Новый мир. Трилогия (СИ)

- Вот к этому, - совсем потерянно сказал я, указав пальцем в сторону озера.

Готнерим обернулся и распахнул рот от удивления. А удивиться было чему. Вода в озере бурлила, всю грязь закручивало огромными водоворотами, поднимались больше волны. Лодки, что были в воде, перевернуло волнами и погребло в толще воды. Только оборотней, что находились в лодках, выбросило на берег. Я, предчувствуя большую неприятность, сказал:

- Бежим!

Ворон и конь Готнерима неслись стремительно. Я почему-то, даже добравшись до тракта, поскакал дальше, в поле. Ворон скакал необычно, как я услышал от удивленного но не отстававшего Готнерима, конь обходил норки и ямки, чтобы не поломать ноги.

Сзади раздался гул. Обернувшись, я увидел огромную волну грязи, стремительно рванувшую на берег. Она неслась вперед, снося дома и разумных. Остановилась она, едва не достав до нас. Готнерим смотрел на все это с ошеломлением, я тоже удивлялся. И если мой попутчик удивлялся самому событию, то я был удивлен способом, которым водяные очистили озеро и наказали убийц.

- Пойдем, нечего нам здесь задерживаться, - переборов свое ошеломление, сказал я, направив Ворона к дороге.

- Боги разгневались на этих разумных! - убежденно сказал Готнерим, когда мы двинулись уже по тракту, оглядываясь то на выбиравшихся из-под грязи оборотней, то на ставшее кристально чистым озеро.

- Может, это водяные отомстили? - поинтересовался я, усмехнувшись про себя.

- Может и водяные, кто знает, какие у этих существ боги и какие силы они даруют им, - пожал плечами Готнерим, - зачем пугаешь-то? Мне теперь и рыб страшно есть, вдруг мне тоже отомстят?

- Сомневаюсь, - хмыкнул я и продолжил дорогу, размышляя про себя.

ОТСТУПЛЕНИЕ.

СРАЗУ ПОСЛЕ ВЫШЕИЗЛОЖЕННОГО.

Суорик Старый смотрел на мгновенно очистившееся озеро. В его мокрой душе сейчас был праздник. Человек на Лайдайе! И этот человек, пусть он и не обучен Искусству, оказался очень великодушным! Он помог водяным, спас озеро, почти полностью погубленное зверьми!

- Суорик! - подплыл к водяному дин из молодых. Это был тот, что лишился не так давно обеих рук. Сейчас они были, - Икринки! Они ожили!

- Хвала Богам! - воскликнул обрадованный водяной.

Из икринок рождаются новые водяные. Рождаются лишь тогда, когда они нужны. Раньше икринки спали, потому что озеро лишилось жизни. Суорик уж было подумал, что благословенные икринки, которые водяные откладывали раз в столетие, погибли! А тут такое счастье! Уже через месяц озеро заполнят детишки, которые вскоре станут прекрасными защитниками озера, достойной сменой! Водяные больше не допустят прежних ошибок, они теперь будут уничтожать любые лодки в озере сразу, поэтому их дети вырастут в спокойной и прекрасной обстановке!

Суорик лично, вместе с остальными оставшимися в живых водяными, стал возрождать озеро. Он своим особым дыханием передавал часть жизненных сил, заставляя приплывавших через многочисленные притоки рыб сразу метать икру. Пусть уже осень, но водяные успевали своими силами за несколько недель восстановить всю жизнь в озере, вплоть до каждого погибшего малька!

Энергия человека, к сожалению, была полностью израсходована на удар по зверям и на очистку озера. И теперь водяным предстоит защищать озеро самим, до прихода пополнения. Они должны прогонять упырей, Хранителей Болот, извечных врагов водяных. Должны привлекать нимф, что так любят красивые места. Они помогут вернуть озеру былое величие. Правда, придется плыть на Совет Хранителей, что состоится буквально на днях, но это Суорика лишь радовало.

- Так, ребята! - собрал Суорик всех водяных на собрание, заодно даруя им на этот момент отдых, - Я отбываю на Совет! Не знаю, как скоро вернусь, но наверняка вернусь с пополнением и подмогой! Вы уж тут продержитесь без меня! За старшего назначаю Диорика, моего сына!

