На четвертые сутки после исчезновения

Следователь Данилов явно растерян, и хотел бы помочь, только — как?..

Дочь(возвращается). Бабуля, держи… Осторожно!.. Платье, не пролей!..

Бабуля меж тем набирает в щеки с полстакана воды и с напором брызжет в Нину Алексеевну. Дочь мгновенно выхватывает у нее стакан и выплескивает остатки воды ей же в лицо. Бабуля подскакивает и, смешно подпрыгивая, отряхивается. Желтые янтарные бусы на ее шее погремушечно позвякивают.

Бабуля. Маленькая мерзавка, что ты со мною… маленькая мерзавка… (Следователю). Только посмотрите, что она натворила!

Дочь. Посмотрите!

Бабуля(плачет). Вы видели? Видели?

Дочь. Видели?

Бабуля. Мерзавка, как с бабушкой… У тебя одна бабушка, как тебе не стыдно? Я столько для тебя сделала в жизни, а ты… Ах, нет совести у тебя, маленькая, маленькая… (Следователю). У вас тоже такие внуки?

Дочь. Таких у него нет.

Бабуля. У всех внуки, как внуки, только у меня… Во что ты меня превратила, я же не могу жить мокрая…

Дочь. А ты маму во что?

Бабуля. Я не попала.

Дочь. А если бы попала?

Бабуля(визжит). Так ей и надо! За все, за все, за все… (Следователю). Что вы тут делаете?

Дочь. Успокойся.

Бабуля. Почему вы мотаете головой? Вы нервный?

Дочь. Он не нервный, Бабуля, он нормальный, в отличие от тебя, пожалуйста, сядь, я тебе объясню, почему он мотает!

Бабуля. Я вас раньше не видела, кто вы такой? Что вы тут делаете?

Дочь. Сядь же, садись, наконец! (Вторично с трудом усаживает Бабулю).

Бабуля(впрочем, тут же подскакивает). Нет, на каком основании?

Дочь. Я иду за водой! Ты меня знаешь! Принесу ведро!

Бабуля. Не надо! (Мгновенно стихает и садится).

Дочь. Успокоилась?

Бабуля. Плохо ты меня знаешь. Я не успокоюсь, пока вы не отдадите мне моего сына.

Дочь. А мы его прячем. Ты думаешь, мы его прячем от тебя?

Бабуля. Знать ничего не желаю, отдайте мне его!

Дочь. Послушай, бабуля…

Бабуля. Ничего не желаю слышать — отдайте!..

Дочь. Если ты мне не веришь, внучке своей единственной — вот следователь.

Бабуля. Где?

Дочь. Можешь у него спросить.

Данилов. Зоя Власовна, я так понял, вы — мама.

Бабуля. Я — мать!

Данилов. Вы извините, что я как бы сразу не представился…

Бабуля(не медля, кидается в ноги лейтенанту). Миленький, спасите моего сына, я вас озолочу!

И Дочь, и следователь, естественно, делают все, чтобы поднять с пола старую… нет, пожалуй, не старую, а пожилую… точнее сказать, очень еще энергичную женщину.

Что хотите, хотите!.. Лучший человек на свете!.. Не жалко, отдам!.. Все продам! украду! вы найдите его, вы найдите!..

Дочь и следователь в буквальном смысле этого слова вносят Бабулю в кресло.

Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет… Нет-нет-нет-нет-нет-нет…

На руках же, силком переносят Бабулю в другую комнату.

Дочь выталкивает следователя наружу и спешно захлопывает дверь, и быстренько запирает на замок. С той стороны доносятся Бабулины вопли. Данилов прислушивается.

Дед(приподнимается). Ох, позор, позор… (Садится, смотрит на следователя). Какой позор… Как людям после этого в глаза смотреть.

Данилов. Здравствуйте.

Дед. Позор.

Нина. Папа, не надо.

Дед. Ай-ай… Зачем я за него дочь отдал? Непорядочный человек. Очень непорядочный…

Нина. Папа, к нам пришел следователь.

Дед. Он не думал о семье — поэтому так вышло. Он думал только о себе, ай-ай… Непорядочный человек, очень непорядочный…

Нина. Папа, ты слышишь меня: к нам пришел следователь.

Дед. Все порядочные люди умирают и их хоронят. А этот жил, как дурак, и кончил тоже… (Встает; он в нижнем белье; цепляясь руками за мебель, за стены, перебирается в другую комнату). Ох, какой позор, позор… (Скрывается).

Тишина.

Данилов. Переживает дедушка.

Несутся Бабулины вопли: «Пусти меня, я хочу все рассказать!» И крик Дочери: «Потом расскажешь!»

Данилов(возвращается к бумагам). Продолжим, пожалуй? Нина Алексеевна… Давайте, пожалуйста, мне… особые приметы… его…

Нина Алексеевна вопросительно смотрит на Данилова.

Какие-то дефекты… может быть, шрамы от порезов или шишечки от ушибов…

Тишина.

Такого — ничего не было?

Нина. Шрам… был на ноге…

Данилов. Хорошо, на ноге, был… Где?

Нина. На ноге.

Данилов. Я понимаю, что на ноге. Меня интересует, в каком месте на ноге?

Нина. Тут, кажется… (Показывает). Он прыгал с парашютом и неудачно приземлился.

Данилов. Понятно. (Записывает). Вы учительницей работаете?

Нина. Да.

Данилов. В начальных классах?

Нина. Да.

Данилов. Вы так специфически произнесли: «с парашютом» — я сразу вспомнил свою школьную учительницу Раису Павловну. До сих пор помню имя… Скажите, а давно? Я имею в виду — шрам старый?

Нина. Лет… сколько-то…

Данилов. Понятно. (Записывает.) Еще шрамы были?

Нина. Боже мой, как ужасно: все о нем говорят в прошедшем времени… даже я…

Данилов. О живых — прислушайтесь как-нибудь — тоже почти всегда так говорят: у него было то-то, то-то. А того-то и того-то не было. В общем… пожалуйста, можем говорить в настоящем времени…

Нина. Да.

Данилов. Еще шрамы, пожалуйста.

Нина. Тут… (Показывает на пальце).

Данилов. Правая рука?

Нина. Левая.

Данилов(улыбается). Вы показали правую… (Записывает). Зубы, скажите… у него были зубы?

Нина Алексеевна вопросительно смотрит на следователя.

То есть, хотел спросить — есть золотые… или, скажем, металлические?