Время жестоких чудес (СИ)

Рассказанная мной притча, об ученике чародея и метле, которую тот заставил таскать за себя воду, была моими коллегами внимательно выслушана, и даже принята к сведению. Однако, судя по всему, их мнение совсем не поменялось.

— Да, мы все здесь имеем опыт, и понимаем, что это крайне рискованно…

Эти слова Уота Тамбора были встречены одобрительными кивками, а он продолжил.

— Но, что если Республика, даже если мы нанесем ей чувствительный урон, а ее вассалы заявят Корусанту протест на продолжение войны, все же не захочет мириться? Ты сам прекрасно знаешь, насколько их экономика сейчас мощнее нашей! — войны на истощение мы не выдержим. А если еще и хатты вмешаются… — я даже не рискну предсказать последствия.

— На крайний случай, мы всегда можем прибегнуть к использованию электромагнитных торпед! Надеюсь, записи с Зейгеррии видели все?

В разговор вмешалась Шу Май.

— Извини, но это совсем не то! — оружие, уничтожившее Зейгеррию вместе со всем ее населением, это не конвенциональное оружие. Может, в военном плане разница и небольшая, но в плане политическом… — ты же, кажется, сам был всегда решительным противником ведения тотальной войны, не так ли?

— Вот это вот — я ткнул пальцем в голограмму Репликатора, висевшую над круглым столом в зале заседания, — с точки зрения тех же джедаев будет ничем не лучше!

— Но они не будут считать его именно за оружие?

— Нет, однако, это не помешает им попробовать уничтожить Репликатор любыми доступными способами.

— Их «доступные способы» не будут включать что-то подобное «приказу База Дельта Ноль», в отличие от того варианта, когда мы будем вынуждены прибегнуть к этим твоим «электромагнитным торпедам», не так ли?

— Ну, да…

Я вынужден был согласиться со словами старой госсамки, попытавшись, однако, зайти с другого бока.

— В случае с Репликатором главная угроза будет исходить не извне, а изнутри!

Оглядев собравшихся еще раз, я понял, что так и не убедил их до конца в правоте своих слов. Общее мнение коллег выразил Уот Тамбор.

— Райден, мы понимаем твои опасения. И никто из присутствующих, кроме виконта Вейна, так же с Силой работать не может. Но, тем не менее, Конфедерации нужны какие-то… гарантии! Если нам удастся остановить натиск войск Республики, и начать настоящие переговоры о мире на достойных условиях — это будет очень хорошо. А если нет? Мы же не призываем тебя вот сейчас, сразу, начать строить новый — как его? — Репликатор. Но…

— Хорошо, коллеги. Я передам уважаемому Уоту Тамбору полный набор техдокументации, необходимой для постройки комплекта деталей и узлов материальной основы Репликатора. Можно даже сделать сразу два комплекта — на всякий случай! И, я создам голокрон с инструкциями… на случай, если со мной самим что-то произойдет: по готовым лекалам артефакт соберет любой мало-мальски подготовленный форсъюзер, Алхимик или Ремесленник. Кстати, при готовых деталях и узлах, и уже существующей базовой платформе, создать Репликатор можно за пару недель, и даже меньше — с учетом времени на подготовку этого мероприятия. Только не забудьте приготовить, потом, побольше смертников, на убой.

— Вот и славно! Как я понимаю, люди, способные потом управлять этой штуковиной, по очереди, у тебя тоже найдутся? — Ты сам явно выглядишь очень уставшим: не нужно пытаться тащить все исключительно на собственных плечах

Пассел Ардженте явно выглядел довольным, словно миллион в лотерею выиграл. Я тяжело вздохнул, про себя: господа, члены Исполнительного Комитета, все лучились довольством и уверенностью — а Тофен, поганец, ехидно улыбался мне через Силу!

— Да, господин Ардженте, у меня есть те, кто может заняться потом этой работой. С позволения остальных присутствующих, хотел бы перейти к рассмотрению других насущных вопросов…

* * *

Поговорка утверждает, что тяжелее всего — ждать или догонять. Легче всего, когда ты занят каким-то полезным делом. Увы, все необходимые и неотложные полезные дела, на текущий момент, я уже переделал. С детьми и родителями жены тоже повидался. Даже программную речь перед Сенатом Конфедерации произнес, и выслушали меня, при этом, очень внимательно. И не только выслушали: господа представители постарались донести мои призывы, обращенные к имеющим доступ к ГолоНету согражданам, еще дальше — до всех тех, кого они представляли в Сенате, и кто свободный доступ к Сети имел не всегда. Благо, после внеочередного заседания Исполнительного Комитета, воодушевленные руководители КНС провели грандиозную подготовительную работу по подготовке общественного мнения. Причем, провели как у нас, так и на просторах остальной галактики. Ребята из Башни Ардженте, казалось, вообще работают круглые сутки, без выходных и праздников — в стремлении донести наше видение текущих событий до самого отдаленного ранкорьего уголка. Пропаганда, пропаганда и еще раз пропаганда — эта война если и будет нами выиграна, то только в сердцах и умах народов галактики! Нам должны верить, и не только свои, но и жители чужих земель тоже. За нами должны признать нашу правду. Я даже сам немного поучаствовал в поднятой пропагандистской кампании: предоставил нашим героям информационного фронта еще порцию обработанных мной песен и музыки, почерпнутых из закромов памяти. И хрен с ним, что никакого «Трансвааля» в галактике не было — во всяком случае, я у нас про наличие такого места не слышал! — «Трансвааль, Трансвааль страна моя»… от этого слушали не менее проникновенно. Точно так же, как наши солдаты-добровольцы с удовольствием горланили -

Я всегда был храбрым малым, Может — стану генералом. Ну а если мне не выйти из огня — от несчастья от такого ты найдешь себе другого и навеки позабудешь про меня. Если кто сегодня помер, без него играем в покер — тут ребята не жалеют ни о ком. Есть у каждого в резерве деньги, слава и консервы и могила, занесенная песком. Командир у нас хреновый, несмотря на то, что новый, только нам на это дело наплевать. И не хуже, и не легче было б выпить что покрепче — всё равно с какой холерой воевать.[9]

А то товарищи с Марканы вообще гоняли в эфире перепевы чужеземных шлягеров, даже там широко известных только в очень узких кругах, — что-нибудь эдакое, про «баржи Абаддона» и прочий «космодесант». — Совершенно не подозревая об их иномирном происхождении оригиналов: тут даже явный китч иногда шел в дело — и, что странно, имел при этом успех у слушателей и зрителей. Причем, как у наших, так и у республиканских. Были же случаи и в реале, когда и «баржи» были, и «космодесант» успевал вовремя… вон, Тофен у нас вообще спец по всякого рода прорывам блокад — жизнь то она, иной раз, покруче любой выдумки бывает. Иногда становилось даже жалко, что у меня тут нет под рукой своего «Демьяна Бедного» или «Тиртея» — вот бы, ребята развернулись, на полную катушку! А то все сам, «на колене», плагиатил помаленьку — разумеется, когда время было свободное. Чисто ради прикола, якобы от имени некоего пожелавшего остаться неизвестным композитора-любителя, предложил в качестве гимна Конфедерации марш «Тоска по Родине» — и тихонько офигел, когда Сенат, совершенно неожиданно, его принял. Ну, не сразу приняли, понятно, а после проведенного среди населения Конфедерации опроса… вот честно, после этого я стал очень осторожен в своих желаниях! Особенно если учесть, что какое-то время назад — точно так же, в качестве дурной инициативы, — я снабдил Тионскую Добровольческую Армию маршем… точнее — аранжировкой марша из чужой компьютерной игрушки, под названием «Ред Алерт». Теперь эта музыка считалась главным маршем обновленных вооруженных сил Конфедерации, вот так то…

Но, в общем, даже деятельность на поле плагиата имеет свои пределы: приходилось думать, чем еще занять себя — в ожидании, когда Корусант сделает первый ход в новой партии игры под названием «война». Самое хреновое, что я сейчас уехать в какое-нибудь тихое, или наоборот — интересное место, вроде того же Тунда или Холодной Кузницы, никак не мог: приходилось держать руку на пульсе событий. Лезть в планирование военных операций? — нет, Тофен и Булат с Тренчем меня вежливо послали. Техническая сторона у Фальина Дьера и Уота Тамбора тоже была схвачена крепко: мои услуги им сейчас не требовались. По здравому размышлению, мои товарищи из Исполнительного Комитета даже с быстрейшим воспроизводством Репликатора на меня давить не стали, отложив это дело до того времени, когда — и если, нас и вправду припрет. — Все же, слова Тофена Вейна и Алирры Тетсу, выступавшей перед ними в качестве консультанта: о том, что эта штуковина не так проста и безопасна, как кажется — на них потом сильно подействовали. Короче говоря, пока суд да дело, решил получше изучить техдокументацию на те новые корабли, что недавно были запущены в серийное производство — и время можно убить с пользой, и людям делом заниматься мешать не буду.

