Гранетанцор

– Нет, всего лишь прощаемся. – Она сунула руки в карманы и, развернувшись, зашагала дальше по тропе.

2

Йеддо был одним из городов, которые Лифт всегда хотела посетить. Он располагался в Ташикке, странном местечке даже по сравнению с Азиром. Местные жители казались слишком любезными и сдержанными, а еще носили одежду, из-за которой было сложно понять, что у них на уме.

Однако все твердили, что Йеддо стоит повидать. Отсюда ближе всего до Сесемалекс-Дар, куда, учитывая, что там уже миллион лет идет война, она, наверное, никогда не попадет.

Уперев руки в бока, Лифт осматривала город с холма. Она решила, что слухи не врут. Зрелище было удивительное. Азирцам нравилось считать себя великими, но они просто покрывали дома бронзой, золотом или еще чем-нибудь и ходили довольные. И что тут хорошего? Просто в стенах отражалось ее лицо, а она и так видела его слишком часто, чтобы впечатлиться.

Однако это зрелище завораживало. Величественный город. Голод побери, его вырезали прямо в земле.

Во дворце из разговора каких-то важных писцов она услышала, что город этот новый и основан всего сотню лет, для чего в Азире нанимали имперских осколочников. Их посылали не воевать, а копать шахты, раскалывать валуны и все такое. Очень практично. Все равно что взобраться на королевский трон как на табуретку, чтобы достать до верхней полки.

Кстати, не стоило на нее за это кричать.

В общем, они использовали осколочные клинки. Когда-то здесь была обширная каменная равнина. Теперь сотни глубоких расселин образовывали огромный лабиринт. Некоторые расселины были шире прочих и спиралью закручивались к центру. В центре возвышалось большое, похожее на холм строение – единственная часть города, выступающая над равниной.

На участках между расселинами были разбиты поля. Ни одной постройки, все скрывались внизу. Люди жили в расселинах, на глубине в два-три этажа. Интересно, как их не смывало во время великих бурь? Впрочем, горожане вырезали широкие каналы: в них, видимо, никто не жил, и вода свободно отводилась. Выглядело все это небезопасно, но довольно круто.

Отличное место, чтобы спрятаться. В конце концов, именно за этим она и явилась – спрятаться. Все. Других причин нет.

Стен у города не было, зато его окружало несколько сторожевых башен. Тропа вела вниз с холма и соединялась с широкой дорогой, которая упиралась в очередь. Множество людей ожидало разрешения спуститься в город.

– Как, во имя Рошара, им удалось вырезать такие огромные куски камня?! – Виндль свернулся в башенку из переплетающихся лоз, достающую Лифт до пояса, и повернулся лицом к городу.

– Осколочными клинками, – пояснила она.

– А-а-а-а. Этими. – Он с неудовольствием пошевелился, с хрустом переплетая и скручивая лозы. – Этими, значит.

Лифт скрестила руки на груди.

– Надо и мне такой раздобыть, как думаешь?

Как ни странно, Виндль громко закряхтел.

– Я тут прикинула, – начала объяснять Лифт, – у Мрака ведь такой есть. Он им сражался, когда пытался убить меня и Гокса. Значит, и мне нужен.

– Конечно, так и сделайте! Давайте прошвырнемся по рынку и прикупим невероятное всемогущее оружие из легенд и преданий, которое стоит больше многих королевств! Я слышал, его здесь на развес продают, прямо как весеннюю погоду на востоке.

– Цыц, пустоносец! – Она посмотрела в переплетение лоз его лица. – Ты что-то знаешь об осколочных клинках, я права?

Лозы будто поникли.

– Точно. А ну выкладывай. Что тебе известно?

Он покачал головой.

– Рассказывай, – пригрозила Лифт.

– Это запрещено. Вы должны узнать самостоятельно.

– А я чем занимаюсь? Я как раз узнаю. От тебя. Рассказывай, иначе укушу.

– Что?

– Укушу. Отгрызу от тебя кусок, пустоносец. Ты же лоза? Я ем растения. Иногда.

