Скошенная трава (СИ)

— Теперь у нее есть я. Полежи пока, дочка. Время сказок прошло, надо и дела поделать.

Он приподнял подушку, устраивая девочку поудобней.

— Можно, я тоже, вместе с Белкой, пойду сегодня гулять? — умоляюще посмотрела на Айку Полинка.

— Конечно. Кирилл, пойдешь наружу вместе с Глебом.

Кирюха кивнул головой. Глеб подошел к входному люку.

— Вы хотите куда-то уйти? — Спросила Айка.

— Хочу.

— А я хочу поставить вас в известность о том, что собираясь выйти за пределы дома, каждый из нас предупреждает об этом либо меня, либо Степана, сообщая цель похода. Поймите правильно, это не прихоть, а предосторожность.

Глеб повернулся и пожал плечами:

— Извините, Айше. Слишком долго был один. Отвык от коллектива. Пойду в ТЭЦ. Когда умирал, то заметил замечательные предохранители. А чуть раньше — тройник с кранами. Хочу модернизировать водопровод с учетом Ваших пожеланий.

— Хорошо. — Айка немного смягчилась. — Не забудьте, к вечеру возвращаются собаки!

— Я уже сказала Джеку спасибо за моего папочку. Собаки его не тронут! — тихо сказала Белла.

— Скоро вернусь. Не скучай, Белочка! — мужчина наклонился и пролез в люк.

Айка вздохнула и села за стол. Надежда зашила последнюю прореху на старой майке Стаса и складывала нитки в коробочку.

— Красивая сказка! — улыбнулась она Айке.

— Сказка. — Ответила своим мыслям девушка. — Но мы живем в реальности. Стас! Ты накормил детей?

— Ой! — Оторвался от мечтательного созерцания темноглазый Стас. — Сейчас!

Он достал из подпола кастрюлю с супом, немного отлил в миску и поставил греть на электроплитку.

Полинку усадили за стол, а тарелку Беллы взяла Айка.

— Давай немного покушаем! — Предложила она больной девочке.

— Давай! — неожиданно согласилась Белла. — Я должна хорошо кушать. Мамочка сказала, что пока умирать мне нельзя, потому что убьют папу. А ему написана другая судьба, понимаешь?

— Нет. Но если папа тебе дорог, то будь умницей. Я сейчас тебя приподниму и покормлю.

Айка посадила девочку на коленки и наполнила ложку супом:

— За папу!

Белла с аппетитом проглотила.

— За маму!

И скоро в тарелке не осталось ни одной крупинки. Айка обрадовалась: так хорошо девочка давно не ела. Полли уже вылизала свою тарелку и, отдавая ее Стасу, умильно спрашивала, будет ли на ужин кашка.

— Кирилл! — позвала девушка снова уткнувшегося в книжку парня. — Сходи к Тане, помоги с рассадой! А то, боюсь, снова провозится до ночи.

Тот положил книгу на стол и полез в люк.

— Айка! — позвал Стас. — Когда я смогу выйти?

— Завтра. Нам всем предстоит сделать хорошее дело — провести для псов чистую воду из озера.

А еще через пару часов вернулась довольная поисковая команда и, помывшись, расселась по лавкам. Из теплиц пришли Кирилл с Татьяной.

— Как сходили? — с улыбкой спросила Айка. — Хотя по вашим физиономиям и так видно, что удачно.

Арсюха трагически изогнул брови домиком и сказал:

— Вот так всегда… Работаешь целый день в поте лица, стараешься, а усталому человеку даже в тарелке супа отказывают! Одними разговорами кормят.

— Этот человек не столько работал, сколько зайцем по развалинам скакал. Только обернешься, его уже и след простыл! — усмехнулся Артем.

— Говорили бестолковцу, что не пойдем его искать, если украдут, а он хихикает! — продолжил Степан разбор полетов. — Будешь месяц дома сидеть.

