Таблетка от старости

– Нет. С парашютом к вам опасно. У вас шибко умные собаки патрулируют территорию. Кстати, где ваш замечательный Акбар? – Тропилин окинул внимательным взглядом пляж и окрестности.

– Не знаю, наверное, по делам куда-то ушел, а может у себя отдыхает. Он мне никогда не докладывается.

– А Ашраф где?

– Ашраф поехал в строительный магазин на хозяйственные закупки.

– Ага! Все препятствия сметены. Поехали кататься. – Иван похлопал по сиденью позади себя.

Честно говоря, Вере всегда хотелось покататься на водном мотоцикле. Этим в ее бывшей семье занимались исключительно мужчины. Бывший супруг и сын Петька. Покатать Веру им почему-то никогда не приходило в голову. Вера встала со своего покрывала и вошла в воду. Она осторожно уселась позади Ивана и задумалась, за что ей ухватиться. Держаться за голый живот едва знакомого мужчины ей показалось неприличным. Пока Вера раздумывала, Иван завел мотор и дал газу. Мотоцикл резво выскочил из-под Веры, и она со всего размаху ляпнулась в озеро. Отсутствие Веры за спиной Иван обнаружил не сразу, а когда обнаружил, кинулся к ней, ревя мотором.

– Ну, что же вы! Держаться же надо.

Вера больно шлепнулась попой о песчаное дно, и ей очень захотелось приложить Ивана по заднице тоже чем-нибудь тяжелым.

– За что держаться? Там же ручки никакой нет, – возмутилась она, выбравшись из воды и заворачивая мокрую попу в полотенце.

– За меня держаться надо! За меня. Поехали. Бросайте это полотенце.

– Как я за вас буду держаться? – Вера покрутила пальцем у виска. – Вы же голый!

– А так? – Иван ухватил свои купальные шорты и натянул их до подмышек.

– Так лучше. Вам идет. – Вера покатилась со смеху. – Да ну ваш драндулет. Мне и тут на бережку хорошо.

– Тогда можно я с вами посижу? Пока Ашрафа не видно? Уж очень он у вас строгий. – Иван слез с мотоцикла и затащил его на берег.

– Присаживайтесь. – Вера похлопала рукой по покрывалу. – Надо будет лежаки закупить и матрасы. Как в солидных местах. Но пока с деньгами туго.

– Да, как я посмотрю, вашу клинику что-то толпы страждущих реабилитации и омоложения не осаждают.

– Ничего, еще набегут. На все нужно время.

– Может мне к вам на омоложение придти? Натяните мне, как говорится, глаз на … Извиняюсь. Ну, вы сами знаете, на что там у вас глаза натягивают.

– Вам не надо. Вам достаточно штаны до подмышек натянуть и вы уже неотразимы.

– Я такой. – Тропилин довольно ухмыльнулся.

– Значит, вы все-таки местный олигарх? – После знакомства с Иваном Тропилиным Вера частенько стала замечать его имя в газете «Деловой Петербург». Правда, на фотографиях с сильными мира Тропилин никогда не мелькал. Видимо держался подальше от начальства, что Вера, конечно же, одобряла.

– Почему местный? – удивился Иван. – Я городского масштаба. Местный предприниматель у нас – это вы.

– Ну да! Я на пляже лежу, а вы на мототехнике резвитесь. Называется: мы сидим, а денежки идут.

– Ну, не знаю, как у вас. – Иван махнул рукой в сторону пустого здания клиники. – А у меня так точно идут. Деньги к деньгам. Как говориться, круговорот бабла в природе.

– И как вам это удается? Неужто, у вас и офис есть? – Вера вспомнила супруга ежедневно трудящегося в собственном офисе.

– Конечно, есть. А как же? Буржую без офиса никак нельзя. У меня и костюм есть. С галстуком. И портфель. Даже очки для чтения важных документов имеются.

– Ух ты! И когда же вы офис посещаете? В свободное от катаний на мототехнике время? Я слышала, в офисе иногда присутствовать надо.

– Ну, да. А еще у меня есть различные электронные устройства связи, что тоже облегчает мой труд и дает мне возможность решать некоторые вопросы, можно сказать, не покидая седла.

– То есть, вы инвестор? Или биржевой игрок?