- Благодарю, отец! - склонил голову молодой водяной, очень похожий на Суорика, - Это огромная честь для меня! Я постараюсь оправдать твое доверие!

- Удачи тебе! - от души пожелал старик, - И вам всем! Да хранят Вас Боги!

- И тебя, Суорик! - воскликнули хором остальные водяные, - Попутного тебе течения!

Суорик отправился в путь. Пересек все озеро и, повинуясь течению, сорвался с водопада, оказавшись в излучине реку. Дальше его путь был проще. Хранители этой реки встречали его, поздравляли. Река ведь пополнялась из вод озера, так что все местные водяные знали о конце несчастья озерного племени, да и сами радовались, что не придется тратить столько сил на очистку воды.

Они приглашали Суорика погостить у них, отдохнуть, но водяному была дорога к Совету, так что он вежливо отказывался. Плыл день и ночь, без отдыха. Лишь только ночью он позволял себе уснуть, отдаваясь воле течения. Питался прямо на ходу, чтобы не тратить зазря время.

Вскоре начались крутые пороги, река сблизила свои берега. Течение стало стремительным, старик едва успевал уклоняться от камней и валунов, что в обилии усеивали дно стремительной реки. Суорик не в первый раз на своем веку плыл здесь, но в этот раз переход был особенно сложным.

Ведь уже десятилетия прошли с того момента, как озеро впервые лишилось своего Хранителя из-за вмешательства зверей. Суорик ослаб за это время, постарел. Лишь только начала возвращаться былая сила, поэтому старому водяному едва удалось без потерь преодолеть крутые пороги и выплыть в широкий залив.

И теперь держал путь к великой Прагоре. То была гора не простая, подземная! В нее вели сотни путей, по которым приходили все Хранители на свете, точнее, предводители народов. По воздуху прилетали драконы, через пещеру приходя в Зал Совета. Через подземные воды приходили водяные и серены - Хранительницы океанов. Через Прадуб, чьи корни начинались у вершины горы, приходили Хранители лесов и степей. И еще было множество путей, и множество Хранителей приходило по ним.

Суорик был старейшим водяным, и ему принадлежала честь представлять весь свой народ. Суорик владел Духом Хранителя, что даруется представителю каждого народа Хранителей. Благодаря ему Суорик знал все, что творилось в любых пресных водах. И он должен был прочитать долгий доклад по каждому озеру, каждому озеру и ручью, в которых течет пресная вода. Доклад займет как обычно, пять дней и пять ночей. А потом, после всех докладов от всех Хранителей, Суорик сможет сообщить всем важную новость.

Так и произошло. Суорик, нырнув в подводную пещеру, что вела к горе Советов, вынырнул в маленьком озерце, принадлежавшем лишь ему, как представителю водяных. Озеро было практически у вершины горы, куда забрался по тайным путям Суорик. От этого озерца бежал в сторону длинный ручей, по которому спокойно проплывет лишь один водяной.

Суорик поплыл. И вот ручей окончился в небольшой луже на возвышении, куда не меняя течения, забежал ручей. Вода в луже всегда была до краев, но не переливалась и не убывала никогда.

Суорик осмотрел огромный Зал Совета. Стены Зала были созданы из корней великого Древа Жизни, или как его называли древние и хранители - Прадуб. Его хранят эльфы. Те пусть и не Хранители, но у них тоже были заветы защищать великое Древо. Иначе эльфы лишаться своих сил. В общем, Хранители обезопасили себя не только своими силами, эльфы тоже им помогали, пусть и не догадываясь об этом.

Суорик стоял, не зная усталости или сна благодаря Первоисточнику, что в сердце горы, ждал начала Совета. Ждал, пока все Хранители соберутся.

И пошли долгие дни, когда один доклад сменялся другим, хранитель сменял Хранителя. Несмотря на обилие информации, ничего не пропадало в головах Хранителей - память Хранителей идеальна. Было понятно со слов Хранителей, как все больше страдают леса и поля, беспощадно разгрызаемые разумными существами, которых Суорик только зверьми и кличал.