По большому счету, легкий дестроер типа «Звездный Лансер» представлял собой нечто среднее, между фрегатом типа «Щедрый» и крейсером типа «Левиафан». Конструктивно более простой, чем последний, и созданный с использованием технологий военного, а не гражданского происхождения, в отличие от первого. Вобравший лучшие стороны обоих проектов — и максимально используя уже готовые узлы, детали и агрегаты от обоих «прародителей» — он должен был полностью заменить их со временем на всех наших верфях. Почти восемьсот метров длины: вытянутый, похожий на клинок листовидного кинжала или короткого меча силуэт, если смотреть на него сверху или снизу — и такой же приплюснутый, как клинок. Если бы не плавные очертания, то корабль был бы больше похож на республиканские «Венаторы», чем на обоих своих прародителей. Пожалуй, первое, что бросалось в глаза: утопленная в корпус секция управления, едва возвышающаяся над третьей башней — выше торчала только щетина антенн. И еще — относительно большие по размерам, особенно выделяющиеся при взгляде сбоку, башни турболазеров главного калибра, вытянутые от носа к корме сверху в диаметральной плоскости.

В свое время, именно эти башни поставили меня в тупик: в силу некоторых конструктивных особенностей, и связанных с этим принципов управления огнем, многоствольные турели турболазеров обычно всегда имели четное число стволов. То есть, были либо одноствольные установки, либо двуствольные, либо несущие четыре ствола — установки с восемью орудиями использовались относительно редко, в виду возрастания трудности управления огнем. Все потому, что «шаг» рейтингов орудийных классов был подобран таким образом, чтобы залп, скажем, из двух «стволов» турболазеров шестого класса соответствовали либо выстрелу из одного тяжелого турболазера седьмого класса, либо залпу из четырех стволов средних турболазеров пятого класса. При нечетном числе стволов эти простые соотношения сильно сбивались, затрудняя эффективную стрельбу. Притом, что на обычные лазеры или на ионные пушки подобное правило не распространялось: те же строенные установки лазеров, или строенные ионные пушки использовались весьма широко. Так вот, если носовая и кормовая башни дестроера были обычными двух орудийными установками, то вторая и третья башни несли по три таких же ствола! Читать про то, как Фальин и его команда обошло затруднения с управлением стрельбой главным калибром, было интересно. Сами башни располагались следующим образом: три стояли линейно-возвышенно, и были развернуты вперед — а четвертая смотрела в направлении кормы Прямо по курсу одновременно могли вести огонь восемь тяжелых турболазеров восьмого класса — при стрельбе «на борт», по верхней полусфере, их количество увеличивалось до десяти. Если к ним добавить еще две пусковых установки тяжелых корабельных ракет, расположенных в передней части «под подбородком», и направленных вперед, то дестроер мог потягаться в мощи своего огня и с «Дредноутом» с «Левиафаном». — А «Щедрый» его несколько превосходил только в битве «нос к носу», да и то лишь если мог эффективно задействовать пару своих чудовищных неподвижных турболазеров одиннадцатого класса.

С защитой от мелких назойливых насекомых — истребителей и бомбардировщиков, — хорошо стравлялись тридцать легких счетверенных скорострельных лазерных турелей, размазанных по корпусу дестроера. Дюжина пусковых шахт ракет ПКО смотрела в верхнюю полусферу примерно посередине корпуса, распределенная по правому и левому бортам. Еще восемь таких же шахт были расположены сзади и снизу, под двигательным отсеком — там, где концентрация огня лазеров была несколько слабее. Под «брюхом» дестроера находилось еще восемь шахт, в которых прятались выдвижные спаренные установки протонных пушек. Орудия одинаково хорошо были пригодны как для стрельбы по кораблям и истребителям, так и для поддержки наземных войск — для обстрела целей, по которым главный калибр был как кувалда против комара.

Завершали список вооружения корабля «стандартные» сто двадцать дроидов-файтеров. Впрочем, конструкция ангара с парой боковых ворот, прикрытых бронированными створками и имевших выдвижные аппарели, облегчавшие взлетно-посадочные операции, позволяла варьировать состав авиагруппы. И все же, в отличие от большинства старых кораблей КНС, главным оружием корабля были вовсе не носимые на его борту малые летательные аппараты, а его артиллерия главного калибра. Хотя, МЛА позволяли более гибко использовать корабль — от прямого боя, до осад и крейсерских операций. Даже в качестве десантно-штурмового корабля легкий дестроер тоже можно было использовать. Способность совершать посадку на поверхность планет и вместительные трюмы, в которые можно было запихнуть чуть ли не дивизию боевых дроидов, вместе с боевой техникой, давали ему такую возможность…

В одном из приложений к набору техдокументации Фальин указывал, что можно модифицировать корабль в носителя усовершенствованных генераторов гравитационной тени, дополнительных башен ГК, устанавливаемых «боком», на месте ангарных ворот, или турелей со строенными тяжелыми ионными пушками. Если пожертвовать размерами ангара, оставив только минимум истребителей для самообороны, и вместимостью трюма под десант — и поставить в корпус еще один, дополнительный реактор: к уже имевшемуся основному и паре вспомогательных. Благо, модульная конструкция делала такую операцию по переоборудованию достаточно легкой. Кстати говоря, к мощным «зубам» дестроер имел еще и крепкую «шкуру»: как обычную броню из плит дюрастила и бронзиума, так и взятые с того же «Щедрого» генераторы дефлекторных щитов.

Судя по отчетам, верфи Гатариэкка, Кар Шиан, Раксуса и Кларива уже частично перешли на выпуск легких дестроеров типа «Звездный Лансер». Теперь требовалось только подтвердить заявленные характеристики корабля в реальном бою, и можно переводить на его выпуск и все остальные верфи, выпускавшие до этого «Щедрых» и «Левиафанов». Тем более, что по части постройки, он требовал примерно на десять процентов меньше усилий, чем тот же «Щедрый» — который у нас был чем-то вроде эталона простоты сборки.

А вот Лианна меня порадовала и удивила: тот крейсер, который они предложили для замены «Левиафана», я увидел в чужих воспоминаниях еще когда-то давно, задолго до войны. Кстати, назвали они его точно так же: «Защитник». Впрочем, похожий на шестисотметровый клин корабль скорее предназначался не для того, чтобы защищать собственные конвои, сколько для того, чтобы «потрошить» чужие. И для этого он имел все необходимое: четыре установленных в верхней части корпуса тяжелых ионных пушки, и одиннадцать счетверенных дальнобойных тубролазеров пятого класса мощности. Десять скорострельных лазерных спарок, размазанных как и турболазеры по верхней и нижней частям корпуса, завершали наступательное вооружение. Ангар крейсера, доступ к которому осуществлялся снизу, через характерный скорее для новых республиканских кораблей большой колодец, был рассчитан на четыре эскадрильи легких истребителей, и на несколько абордажных челноков. Относительно недорогой, но мощный и быстрый корабль. Верфи компании Сиенар/Санте уже успели сдать флоту несколько сотен подобных. Имелись планы на оснащение корабля новыми гравиколодцами — собственно, его и проектировали именно с этим прицелом.

