Заклинательница теней

– Я подержу Оддэт в столовой минут пятнадцать, а потом уведу ее «по срочному делу».

Я улыбнулась Зои с такой благодарной улыбкой, что мне даже не надо было ничего говорить.

– Не за что, – хмыкнула она. – Идем.

Ох, Зои! Ты просто спасение цивилизаций! Надо будет потом подарить ей шоколадку за это. Оддэт, и правда, как бесконечно жужжащая пчела, никогда не затыкается!

В общем, мы еще успели зайти в класс до того, как все вновь прибывшие рассядутся. Дарэн уже положил мои книжки на стол и уселся на свое место. А поскольку он сидел сразу за мной, я, прежде всего, улыбнулась ему:

– Спасибо, Дарэн, – поблагодарила я.

Он по-доброму улыбнулся мне в ответ и кивнул.

– Нет проблем, – шепотом сказал он, потому что урок уже начался.

В общем, чем была примечательна алгебра? То есть кроме бесконечно жужжащего телефона от сообщений Оддэт. Я не люблю опаздывать, особенно в первый день учебы, но, честно говоря, опоздать на алгебру было полезно. Все по той же причине, почему я теперь ненавижу историю.

Наш математик оказался на удивление молод! Нет, конечно, не так, как историк – этот неудачник среднего звена. Но я скажу честно: математики так не выглядят. Высокий – под два метра – даже его костюм не мог скрыть всю мускулатуру. Не то чтобы он был симпатичным, вполне себе такой обыкновенный, просто молод – наверное, до тридцати, не больше – по сравнению с тем же химиком, времен Альберта Эйнштейна.

Вот интересно: такая здоровая академия, все здесь только и говорит о преподавателях вроде нашего химика, но за четыре урока вот уже второй учитель не походит на типичного учителя. В связи с причиной моего приезда сюда, я, конечно же, начала задумываться: не может ли это быть связано с искупительницей? То есть историк наверняка просто неудачник и никаких исключений. Но математик…

– Райан, – наклонилась к своему соседу я.

Он дернулся от неожиданности, и я поняла, что его внимательно-сосредоточенный взгляд на доску был откровенным обманом. Он, как и многие другие мои одноклассники, сейчас витал в облаках.

– А? – Шепотом отозвался Райан.

– Все учителя здесь выглядят так молодо? – Спросила я.

Райан сначала задумался. Похоже, он ушел в своих мыслях очень далеко от урока алгебры.

– Да я как-то не замечал, – пожал плечами он.

– Ну, смотри, – я придвинулась к нему чуть ближе, – историк вообще тянет на нашего ровесника. – Райан, видимо, представил историка и ухмыльнулся. Полагаю, это было согласие. Хотя, судя по его взгляду «ух ты!», раньше он об этом никогда не задумывался. – А этот математик, мега качок… Как давно он здесь?

Райан присмотрелся к нашему математику и сморщился.

– На качка он не тянет, – покачал головой он.

– Ну ладно, может и не тянет… – Райан как-то странно глянул на свои бицепсы и робко сложил руки на груди, – я имею в виду, среди математиков.

Райан прыснул, и учитель обратил на это свое внимание. Притворившись, что мы внимательно следим за развитием событий на доске, мы с серьезными лицами уставились на последние каракули, которые математик написал. Он подождал пару мгновений, а затем продолжил.

– Ну не знаю, как на счет других математиков, – зашептал Райан, – но предыдущий был древнее древности.

Райан похихикал, я заинтересовалась. Хотя мне было уже вполне достаточно того, что этот здесь был заменой. Интересно.

– Что было с предыдущим? – Спросила я.

Конечно, можно было бы и не спрашивать, но я должна была придерживаться плана «дружи со всеми на всякий случай». Здесь кто угодно мог оказаться кем угодно. И я начинаю думать, что среди охотников за искупительницей я лишь заняла некоторый порядковый номер.

– Да он вообще был комиком, – Райан оживился, впервые при мне улыбнулся и стал увлечено рассказывать, – у него были страшно дурацкие очки, и торчали только три верхних зуба, из-за чего вся его речь была похожа на борьбу с утренней кашей.

Я, как можно тише, прыснула. Райан чуть в голос не расхохотался.

– Но вообще мистер Берд был не плохим, – стал вспоминать дальше Райан. – Он всегда ставил нам хорошие оценки, даже если мы ничего не знали. Он нам нравился, просто был смешным. И сам смеялся иногда над собой. Блин, жалко, что он ушел!

– А куда он ушел? – Спросила я.

– На пенсию, – ответил Райан. – Ему ж было уже семьдесят!

– То есть новенький с этого года здесь, – подвела итог я.

– Ага. И, честное слово, мистер Берд хотя бы не мог выговаривать половину слов, а у этого… – он ткнул ручкой на математика, – какое оправдание?

Я медленно улыбнулась, Райан порадовался удачной шутке.

