Законы исчезновения. Роман

«Прости и будь осторожен. Потому что если это письмо попало в твои руки, то зло вернулось. И - вернувшись - коснулось крылом твоего старого дока Кросса».

Кроме даты, дальше не было написано ни строчки. А дата говорила о том, что беспокойство овладело Гансом Кроссом примерно пару недель назад.

И еще кое-что было вложено в тот конверт. В темной металлической рамке снимок - двое мальчишек в солнечный день. Он, Рус, и его брат Эл.

Он сразу узнал его.

Да и трудно было не узнать. Ведь они с братом были близнецами. Рус помолчал немного и сунул снимок в карман куртки. Потом сложил бумаги доктора Кросса обратно в конверт и взвесил его на руке, прикидывая, как поступить с этим, если разобраться, небезопасным документом.

- Вы можете его сжечь… - произнес почти над самым ухом глуховатый голос.

Рус обернулся как ужаленный.

Рядом с ним на садовой скамейке сидел тот самый тип, что совсем недавно пялился на него из серого «ауди». Совсем недавно и в то же время очень давно - потому что за это время успела минуть вечность, свалившаяся на Руса из конверта доктора Кросса.

Одет тип был довольно строго - ну, не так, чтобы наводить на мысль о свадьбе или похоронах, но и не так, чтобы его можно было упрекнуть в небрежности. Единственными элементами его наряда, не вписывающимися в стандартный облик офисного клерка или «специального агента», были чересчур ярко расписанный галстук и значок на лацкане пиджака. Значок изображал белоголового орла - птицу и поныне редкую.

* * *

- Да-да, - кивнул тип. - Лучше всего спалите эти бумаги. Вы уже поняли, что они - не для посторонних глаз. Ей-богу, у вас могут быть из-за них неприятности. А не хотите жечь - отдайте мне. Тогда они будут лежать в надежном сейфе и вы всегда сможете забрать их - если потребуются.

- Гм… - произнес Рус. - Насколько я понимаю, я имею дело все-таки не с лейтенантом Молинаром?

- Не стану вас обманывать, - вздохнул тип, - не с ним. Впрочем, если вам хочется его повидать, мы можем вместе зайти в околоток и там он меня вам представит по всей форме. Собственно, господин Молинар искал встречи с вами с единственной целью - представить нас с вами друг другу. Но я просто не захотел терять время на формальности. Все равно дело от полиции передано федералам. А с ними мы работаем рука об руку.

Тип помолчал немного. Потом, искоса глянув на Руса, осведомился:

- Вы как? Ничего?

Он кивнул на пакет, который Рус продолжал сжимать в руке.

«В самом деле - как?» - подумал Рус.

И сам удивился тому, насколько мало его взволновало прочитанное. Конечно, рассказ дока Кросса о его, Руса, странном детстве болью отозвался у него в душе, всколыхнул темную волну загнанных в подсознание воспоминаний, но… Но в самой глубине души Рус остался спокоен. Как будто прочитал историю про какого-то другого человека. Может быть, близкого, хорошо знакомого. Но - другого.

И понял - тот эмоциональный взрыв, тот шквал страстей, что должен был обрушиться на него, уже состоялся. Этой ночью. Во сне, от которого его пробудил собственный крик. А сейчас… Как следствие удара по нервам все еще тянулся в его сознании долгий «шлейф» какого-то притупления чувств и почти полного отсутствия глубоких эмоций.

- Ничего.

- Тогда не уделите ли мне минуту-другую вашего времени? Его не так уж много - и у меня, и у вас. Только вы этого еще не знаете…

- Хорошо, - согласился Рус, не спеша кидаться в объятия нагловатому незнакомцу. - Времени мы терять не будем. С кем, как говорится, имею честь?

Тип протянул ему свою идентификационную карточку. Карточка удостоверяла всех и каждого в том, что принадлежит Петру Николаевичу Бороде - старшему научному сотруднику девятнадцатого подразделения Академии специсследований. Рус вернул господину Бороде его карточку и мрачно поинтересовался - чего же, собственно, от него надобно девятнадцатому подразделению Спецакадемии?