Сам Суорик своим докладом внес еще больше боли в сердца Хранителей. Лишь один Дракон, что издревле был Хранителем и одним из Первохранителей, рассказал о хороших изменениях. Поведал о таинственном маге, что уже пятнадцать лет живет в мире с драконами и помогает им всеми силами. Дракон поведал, что странен маг этот, ибо не понятны помыслы его и странна сила его, которая похожа на силу самих драконов. Сказал бы раньше, да Совет собирается раз в сто лет.

И вот кончились долгие дни докладов, сказано последнее слово, принято последнее решение. Суорик смог выпросить для озера своего, и не только для него, нимф и берегинь. И лишь в самом конце, когда все же утомившиеся Хранители собрались уходить, взял слово.

Он поведал долгим рассказом о короткой встрече с человеком, упомянул все легенды, связанные с людьми. В точности передал образ того человека, его деяние и Дар, что Суорик, как Хранитель, смог дать человеку. Долгое молчание повисло в Зале Совета. Молчали все почти два дня и две ночи, лишь к исходу вторых суток молвил Дракон рокочущим голосом:

- Твой поступок правилен. Человек оказался достоин твоего Дара. Засим предлагаю решить - достоин ли человек пройти Испытания? Испытания каждого Хранителя? Возможно, этот человек сможет внести в наш мир гармонию. И тогда ему понадобятся наши Дары.

Один за другим Хранители выносили решение. Кто-то отказывался, кто-то соглашался, но все же за небольшим преимуществом было принято решение помочь человеку. Точнее сказать, испытать его. Он, возможно, сам не будет знать об Испытаниях и их исходе. Но ежели сможет пройти он Испытания, что будут посланы ему Хранителями, то от каждого, чье испытание прошел, будет получать Дар, подобный Дару Суорика.

И вот после долгого времени Совет окончился. Хранители отправились в свои дома, а Суорик, напитавшийся силой от Первоисточника, теперь мчался домой с большой скоростью, многие пороги и водопады просто перепрыгивая, а водопад, что был последней преградой к родному озеру, даже не заметил.

КОНЕЦ ОТСТУПЛЕНИЯ.

И вот мы с Готнеримом встали, наконец, на привал. Нам нужно было передохнуть, да и дичь разделать, которую наловил охотник. Немного поколебавшись, я попросил его научить меня это делать. Готнерим что-то пробормотал про 'безрукого неумеху', но потом с упоением стал рассказывать, как правильно сдирать шкуру, что лучше зажарить, а что лучше запечь в углях. Рассказал, что печень - самая ценная часть! Что от нее можно получить силу того, кому принадлежала печень, пусть она окажется даже человечьей. Честно говоря, меня немного мутило, но после кровавой сечи у кузницы в поселке разделка кроликов и необычные разговоры были детским лепетом.

Сегодня я первым был в карауле. До середины ночи мне предстояло сторожить сон товарища, и при этом самому не отключиться. Подумав немного, выудил из сумки книгу. И так долго ее не читал, меня уже сжигало любопытство.

Готнерим спал. С виду его ничто не могло потревожить, но я помнил, как одной ночью он проснулся только от того, что к нашей стоянке приблизился волк. Я и за оружие схватиться не успел, как товарищ прикончил обезумевшего от голода одиночку. С тех пор я по ночам всегда держу оружие наготове, хотя с моей воинской выучкой можно разве что до смерти насмешить противника.

Весь следующий день мы двигались вдоль очистившегося озера. Я поражался его размерам. Казалось, что мы бредем вдоль моря! Но вот дорога круто свернула.

Я завороженно смотрел на внезапно окончившуюся долину. Перед нами страшной границей была пропасть, уходящая далеко вниз. Хотя какая пропасть? Это же еще долина, только намного ниже, отделенная отвесной скалой! Потрясающе! Знали бы вы, какой вид открывается отсюда! Я сам замер надолго, поражаясь красотам дивного места. Жаль, я не художник. Такую красоту обязательно нужно запечатлеть!