Да, мне как-то это все меньше и меньше нравится. Этот новый математик уж очень подозрителен. Хотя, если забыть об искупительнице, то можно сказать, эта история вполне правдоподобна. То есть – семьдесят лет! Не удивительно, что он не решил остаться здесь еще на один год.

В общем, четвертый урок все-таки закончился, и я собралась действовать по плану. То есть Дарэн снова вызвался помогать мне с книжками. Ах, Дарэн. Я была ему так благодарна. Потому что пять шагов, что я тащила эти книжки в библиотеке до двери, показались мне непосильной вечностью!

– Вилу! – Подбежала ко мне Оддэт. – Идем скорей, я покажу тебе столовую!

– Я… – глянула на Дарэна, – сначала загляну в свою комнату, оставлю там книжки.

Зои, стоявшая чуть позади Оддэт, вытаращилась на меня, привлекая к себе внимание и часто-часто замотала головой.

– Отлично! Мы сходим с тобой!.. – Обрадовалась Оддэт, и я поняла, почему Зои запротестовала.

– Но сначала я загляну в уборную, – выпалила я. – Вы идите на обед, я скоро подойду.

Я быстро улыбнулась, Оддэт глянула сначала на Дарэна, потом обернулась на Зои.

– Хорошо, – согласилась она. – Подходи, мы займем тебе место!

Зои многозначительно кивнула мне, словно напоминая – придерживаемся плана – и последовала за Оддэт. Почти все уже вышли из класса, как внезапно математик подал голос.

– Дарэн! – Позвал он.

Бедный мальчик, ему пришлось вернуться со всеми моими многотонными книжками обратно в класс.

– Да? – Развернулся боком он.

– Я проверил твою контрольную, – сообщил он. – Подойди ко мне, нужно обсудить твою оценку.

– А… – Дарэн немного растерялся с книжками в руках.

Что ж, по крайней мере, без Оддэт.

Я шагнула к Дарэну и забрала у него книжки.

– Все в порядке, Дарэн, спасибо за помощь! – Улыбнулась я.

– Ты в столовой подожди, хорошо? Я после обеда тебе их занесу в общежитие! – Пообещал Дарэн.

– Спасибо!

Какой хороший мальчик! Честное слово, таких бы побольше. Но не важно, мне все равно тащить эти книжки до туалета. Ну, а вдруг Оддэт приспичит мне что-нибудь срочно сказать? Еще зайдет. Так хоть я, и правда, буду там. В общем, я тащилась с этими книжками до уборной. Никого здесь не было в это время, все были на обеде. Я водрузила книжки на столик с раковиной и выдохнула. Буквально через минуту Зои прислала мне сообщение: «Путь свободен, иди обедай!».

И я пошла.

Честно признаться, я была благодарна Зои по двум причинам: первая это, конечно же, избавление от Оддэт. Ну а вторая – все еще основная. Мне нужно было понаблюдать за учениками, а где как не в столовой, где скапливаются в основном все студенты, будет лучше всего это сделать? У меня будет уникальный шанс!..

И если бы этот шанс давался мне каждый день, и не приходилось бы терпеть Оддэт, я была бы еще более благодарна судьбе.

В общем, я дошла до столовой, какие-то девчонки подержали мне дверь. Столовая была огромная! Естественно, в условиях такого количества народа. Причем, что было обворожительно прекрасно – все сидели кучками за большими столами. А тот замечательный одинокий маленький столик в углу столовой словно дожидался именно меня.

Пока проходила мимо учеников, споткнулась о чей-то стул и чуть не свалилась со всеми этими книжками. Все бы было неплохо, я ничего не подвернула, книжки не упали, только слегка поехали, но я успела их поймать. Правда, когда они поехали, с них столько пыли посыпалось. Я зажмурилась и попыталась сдуть пыль. Но это было довольно трудно сделать со всеми этими книгами в руках, и я вполне естественно собралась чихнуть. Глаза заслезились, я стала замедлять шаг…

И тут, когда я уже почти чихнула, кто-то ударяет меня по руке, я выпускаю все свои книжки, и они падают частью на близстоящий стол – к счастью, уже освободившийся – а частью на пол. Чих не получился, зато глаза заслезились так жутко, что даже слезы полились. Сосредоточившись на первоочередном – на чихе, я не сразу переключила внимание на книжки и виновника аварии.

Ладно, чих не получился, фиг с ним. Теперь о другом. А чего это в столовой так тихо? Я медленно оглядываюсь и понимаю, что вся – ВСЯ – столовая смотрит сейчас на меня и не двигается. Ой, елки! И тут до меня доходит. Я, стою с рассыпанными книжками, а тот парень – я его вычислила по осуждающим взглядам а-ля «ты вообще враг народа номер один!» – пытается куда-то пройти, причем совершенно не обращает внимания на содеянное.

И ладно бы только это. Я же тут стою совершенно зареванная. Елки зеленые! Все видят, что я плачу?! Я постаралась как можно незаметнее стереть слезы со своего лица, но получилось неблестяще, похоже, я только больше распалила обстановку. Потому что следующее, что произошло, повергло меня в шок.

