

— И сколько это будет в камнях, сколько тратится тикеров на одного тяжелобольного человека?

— Правильный вопрос, Борода, — кивнул главному снабженцу и кадровику поселения Медведь. — В среднем около десяти тикеров.

Тут уже охнула половина из нас. Десять кристаллов — это очень много. Для примера, наши силачи тратят около одного полностью заряженного тиккера на день тяжелой работы, при этом они ворочают буквально тонны грузов! А ведь у нас искалеченных и раненых под сотню человек.

— Эдак мы быстро разбазарим свой запасец, — покачал головой Павел. — Да и Максимову может прийти в голову всякое разное… и нехорошее тоже. Всё-таки, если мы так раскидываемся камнями, то их у нас очень много.

— Или не Максимову, а иным из Золотого, — поддакнул Стрелец. — Нам ещё не хватало их шпионов ловить или отбиваться от своих же земляков, когда они придут к нам в набег.

— Кстати, что там с ними? Как Игнашова поживает?, — встрепенулся Бородин. — Никаких эксцессов не было, когда появились в портале в таком количестве, да ещё с пушкой?

— Вот если не пушка, то могли начать стрелять, — вместо Медведя ответил Федька. — И так пара горячих голов пальнула из своих карамультуков, когда нас увидели. Хорошо стрелки из них, как из одного вещества пули. Повезло ещё, что там совместная охрана портала — золотые и максимовцы караулят. Они портал обнесли брёвнами, насыпь сделали с обратной стороны, настилы для своих стрелков, ночью жгут рядом с порталом факела. В общем, всё достаточно серьёзно поставлено.

— Пигмеи к ним наведывались?, — догадался Бородин.

— Ага, — кивнул Стрелец, — наведывались. Дважды по полсотни приходили с шаманами и сильными воинами. Наши потеряли убитыми двадцать с лишним человек, несмотря на всё оружие и стены, в основном из-за шаманов и элитников. Эти, по словам знакомых максимовцев, даже на стену запрыгивали!

— Хорошо, что к нам они не лезут, — вздохнул Павел. — Боятся.

— Боятся или нет, но караулы с портала не снимать. Я бы даже предложил их усилить, да только…, — Медведь не стал договаривать, но и так всем стало ясно, что он подразумевает зловонную атмосферу в пещере. Проход смогли немного расширить, а иначе бы пушка не прошла бы просто, но вот миазмы, которые скапливались десятилетиями и пропитавшие камень, выходить не хотели, несмотря на усилившуюся вентиляцию. А находиться в таком месте соглашались считанные единицы и тут уже приказы почти не играли роли — ну, не желал никто и всё тут, хоть к стенке ставь. Едва смогли укомплектовать несколько нарядов, которые только и были заняты охраной портала, больше их никуда не привлекали.

— А у золотых раскол небольшой произошёл, — вернулся к поднятой теме Медведь. — Игнашова подрастеряла влияния, там теперь другие заправляют в их совете, один и вовсе новичок, тоже девушка, но, по моему мнению, даст Юле сто очков форы.

— А мне понравилась, — расплылся в широкой улыбке Федька. — Такая девчонка — пэрсик!

— Слушай, любитель заморских фруктов, надеюсь, ты там лишнего своему «пэрсику» не сболтнул?, — нахмурился Медведь.

— Да ладно, Медведь, ты чего? Совсем меня за сопливого пацана принимаешь, у которого весь мозг сливается в район штанов?, — возмутился Федька.

— Ну-ну, — покрутил в свое манере головой Медведь, — ну-ну.

— Да брось, Медведь, «нукать», — махнул рукой Федька, потом подмигнул и сунул руки под стол, —  лучше смотрите все, что у меня есть, и сейчас узнаете, что я знаю!

На столе оказался длинный свёрток — нечто замотанное во множество слоёв материи, зная страсть Стрельца к оружию, почти уверен, что это… ну, что я говорил?

За несколько секунд тряпка была размотана и отброшена в сторону, а перед нашими глазами оказался мушкет. Корявого вида, без украшений, смотрелся так, словно, его пэтэушники на станке с ножным приводом сваяли по шалости. Но хоть кремнёвый замок установлен, а не скоба с зажимом под фитиль.