- Собственно говоря, у нас с вами, как бы поточнее выразиться, не телефонный разговор. Но не здесь же на скамеечке его вести? А пока я всего лишь должен передать вам приглашение на… На собеседование. Скажем так. Постарайтесь в четыре пополудни зайти в отделение здешнего Управления. Я разумею федералов. Надеюсь, мне не надо объяснять, как туда пройти? В четвертом подъезде для вас уже будет готов пропуск. В двести двадцатой комнате вас будут ждать очень серьезные люди. Постарайтесь не обидеть их…

- Постараюсь, - пообещал Рус. - Кстати, чем занимается это ваше девятнадцатое подразделение?

- Орнитологией, - радостно улыбнулся Петр Николаевич. - Редкими птицами. Вы как раз кое-что прочитали про них…

* * *

Рус дошел до дому, что называется, «на автомате» и первое, что сделал, заперев за собой дверь, - сунул голову под струю ледяной воды в умывальнике. Потом привел себя в порядок и положил пакет дока Кросса в маленький домашний сейф.

Сразу после этого вдруг понял, что делать ему в ближайшие три часа, оказывается, совершенно нечего. Он отдал дань охватившей его подозрительности - потратил с четверть часа на то, чтобы привести систему сигнализации и старенькую сервисную автоматику своего дома в сторожевой режим, взял со стола свой ноутбук - потертый, но надежный - и побрел на кухню. Там он вытащил из холодильника пиво, достал с полки сырные крекеры и заклинился в привычном углу с компьютером на коленях - читать справку по Миру Молний из сетевой энциклопедии.

Рус и без этого занимательного чтения достаточно хорошо знал то основное, что стоило знать об этой самой аномальной из населенных планет. О планете, обходящейся без дарующего свет и тепло светила, вокруг которого она должна была бы вращаться. О планете, странствующей меж звезд.

Но сейчас, погрузившись в «перелистывание» энциклопедических файлов, он снова, как в детские годы, оказался заворожен этим миром: громадным - почти с Юпитер размером - миром. Миром, затянутым пеленой грозовых туч, громоздящихся в несколько слоев. Туч, прорезаемых непрерывными вспышками молний. Их частота и их количество были настолько велики, что Мир Молний обладал своим, собственным свечением с совершенно ненормальным спектром. И, разумеется, своими радиошумами глушил чуть ли не все виды электромагнитной связи в пределах своей космической «ауры». Но это была не самая большая странность невероятной планеты. Мир Молний не хотел походить ни на один другой мир: при своих огромных размерах он имел чудовищно маленькую массу, сравнимую с массой Земли, а значит, плотность материи, его составляющей, была невероятно низкой: Мир Молний просто не мог быть твердым телом.

Так что не было пределов удивлению планетологов, обнаруживших под километрами прошитых молниями и высокочастотными разрядами туч неподвижную твердь. Миллионы квадратных километров тверди - да еще какой тверди! Тверди, громоздящейся в стратосферу складками горных хребтов, тверди, выстилающей дно невероятной глубины океанов. Тверди, поросшей густыми лесами и подставляющей угрюмым, трепещущим электрическим пламенем небесам проплешины безжизненных пустынь. Тверди, на которой обитали тысячи тысяч невероятных биологических видов живых существ, которым вовсе не место в одном Мире… Тверди, населенной Двенадцатью Народами, рядом с которыми нашли свое место и люди Земли - Тринадцатый Народ.

Когда и как объявились в Мире Молний люди и другие разумные существа, энциклопедия не уточняла, ограничиваясь указанием на то, что вопрос этот - спорен. Общепринятый же миф гласил, что потомки разумных рас были переселены в Мир Молний со своих родных планет в незапамятные времена. Ну, разумеется, Предтечами.

Они довольно быстро распространились по Миру Молний - люди Земли проникли во все его ниши, пригодные для жизни, и из чужаков-пришельцев давно превратились в составную часть конгломерата племен и народов, населяющих эту планету. Каждый из народов со своими нравами и традициями, со своей религией и своим пантеоном богов и божков… Говорят, именно оттуда - из Мира Молний и пришла в Миры Федерации Пестрая Вера, которую всяк понимает по-своему. Впрочем, кто же принимает Пеструю Веру всерьез?