Внезапно из толпы обалдевших зевак – я не знаю, чего они все замерли – выскакивает какой-то парень (я его сначала только боковым зрением успела заметить), одним широким шагом оказывается рядом с этим «врагом народа», хватает его за шкирку и грубо одергивает его назад.

– Ты что наделал, кретин?! – Угрожающе встряхивает моего обидчика этот парень.

Обидчик взглядом «моя жизнь кончилась, прощай белый свет» сначала с испугом смотрит на моего защитника, а потом как будто только сейчас замечает то, что, собственно, по его вине произошло. Надо было видеть его глаза: «я только что обрушил на землю небо!». Он рванулся к моим книжкам и молниеносно все собрал, сложив на краешке стола. А потом, чтобы не быть уничтоженным осуждающими взглядами, выскочил из столовой как пробка из бутылки.

Это все произошло так быстро, что я только сейчас потихоньку дошла до того, что мой защитник меня собственно защитил. Медленно повернувшись влево – именно там сейчас в двух шагах стоял мой защитник – я посмотрела на него. О. Моя. Челюсть. Его глаза, его губы, его прическа…. Мое сердце екнуло и шлепнулось в обморок. В желудке растеклось искрящееся тепло и внезапно – очень замедленная реакция, надо сказать – я поняла, что он, этот… мысли, родитесь уже!

– Спасибо, – в рамках случившегося и обеденного времени моего мозга, только и смогла выдавить я.

Мне ужасно хотелось сказать что-нибудь еще, но вообще ничего на ум больше не шло. Глупо, я понимаю, но в тот момент я думала об этом еще меньше.

Он был таким симпатичным. Его каштановые густые волосы небрежными прядями ниспадали ему на глаза. Его глаза… цвета молочного шоколада, я просто впилась в них взглядом и не могла перестать смотреть в них.

То ли это время замедлилось, то ли он тоже слегка притормаживал, но ответил он мне не сразу.

– Пожалуйста, – сглотнул он.

И внезапно его взгляд стал немного рассеянным, и он показался мне каким-то смутившимся, как будто он слегка растерялся…. И тут до меня дошло, что вся столовая все еще смотрит только на нас.

Я громко ахнула – громко, потому, что убийственно мертвенная тишина к этому располагала – с испугу схватилась за книжки и уже собиралась продолжить путь к тому самому столику…

А, может, позвать его сесть со мной? Я обернулась, и… столовая медленно ожила. Но моего защитника и след простыл. Как он так быстро убежал? То есть… черт, нужно было соображать раньше.

В общем, после этого странного события я все-таки уселась за тот самый столик в углу и принялась разглядывать присутствующих. Нужно было искать искупительницу, но я только и делала, что искала глазами этого парня. Черт, это не профессионально! Нужно искать искупительницу!

Интересно, почему он пришел мне на помощь? Это потому, что я рыдала как последняя сопля? Нет, я вообще практически не плачу, особенно на публике. Просто оправдаться у меня не было времени. Да и что это за оправдание? «Я чуть не чихнула из-за пыли». Гениально! Лучше рыдать из-за того, что этот псих рассыпал все мои книжки. Может и не плохо, что появился этот парень и спас положение.

Ладно, он куда-то делся, значит, ему не очень-то и хотелось со мной сидеть. Хотя я его и не успела пригласить для этого, чтобы так утверждать…. Не важно! Просто нужно отвлечься. Да, было бы не плохо, особенно теперь. Привлечь к себе всеобщее внимание – это отличный способ не выделяться из толпы!

В общем, я набрала номер Оли. У меня все равно был гениальный вопрос, который я так и не задала.

– Да, – прохрипел в трубку Оли.

– Привет, провидец, – бросила я. – Как продвигается?

– Я готовлюсь к сегодняшнему вечеру, – ответил Оли.

– У нас три часа разницы, я думала, ты уже все посмотрел.

– Я… – Оли как-то странно разговаривал, – нет еще. Чуть позже.

– Оли, что случилось?

– Ничего, – буркнул в трубку он.

Я скривилась.

– Последний раз, когда ты бурчал себе под нос, твой сосед чуть не прыгнул с крыши, – вспомнила я. – Что происходит?

Оли вздохнул. Раза четыре. И только потом решил признаться.

– Сегодня утром у меня было видение, – рассказал он.

– Только не говори мне, что перепутал и искупительница находится на другом конце света!

Я, конечно, не кричала, но мое уединение и почти заканчивающийся обед позволяли мне разговаривать практически без опасений, что кто-нибудь меня услышит.

– Нет, это не о ней, – снова вздохнул Оли.

– Уже не плохо, – заметила я. – Тогда что?

– Видение было обо мне.

Тут уж я замолчала. Ничего хорошего в этом видении точно не было. Но вот спрашивать, что именно… нет, мне точно не хотелось это знать. С другой стороны, разве я могла просто закрыть на это глаза?

– Что ты видел, Оли?

– Визит.

Когда он видел плохие видения, он рассказывал о них очень мало.

– Какого рода? Кто к тебе пришел?