– Даже если вы не сломаете зубы о мои кристаллы, подкрепиться не выйдет, – сказал Виндль. – Откушенный кусок просто рассыпется в пыль.

– Дело не в том, чтобы подкрепиться. Я говорю о пытках.

Виндль с удивлением воззрился на нее своими кристаллическими глазами.

– Если честно, госпожа, вряд ли вы на такое способны.

Лифт зарычала, и он поник еще больше, но секрет не выдал. Бури, ладно! Он хоть не бесхребетный... или как там говорят о растениях? Не бескорный?

– Ты должен меня слушаться. – Лифт засунула руки в карманы и пошла по тропе к городу. – Ты не соблюдаешь правила.

– Я-то соблюдаю, – раздраженно фыркнул Виндль. – Просто вы их не знаете. И к вашему сведению, я садовник, а не солдат, так что не позволю разить мной людей.

Она остановилась.

– Зачем мне разить кого-то тобой?

Он поник так сильно, что чуть не ссохся.

Лифт со вздохом двинулась дальше. Виндль не отставал. Выйдя на широкую дорогу, они повернули к башне, служившей воротами в город.

– Значит, сюда мы столько добирались? – заговорил Виндль, когда они проходили мимо запряженной чуллом повозки. – В город, вырезанный в земле?

Лифт кивнула.

– Следовало сказать раньше. Я беспокоился, что во время бури мы окажемся без защиты!

– С чего вдруг? Дождя нет.

Плач неожиданно закончился. Потом снова начался. И снова закончился. Он вел себя совершенно непонятно, скорее как обычная погода, нежели очень долгая, но слабая великая буря, каким обычно бывал.

– Не знаю, но что-то не так, госпожа, – сказал Виндль. – Что-то случилось в мире. Я чувствую. Вы слышали, о чем король алети написал императору?

– Что надвигается новая буря? – спросила Лифт. – Не с той стороны?

– Именно.

– Олухи посчитали это глупостью.

– Олухи?

– Те, кто трутся возле Гокса, вечно нашептывают ему, как поступать. Они заставляли меня носить халат.

– Азирские визири. Главные чины империи и советники Верховного!

– Ага. Пустомели и нытики. Олухи. Так вот, они считают, что тот злобный типчик...

– ...великий князь Далинар Холин, де-факто король Алеткара, на сегодняшний день самый могущественный военачальник...

– ...все навыдумывал.

– Возможно. Но разве вы ничего не чувствуете? Где-то вдалеке? Что-то зарождается.

– Далекий гром, – прошептала Лифт, посмотрев на запад, мимо города, на горы вдали. – Или... или будто видишь, как роняют котелок, следишь за его падением и готовишься услышать лязг.

– Значит, чувствуете.

– Наверно.

Мимо прокатила очередная повозка, запряженная чуллом. На Лифт никто не обращал внимания, впрочем, как и всегда. И никто, кроме нее, не видел Виндля, потому что она особенная.

– А что говорят твои друзья-пустоносцы?

– Мы не... Лифт, мы спрены, хоть мой вид – спрены культивации – и не самый важный. У нас нет ни собственного королевства, ни даже городов. Нам пришлось связать себя узами с вами из-за того, что зашевелились криптики, спрены чести и все остальные. Мы прыгнули вперед ногами в стеклянное море, но едва понимаем, что творим! Все, кто имел хоть малейшее представление о том, как чего-то добиться, погибли много веков назад!

Они шли за повозкой, та дребезжала и раскачивалась, подпрыгивая на кочках.

– Все неправильно и лишено всякого смысла, – продолжал Виндль. – Считалось, что связать вас узами будет гораздо сложнее. Иногда память меня подводит, но я вспоминаю все больше. Со мной не произошло ужасного потрясения, которое все предрекали. Может, из-за вашей исключительности. Но, госпожа, прислушайтесь ко мне, когда я говорю, что грядет нечто значительное. Не следовало покидать Азир. Там мы были в безопасности. Нам понадобится защита.

– Некогда возвращаться.

– Да, скорее всего. Давайте найдем укрытие хотя бы здесь!

– Ага. Если Мрак не убьет нас раньше.