Если Фальин Дьер и его команда изначально делали замену «Щедрому» и «Левиафану» как массовым «кораблям линии», то специалисты Лианны ориентировались на корабль, в которым можно будет свободно установит генераторы гравитационной тени новых типов. Они тогда еще только разрабатывались — но, исходя из их предполагаемых массо-габаритных характеристик было уже ясно, что в «Левиафаны» они уже, без кардинальной переделки корабля, не влезут. А массово использовать в качестве их носителя «Центурионы», или даже «Щедрые — если ставить по одному колодцу за раз, было бы накладно. То есть, предвидя будущие проблемы, подходящую «платформу» для этих новых гравиколодцев сделали заранее…

Ну и последним кораблем, спецификации на который я наконец то смог детально изучить, был фрегат типа «Стрелец». Являвшийся чем-то вроде крейсера типа «Алмаз» и десантной баржи C-9979 в одном флаконе, только лучше защищенным и мощнее вооруженным, он представлял собой, в базовом варианте, десантно-штурмовой корабль. И десант он мог высадить примерно такой же, как «Алмаз» или C-9979. А еще, вместо десанта, просторные ангарные отсеки могли служить прибежищем нескольким эскадрильям дроидов-файтеров. Или, пользуясь модульной конструкцией корабля, на него можно было установить четыре тяжелых мощных энергетических орудия: турболазеры «семерки» или дальнобойные ионные пушки. Все это в дополнение к четырем спаренным турелям средних турболазеров пятого класса. В качестве вспомогательного вооружения можно было оснащать фрегат батареями пусковых установок протонных торпед или ракет. В общем, легкий универсальный корабль, чуть больше по размерам, чем фрегат типа «Корона», широко сейчас распространенный во флоте КНС.

При проектировании, все три типа кораблей рассчитывались на использование смешанного экипажа, но с преобладанием живых — если для этого была возможность, а не дроидов. Еще одной, не явной, особенностью крейсера и фрегата было использование основного гиперпривода относительно небольшого, второго класса: для «работы» в общем ордере флотилий и эскадр этого вполне хватало, точно так же, как и для «пиратских» рейдов. Зато и там, и там получалась изрядная экономия средств, что было немаловажно при массовом строительстве. А гонять их из одного конца галактики до другого, как например тот же «Алмаз», никто не планировал! На «Звездный Лансер» вынужденно поставили гиперпривод первого класса, несмотря на его более высокую цену. Как раз возможность быстрой переброски таких кораблей на новый ТВД могла потребоваться достаточно часто.

Пользуясь неожиданно появившимся свободным временем, я даже сам начал прикидывать: как бы и где усовершенствовать эти новые корабли. И под какие задачи их еще можно переделать. Когда в покои королевского дворца на Джаминере пришло известие, что Республика, наконец-то, сделала свой первый ход, фактически объявив нам снова войну…

Нет, на самом деле Корусант ни хрена никакой войны — первоначально! — нам вовсе не объявлял: и у них, и у нас идея возобновления боевых действий без надлежащих причин особой популярностью не пользовалась. Народ банально устал от войны, с ее явными и скрытыми угрозами, с резким ростом налогов и цен на товары повседневного спроса. Первого, кто сказал бы: «начинаем войну!» — могли бы тупо линчевать, несмотря ни на какие чины и заслуги. Респы сделали тоньше: пустили вперед неймодианцев, с их претензиями на старые владения Торговой Федерации. А чтобы претензии ребят с Като Неймодии звучали весомее, фактотумам Торговой Федерации — которых и без того сопровождали отряды боевых кораблей, набитых дроидами и военной техникой, — придали еще и некоторое количество частей Великой Армии Республики, вместе с кораблями республиканского флота. Дальше оставалось только ждать момента, пока кто-нибудь из наших не откроет по ним стрельбу. Тогда у руководства Республики будет законный повод вмешаться: вписавшись за своих подданных, которых «несправедливо обидели» — а потом еще, в придачу, и напали на респовские военные корабли сопровождения, непосредственно. Провокаторы чертовы! Что самое обидное: никуда мы от этого варианта развития событий не денемся — колея уже набита, и свернуть с нее не получится. А просто так отдавать присоединившиеся к нам миры… да пошли они нахрен!

Вот то, что неймодианцы, то ли сами — то ли кто подсказал, вспомнили о бывших муунских наемниках из Канца, оставшихся без работы — это было неприятно: наш фронт, и без того уже растянутый, растягивался еще больше. К этому сброду присоединились и талассианцы: работорговцы имели хоть и изрядно устаревший, зато очень большой флот. Разведка доложила, что талассианская сволочь набрала где-то целые полчища дикарей — явно не просто для того, чтобы «грабить корованы». Уроды, забыв о судьбе собратьев по профессии и конкурентов, с Зейгеррии, решили сорвать под шумок большой куш? Флот под командованием Таари Ден Хисса, который Исполнительный Комитет перевел на Хайданский Путь, как раз для защиты бывших клиентских миров ТФ, пришлось срочно усиливать. А основным силам армады, которую возглавила Ассегай — перебазироваться в район Ботаджефа и Селанона. Подпирать ее тылы, в районе Салинского Коридора — древней «Дороги Наемников» — пришлось Яростному Огню. Фактически, еще до начала боевых действий, нам пришлось сильно поменять свои планы.

Общий резерв, разделенный на три основных группы: у Фелуции, у Лианны и у Марканы — пока еще не трогали. Точно так же, как и войска, защищавшие владения Техно Союза. Более, того — в помощь Уоту Тамбору я направил генерала Булата с дополнительными силами: потерять такой промышленный район для нас было бы очень критично!

К сожалению, хатты все же сделали свой выбор: объявили, что будут защищать интересы своих новых вассалов — джеонозианцев. Да, именно так — Поггль как то сумел договориться со слизняками, которых еще никому и никогда не удавалось подписать на защиту чьих-то иных интересов, кроме их собственных. Думаю, что здесь не обошлось без джедаев… черт, быстро же там, в Ордене, утерлись — и забыли про Арену Петранаки! Из-за этой фигни нам пришлось радикально менять наши боевые порядки, усиливая «левый фланг» — опять же, за счет «центра». На срочно выстраиваемую оборонительную линию от Салюкамея до Станции Юнкфорт и дальше, до сектора Централия, мы вынуждены были послать адмирала Тренча и Алгора Мелассина. Было совершенно ясно, что вопрос с Милиусом — это только предлог: если мы позволим, то хатты проглотят столько, сколько смогут. А сил у них много… тридцать тысяч кораблей основных классов: разведка сообщала, что это минимально возможная цифра — на самом деле, во флоте у слизняков может быть, куда большее количество единиц. И пусть все эти «Неукротимые», «Молотоглавы» и прочее старье имеют малую огневую мощь — главное, что их будет очень, очень много. Практически, чтобы противостоять этой новой угрозе, Конфедерации придется бросить, предоставив отбиваться самостоятельно — если на них нападут, все наши анклавы. Даже такие большие, как анклав вокруг Паквепури, и такие важные, как Андо.