– Я свободный художник! У меня есть пароход, то есть корабль, акции одного банка, бизнес-центр и еще всякого разного по-малости. Вот, например, сельское хозяйство. Вложение денег в урожай дело довольно прибыльное. В крупы там разные тоже можно деньги вкладывать или в макароны. Масло опять же растительное. Короче, скучно это все. Другое дело у вас. Вложение денег в красоту. Это ж интересно. Приехала к вам тетенька чучелом, а вышла красавицей неземной. Чего они к вам в очередь не стоят, не понимаю?

– Я и сама не понимаю. Ну ладно, спасибо вам за компанию. – Вера глянула на часы. – Мне пора. Пойду одеваться. Ко мне скоро врач на собеседование подъедет, а потом сын должен заехать. Петруша мой. Соскучилась.

– Завидую. А я вот свою дочку не вижу совсем.

– Чего так?

– Сначала жена не давала. Первая. Теперь сам не хочу.

– Почему?

– Чужой человек. Она внешне на меня похожа, а ее без меня и против меня воспитали. Говорить мне с ней не о чем. Взгляды у нее – жуть. Как у матери. Все ей обязаны, и земля вокруг нее вертится. Я ей, конечно, денег даю, но не более.

– Но вы ж, небось, мать ее любили, когда женились?

– Ой, кто там разбирается любовь, не любовь в двадцать пять лет? С виду девка красивая, значит, любовь, а то, что внутри стерва и дура невозможная это ж потом все обнаруживается.

– Тут я согласна. Это хорошо, если сразу после свадьбы обнаруживается! А если после двадцати лет совместной жизни?

– Нет, дуру и стерву все-таки можно быстрее вычислить, она сама себя покажет.

– Ну да. Одно дело дура и стерва, другое – коварный изменщик. – Вера опять посмотрела на часы. – Извините, побегу. А то в мокром купальнике как-то несолидно собеседование проводить. – Вера встала и сунула книжку в пляжную сумку.

Олигарх Иван Тропилин тоже вскочил, взял Верино покрывало, стряхнул с него песок и аккуратно сложил.

– Вот, держите. – Он протянул покрывало Вере.

– Спасибо.

– А могу я вам в качестве спонсорского взноса презентовать лежаки, матрасы и пляжные зонтики?

– Ни в коем случае.

– Почему?

– Иван! – Вера нахмурилась и заглянула соседу в глаза. Глаза были веселые. Даже слегка нагловатые. – Хватит придуриваться. Вы же понимаете. Сначала подарите лежаки, а потом припрётесь на них лежать. И я не смогу указать вам на выход. Лежаки-то ваши.

– С чего это я буду на ваших лежаках лежать?

– Ваших.

– Хорошо моих.

– Ну, испытания провести вдруг захотите. Да, мало ли чего у вас там в голове, если вы вдруг ни с того ни с сего лежаки дарите?

– У меня в голове исключительно благие намерения.

– Вот и славно. А лежаки я сама куплю. Все, пока! – Вера помахала Ивану рукой и побежала к коттеджу. За спиной она услышала плеск воды и стрекотание мотора.

Дома Вера быстро привела себя в порядок и поспешила к зданию клиники. Новый косметолог нашелся случайно, когда Вера уже совершенно отчаялась кого-либо найти. Оказалось, что у мамы лучшей Вериной подруги есть давняя приятельница. А у этой приятельницы имеется дочка, которая работает косметологом в самой лучшей и самой дорогой питерской клинике «Космос». И вот эта дочка отчего-то вдруг решила из «Космоса» уйти. В другой ситуации Вера ни за что бы не стала брать на работу кого-либо из знакомых или их детей. Знакомого возьмешь, потом проблем не оберешься. Обиды всякие начнутся, разговоры. А если плохо работать будет, так и не уволишь ведь! Это как лежаки у соседа взять, потом фиг отвяжешься. Хотя конкретно этот сосед Вере определенно нравился. Может, и не надо от него так уж энергично отвязываться?

Шлагбаум Вера подняла заранее, поэтому на площадке перед входом в клинику уже находился маленький автомобильчик марки «Мини». До обозначенного Верой времени встречи оставалось десять минут. Вера отметила, что новый косметолог хотя бы отличается пунктуальностью. Рядом с «Мини» стояла девушка выдающейся красоты и курила любимые Верой тонкие ментоловые сигареты. Их Вера узнала сразу по запаху и сглотнула слюну. С каким бы удовольствием она сейчас покурила вместе с этой эффектной красоткой! Опять же внешность девушки вызвала у Веры симпатию и одобрение. Косметолог сам должен быть красивым, тогда и клиенты ему будут доверять свою красоту.