Но это еще не все! Дорога круто уходила вправо, пересекая озеро широким и длинным мостом. Быстрые потоки воды обтекали мощные опоры, исчезая за обрывом и обрушивая всю свою мощь вниз, где берет начало длинная извилистая река. Кстати говоря, мост наверняка строили гномы. Я не эксперт, но уже знаю, что масштабностью и надежностью отличаются исключительно гномьи постройки. А широкий и длинный каменный мост, который держали через каждые пятьдесят метров по две колоссальные опорами, мог быть построен исключительно гномами.

По мосту перебиралось через озеро уйма народу. В основном, это были группы всадников или же целые караваны. Одиночек или малых групп, вроде нашей, не было. Причем, на кого ни взгляни, все вооружены до зубов и смотрят волками. Мне стало не по себе. Это что такое может произойти, что разумные настолько стремятся обезопасить себя? Как бы нам не нарваться на неприятности...

- Разбойники лютуют, - пояснил Готнерим, словно бы прочтя мои мысли, - граф либо не хочет, либо не может с ними разобраться. Да и много их. Если собрать всех вместе и дисциплинировать, то можно захватить все графство за несколько недель!

- Ого! - удивился я такому разгулу преступности, - Неужели граф настолько глуп, что не избавляется от опасной угрозы?

- Как мне кажется, граф этих разбойников сам завел и теперь имеет немалую долю с их добычи. Уж больно тракт этот оживлен и востребован, так что и потенциальных жертв достаточно, - как-то по-звериному ухмыльнулся Готнерим, будто был рад такой обстановке. Боюсь, мне не дано понять мыслей этого разумного.

Пока перебирались через мост, я во все глаза разглядывал обрыв, с которого срывались тонны воды. Скажу честно - было довольно жутко находиться рядом с этим местом, пусть и на надежной опоре.

Вскоре, а точнее через полтора часа, мы пересекли мост. Дорога уходила далеко вперед, теряясь среди бескрайних просторов степи. Вздохнув, пустил коня галопом. Уж очень не хотелось проводить в дороге очень много времени. Готнерим тоже подстегнул своего неутомимого коня.

Дорога быстро пустела. Медлительные караваны оставались позади, группы всадников наоборот, быстро скрывались вдали. Одни мы ехали неспешно, особо не загоняя коней. Изредка переходили в галоп, когда хотели до ночи достигнуть удобного места для привала.

Расстроил тот факт, что уже третьи сутки льет неприятный холодный дождь. Я сдавленно матерился сквозь зубы, Готнерим был намного терпимее, ему словно плевать на погоду, лишь бы напрямую ничего не мешало. По краям дороги текли грязевые ручьи, превращая дорогу в полоску, по которой можно лишь взад-вперед двигаться.

Однажды, уже под ночь, я заметил вдалеке, не там, где тракт, а сбоку, странную грозу. Тучи клубились водоворотом над одним местом, молнии хлестали одна за другой и, казалось, пытались что-то уничтожить, так как били на глаз в одну точку. Готнерим насторожился и сказал сквозь зубы:

- Маги! Опять что-то не поделили! Что им не хватает? И так у них от золота дома трещат, а могущество позволяет уничтожать целые отряды в прямом бою! Так нет же, им еще нужно свою силу доказывать! Сволочи!

- Чем ты их так невзлюбил? - поинтересовался я, хмуро глядя на грозу.

- А за что их любить?! - взъярился товарищ, - Для них простые смертные словно грязь! Даже самый захудалый маг, который и годится, что пыль вытирать, и тот смотрит на тебя, как на отхожее место! Была бы моя воля, всех бы заставил как простой люд - в полях работать! И пусть бы кто посмел рот открыть!

- Неужели все маги настолько ужасны? - поинтересовался я.

- Все! - сказал, как отрезал, Готнерим, - Мой тебе совет, парень. Старайся с магами себя не связывать, а в долги и вовсе не лезть! Ты же жизнь свою погубишь!

- Учту, - серьезно кивнул я.