Нет, те тридцать тысяч кораблей, что были направлены для защиты всех этих анклавов и отдельных планет, никто назад отзывать не будет. Точно так же, как и пытаться отобрать назад корабли и вооружение, которое мы предоставили независимым, или даже входящим в состав Республики мирам, что заключили с нами и нашими союзниками сепаратные пакты о ненападении, и взаимной защите от пиратов. Во-первых, для этого понадобилось бы много времени — месяц, а то и больше. А во-вторых, пребывая там, эти силы вольно или невольно связывали руки респам: заставляя тех учитывать свое наличие в военных планах, которые строили на Корусанте — и выделять немалые средства для своей нейтрализации. Теоретически, оставшихся семидесяти тысяч кораблей для обороны нам должно было хватить. Тем более, что верфи самой КНС и наших союзников вводят в строй чуть ли не по две тысячи больших боевых кораблей, и столько же корветов и канонерок, в течение каждого месяца — почти целая армада! Вот-вот выйдут на полную мощность те производственные комплексы, что я переместил в Холодную Кузницу. А еще, наши военные подряды забрали себе верфи Дака: объявившие о своем нейтралитете мон-каламари решили, таким образом, заработать себе денег на восстановление экономики! В какой то мере верфи «рыбок» заменили нам уничтоженный Паммант: после недолгих мучений на Клариве, постройку новых «Предусмотрительных» решено было организовать именно там. Кораблестроительные технологии мон-каламари, аналогичные тем, что применяли куаррены, были заточены на производство подобных кораблей изначально.

В общем, нам бы еще немного времени, и месячный уровень вводимых в строй кораблей поднялся бы до пяти тысяч… — к сожалению, на Корусанте это, видимо, тоже понимали, поспешив начать свою провокационную возню. — И подтолкнув к тому же хаттов. Ладно, про мои возникшие буквально из воздуха дополнительные флоты и армии в столице Республики и на Нал Хатте пока еще ничего не знает. Так что, пусть себе кое-кто мечтает поставить нас на колени. Мечтать не вредно — вредно путать мечты с реальностью…

* * *

Да, участие хаттов в новом раунде военных действий сильно напрягло всю Конфедерацию, и в особенности — Тион. Тут до сих пор непослушных детей пугают хаттскими зачистками, которыми они «побаловались» на Пепельных Мирах еще Сила знает когда, во время Тионской Войны. У тионцев хорошая память, и на этом нужно правильно сыграть: пусть к людям придет ярость и желание отомстить, а не страх и безнадежность! Тут главное будет не переборщить: нам потом еще как то мириться придется — война насмерть с Республикой, для КНС ничем хорошим закончится, не может, по определению. Хатты… вот хаттов наказать, за их вмешательство в чужую войну, можно, и даже обязательно нужно! Ну, в отличие от тех же неймодианцев, над тем, что хатты попадут «под раздачу» — на Корусанте только посмеются: интересно, понимают ли слизняки, сколько недоброжелателей, а то и явных врагов они успели нажить?

Теперь надо подумать: что, и главное — как, правильно сказать. Мое обращение по ГолоНету к народам Конфедерации и галактики в целом, должно дойти до максимально возможного числа слушателей! Все — даже жители республиканских миров! — должны поверить: мы имеем полное право на свою месть. Потом, когда смолкнут пушки, наши слова должны будут восприниматься весомее, чем слова наших противников — когда мы начнем с ними настоящие, а не формальные переговоры о мире…

Я выбрал место, где я стану говорить, обращаясь к народу и войскам: Десевро. Моя вторая родина… унылый мир стылых топей, когда то бывший настоящим раем! Жертва той первой, невообразимо давней войны между молодым хищником — Республикой, и народами Тиона, всего лишь желавшими, чтобы наглые пришельцы оставили их в покое. Тогда Республика тоже победила только потому, что натравила на предков моей матери хаттов. Прекрасные, густо заселенные тионские колонии — наследие империи Ксима, превратились после хаттских орбитальных бомбардировок в не приспособленные для жизни пепелища… Пепельные Миры, как называли тот сектор пространства до сих пор! Кое-где земля только-только стала пригодной для жизни — но на большинстве когда-то цветущих миров до сих пор царили смерть, разруха и запустение. Тион помнил все. Помнил и то, что Десевро — жемчужину Тиона, превратили в едва пригодное для обитания место вовсе не хатты: Подло начавшись, Тионская Война закончилась такой же подлостью. За свои поражения, за пережитый страх, Республика пошла на мелкую, недостойную любого нормального государства месть — решала напоказ, для устрашения непокорных, уничтожить последний клочок свободной тионской земли.

Мы, хуманы, живем эмоциями — в отличие от тех же хаттов, которые живут рассудком. Но, если рассудок показывает слизнякам, что есть вещи, которые делать не стоит, то стремление корусантских политиканов растоптать и унизить, посмевших сопротивляться им тионцев, не имело границ. Прекрасно понимавший, что у его мира нет уже ни малейшего шанса выстоять в борьбе, тогдашний правитель Десевро, чьего имени история до нас не донесла, отправил флоту Республики просьбу: принять его капитуляцию — и предлагал принять от Корусанта любое наказание, ради спасения своего народа. Ему даже не соизволили ответить! Спустившийся на низкую орбиту республиканский флот подверг Десевро тотальной бомбардировке. Будь тогда у респов техническая возможность осуществить протокол «База Дельта Ноль» в полном объеме, поверхность планеты до сих пор имела бы вид остеклованной пустыни. К сожалению, или к счастью — это как посмотреть! — тогдашнее оружие, имевшееся в распоряжении республиканцев, еще не обладало подобной разрушительной мощью. Но, разнести в прах горы, перемешать землю и воду, отравить пылью и гарью воздух — они смогли. Точно так же, как и убить всех тех, кто на этом непокорном мире жил. Снова необитаемую планету тионцы смогли заселить лишь тысячи лет спустя: теперь эти бесконечные унылые болота ничем не напоминали прежние прекрасные океаны, покрытые вечнозелеными лесами горы или песчаные пляжи у теплых морских лагун…

Да, я с умыслом выбрал место, откуда сделал свое обращение. Точно так же, как с умыслом выбрал и слова, которые там сказал. Мне почти даже ничего не пришлось выдумывать самому: когда то давно, и в совершенно другом мире подобные слова уже говорили другие. Долорес Ибаррури и Уинстон Черчилль… ничего, кроме имен и смутных образов — и сказанных ими, когда то, в таких же обстоятельствах, слов…

— Сограждане! Воины и простые жители Конфедерации! Пришел час, когда будет решена наша судьба: точно так же, как двадцать пять тысяч лет назад, тот же самый враг хочет сделать нас своими рабами!

Я не скрывал от слушателей ничего: ни неизбежности начала войны, ни того, что в этот раз она будет вестись не теми, еще относительно «рыцарскими» методами, что велась до этого…

— Раньше мы всего лишь отстаивали право самим решать: как нам жить дальше. Теперь мы вынуждены бороться за то, чтобы вообще остаться в живых. Точно так же, как было когда то, в незапамятные времена древнего Тиона, — и лишь доблесть защитников стоит между нами, и нашей погибелью. Так же, как и когда то, многие наши бывшие собратья пошли на то, чтобы склонить голову перед нашими врагами, надеясь, тем самым, вымолить себе прощение за якобы «прегрешения перед Республикой». Не хочу их осуждать, но я для себя делаю иной выбор — и надеюсь, что вы разделите его вместе со мной! Если в начале войны нам казалось, что одних армий дроидов достаточно, чтобы защитить нашу свободу, то теперь многим из нас самим пришлось взять в руки оружие. Если в начале войны мы видели противником исключительно жадный и властолюбивый Корусант, то теперь к нему — как в незапамятные времена, — снова присоединились хатты.

Ощущение Силы, снизошло на меня во время произнесения речи: перед голокамерами, в прямом эфире, организованном нашей службой пропаганды. — Я словно чувствовал, как будто видел огонек в безбрежном мраке космоса, каждого слушателя и зрителя, наблюдавшего мое выступление. Для меня словно и не было в этот момент никакой техники, никакой аппаратуры — казалось, я обращаюсь ко всем ним напрямую!

— Глядя на этот мир, где я сейчас нахожусь, я говорю вам: не надейтесь на милосердие тех, у кого его нет! Нас ждет война, и на этой войне я ничего вам не обещаю, кроме крови, пота и слез — мы будем сражаться до полной победы, или до нашей собственной гибели. Потому, что лучше умереть, чем прожить остаток своей жизни, стоя на коленях!