Всего одна удачная высадка была совершена на поверхность Блуждающей Планеты. Совершена, собственно, ее же первооткрывателями - Фоксом и Младеновым. Добытые ими материалы и легли в основу практически всех публикаций о внутреннем - СКРЫТОМ под тучами - мире этого невероятно странного космического тела. Шесть следующих попыток повторить такую высадку закончились трагически. Еще четыре просто не удались, но не повлекли гибели космических кораблей и их экипажей.

Ученые мужи до сих пор ломали головы над тем, что представляет собой Мир Молний - из какой субстанции сложена эта словно пустотелая - планета… Ядро ее - источник сильнейшего магнитного поля - вращалось с угловой скоростью, в десятки раз превышающей скорость вращения сложенной из совсем не похожей на земную магмы и весьма сходных с земными осадочных пород «внешней скорлупы» Мира Молний. Взаимодействие этого переменного поля с потоками заряженных частиц в верхних слоях атмосферы планеты порождало мощные разряды в ее небе. В слое атмосферы, который, понятное дело, получил название фотосферы. Происходило как бы «перекачивание» ничтожной доли энергии, запасенной во вращении чудовищной массы таинственного внутреннего тела Блуждающей, в энергию света и тепла, дарящих жизнь поверхности планеты. Вдобавок ко всему активность фотосферы пульсировала с переменным периодом, который в среднем был близок к земным суткам.

Что же располагается под твердью «скорлупы» Мира Молний, оставалось полной загадкой. Наиболее распространена была «плазменная» теория, согласно которой именно вырожденная плазма и заполняла разрыв между крошечным и невероятно плотным ядром планеты «скорлупой». Всевозможные напряжения, вызываемые множеством сил, действующих на «скорлупу» Блуждающей, якобы компенсировались за счет процессов, протекающих в этой разреженной субстанции.

Про то, что принято было называть «магией» Мира Молний, энциклопедический поисковик хранил молчание.

Рус скосил глаза на приютившийся в углу экрана его ноутбука циферблат часов и решил, что если выйдет из дому сейчас, то не торопясь, на своих двоих, как раз вовремя доберется до места встречи с «очень серьезными людьми».

* * *

Здание здешнего филиала Федерального Управления Расследований - аккуратный краснокирпичный параллелепипед с почти незаметными окнами-бойницами - было отгорожено от мирской суеты большого приморского города обширным сквером и чистой, пустынной стоянкой автотранспорта «только для сотрудников». Сотрудники, видно, все как один были в разъездах или вообще не пользовались личным автотранспортом. Долго размышлять над этой проблемой Рус не стал, а потратил остаток времени - до шестнадцати ноль-ноль - на поиски четвертого подъезда преславного бастиона законности и порядка.

Его действительно ждали: пропуск - на проходной и очень серьезные люди - в двести двадцатой комнате.

Серьезных людей было аж трое. Один - демонстративно скучный, аккуратно причесанный тип в мундире полковника военно-медицинской службы. Второй - уже знакомый Русу Петр Николаевич Борода. А третьим был Лорх.

Рус слегка опешил. «Черт возьми! - подумалось ему. - Сколько же лет деду? И почти не изменился…» Он растерянно улыбнулся старому другу детства.

Тот приветливо кивнул ему и указал на жестковатое кресло, намертво закрепленное перед широким столом, за которым заседал триумвират.

- Со мной вы уже знакомы, - дружелюбно произнес Петр Николаевич. - И уж я не думаю, что есть хоть малейшая необходимость представлять вам доктора Коула. А вот с подполковником Штуббе вам предстоит работать, как говорится, рука об руку…

Подполковник чуть приподнялся со стула и отвесил Русу приветственный полупоклон. Потом откашлялся, давая понять, что в дальнейшем решающее слово принадлежит ему.

- Очень рад, - произнес он голосом дантиста, предлагающего пациенту занять место в кресле, - что вы согласились принять приглашение к этому разговору. Мы, правда, предполагали, что вы проявите интерес к событиям несколько раньше…

- Вы имеете в виду - сразу после м-м… гибели господина Ганса Кросса? - уточнил Рус. - Я просто не узнал вовремя о том, что случилось…

- Я имел в виду не только это, - угрюмо бросил подполковник. - Ну да ладно… Очень хорошо, что вы ознакомились с документами, которые вам оставил господин Кросс. Это сэкономит нам время. Я думаю, что то, с чем вам пришлось ознакомиться этим утром, не оставило вас равнодушным. Более того. Я думаю, что вы испытали немалое потрясение. Если вы чувствуете, что вам трудно поддерживать сейчас деловой разговор, то лучше отложить нашу беседу.