— Не-ет! — заныл Арсюха. — Не наказывай, дяденька! Я больше не буду!

— Ну ладно. — Смягчился Степан. — Ходи. Под присмотром Тани в теплицы. Рассаду полоть.

— Нечестно! Я велосипеды нашел! Целые! Как новенькие! За десять лет даже краска не сошла!

— Где же это вы так отличились? Вроде ЛЭМЗ мы и кроме нас, излазили вдоль и поперек!

— А мы зашли со стороны Дубнинской. Решили пройти через бывшие автосервисы. Там тоже складские помещения были. Разрушенные совсем. Но Арсений, словно муравей, во все щели нос сунул. Вот и нашел. Осталось откопать.

— Молодцы! — похвалила Айка. — Теперь мы в область можем ездить.

— Там и детские велики есть! — Похвастался Арсюха.

— Ты ездить не умеешь. — Сощурил глаза Стас.

— Как будто ты умеешь! — хмыкнул мальчишка.

— Все это здорово. А насос?

— Насос нашли. Сняли в коллекторе. Но он большой, промышленный. Не знаю, будет ли работать. Но ничего, мы еще походим. — Степан улыбнулся Айке и положил большую ладонь на ее узкую смуглую руку. — Как дела у вас? Чем занимались?

Девушка улыбнулась в ответ и вытянув ладонь, опустила руки на колени.

— По мелочи. Таня с Кириллом были в парниках. Я ненадолго ходила к озеру. Помнишь, мы говорили о псах?

— Она с Белкиным папой ходила. — Сказал Кирюха, сидевший в обнимку с братом.

Голубые глаза Степана неуловимо потемнели. Он скрестил руки и откинулся на спинку стула.

— Зачем он пошел с тобой?

— Затем, что инженер.

— И что инженеру понадобилось у нашего озера?

— Он починил насос.

— Вот как?

Это был удар по Степанову самолюбию. Маленькая девочка, лежавшая на лавке, почувствовала напряженность, повисшую в воздухе.

— Мой папочка сегодня рассказывал нам волшебную сказку!

Степан обернулся на голосок.

— Белочка! Ты должна выздороветь. Арсюха нашел потрясающий велик с креслом для ребят. Я хочу тебя покатать!

— Да… — теперь масла в огонь подлила Надя. — Это была потрясающая сказка. Твой папа молодец.

— И про что он рассказывал? — тихонько спросил брата Темка.

— Про любовь и верность. — Так же тихо ответил Кирилл, но услышали все.

— А где же наш на все руки мастер? — Начал злиться Степан. — Все в сборе, пора кушать, а его нет. Куда он отправился, Айше? Нам не придется снова идти за ним?

Айка не выдержала и встала.

— Он ушел в ТЭЦ. Стас, разливай суп. Наших замечательных добытчиков надо покормить.

Она прошла к люку и открыла его.

— А ты куда? — не выдержал Степан.

— Подышать свежим воздухом. Ходить за мной не надо. Я недалеко.

Она одела комбез, берцы и шлем. Взяла ПМ и, проверив магазин, убрала его в кобуру. Ступени вниз, вверх, открыла люк и вышла на все еще жаркий, после прохладного подземелья, воздух. У нее было одно местечко, куда она уходила, когда надо было подумать. А ситуация складывалась так, что Айка не знала, что теперь делать.

Привычно озираясь, она быстро прошла через пустырь и железнодорожную ветку, заросшую крапивой. Теперь — лаз ливневого туннеля в кустах под МКАДом, и она подошла к озеру, спрятанному за выросшими в течение десяти лет высокими молодыми деревьями. На его берегу валялся кирпичный толстый столб, одним концом упавший в воду. Айка с разбегу забралась на него и уселась, согнув ноги в коленях. В эти края не ходили люди. Брать здесь было нечего. Густые ветви с синевато-зелеными листьями заслоняли озерцо от пыли и ветра. Айка сняла шлем и капюшон, освободив черные короткие волосы. Серая непрозрачная вода неподвижно стояла недалеко от ее ботинок.