Казалось, сама Сила вибрировала в такт моим словам. И синхронно, в резонанс с нею, мерцали у меня перед глазами бесчисленные огоньки-жизни моих слушателей. Потом слова оборвались и наваждение кончилось. Уже выходя из импровизированной студии, я выпил досуха протянутую мне одним из он'гат'акэ флягу с водой — пересохшее горло не могло даже выдавить через себя просьбу напиться, и пришлось воспользоваться телепатией.

* * *

Часы, запущенные на обратный отсчет, встали — время мира закончилось! Так, буднично, почти незаметно: стычки у Мириала, Ботаджефа и Телоса закончились относительно мирно — да и стычка у Селанона была ничем особо не примечательна. Ну, сбили один неймодианский «Лукрехалк», а они грохнули, в ответ, пару наших «Щедрых» — по взаимно уничтоженным в бою дроидам-файтерам тоже почти паритет был. Кто вообще обстрелял там респовскую «Пельту», было совершенно непонятно: наши средства объективного контроля, на кораблях, такую стрельбу не подтверждали. Потерявший канал управления «Стервятник» или «Три-файтер»? — может быть, хотя респы и настаивали, что по ним вели огонь из турболазеров. В принципе, дефлекторные щиты у «Пельт» не бог весть что: могут пробиваться выстрелом из тяжелого турболазера даже в полностью развернутом состоянии — если повезет удачно попасть. Вот с этим самым «удачно попасть» как раз и были вопросы: В схватке с нашей стороны участвовали только «Щедрые» — а на той дистанции, на которой находилась респовская «Пельта», попадание из главного калибра фрегата могло быть только чисто случайным! А остальное вооружение наших фрегатов щиты этого корабля с одного попадания просто не взяло бы. Был, правда, еще неймодианский «Лукрехалк» — и такое понятие, как «дружественный огонь» еще никто не отменял! — вот его главный калибр и достать мог, и пробить. Но с него, понятно, данные объективного контроля уже не снимешь. Да респы особо и не хотели: заявление от Сената, с Корусанта, последовало чуть ли, не всего лишь пару часов спустя, после происшедшего у Селанона инцидента — когда и на месте еще толком не успели разобраться, что и к чему. Как будто именно там и ждали: вот честно, я даже не удивлюсь, если после тщательного расследования инцидента респы объявят это «трагической ошибкой», и даже извиняться. Но война-то уже будет идти полным ходом! Кто-то все же получил свой вожделенный «казус белли». Для эскалации конфликта все было в полной готовности: нанятые неймодианцами отморозки напали на наши миры буквально на всем протяжении отрезка Хайданского Пути — от Ботаджефа, до границ Корпоративного Сектора.

Даже тупой гизке было понятно, что это сугубо отвлекающий маневр. Но, ни Ассегай, ни Таари Ден Хисс не могли двинуться со своих позиций даже на сантиметр: гарантий на то, что вслед за демонстративной атакой не начнется настоящее вторжение, не было. Тем более, что судя по всему, в этот регион были переброшены все силы бывшего флота Торговой Федерации, еще оставшиеся под контролем Като Неймодии. Вместе с пиратами и наемниками это большая сила — а уж если респы подкрепят их еще и собственным военным флотом, и частями ВАР, там может быть совсем кисло. И такое подкрепление неймодианцам могут дать: «унылые морды» сумели восстановить на Корусанте оборванные в течение войны политические связи. Хотя, скорее всего респы нанесут собственный отвлекающий удар, в интересах неймодианского флота, в районе Салинского Коридора — им это выгоднее во всех смыслах: с точки зрения, как политики, так и стратегии. Будем надеяться, что Яростному Огню удастся удержать там фронт, и продвижение респов не будет фатальным. На крайний случай, наша резервная группировка у Фелуции готова поддержать его с тыла…

Чем думали хатты, когда начали свою кампанию против нас, я так и не понял: Атаковать, заодно, прореспубликански настроенный Митаранор, вместо того, чтобы всей массой навалится на флотилии Тренча и Алгора Мелассина — весьма странная стратегия! Нет, оно понятно, что господа с Митаранора их прямые конкуренты — но война же не им объявлена, или как? Таки да, следом за неймодианскими претензиями мы получили и хаттско-джеонозианскими. В ответ слизни и инсектоиды, разумеется, услышали от меня: «Ваших тут не стояло!» — после чего они КНС и передали, от имени всех хаттских картелей, формальное «иду на вы».

Для того, чтобы взять под контроль и зачистить весь сектор Митаранор, хаттским силам потребовалось две недели. Еще неделю они провозились с системой Кашиика, здорово потеснив — почти без выстрелов — республиканские войска. Сам Кашиик респы все же удержали, зато практически все остальное в системе перешло под хаттский контроль. И Трандоша в том числе: слизни получили под свой контроль неплохой источник пополнения наемников. В сектор Тракс респы слизней все же не пустили. А вот сектор Кастолар попутно сожрали — вместе с Убриккией и ее промышленным комплексом. Тогория, Баламак и Чаррос оказались под ударом: кто теперь «наедет» на сектор Талдот, респы или хатты, было уже не так важно. Хотя нет — как раз важно: если первыми полезут республиканцы, то их следующий удар явно придется на сектор Тальцен, против промышленного района Техно Союза. Или вдоль Перлемианского Пути — прямо на Лианну, к Тионскому кластеру, как мне тут недавно передали «доброжелатели».

Кое-кому на Майгито не понравилась капитуляция собственной верхушки перед Республикой. Не имея возможности сделать пакость новым хозяевам непосредственно, они сумели передать нам достаточно важную разведывательную информацию. Оказывается, Генеральный Штаб Республики потребовал от руководства муунов предоставить ВАР вспомогательные части из не уничтоженных еще, после капитуляции, боевых дроидов. А так же, снарядить за свой счет флот боевых кораблей — тех самых, что мууны разоружили и поставили, сдавшись респам, «на прикол». Сотня «Предусмотрительных», пара сотен «Бунтарей» и две с половиной тысячи «Щедрых» — а в дополнение к ним семь сотен кораблей снабжения и транспортных «Лукрехалков». Еще примерно пятьсот мелких кораблей — корветов и канонерок, выставили клиенты муунов из окрестных секторов: корабли разведки и охранения. Большая сила! Так вот, эти наши доброхоты утверждали, что точкой сбора республиканской армады, куда этих «ауксилариев» включат, будет система Рош, на Перлемианском Пути. Одна из основных «крепостей» Республики в тех местах — и родина верпинов, союзников Корусанта.

Если наши информаторы не врали, то главный удар придется по Тиону. Если же информация была не достоверна, или муунов самих ввели в заблуждение, то основной удар придется все же по сектору Тальцен. Правда, в этом случае респы свою основную армаду, предназначенную для подобного удара, стали бы монтировать где-то в районе Лантиллеса. Положим, мууны все же сказали нам правду — как респы смогут прикрыть сосредоточение таких гигантских сил? Только нанеся вспомогательный удар на своем правом фланге — как раз по сектору Талдот. Если еще и хатты синхронно нажмут в направлении Биммисаари и Боз Пити, то создастся реальная угроза окружения индустриальных миров Техно Союза. А эту угрозу нам, волей-неволей, придется как-то парировать. В общем, что пнем по сове, что совой об пень: резервную группу у Марканы придется ориентировать именно на оказание помощи Уоту Тамбору и Булату. — И надеяться, что Алгор Мелассин и Тренч все же сумеют сдержать натиск основных сил хаттов, которые тоже уже начали проявлять повышенную активность. Да, пока все ограничивалось прощупыванием вражеских боевых порядков и тылов — но, долго ли это будет продолжаться?