И вот, спустя несколько часов, мы брели на конях через небольшой лесок. Кустарник у дороги густой, а деревья частые, хоть и небольшие. Мы были сонные и злые, всю ночь лил дождь, не давая спать, а гроза так и вовсе отрезала всякие попытки уснуть. Уснули лишь к утру, когда дождь перестал лить. А сейчас будто в отместку за дождливые сутки, яростно палило солнце, заставляя нас исходить паром.

Неожиданно в кустах звякнуло, со свистом пронеслось что-то у меня рядом с головой, едва не задев. Готнерим, зажимая глубокую свежую царапину на руке, соскочил с коня, держа наготове огромную секиру, которой человека разрубить, как нечего делать. Я с запозданием спрыгнул, но тоже обнажил меч. Эх, жаль, нет щита! Совсем про него не подумал! Ладно, в следующий раз буду умнее и вооружусь так, что любой ратник от зависти плесенью покроется! Если этот 'следующий раз' вообще будет...

Я ожидал, что нас снова попытаются пристрелить. И правда, еще несколько опасных снарядов пронеслось рядом, чудом не зацепив ни нас, ни коней.

Потом, видимо, стрелы кончились, из кустов, с громкими криками, потрясая оружием, начали выбегать какие-то оборванцы. Их было много, я со счету сбился, но все казались какими-то ущербными. Низкорослы, едва мне до груди, кольчуги хорошо, если у каждого пятого. С оружием так же плохо, шли в основном с обычными топорами и оглоблями с железным наконечником.

Готнерим, не растерявшись, с ходу налетел на разрозненных нападавших, что шли с его стороны, разваливая секирой одного за другим. Меня зашатало от нелицеприятной картины, холод обхватил горло склизкими пальцами. Я едва заставил непослушное тело дернуться в сторону, избегая удара топора. Тот лишь чиркнул по плечу, прорезав одежду и оставив небольшой порез. Боль привела меня в чувство.

Взревев, подобно Готнериму, я взмахнул клинком. Длинное оружие и руки давали мне возможность рубить на расстоянии, не подпуская к себе ни единого врага. Ранившему меня врага я отрубил кисть с зажатым в ней топором, да так, что аж до плеча достало. Второму я подрезал ноги, добавив еще в голову тяжелым сапогом.

Закрутился волчком, рубил мечом яростно и беспощадно, кровь брызгала во все стороны, обильно заливая дорогу. Сквозь пелену ярости прорвался громко ржание Ворона. Я уж думал конец моему коню настал, но, взглянув в его сторону, увидел, как разъяренный вороной конь втаптывает копытами неудачливого врага, а еще одного здорово лягнул в грудь задними копытами.

Развернувшись, понял, что атака захлебнулась, поэтому рванул в кусты за убегающим врагом с целью добить. Прорвавшись сквозь кусты, я пригвоздил к земле неудачно упавшего врага. Вырвав из его плоти меч, я взмахнул им, заставляя кровь слететь с клинка. Собрался было вернуться и помочь Готнериму, как в затылок получил сильный удар. В глазах потемнело, меч выпал из ослабевших пальцев. Попытался устоять на ногах, но второй удар под дых окончательно вырубил меня.

Очнулся я не в самом лучшем расположении духа. Затылок саднило, спина горела, а лицо и вовсе едва ощущал. Перед глазами все расплывалось, мутило. Наконец, немного пришел в себя и попытался оценить обстановку, борясь с болью и желанием закрыть глаза и не открывать.

Начну с хороших новостей. Я жив и относительно здоров, по крайней мере, ничего не отрезано и не сломано. На этом хорошие новости кончаются. Теперь плохие. Я был в одних лишь штанах, накрепко привязан к небольшому дереву. Завязывал какой-то садист, руки, заведенные за ствол, были перетянуты очень туго и практически не ощущались.

Продолжим оценивать обстановку, близкую к безнадежности. Привязан я к дереву, стоящему почти в центре лагеря. Лагерь был разбойничьим. Повсюду сновали грязные, одетые лишь в лохмотья и мешковину люди, от которых еще и воняло за версту. Многие были вдрызг пьяны, лишь несколько не только держались на ногах, но и нормально переговаривались между собой.