— Водопроводная шовная труба?, — удивился Павел Викторович. — Да ну нах?!

Прочие выглядели не менее удивлёнными. Таких вещей в местах переноса землян хватало с избытком, но по большей части все эти трубы собирались лишь в качестве металлолома, вторсырья, которое после переработки окажется чем-то более полезным.

— Может, они пороха чуть-чуть сыплют и бьют птичек каких мелких?, — предположил Ро. — Для больных бульон из птицы одно из самых лучших средств.

— Не-а, нормальная навеску держит ствол, — ухмыльнулся Стрелец. — Я уже проверил.

— А если бы тебя покалечило в процессе этой проверки?, — нахмурился Ро. — Ты об этом не подумал, Стрелец?

— Я знал, что и как, — отмахнулся от претензий Стрелец. — Ладно, заканчивайте гадать — у Максимова появилась иная, которая меняет свойства металла. Только металла. Вот эта китайская сыромятина, — он постучал ногтём по стволу мушкета, — после воздействия на неё иной превращается в самую лучшую оружейную сталь. А может даже и лучше, чем оружейная. Может, что-то близкое по свойствам к космическим технологиям.

А таких труб везде полно, — задумчиво произнёс медведь. — Сделать замки для мушкетов совсем не проблема, гораздо хуже дело с порохом. Но эта проблема рано или поздно решится, рецепт пороха из сотни человек знают десяток-другой. Зато у кого окажется качественное оружие вдобавок к пороху, тот и окажется на коне… хм.

— Медведь, нам бы сманить эту иную, а?, — предложил Стрелец. Другого от этого фаната-оружейника никто и не ожидал.

— Именно иную?

— Ага, девчонка это, совсем молодая. Семнадцать или восемнадцать лет ей всего и попала недавно к Максимову.

— Ты как вообще узнал про это оружие?

— От знакомых. Помнишь же, что с нами не все решили уходить после конфликта с золотыми? Они остались с Максимовым, но не зазнались совсем, ну и пообещать пришлось им кое-что в обмен на этот мушкет и секрет про металлистку. Её же Максимов от наших глаз скрыл хорошо, вон, даже ты не смог ничего узнать про неё.

— Да я, если честно, больше торговался насчёт количества кристаллов в качестве платы за услуги лекарей, чем пытался со старыми знакомыми общаться. Да и не дал бы мне этого сделать Максимов, он под видом моей безопасности от нападок золотых приставил ко мне пару гидов-охранников, — вздохнул Медведь. — М-да, нам бы не помешала такая мастерица, металла низшего качества у нас полно.

— Вот-вот, — закивал Федька, — полно! Есть даже трубы «сотки», из которых запросто можно забацать пушку. Простенькую полевую, которая с куцым стволом. Из жести накрутить к ним гильз, для донышек использовать сталь «пятёрку». Катька всё это скрепит в одно целое, а капсюля приготовят наши химики. Остаётся только это всё превратить в прочн…

— Да подожди ты со своими пушками!, — прикрикнул на него Бородин. — Вон их у тебя сколько! Расчётов не хватает таскать и пороха для стрельбы тоже. Медведь, я с этим маньяком согласен в том, что такой специфичный иной нам нужен. Мы тогда попытаемся создать некоторые станки, которых мастерам не хватает, выйдет, считай, на коленке и из всякого дерьма, но если укрепить до прочности легированной и инструментальной стали, то начнём выдавать почти что гостовскую продукцию.

Бороду поддержал Ро согласным угуканьем, наверное, тоже уже придумал, как использовать подобные таланты на своём поле деятельности.

— Да погодите вы! Растрещались тут на весь лагерь, как стая сорок. Тихо, — произнёс Медведь. — Да, такой иной нам очень пригодится, но сколько потребуется тикеров для работы с металлом, вы об этом подумали?

— Так у нас их хоть одним местом ешь! А с пушками мы добудем их, сколько потребуется, — вставил свои пять копеек Федька.

— Сегодня густо, а завтра пусто, — заявил Медведь. — Да, такой иной нам пригодится, тут без вопросов, но сманивать его нужно позже, когда у Максимова запас тикеров уменьшится. Стрелец, тебе известно, сколько всего такого оружия у максимовцев?