– Здравствуйте. – Девушка увидела Веру и стала оглядываться в поисках урны для сигареты. Ничего подходящего не нашла и нырнула в открытую дверцу машины. Видимо притушила окурок и выкинула его в пепельницу. Это Вере тоже понравилось. Если бы девушка кинула окурок на чисто выметенную Ашрафом площадку, Вера непременно обиделась бы.

– Здравствуйте, – поздоровалась Вера, когда девушка вынырнула из автомобиля.

– Вы Вера Алексеевна?

Вера кивнула.

– А я от Эльвиры Викентьевны. Шура Животова. Ой, Александра Геннадиевна Животова, – поправилась девушка. – Врач дермато-косметолог.

– Отлично. – Вера протянула девушке руку для рукопожатия. Рукопожатие врача-косметолога оказалось горячим и крепким. – Пойдемте, я вам клинику покажу, а вы о себе расскажете.

Они обошли клинику, причем девушка косметолог по имени Шура внимательно и со знанием дела осматривала новейшее оборудование, закупленное Верой в Италии. Когда Вера продемонстрировала ей лазер, то не смогла сдержаться и пожаловалась:

– Вот. Накупила за бешеные деньги всякой всячины. Готова стажировку и обучение в Италии оплатить, но никто не хочет. Нет, в Италию-то хотят, а вот на работу ездить сюда ко мне никто не хочет.

– Вера Алексеевна! Не надо никакого обучения и стажировки. Вот. – Косметолог Шура Животова полезла в сумочку и достала пачку разных сертификатов. – Где же он? – Она задумчиво перебирала бумаги. – Ага! – Она извлекла из пачки нужную бумагу. – Смотрите, я имею право работать на этом оборудовании. – Шура протянула документ Вере. – Ксерокопия, конечно, – пояснила она. – Оригиналы у меня дома. Вернее, они должны быть в «Космосе», в рамках висеть, но я их подменила цветными копиями. Тут у меня много всяких сертификатов.

Вера разглядывала бумаги и не верила привалившему счастью.

– Но это же все стоит больших денег, – наконец, сказала она, возвращая сертификаты Шуре.

– Не волнуйтесь. Я за свой счет обучалась, кроме лазера, конечно. Пришлось во Франции стажироваться, но я все оплачу «Космосу», если они затребуют. Заработки у меня приличные. Деньги есть.

– Но почему вы из «Космоса» хотите уйти? Это же очень престижное место. Да еще ездить ко мне не в ближний свет. – Вера подозревала, что тут должен быть какой-то подвох. Не может же быть все настолько хорошо.

– Честно? – Девушка Шура тряхнула коротко стриженой головой идеальной формы.

– Конечно, честно!

– Хорошо. Но это конфиденциальная информация.

– Могила! – Вера изобразила на рту застежку молнию.

– Расскажу только потому, что я к вам по знакомству через маму свою пришла, как бы по-родственному, – предупредила Веру Шура Животова. – У меня был роман с главным врачом «Космоса». По-дурости, по-молодости, ну, вы понимаете.

– С Кирсановым? – ахнула Вера. Кирсанов был известен всему городу, как выдающийся пластический хирург. Он был именно тем самым светилом, которое Вера мечтала когда-нибудь заполучить для своей клиники.

– Ну, да. Он женат оказался, а я вдруг поняла, что не имею права проводить всю свою жизнь на вторых ролях. В надежде, что он когда-нибудь от жены уйдет. Да и жена у него симпатичная. И, вообще, это многоженство какое-то очень и очень штука неприятная. Вот я с ним и порвала. Теперь он меня попросту выживает. Часы приемные мне сократил, да еще клиентов моих велел к другому врачу записывать. Якобы я в отпуск ухожу. Это я случайно узнала.

– Это же неприлично, – возмутилась Вера. – Не по-мужски.

Она, конечно, тут же представила себя на месте жены Кирсанова и слегка осудила Шуру, как коварную соблазнительницу. Но, во-первых, Шура ситуацию исправила и сама отказалась чужую семью рушить, а во-вторых, сразу понятно, кто в данном случае абсолютное и коварное зло.

«Зло обычно ходит в брюках!» – Лозунгом всплыло у Веры в голове. – «Да еще и мстит девчонке. Козел и сволочь!»

– Ха! Это еще не все. Я, было, сунулась в «Клеопатру», так мне там отказали. Правда, по секрету сказали, что информация по городу прошла о моей профнепригодности. Вы ничего такого не слышали?