При всем том, основные силы нашего флота и армии были размазаны по огромным, несмотря на потери последних месяцев, пространствам — остальные владения КНС тоже требовали прикрытия. Собственно, из официально существующих крупных соединений, не задействованной ни в каких планах оставались только резервная флотская группа у Лианны — и мое собственное оперативное соединение. Всего четыре тысячи вымпелов… вроде и немного, по сравнению с тем, что могли бросить против нас респы, у которых муунская армада всего лишь одно из четырех входящих в их ударный кулак соединений. Увы, где и в каком составе формируются другие три республиканских соединения, наши информаторы были не в курсе. Но, даже самые скромные оценки не выдавали численность этой армады меньшую, чем десять тысяч вымпелов. Да, у нас будут два «Покорителя» в стандартной комплектации, с импульсными ионными пушками — «Неистовый», пришедший от Кар Шиан, и «Сиятельный» от Гатариэкка. А еще «Тишина», «Длинная Рука» и «Огненный Дракон», так хорошо себя недавно проявившие. К ним в компанию можно добавить пятнадцать «Ассегаев», систершипов моего «Черного Скимитара». Это неплохо, но респы наверняка пошлют сюда что-то большое, вроде того монстра, которого мы так и не смогли тогда завалить — во время контрнаступления к границам сектора Мон-Каламари. Кроме того, разведка донесла, что Куат сдал республиканскому флоту первые корабли того типа, который в другое время и в другом месте получили название «Имперский». Сейчас, правда, данный тип стардестроера окрестили «Республикой». Самое неприятное, что респы могут уже иметь в строю от несколько десятков, до пары сотен подобных кораблей: выяснить, сколько денег дали под это дело Куату, нам так и не удалось. Если такие стардестроеры будут широко представлены в составе сил вторжения, то импульсные ионные пушки наших «Покорителей» могут сильно обесцениться. Корабль размером более полутора километров из строя одним залпом не вывести! — а броня у него хорошая, и собственных тяжелых турболазеров на борту дофига…

Ладно, как говориться: «Будем посмотреть» — у меня еще и неплохая «заначка» есть, для того, чтобы компенсировать республиканское превосходство. Но, как же мучительно ждать, когда враг нанесет свой удар!

* * *

— Райден, разведка доложила, что у Роша появились несколько сотен республиканских боевых кораблей — по последним данным, даже больше тысячи. И это не корабли муунов!

Первые слова Тофена Вейна, которые он мне сказал, выйдя на связь, словно сняли тяжесть с моей души: наконец то, они пришли…

— Примерный состав выяснили? — у меня еще были опасения, что это просто демонстрация.

— «Венаторы», «Аккламаторы» и «Победы». «Мелочи» почти нет — не более сотни «Аркетансов», «Пельт» и «Консульских»: прикрытие основных сил и разведка.

— Думаешь, это оно?

— Похоже, что именно так: Их боевая группа, что нанесла удар от Лантиллеса, в направлении Тогории и Баламака, не очень многочисленна. А хатты на Чаррос не пошли, предпочтя ударить во фланг Тренчу — возле Боз Пити.

— Булат все равно направил дополнительные силы к Чарросу — оттуда слишком удобно бить в направлении Диадо. Тренч заявил, что ему подкрепления пока что не требуются: сдержать натиск армады хаттов он считает возможным и с опорой на уже имеющиеся у него в наличии эскадры и флотилии.

— Что с нашей армадой?

— Мы практически прошли сектора Ворзид и Белдерон — скоро сосредоточимся на территории Центареса. Получается очень медленно: мы не пользуемся основными гипертрассами Перлемиана, а идем по боковым ответвлениям — зато респам будет трудно нас отследить!

— Хорошо, я буду наготове: как только вы достигните места сосредоточения, тут же двинусь со своим соединением в путь. Кстати, Седьмой и Девятый Теневые флоты тоже на пути к Абину — контрольное время прибытия сто десять и сто пятьдесят часов соответственно.

— Ну, ни… быстро идут!

— А им ни спать, ни есть, ни менять вахты не нужно…

— Ладно, до связи — если будет что-то новое, я сообщу.

На связь Тофен вышел снова спустя почти тридцать часов: основные силы армады успешно прошли Центарес и Колесо, и приближались к Абину, с его верфями и военными заводами. Место на нашей территории, где мы хотели встретить удар Республики! Судя по данным разведчиков, у Роша находилось уже не менее пяти тысяч республиканских боевых кораблей. Туда начали пребывать и первые эскадры вспомогательных сил, выставленных муунами.

Еще через сутки, я, вместе со своим оперативным соединением, прибыл к Абину сам. Тофен уже успел развернуть всю армаду в боевые порядки: поток гражданских судов, следующих от республиканских территорий, резко иссяк. Это могло означать только одно: респы начали блокировать трафик — при всей колоссальной пропускной способности Перлемианского Пути, одновременный проход армады размеров больших, чем десять тысяч вымпелов, невероятно затруднен. Если же тут продолжится идти еще и движение гражданских судов, то организованное движение их армад будет практически невозможно осуществить! Не удивительно, что республиканский флот пожелал расчистить себе дорогу как можно лучше. По приказу Тофена Вейна три четверти кораблей нашей армады, имевших у себя на борту гравиколодцы, растянулось поперек всего «пучка» гипертрасс, и практически наглухо перекрыло Перлемианский Путь. Когда респы пойдут вперед, их непременно выкинет из гиперпространства. Причем, не там, где они хотели бы — а там, где это нам будет удобно!

Мы ждали. Для координации наших действий, помимо новейшей электронной аппаратуры, связывавшей эскадры и боевые соединения армады в единое целое, я сосредоточил здесь практически всех пригодных для этого дела форсъюзеров, что служили у меня: Чародеи, бывшие дядины Аколиты, немногочисленные адепты иных направлений, работавшие с Силой по своему — и тысячи он'гат'акэ. Нам пригодится любой козырь в предстоящей схватке: Боевая Медитация, Телепатия — да все что угодно, что только может обеспечить Сила тем, кто умеет ей пользоваться…

Разведка донесла об отвлекающей атаке респов на Чаррос, которую войска и флот Булата успешно отбили. Потом пришло сообщение, что республиканская армада у Роша пришла в движение: еще через несколько часов сенсоры эскадры Техно Союза, охранявшей подходы к Тальцену, зафиксировали проход ее авангарда мимо планеты. Уверенные в собственных силах, респы даже не оставили там боевое охранение! А их корабли все прибывали и прибывали к Рошу откуда-то из тыловых секторов: как сообщали разведчики, общее число проследовавших сквозь систему республиканских кораблей уже перевалило за десять тысяч. Я отдал приказ: Третьему и Пятому Теневым флотам выдвигаться в район Абина.

От Яростного Огня пришло сообщение, что отбиты атаки республиканцев на Финдар и Маридун, контроль над Салинским Коридором удерживается надежно. Это было особенно важно в свете того, что бой вокруг Ботаджефа и Селанона хоть и носили довольно низкую интенсивность, но почти не прекращались. Силы Ассегай были полностью связаны боевыми действиями. А вот наемников атаковавших наши миры, расположенные вдоль Хайданского Пути, Таари Ден Хисс успешно отбросил — и даже сумел полностью взять под контроль сектор Д'Астан, прикрыв все его миры от возможного удара врага. Что же, потерять свою родину ни мне, ни Тофену не хотелось бы…

Наконец, когда до прибытия к Абину кораблей Седьмого Теневого флота оставалось всего три часа, первые корабли авангарда республиканской армады начали выпадать из гиперпространства там, где стояли с активированными гравиколодцами наши корабли. Прямо под батареи турболазеров, ионных пушек и тяжелых противокорабельных ракет. Грандиозное сражение, которое одни историки называли потом Абинской Мясорубкой, а другие — Абинской Катастрофой, началось.