Передо мной горел большой костер, на котором на вертеле жарили крупного кабанчика. Чувствовался запах горелого мяса, но, тем не менее, он был очень аппетитным. Что-то мне есть сильно хочется. Вокруг костра суетилась пара человек.

Обнаружил в нескольких метрах Готнерима, так же привязанного к дереву. Господи, что же с ним сделали?! Охотник был жутко избит, лицо превращено в сплошную маску из крови, на теле следы побоев, причем, очень жестоких. Я вздрогнул. Похоже, меня не меньше били, судя по ощущениям. Надеюсь, он сможет быстро прийти в себя. Я не собираюсь тут с жизнью расставаться, а без его помощи хрен я что смогу!

Неподалеку, на большой расстеленной шкуре, лежали все наши вещи. И золото, которое иногда подтягивали проходящие разбойники, затравленно при этом озираясь. Я бессильно скрипел зубами. Сволочи! Я за это золото потерял друга и сам едва не погиб! Ну, погодите! Вырвусь, всем глотки порву!

Немного успокоившись, стал разглядывать остальные вещи. Так, меч был, кинжалы и ножи были, секира была. Одежда тоже, к счастью. Так, а где Ворон?! Если эти твари убили моего коня, то я им... слава Богу, Ворон вместе с конем Готнерима стояли привязанные у столба неподалеку, на мордах были туго стянутые мешки. Видимо, чтобы не перегрызли веревки, а то вона как дергаются, не признают в разбойниках главных, так и норовят лягнуть проходящих мимо!

Рядом со мной прошел один разбойник, с гнусной ухмылкой помочился на меня, с силой пнул в лицо и ушел. Я сплевывал кровь, старался не дышать, не чувствовать вони, хотя от клокочущей ярости сердце разогналось до немыслимых пределов, а дыхание участилось. Жилы вздулись, я бессильно пытался порвать веревки, догнать и жестоко наказать этого подонка!

- Так, кто тут у нас? - вдруг, через какое-то время услышал заискивающий голос сбоку.

Повернув голову, встретился взглядом со странным незнакомцем. Странность его заключалась во внешнем виде. Среди толпы отморозков он выглядел на диво хорошо. Добротная одежда, хороший меховой плащ на плечах. Лицо волевое, без тени презрения, гнусности или опьянения. Он смотрел пристально, насмешливо, его взгляд стальных глаз прожигал во мне дыру, в которую спокойно пролезла бы упитанная кошка. Кстати, как оказалось, амулет мой не отобрали, поэтому я и разобрал слова незнакомца.

- Что же ты за птица такая? И не зверолюд, и не гном, и не орк, амулетом дорогим владеешь.

- Тебе не все ли равно? - злобно оскалился я, в душе надеясь, что незнакомец во мне пока не признал человека.

- Как ни странно, мне все равно, - пожал плечами он, - а хочешь, я расскажу, кто ты?

- Попробуй, - сказал я с вызовом.

- А все просто. Я уже ловил таких, как ты. Мне плевать, зачем ваши вожди посылают таких бездарных шпионов. Но знай - я убил очень много северян, и ты лишь очередная смазка для моего клинка.

- Мне кажется, что эта кучке идиотов, ты мало относишься. Я бы даже сказал, что они тебе лишь ненужные слуги. Я прав? - сказал я, пристально смотря странному гостю в глаза.

- Об этом не сложно догадаться, - пожал плечами тот, усевшись рядом на землю. Начал говорить, - знаешь, в чем ваша основная проблема? Вы считаете нас слабыми, бездарными, и у вас есть на это причины. Сколько я не бился с вами, всегда поражался. Вы бьетесь до последнего, не теряете головы в сражении, стойкость на грани мифов. А ваша магия! О, это дивная магия! Умение повелевать ветром и водой одновременно - это заслуживает уважения! Но и мы не лыком шиты. Вы считаете нас слабыми, но это не так. Вы берете все грубой силой, а мы умением. Вы нападаете стремительно на прибрежные города, но на взятие настоящих городов, крепостей, у вас не хватит ни силы, ни организованности, ни ума.

- Вы слишком самонадеянны, - ещё страшнее оскалился я, - не будь вы оборотнями, никто бы вас и не замечал, не видел в вас противника.