– Нет, не слышала, – растерялась Вера.

– Ну, правильно. Вы ж не в тусовке, и на отшибе. Я вам про свою профнепригодность уже кучу сертификатов показала, так еще и имела каждый приемный день полную запись. Еле ноги с работы волокла. Ничего, мои клиенты, авось от меня профнепригодной не разбегутся.

Чувствовалось, что Шура Животова искренне обижена.

– Думаете, сюда ездить будут? – с замиранием сердца поинтересовалась Вера.

– Конечно! Сюда даже лучше, чем в «Космос». Там сейчас машину припарковать – целая история. Да пробки сплошные пока до центра доберешься. А к вам я с Петроградки домчалась за полчаса. Опять же здесь можно клиенткам предложить переночевать, чтобы домочадцев мордой своей отекшей или пупырчатой не пугать.

– Правильно рассуждаете, я ведь так и планировала, когда всё это затевала, – обрадовалась Вера. Здорово, когда человек так хорошо тебя понимает. – Шура, а когда вы сможете выйти на работу?

– Да, хоть завтра, если у вас все препараты имеются. Я ж у вас могу в свои выходные пока работать. У меня теперь выходных, благодаря усилиям Кирсанова, просто море. Вот сегодня, например, выходной и завтра. Если мы с вами договорились, то послезавтра я подам заявление на увольнение. У вас пока могу по совместительству оформиться. А как Кирсанов мне трудовую книжку вернет, сразу же ее вам отдам. Вдруг случится чудо, и он меня послезавтра же и уволит.

– Хорошо бы. Пойдемте, посмотрим, что у меня из препаратов есть. Если чего не хватает, вы мне списочек составьте, я все завтра и докуплю.

После просмотра закупленных Верой препаратов выяснилось, что необходимо докупить совсем немного. Шура дала Вере расписание своих выходных дней, взяла Верин телефон, и они договорились, что первое время Вера будет сама вести запись Шуриных клиенток, а чуть позже, когда дело встанет на поток, можно будет уже взять на работу и администратора рецепции.

– Хватит с вас уже горничных, которые трут пустые помещения. – Шура кивнула в сторону тихой узбечки, которая тщательно протирала пыль на подоконниках.

– Это точно. – Вера тяжело вздохнула. – Но мы с вами ведь не обговорили самый главный вопрос. Зарплату.

– Так, чего ее обговаривать? Прейскурант я в «Космосе» сопру, чтоб вам с ценами не мучиться. Тем более, что клиентура-то вся из «Космоса» пойдет, а она к этим ценам привычная. Ну, инъекции, конечно, за минусом расходных материалов, пополам. А если на аппаратах, то мне процентов двадцать. Вас устроит?

– Конечно, устроит, – обрадовалась Вера. Честно говоря, она очень плохо представляла себе, из чего состоит ценообразование на косметологические услуги. – Может быть вам, Шура, установить пока какую-нибудь зарплату. Как я массажисткам сделала. Пока клиентура наберется.

– Добрая вы женщина, Вера Алексеевна. Не надо мне никакой зарплаты. Недели через две у нас с вами будет полная запись. И массажисток ваших мы загрузим и тоже на процент от выручки посадим. Уж, поверьте. Сейчас я всем своим клиенткам ваш телефон разошлю. Только уж вы не забудьте представиться клиникой «Вечная молодость»! Клиентки наши больше всего солидность уважают. Мрамор, вооруженную охрану и все такое…

– Не забуду, – Вера рассмеялась. Ей стало как-то спокойно и легко внутри. Неужели она, наконец, нашла нужного соратника и сподвижника? Вот было бы здорово!

Когда она провожала Шуру к машине, к клинике подъехал Петруша. Он выскочил из машины, раскинув руки, и Вера повисла у него на шее. Так соскучилась по своему отпрыску, что не хотелось выпускать его из рук. Наконец, она оторвалась от сына и заметила, что тот с интересом смотрит на Шуру.

– Здрасьте, – сказал ребенок, обращаясь к новому врачу косметологу, и у Веры заныло сердце. Как-то сразу, может быть и некстати, вспомнилась история про роман Шуры с Кирсановым.

– Здравствуйте и до свидания, – вроде бы вежливо, но очень строго сказала Шура, усаживаясь в свой автомобиль. – До завтра, Вера Алексеевна. – Она завела мотор и исчезла за шлагбаумом.

– И ктой-то? – поинтересовался Петруша.

– Новый врач косметолог, – осторожно пояснила Вера.