Интерлюдия 19

Новая жизнь

Суун Бейтс был доволен — состояние, в котором ему, последнее время, почти не удавалось побывать. Хвала Силе, наконец-то все позади: формирование флотских армад, подбор персонала — решение вопросов материально-технического обеспечения, наконец! Магистр имел возможность лишний раз убедиться в правильности поговорки о том, что если хочешь, что бы все было сделано правильно — делай это сам. Учитывая размеры находящихся под его началом сил, вещь абсолютно нереальная: наличие компетентных и преданных помощников было уже не роскошью, а насущной необходимостью. К счастью, как раз джедаев с организаторскими способностями, среди единомышленников Сууна, было достаточно. И с преданными помощниками проблем тоже не было — особенно после того, как магистр Бейтс и те, кто поддерживал его в Высшем Совете, провели решение об обязательном наборе не занятых в каких-то особо важных проектах джедаев в армию и на флот. Компетентность… вот как раз с этим был затык: в свое время, Суун Бейтс сам приложил руку к тому, чтобы джедаев, ветеранов войны, убрали из действующей армии! Ну да, тогда ведь казалось — и не только лишь ему одному! — что дни Конфедерации Независимых Систем уже сочтены. Да и в том, чтобы заменить одних джедаев — неблагонадежных, другими, которые представлялись не затронутыми этим самым губительным поветрием, не соприкасались каждый день с Темной Стороной… — да, тогда это показалось очень просто сделать.

Не то, чтобы магистр о чем-то сожалел: все имеет свою цену! — Вот и эти потери были той ценой, которую нужно было заплатить, чтобы Свет в очередной раз восторжествовал над Тьмой. Скайуокер и Кеноби были лучшими генералами-джедаями, из всех, участвовавших в войне? — может быть, оно так и есть, но незаменимых у нас нет: на этом веками стоял и стоит Орден. Просто напросто, вместо двоих умников пошлем в бой десяток преданных! Да, будут неизбежные потери — а какое серьезное дело без них обходится? Но, при соотношении один к четырем у противника шансов не может быть априори…

А поэтому, сейчас нужны именно преданные, а не те, кто считает себя самыми умными. Умничать можно будет и потом, когда раздавим гадину Тьмы и Сепаратизма. Сейчас Сууну остро не хватало Т'Ка Элвиина и его бывшего падавана, Ваана Ра-Сейта: вот уж на кого можно было положиться целиком и полностью! От Оланы Чион, резко потерявшей свою полезность в связи с гибелью Скайуокера, Бейтс избавился без особого сожаления, отправив ее наблюдателем Совета в Юго-Западные Регионы. Своими претензиями эта идиотка начала создавать определенные проблемы, впрочем, возможно данный «инструмент» еще когда-то и пригодиться. По крайней мере, с преданностью у нее пока все в порядке. Компетентные же… их можно было найти и среди кадровых офицеров ВАР: война способствовала выдвижению вперед тех, кто имел таланты в этой сфере. Тем более, если открыть новые вакансии и продвинуть этих самых «компетентных» вверх по служебной лестнице! Никому из старых кадров, подобранных лично ситхом, Бейтс не доверял — а таких, к сожалению, оказалось много и в армии, и на флоте. Ладно, эти вопросы все же утрясли…

С материальной частью никаких вопросов не было вообще. Немного заставили понервничать мууны, но и их армада уложилась в сроки при подготовке. Несколько сот тысяч наемных специалистов и миллиарды боевых дроидов — это могло создать проблемы: слишком разные модели управления и способы командования, сильно отличавшиеся от принятых в ВАР! Но, не создало, хотя решение Бейтсу и его команде пришлось искать на организационном уровне, а не на чисто военном. Три изначально республиканских армады переформировали в четыре, и уж среди них, отдельными флотами, распределили четыре тысячи бывших сеповских кораблей. Да, это создавало определенное неудобство для командования теперь уже всех четырех армад, но зато у этого же командования теперь были под рукой соединения, которые можно было использовать в качестве тарана… или прикрытия: их не жалко. Остальной корабельный состав был более привычен, и с привычным составом экипажа: клоны и добровольцы, плюс дроиды обслуживания. К сожалению, дредноут типа «Претор» имелся только в единственном экземпляре. Разумеется, Суун Бейтс забрал корабль себе: флагман должен быть… флагманом! Единственное, что в этой почти пяти километровой треугольной металлической машине убийства не нравилось магистру, так это ее имя: «Батальон» — ну спрашивается, кто дает боевым кораблям подобные имена? Четверка «Секуторов» погоды тоже не делала, но в качестве флагманских кораблей армад нашла хорошее применение. Жаль, что на оба этих типа корабля, в свое время, Сенат пожалел денег: качественное превосходство всегда лучше, чем количественное. Понятно, что на своей стороне в реале лучше иметь и то, и другое. Пятьдесят новейших стардестроеров — только что с куатских верфей! — которые получили обозначение «Республика», на качественное превосходство перед сеповскими корытами тоже претендовали. И недаром! — дело было даже не в броне и мощи турболазерных батарей: корабли, имевшие более тысячи шестисот метров в длину, невозможно было вывести из строя одним-единственным попаданием ионной импульсной пушки сеповских «Покорителей». Игрушка дорогая, но своей цены стоящая. Что же, как ударный кулак и прикрытие флагманских кораблей они будут на месте.

Основную ударную силу суперармады составляли три тысячи новейших стардестроеров типа «Победа», успевших уже доказать свое превосходство в боях с кораблями Сепаратистов. Четыре тысячи «Венаторов» несли на борту более миллиона истребителей и бомбардировщиков: можно было бы взять и больше, но опыт показал, что поднять с палубы полную авиагруппу, во время боя, почти никогда не получается — не хватает времени. Впрочем, и миллион МЛА это все равно примерно две трети от всех москитных сил, имевшихся у огромного флота. Еще три тысячи кораблей были крейсерами типа «Аккламатор», причем, для десантных операций была приспособлена лишь треть из них. Их «грузом» были шестнадцать миллионов атлонских наемников — Бейтс предпочел их по двум причинам: клонеры не справлялись с поставками солдат, и атлонцы мечтали посчитаться с тионцами за свою прошлую неудачу, на Лианне. Остальные две тысячи «Аккламаторов» представляли собой корабли ракетной поддержки, предназначавшиеся для штурмов укрепленных планет. Для этого же флот имел две тысячи старых добрых «Дредноутов»: творение рендиллийских корабелов отлично подходило для работы в атмосферах планет. Впрочем, тяжелые крейсеры типа «Дредноут» и в космосе всегда проявляли себя прекрасно — не быстрые, но хорошо бронированные, они обладали прекрасной огневой мощью. Тысяча легких крейсеров типа «Каррак» считалась условно-пригодной для участия в прямых боестолкновениях. И поэтому они тоже учитывались как силы боевой линии. В отличие от двух тысяч вспомогательных кораблей: мобильных ремонтных доков, фрегатов типа «Медстар» и «Пельта», кореллианских корветов или крейсеров типа «Консульский», которые на самом деле тянули не более чем на канонерку. Вся эта беззубая толпа держалась в тылу, сопровождая основные силы флота.

Именно так: вся колоссальная масса кораблей и судов, собравшаяся на прилегавшем к Рошу участке Перлемианского Пути, наконец-то пришла в движение! — к великой радости магистра Бейтса и его штабных офицеров. Лавина, которая потом сметает все на своем пути, тоже сначала двигается почти незаметно. Только потом она берет разбег, и захватывает с собой, в своем движении, все новые и новые массы земли и камней. Бейтс был убежден: к тому моменту, когда флот достигнет Лианны, инерции этого самого «разбега» будет вполне достаточно, чтобы пролететь прямиком до Раксуса! Там-то эта партия в дежарик и закончится — понятно, победой Республики и его, Сууна Бейтса лично. Поскольку вся линия разграничения между осколками КНС и Республикой уже охвачена боевыми действиями — или их убедительной демонстрацией там, где это необходимо! — Райден Дуку и его военачальники не смогут снять ни откуда даже лишней эскадры…

При всей ловкости и изворотливости чертова графеныша, максимум, что ему удастся собрать, на направлении главного удара, — пять тысяч вымпелов. Данные разведки вообще говорят только о четырех тысячах, сосредоточенных возле Лианны. Группировка у Марканы уже была сдвинута ранее, чтобы прикрыть промышленные районы Техно Союза от возможных атак Республики и хаттов, а группировка у Фелуции раздергивается потихоньку, для поддержки сил, ведущих бои у Хайданского Пути и Салинского Коридора. Пусть Дуку попробует теперь оголить тылы, если посмеет!