Тот почесал затылок, поднял глаза к потолку шатра, потом неуверенно ответил:

— Около двадцати мушкетов из труб и меньше десятка пистолетов. Было бы меньше, то вряд ли удалось мне выцаганить за несколько кристаллов и обещания один ствол.

Перед походом в гости каждому бойцу выдали по паре кристаллов на представительские расходы и с целью бросить пыль в глаза. Может быть и зря — вдруг бы удалось сторговаться за услуги лекарей-иных дешевле? У Стрельца, как большой шишки в нашем посёлке, на карманные расходы выдали больше, да и трофеи у него должны быть, не думаю, что отдавал все до последнего кристалла тикеры, что-то да оставлял себе.

— А они-то им зачем?, — удивился Медведь. — Даже я не сильно разбираясь в средневековом оружии, понимаю, что проще и полезней создать нормальные полноценные мушкеты с длинными стволами при большом запасе уже почти что готовых стволов, ведь замки там одинаковые.

— Тренировалась вроде бы как, — пожал плечами Стрелец. — Медведь, я как-то в это не вникал, честное слово, меня другое интересовало.

— Максим, ты что думаешь по этому поводу? Если есть что сказать, то говори, а то примолк в своём уголке.

Взгляды окружающих сошлись на мне.

— Согласен со всеми присутствующими — такой иной нам нужен, но не стоит спешить с, э-э, вербовкой, — дал я ответ.

Скорее уж с выкупом, — покачал головой Медведь. — Максимов просто так не отпустит эту иную со столь редкой специальностью.

— Пусть с выкупом, — согласился я с ним. — Думаю, что получив от нас запас тикеров после лечения наших раненых, Максимов часть их, может быть даже половину или около этого использует именно для создания оружия. Скорее всего — пушек…

— Наш человек, понимает, что по чём, — довольно закивал Стрелец.

… ваше появление с одной из них по любому должно оказать на него впечатление, а если не на него, то на некоторых его помощников, — продолжил я, не став обращать внимание на бестактность Федьки («сапог» он, пусть и гражданский, что с такого взять?). — Минимум одну они сделают, а это, по крайней мере, штук пятьдесят мушкетов, ведь там нужно будет не только ствол усиливать, но разные сопутствующие механизмы, те же проушины для крепления или что там в этих пушках имеется. Может быть, расход тикеров возрастает пропорционально — сто грамм стальных иголок требуют меньше энергии, чем один цельный стограммовый ножик — размеру предмета. Так что, очень скоро у Максимова опять появится дефицит тикеров. Плюс, запас оружия у него уже будет. И есть шанс, что он согласится отпустить такого затратного спеца к нам за энную сумму.

Когда я закончил, Медведь несильно хлопнул ладонью по столу и подвёл итог:

— Вот и я такого мнения. И сильно затягивать с переманиванием этой иной не станем. А то ещё золотые подключатся. Рано или поздно, все эти метатели огня и молний, силачи и теневики уйдут на второй план, а на первое место выйдут рабочие специальности и тот, кто начнёт их сманивать к себе раньше всех, тот в далёкой перспективе станет самым сильным. К сожалению, Максимов не глуп и это понимает не меньше нас с вами, нам помочь может только дефицит тикеров — уже сейчас что у его иных, что у представителей Золотого Города явная нехватка кристаллов. За моё предложение дать врачей за плату тикерами он ухватился руками и ногами…

— Как обезьяна прям, — хохотнул Федька. — Жадная мартышка.

— Федь!

— Всё, Медведь, молчу, — Стрелец сложил в щепоть три пальца и провёл ими вдоль губ, имитируя закрываемую молнию.

— Первоначально он просил в два с половиной раза больше, еле удалось сбросить цену. И в целом по недомолвкам видно, что у них иные живут на голодном пайке. Ради камней они устраивают походы к пигмеям, но так как порталами пользоваться не может никто из них, то такие мероприятия очень затратные по времени и ресурсам и малоэффективны. Что максимовцам, что золотым одновременно повезло и не повезло с местом обитания: на несколько дней пути нет ни одного поселения пигмеев и других порталов, только тот, который на холме рядом с развалинами.