- Да, и это тоже! - важно сказал незнакомец, демонстративно махнув волчьим хвостом, - Но, скажу я тебе, сила любого народа не в вооружении или магии. Вся сила в их душах. Вы, северяне, даже неопытными бойцами представляете серьезную угрозу! От вас буквально веет решимостью, но не яростью! Воистину, души воинов являются решающим фактором в любом сражении. А мы, оборотни, как ты выразился, имеем одно отличительное свойство. Каждому из нас присуща продуманность. Нет, гномы в составлении различных планов непревзойденные. Но мы умеем все организовать так, что в любом стечении обстоятельств получали требуемый результат. И мы умеем стоять за свою землю до последнего! И, я тебе скажу, мы своей второй ипостасью пользуемся в крайне редких случаях, даже уже способность слабеть начала из поколения в поколение. Но мы и без нее очень сильны!

- И скромность вам не чужда, - хмыкнул я.

- Отнюдь! Я вовсе не бахвалюсь! Я говорю факты. Наша коалиция - единственная, которая существует уже много сотен лет без единой крупной внутренней распри, чьи границы незыблемы много лет. Эльфы даже не пытаются устраивать против нас крупные диверсии или атаковать наши границы, потому что мы давно готовы к их атакам! Был случай, когда мы уничтожили элитный егерский корпус эльфийской армии без единой потери! Это ли не доказывает наше превосходство?

- Да, вы действительно достойные противники, - согласился я, - но что если вы встретитесь с тем, что вам неведомо и непредсказуемо? Например, если вы встретитесь с человеком?

- О, эта старая сказка давно уже перестала морочить нам головы! - отмахнулся незнакомец, - Эх, ладно, что-то я засиделся. Удачи желать не буду, варвар, а вот безболезненной смерти искренне тебе желаю. До встречи у богов, варвар!

Незнакомец поднялся и бесшумно скрылся в темноте. Несмотря на то, что шел он у меня перед глазами, он будто растворился в воздухе, лишь кусты едва шелохнулись. М-да, непростой человек, очень непростой. Надеюсь, судьба больше не сведет меня с ним. Хотя чего там, выжить бы! Ну, с этим проблем не должно быть. Я уже кое-что придумал, осталось только реализовать...

Ждать подходящего момента пришлось долго. Рук я уже почти не чувствовал, туго стянутые веревкой они практически онемели. Я боялся, что совсем перестану их чувствовать и не смогу двигать ими. Тогда весь план пойдет коту под хвост, но этого не случилось.

Мимо шел, шатаясь и постоянно прикладываясь к бутылке, один разбойник. Он едва держался на ногах, но умудрялся при этом не промахиваться бутылкой мимо рта. Вот что значит опыт!

- Эй, мужик! - подозвал я его, стараясь особо не шуметь. Разбойник огляделся, с трудом сфокусировав на мне взгляд, - Наклонись, скажу кое-что!

- Что тебе надо, свинья? - подозрительно спросил тот, приблизившись.

- Я тебе расскажу, где я спрятал очень много золота! Я смотрю, ты мужик достойный, лучше всех остальных! Мне все одно помирать, так зачем золоту пропадать? Вот и хочу тебе его отдать, только наклонись, скажу, где спрятал. На ухо, чтоб не услышали! - придумывал на ходу, сам усмехаясь подобному бреду.

- Да, я самый...ик... лучший! - сказал тот, упав на колени рядом со мной. Он придвинулся, чтобы услышать важную информацию. Поморщившись от сильнейшего перегара, я выбрал момент и с силой ударил коленом пьяного разбойника в челюсть. Его голова дернулась, послышался хруст, тело бессильно повалилось рядом.

Так, теперь нужно все делать быстро. Я стал ногами пытаться вытащить из-за пояса разбойника старый, покрытый ржавчиной, нож. Удалось мне это не сразу, но все равно удалось. Теперь самое сложное - доставить нож в руки. Для этого мне пришлось подвигаться, переползая на другую сторону дерева. Оказавшись с противоположной стороны, я нашарил руками оставленный нож.