Тем большей неожиданностью было сообщение, которое Суун Бейтс получил с одного из кораблей авангарда, от Абина. Причем, доклад был получен не по обычным каналам связи, а представлял собой телепатический зов: джедай, который его послал, находился в смертельной опасности, и пытался докричаться, через Силу, до всех, кто был способен его услышать. К сожалению, этот отчаянный призыв оборвался так же неожиданно, как и появился — и почти не принес полезной информации: только весть о гибели того, кто его подал. А потом последовала еще одна попытка докричаться до собратьев с помощью телепатии, и еще одна, и еще… притом, что эфир упрямо продолжал молчать! Несомненно, авангард уже вступил где-то возле Абина с флотом сепов в бой — и Сепартатисты как-то сумели заглушить все передачи республиканских кораблей. Неприятно, да… но не смертельно — раз их погибшие братья сумели дать им знать об угрозе. Враг еще пожалеет о том, что посмел преградить им дорогу…

* * *

«Интересно, зачем я понадобился Мэйсу?» — мысль не давала покоя Феланилу Бааксу с того самого времени, как он получил вызов от Лорда-Протектора. Магистр Винду просил его прибыть в рабочий кабинет второго лица в государстве: сейчас, когда Сенат соизволил, наконец-то, выбрать Канцлера, джедай все равно оставался первым помощником главы исполнительной власти Республики. По крайней мере, до тех пор, пока не удастся, так или иначе, закончить эту проклятую войну. Хотя… что-то джедаю-дуросу подсказывало, что временное решение станет, к тому времени, постоянным. Свалившаяся на джедаев, в результате неудачной попытки государственного переворота, устроенного ситхом, власть, руководству Ордена как-то понравилась. Вот и магистр Винду туда же. Когда-то они даже были дружны — в знак этой дружбы Феланил подарил Мэйсу сделанный собственными руками световой меч тончайшей работы, который создал специально для коруна. Да, были дружны… с тех пор много, что произошло… разного. Была дружба, да вся кончилась. Вообще, много чего кончилось в это время: Феланила всегда учили, что ушедших нужно отпускать — не важно, живые они покинули тебя, или мертвыми. Как еще один его друг…

Да, все пошло наперекосяк из-за этой проклятой войны, которая вот сейчас вспыхнула с новой силой! Бои идут опять, по всей линии соприкосновения войск: Республика, вроде бы, даже начала генеральное наступление — что-то такое говорили, про флот магистра Бейтса. Бааксу это было не интересно: ни война, ни сам Суун Бейтс — суетливый и изворотливый политикан, истинное место которому было бы, не в Ордене, а в Сенате! Винду… мастер слышал, что его бывший друг яростно противился началу нового раунда военных действий… — неужели до Мэйса все же дошло, что они делают совсем не то, что надо? Все же, несмотря на прошлое, Феланил был рад, что его бывший друг уцелел во всем этом безумии, где ситх был всего лишь одним из гнилых плодов, которые лежали в корзине с майлорунами. Жаль только, что многим иным не так повезло — как тому же Тиаану Алрику. Воспоминания нахлынули на джедая: начало войны, еще и месяца не прошло после нелепой гибели многих их знакомых на Джеонозисе. Тот разговор… он ведь тогда так и не смог убедить собрата в собственной правоте! Почему сейчас, направляясь на встречу, о которой просил его Мэйс Винду, Феланилу Бааксу вспомнился тот давний разговор с мертвым другом? Тиаан потом изредка появлялся в Храме — в перерывах между боями, или как тогда, когда его привезли бессознательной тушкой с планеты Монастырь. Но, или у Феланила были другие дела, или он вообще отсутствовал в это время в Храме — тот их откровенный разговор, в самом начале войны, так и не был завершен. А потом стало поздно: осталась только горечь на душе, и чувство совершенной, по отношению к другу, несправедливости…

Воспоминания, вы наши самые жестокие и безжалостные палачи! — а память беспощадный судья: Феланил Баакс словно смотрел на себя со стороны.

— Я не ослышался, Тиаан? — высокий зеленокожий и красноглазый дурос, одетый сейчас в рабочую тунику — неожиданное известие оторвало его от обычных дел, внешне был совершенно невозмутим, но в Силе чувствовалось смятение. — Ты и вправду хочешь принять участие в этой бойне!

Его собеседник, хуман, мужчина средних лет, утвердительно кивнул головой. — Такой же высокий, как и джедай-дурос, закутанный с ног до головы в черную мантию. — Так, что были видны только кончики рыжевато-коричневых сапог, да черноволосая непокрытая голова — крючконосое лицо с карими глазами обрамляют вьющиеся, длиной до плеч, локоны.

В ярко освещенном коридоре Храма они были одни: уровень Ремесленников и в лучшие то годы не мог похвастаться многочисленностью своих обитателей, а уж теперь… после произошедшего. — Некоторые из тех, кто погиб на Джеонозисе, когда то учились и работали именно здесь. Внутри у мастера-дуроса все сжималось от нехорошего предчувствия, что это еще не последние смерти среди тех, кого он хорошо знает. Вот теперь всеобщее безумие коснулось и еще одного его знакомого: конечно, мастер-джедай Тиаан Алрик потерял на Джеонозисе и своего ученика, и свою бывшую наставницу — но это совсем не повод махнуть на все рукой! Феланил Баакс не думал, что старой квермианке Тайзель Марн, или юному рыцарю-родианцу Окишу Децингеру доставила бы радость безвременная смерть Тиаана — где бы они теперь не находились, слившись с Силой. Дурос считал своим долгом, хотя бы по отношению к ним, попробовать отговорить мастера Алрика от его безрассудного решения. Во имя чего джедаи должны умирать? — не за пустые амбиции политиканов, или толстые кошельки воротил бизнеса, стараниями которых и была развязана эта война, в конце концов! Что вообще могут сделать отдельные песчинки, брошенные между пришедших в движение жерновов? — Кроме как бесцельно погибнуть — рано или поздно, но такое неизбежно случиться: мироощущение джедая с атмосферой скотобойни совмещается очень плохо. Конечно, кое у кого в Ордене имелась и подходящая подготовка, и даже некоторый боевой опыт — но, откуда ему взяться у обычного Ремесленника? Ну, ладно — не обычного: Тиаана коллеги по «цеху» заслуженно считали одним из лучших мастеров-артефакторов, которых Орден имел в своих рядах за последние несколько сотен лет. Все равно, как способность управлять материей поможет человеку на поле боя? — а поменять свою жизнь на дюжину-другую обычных «жестянок»… что может быть глупее? Дурос от души надеялся, что его собрат не лелеет в душе мысль о чем-то… запретном. Только этого еще не хватало! — А вообще, настроения в Храме, в последние дни, были самыми разными. К счастью, многие — по различным причинам — разделяли точку зрения Феланила Баакса и его единомышленников: эта война их совершенно не касается! — Но, увы, почти столько же было и тех, кто пошел против природы Светлой Стороны, и откликнулся на совершенно непонятный и нелогичный призыв Высшего Совета. — «Надев военную форму Республики» — как высокопарно выражались голонетовские болтуны-журналисты. Все это вихрем пронеслось в голове джедая-дуроса после утвердительного кивка его коллеги — но Феланил совсем не считал их разговор уже законченным.

— Это не наша война! — дурос сказал первое, что пришло на язык.