Петр Николаевич кашлянул.

- Я же вам говорил, - с тихой укоризной бросил он, адресуясь к Штуббе. - Никаких признаков кризиса. Стресс… Нормальный стресс, не выходящий за пределы нормы.

- Не беспокойтесь за меня, - вставил свое слово Рус. - Я бы предупредил вас, если бы не был готов к разговору.

Штуббе переглянулся с Лорхом и, видимо, несколько приободрился. Он опять откашлялся.

- Тогда на том и покончим с формальностями.

Подполковник передвинул разложенные перед ним бумаги и снова воззрился на Руса. Потом заговорил - голосом чуть менее картонным, чем до этого.

- Вы уже хорошо поняли, что ваша судьба, господин Рядов, и судьба вашего родного брата находятся в довольно сильной зависимости от той особенности ваших личностей, которую принято называть Даром и неким вмешательством со стороны посторонней, чуждой нам цивилизации. Я имею в виду цивилизацию так называемой Бродячей Планеты. Или Мира Молний, как ее часто называют.

- Да, я понял это, - без особого воодушевления признал Рус.

- Прекрасно. Должен вам сказать, что ваш брат - не единственный, кто канул в эту бездну. Но он - единственный, о судьбе кого мы смогли получить хоть какую-то информацию.

Подполковник хрустнул пальцами.

- Речь идет о том, господин Рядов, что мы хотим предложить вам принять участие в некой спецоперации… И одним из результатов ее должно оказаться установление судьбы вашего брата. Возможно - его возвращение в этот Мир. Должен предупредить заранее - речь идет о м-м… о мероприятии, связанном с высокой степенью риска.

Он подождал реакции Руса на это заявление. Никакой реакции не последовало, и подполковник продолжил:

- В любом другом случае мы направили бы для выполнения аналогичной миссии хорошо подготовленного специалиста по м-м… оперативной работе. Но, к сожалению…

- Должен заранее вас предупредить, - счел нужным заполнить непредвиденную паузу Рус. - Единственное, что я умею делать хорошо, так это убеждать людей в том, что им жизненно необходимо подписать с «Трансгалактик» контракт, на самом деле совершенно им не нужный. Еще я довольно свободно общаюсь на всех трех основных языках Федерации и на нескольких местных диалектах. И это - все. Большего от меня не ждите.

Штуббе улыбнулся и переглянулся с коллегами так, словно услышал отменную шутку.

- Дело в том, что ваше участие в нашей операции как раз и обусловлено тем, что мы ждем от вас большего, чем то, что вы нам только что перечислили. Кстати, если вас так беспокоит перспектива лишиться вашего поста в филиале «Трансгалактик», то…

Надо заметить, что Рус только сейчас взглянул на вопрос именно с такой точки зрения.

- То мы урегулируем это с руководством корпорации. Вы можете не волноваться. Кроме того, как и всякая работа, сопряженная с повышенным риском, ваш труд будет оплачен по соответствующим ставкам. Если говорить коротко, то сразу по подписании контракта на ваш счет будет переведено…

Возможность вот так - просто за росчерк пера - заработать примерно два своих годовых оклада, конечно, заняла соответствующее место в сознании Руса рядом с грустным соображением о том, где именно можно встретить запасы бесплатного сыра. Но мысль о том, что удастся побольше узнать про Эла, занимала его значительно сильнее. Господин Штуббе меж тем продолжал гнуть свою линию.

- Так вот, наш выбор, господин Рядов, обусловлен двумя причинами. Во-первых, нет никаких гарантий, что в Мире Молний сможет успешно действовать человек, не обладающий так называемым Даром.

Рус помрачнел. Каким-то образом он успел за прошедшие несколько часов почти полностью вытеснить из своего сознания тот факт, что именно проклятый Дар и был первопричиной его и Эла бед. Мало того, про то, что сам он - Рус Рядов - является носителем какого-то там Дара, правда носителем всего лишь потенциальным, он просто не вспоминал.