Глава 3.

— Вот это — основная стойка копейщика. Смотрите внимательно на постановку ног. Если кто-то занимался каким-либо силовым видом спорта, то он должен знать, насколько эффективны все связки, каты и прочие выпады, а так же всяческие па при правильной постановке ног…

Стрелец в своей манере с подколками и шутками занимался тренировкой личного состава. На этот раз в качестве новобранцев выступали всяческие охотники, лесорубы и водоносы. По настоянию Федьки Медведь дал добро на обучение рабочего персонала посёлка минимуму боевых умений, и теперь народ дважды в неделю по два часа махал саблями, палашами, метал сулицы, или вот как сейчас учился работать обычным копьём. В эти ряды затесался и я, причём, занимался каждый день. Были те, кто стонал и материл Медведя со Стрельцом и прочими членами совета посёлка. Мужикам и так доставалось  днём, чтобы вечером еще заниматься физкультурой и крутить финты острыми железками. Но Федька был безапелляционен: или тренировки, или на все четыре стороны, если нет противопоказаний к занятиям.

— … копьём люди пользовались несколько тысяч лет, и только чуть более полувека назад этот вид оружия ушёл в запасники арсенала истории. При наборе ополченцев из крестьян, горожан и прочего необученного мяса в основном каждого из них вооружали именно длинной палкой с острым наконечником. А иногда просто длинной палкой, на которой один конец был стесан или обожжён в огне. Всё это из-за того, что никто не принимал всерьёз вчерашнего крестьянина в качестве воина, задача первых рядов с копьями — это принять первый удар, смешать ряды конницы, замедлить её движение. Конечно, не все относились так предвзято к этому простейшему оружию. Например, знаменитая македонская фаланга! Или вершина мастерства работы с копьём — швейцарская пехота! Благодаря этим парням, к слову, и пошёл на спад век рыцарства. Здоровяки в латах повисали на наконечниках пикинеров, вместе со своими дестриэ….

— А я слышал, что рыцарей погубило огнестрельное оружие!, — выкрикнул кто-то из лесорубов. Этих парней можно было узнать по намозоленным ладоням и потекам плохо отстирывавшейся смолы на одежде.

— И это тоже сыграло свою роль, но именно строй пикинеров и дал толчок развитию, как огнестрельного оружия, так и рейтарству, которое пришло на место рыцарства. Конечно, это моё мнение и оно может отличаться от исторического. Так что, не нужно относиться к копью, как к простой палке.

— Но против пигмеев нам не понадобится строй!, — не унимался всё тот же лесоруб. — Пока мы будем стоять с копьями, они нас заплюют своими дротиками! Уж лучше все тренировки сделать с мушкетами, всё полезнее, чем это средневековье. В конце концов, мы умнее их и знаем, что будущее за порохом.

— Что-то ум наших земляков не помог им при переносе. Я тебя включу в следующую экспедицию к пигмеям, там посмотришь на ямы с костями в посёлках карликов.

— Да кто же знал, что всё так повернётся. И оружие было не у всех…

— Может, проверим, насколько эффективен мушкет против копейщика? Честно — дам тебе мушкет с порохом и свинцом и разойдёмся метров на пятьдесят.

— Да что ты меня с собой сравниваешь! Ещё бы предложил вон с ней сразиться!, — возмутился лесоруб и кивком головы указал на Сильфею.

— Против неё тебе и танк не поможет, а мы сражаемся с обычными пигмеями и кое-кем ещё. Вот с этими врагами копьё и поможет тебе остаться живым, пока стрелки за твоей спиной будут отстреливать плевунов. Да и встречаются в этих джунглях кое-кто другой кроме карликов, вот против них и нужен строй копейщиков.

— А…

— Тихо!, — гаркнул Федька, обрывая болтуна. — Ещё вопрос не по теме и будешь бегать вокруг посёлка с бревном на плечах и в полной боевой.

Спорщик благоразумно замолк, предпочитая вечерний отдых с женой или подружкой альтернативе забегу в поту до мозолей на пятках.