Девушка нахмурила лоб. Когда умер отец, Айка осталась в доме главной. Ее беспрекословно слушались все. Но дети росли, и внезапно проявлялись черты характера, которых еще недавно не было. Степан был старшим среди всех ребят. Отец его многому научил, в том числе и принимать решения самостоятельно. А потом отвечать за них. Но он молод и горяч. И думает он не только о благе Дома и детей, как Айка, но еще и о себе.

Она завозилась, усаживаясь на кирпичах поудобнее. «Вероятно, в мужчинах заложено стремление к безоговорочному лидерству, как, например, у псов в стае. Ведь Джек тоже не терпит соперников. Степан привык быть старшим и уже рулит ребятней со мной на равных. Поэтому появление взрослого мужчины в нашем доме — это все равно, что на территории Джека вдруг обнаружился бы более сильный и матерый пес. Степка боится стать одним из многих, подчиниться. В том числе и со мной. Боится, что сильный соперник уведет у него альфа-самку». Айка расхохоталась и громко сказала:

— Вот бред! Только делать-то что?

Сзади зашуршали шаги. Айка резко вскочила, вырывая из кобуры пистолет, и снимая его с предохранителя.

— Тихо-тихо, Айше. Это всего лишь я. — Рядом со столбом стоял Глеб без шлема и капюшона.

Нестриженые светлые волосы разлохматились, рассыпавшись по лбу и плечам. Айка на миг залюбовалась. Все-таки, хоть и не практично, зато как красиво!

— Что Вы здесь делаете?

— Иду домой. — Обезоруживающе улыбнулся мужчина.

— Мне кажется, наш дом несколько в другой стороне. — поджала Айка губы.

— Я услышал Ваш голосок и решил составить компанию. — Он запрыгнул на столб. — Садитесь, Айше. Пистолет Вам не понадобится.

Глеб сел рядом с ее ногами, спустив свои со столба вниз, к воде.

— Чудовищ-мутантов не боитесь? — не удержалась Айка.

— С Вами — нет.

— Почему? — удивилась неискушенная в словопрениях девушка.

— Они съедят Вас первой! А я успею убежать. — Глеб, глядя на ее возмущенное лицо, весело расхохотался. — На самом деле — потому, что Вы сидите здесь спокойно. Если бы тут кто-то водился, Вы сюда бы не ходили.

— Тоже верно. — Айка уселась рядом с ним.

— Тогда рассказывайте.

— Что?

— Ну, например, почему Вы сбежали из дома.

Айка опять возмущенно поджала губы. Нет, ну какое его дело?

Но мужчина тихо сидел, улыбаясь кончиками губ. Быстрые пальцы ловко заплетали распустившуюся косу. Айка выдохнула и, порывшись в карманах комбеза, протянула ему длинную и прочную упаковочную ленту.

— Возьмите, заплетите в волосы. И все-таки Вы бы подстриглись.

— Нет, Аюшка. Не вскидывайтесь. — он поднял ладонь. — Нас с Вами никто не слышит. Не обижайтесь, но стричься не буду. Я ее десять лет отращиваю. С тех пор, как потерял семью.

— Специально?

— Сначала нет. А потом — как напоминание, которое вечно при мне. Но бороду сегодня обязательно сбрею! Обещаю. Так что же случилось в Доме? Дайте-ка, догадаюсь.

Он подвязал волосы и, отцепив мешавший сидеть удобно рюкзак, подтянул уставшие ноги, обхватив их руками.

— Итак. Наверное, пришел Ваш друг Степан и устроил безобразный скандал из-за того, что вы показали мне озеро. Правильно?

— Не устраивал. Но… был недоволен. Понимаете, Вы — взрослый и чужой человек. Может быть, он ждет от Вас неприятностей?