- Я бы не сказал, - начал Рус и осекся, поймав нахмуренный взгляд Лорха.

Но собрался с духом и продолжил:

- Я бы не сказал, что замечал за собой какие-то необычные способности…

- Не беспокойся, Рус, - вступил в разговор Лорх. Русу было необыкновенно приятно вновь услышать этот - по совсем другой своей жизни знакомый - голос.

- Ты и не должен был замечать ничего, - заверил его старик. - Это мое дело - замечать, ловить признаки… А для тебя то необычное, что временами происходило с тобой, всегда было чем-то простым и естественным. Как воздух, который все мы привыкли не замечать… Вот скажи, пожалуйста, в каком направлении отсюда находится твой дом?

Рус слегка удивленно показал рукой в сторону дальнего угла кабинета.

- Там, разумеется…

- А тебе не приходило в голову, что девяносто процентов обычных людей, поплутав целый день по городу и потом по здешним коридорам и переходам, просто не смогли бы так вот сразу ответить на столь простой для тебя вопрос?

Рус пожал плечами. Ему было решительно нечего сказать в ответ.

- Есть еще несколько вещей, которые отличают тебя, Рус, - продолжил старик. - Но не думай, что это - Дар. Это - только его признаки. Симптомы… Сам же Дар только начинает просыпаться в тебе. Подошел срок - и он просыпается. И окончательно овладеет тобой уже там - в Мире Молний.

Русу очень не понравилось это - «овладеет тобой». Но Лорх всегда называл вещи своими именами.

- Так вы предлагаете мне отправиться туда? - слегка ошарашено спросил он.

- Именно так, - заверил его Штуббе голосом дантиста, сообщающего клиенту, что проблемный зуб придется рвать. - Я назвал вам только одну из причин, по которым выбор пал именно на вас. Первая - наличие у вас Дара. Вторая же причина заключается в том, что вряд ли кто-нибудь, кроме вас, сможет быстро найти общий язык с вашим братом. Понять его и… э-э… убедить, что его настоящая жизнь должна протекать здесь - в нормальном, человеческом мире…

Рус потер лоб.

- Простите, но все то, что вы мне предлагаете… Вся эта «операция»… Она что, затеяна только для того, чтобы вызволить из того мира Эла? Это признано такой важной задачей?

Штуббе секунду-другую жевал свои губы - тонкие и бесцветные, подыскивая, видно, подходящую формулировку для мысли, которую хотел выразить.

- Видите ли, господин Рядов, - произнес он наконец. - Вы - человек, работающий в сфере бизнеса, поэтому должны хорошо понимать, что благотворительностью в наше время не занимаются даже благотворительные фонды. Как бы мы ни сочувствовали вам и вашему брату, мы никогда не получили бы ни цента ассигнований просто под экспедицию с целью его возвращения в ваши… э-э… объятия.

Он косо глянул на нервически закопошившегося Николая Петровича. Тот явно хотел что-то добавить от себя. Но - слова не получил.

- Нас заставляют действовать причины весьма серьезные, и времени на подготовку у нас мало. Может быть, его нет вообще. Ваш брат - это только одна из ниточек, за которые мы пытаемся ухватиться. Дело в том, что, по нашим данным, он занимает сейчас одну из ключевых позиций в той игре, которая начинает разыгрываться. Разыгрывается она пока что там - на Блуждающей планете. Но еще немного - и игра перейдет на наше поле. Сюда, в этот Мир. Впрочем, не буду говорить с вами загадками.

Штуббе посмотрел на часы.

- Сейчас вы сядете вот за тот столик в углу и внимательно прочитаете один очень интересный документ… У него есть служебное название. Так сказать, кличка. «Меморандум Беглеца».

Он вынул из лежащей в сторонке от других бумаг папки пару скрепленных листков, заполненных убористым, от руки написанным текстом, и положил перед собой на стол.

- У этого документа - интересная предыстория. Вам не приходилось слышать о событиях на Джее? Давнюю такую историю о пробуждении технодракона? Нечто связанное с возникновением некоей эпидемии… Ведь вы, насколько нам известно, интересуетесь всем, что связано с различными… м-м… аспектами наследия Предтеч и Древних Империй?