– Мрак? Неболом, пытавшийся вас казнить?

– Он самый, – проворчала Лифт. – Он в городе. Разве ты не слышал, как я жаловалась, что мне нужен осколочный клинок?

– В городе... то есть, в Йеддо, куда мы направляемся прямо сейчас?

– Ага. У олухов есть люди, которые его отслеживают. Как раз перед тем, как мы сбежали, пришло сообщение о том, что его видели в Йеддо.

– Постойте-ка. – Виндль метнулся вперед, оставив за собой след из лоз и кристаллов, взобрался на задок повозки и изобразил лицо прямо перед Лифт. – Поэтому мы сорвались так внезапно? Поэтому мы здесь? Вы гонитесь за этим чудовищем?

– Конечно нет. Что за глупости.

– Глупости – это, разумеется, не про вас.

– Не-а.

– Тогда зачем мы здесь?

– У них тут есть блинчики со всякими начинками, – ответила Лифт. – Говорят, очень вкусные, и едят их во время Плача. Десять разновидностей. Пальчики оближешь, наверно. Хочу стащить каждого по одному.

– Вы проделали весь этот путь, бросив жизнь в роскоши, чтобы съесть пару блинчиков?

– По-настоящему потрясных блинчиков.

– Несмотря на то, что где-то здесь бродит богоподобный осколочник? Который приложил столько усилий, чтобы казнить вас?

– Он не хотел, чтобы я использовала свои способности, – сказала Лифт. – Его и в других местах видели. Олухи за ним присматривают. Они им очарованы. Все внимание приковано к лысому парню, который коллекционирует головы королей, но этот типчик тоже оставляет трупы по всему Рошару. Людей незначительных, неприметных.

– И мы прибыли сюда, потому что?..

– Это место ничем не хуже любого другого, – пожала плечами Лифт.

Виндль плавно соскользнул с задка повозки.

– Совершенно очевидно, что это место не такое же, как любое другое. Здесь явно хуже...

– А ты точно уверен, что несъедобный? – перебила она. – Было бы очень удобно. У тебя куча лишних лоз. Может, я бы их обгрызла чуток?

– Уверяю, госпожа, я не придусь вам по вкусу.

Лифт что-то буркнула в ответ, ее желудок снова заурчал. Вокруг парили спрены голода – коричневые крупинки с крылышками. Ничего необычного. Их привлекали многие люди из очереди впереди.

– У меня две способности, – сказала Лифт. – Я могу скользить, используя потрясность, и могу заставить что-нибудь вырасти. Значит, и пару растений на еду получится?

– Чтобы их вырастить, почти наверняка понадобится гораздо больше буресвета, чем удастся из них добыть. Это предопределено законами вселенной. И прежде чем вы спросите, добавлю: даже вы не можете игнорировать эти законы. – На мгновение он задумался. – Скорее всего. С вами никогда не угадаешь.

– Я особенная. – Лифт пристроилась за ожидающими пропуска в город. – А еще голодная. Прямо сейчас больше голодная, чем особенная.

Она выглянула из очереди. В воротах стояли стражники на пару с писцами в странной ташиккской одежде – этаких длиннющих кусках ткани, которыми они обматывались с головы до ног. Кусок был цельный, и это действительно непросто – не только обвить по очереди каждую ногу и руку, но и обернуться им несколько раз вокруг пояса, чтобы получилось подобие юбки. Такую одежду носили все мужчины и женщины, кроме стражников.

Пропускать в город явно никого не торопились. Людей скопилось немало: все из народа макабаки, кареглазые и темнокожие, гораздо темнее смуглой Лифт. Среди ожидающих оказалось много семей в обычной азирской одежде: штаны, грязные юбки, некоторые с узорами. Вокруг гудел целый рой спренов истощения и голода.

Она ожидала увидеть по большей части торговцев, но никак не семьи. Кто все эти люди?

Желудок снова заурчал.

– Госпожа? – позвал Виндль.

– Цыц, – отозвалась Лифт. – Я слишком голодная, чтобы разговаривать.

– Так вы...

– Голодная? Да. Так что заткнись.

– Но...