— Есть два вида работы с копьём, собственно, с копьём и копьё-щит. Мы учиться будем только копью пока что, со щитом всё сложнее, вы за месяц и начального уровня не осилите. Хват вот такой, — Стрелец взялся левой рукой за центр копья, правой ладонью обхватил конец, практически пятку. — Это для правшей стойка, для левшей всё в зеркальном виде…

Стрелец показал несколько раз, как выполнять удар с выпадом, после чего заставил нас отрабатывать его, делая быстрый шаг вперёд и одновременно выбрасывая копьё в сторону виртуального противника.

— Я как показывал стоять во время удара? Согнута только передняя нога, задняя нога и спина — прямые, голова поднята!, — прикрикнул Федька на ближайшего тренирующегося. — Не нужно выворачивать стопу, сгибать колено или горбиться. Смотрите вперёд, а ваш горб этому мешает, ёптить вас коромыслом! Да ты даже не увидишь, попал или нет по врагу, и куда попал! Не заваливаемся назад, чтобы не получить по своей бестолковке в ответ, ударили — быстро назад. Так, стоп, показываю ещё раз и все смотрим на меня…

После тренировок у меня отваливались руки, может потому, что занимаюсь каждый день и себя не жалею, может дело в том, что с копьём начал заниматься первый день. Только принял душ и завалился на кровать, чтобы поскорее заснуть, как рядом с палаткой нарисовался посыльный от Медведя.

— Что случилось?, — спросил я, когда вошёл в штаб. За столом поселковый совет восседал в неполном составе. Был Медведь — глава как-никак. Стрелец, Ро и Жанна.

— Ничего, Максим, можешь успокоиться, — ответил Медведь. — У Федьки появилась одна идея насчёт твоего камня.

Я насторожился, про себя гадая, что же там за мысль тут обсуждали, перед тем как послать за мной. И не узнали ли каким-либо неведомым способом про связь между удовольствием, что я испытываю и скоростью восстановления драконьего тикера.

— Стоящая хоть?, — поинтересовался я, усаживаясь в офисное кресло с бежевой обшивкой из эко-кожи.

— А вот сейчас и узнаем. Камень с тобой?

Я в ответ хмыкнул.

— Ну да, ну да… знаю, что не расстаешься, но вдруг именно в этот момент оставил его в палатке. Идея такова: соединить вместе простые тиккеры, и твой.

— Да уже пробовали!

— Пробовали, но не с таким количеством, — возразил Медведь. — У нас кристаллов хватает, можно провести опыт с гораздо большим количеством. Выигрыш восполнит все затраты, м-да, надеюсь на это.

— Ну, давай пробовать, — пожал я плечами. Уже пробовали несколько раз засыпать мой тикер в стакане по самый край трофейными волшебными камнями — результата ноль. Сегодня вместо стакана на стол поставили пятилитровое пластиковое ведро, светло-зелёное с прикольными улыбающимися ромашками и колокольчиками на стенках. Для детей, что ли?

— Кидай свой камень, — Федька кивнул на ведёрко. — Давай, давай, не жмись ты, Макс, ничего не случится.

Когда я положил на дно драконий тикер, Стрелец зачерпнул пивной кружкой (наверное, опасаясь, что металл повредит камни, а стекло в этом плане безопаснее) из металлического ящичка с поролоновой внутренней обивкой трофейных тикеров и медленно насыпал в ведро.

— И?…, — он вопросительно посмотрел на меня, когда последний кристаллик скатился вниз, а мой камень скрылся под горкой тикеров.

— Ничего не чувствую, — развёл я руками. — Ничего не произошло.

— Нужно было прозрачную тару брать, банку трёхлитровую ту же, там видно было бы снизу, — произнёс Федька, потом посмотрел на Медведя. — Ещё?

— Сыпь, — махнул тот рукой. — Чего уж тут… доведём эксперимент до конца.

Федька зачерпнул ещё одну кружку, потом другую, посмотрел с вопросом на меня, увидел мой отрицательный кивок и… отложив в сторону кружку, взял в руки ящик и почти весь его высыпал в ведро.

— Куда!…, — вскинулся Медведь. — Совсем сдурел, Стрелец?

— Да ничего не случилось, Медведь, — остановил я главу, готового обрушить гром и молнии на голову Федьки. — Да ты и сам сказал, что выигрыш предпочтительнее.