Смертельный рейв

— Через неделю, когда твоя обида уляжется (а что-то мне подсказывает, что в тебе говорит именно обида), ты сам поговоришь с отчимом.

— Но мистер Девероуз, вы не понимаете…

— Я прожил достаточно, чтобы кое-что понимать, поэтому и даю тебе неделю на размышления.

— Боюсь, что ничего не выйдет.

— Не имеет шансов на победу только тот, кто преждевременно сдаётся, — назидательно произнёс хозяин магазина.

— Хорошо, я сделаю так, как вы говорите, но не могу обещать, что после этого мы с ним поладим.

— Твоего желания пойти на взаимный контакт будет достаточно. Это всё, чего я от тебя прошу.

* * *

Комната располагалась на чердаке. Выглядела она очень просто, но достаточно уютно для того, чтобы не чувствовать себя изгоем. Здесь было всё необходимое: деревянная кровать, обеденный стол с двумя стульями, платяной шкаф, раковина и окно с неплохим видом на улицу. Миссис Девероуз вручила Рэю набор постельного белья, полотенце и показала, где находятся туалет и душ.

С работой оказалось несколько сложнее. Как и предупреждал хозяин магазина, Рэю пришлось изрядно попотеть, выгружая из грузовика многочисленные коробки с продуктами. Поначалу он с лёгкостью справлялся с упаковками кетчупа, зелёного горошка, консервированной кукурузы, маринованных грибов, молока и прочей съестной ерунды, но уже через полчаса такой работы заболела спина, а руки потребовали отдыха, отозвавшись ноющей болью. Под конец даже картонные блоки с сигаретами уже казались неподъёмными, словно в них налили свинца, но Рэй упорно продолжал выполнять возложенные на него обязанности.

— Как чувствуешь себя, парень? — поинтересовался мистер Девероуз, когда новый работник покончил с разгрузкой. — Я вижу, тебе пришлось сегодня несладко.

— Я в порядке, — с трудом улыбнулся подросток, хотя даже на это у него едва хватило сил.

— Держи, ты это честно заработал, — протянул деньги пожилой человек.

— Я должен расплатиться с вами за аренду жилья.

— Это твой первый самостоятельный заработок, верно?

— Продажа печенья для школьной благотворительной организации не в счёт? — спросил Рэй.

Мистер Девероуз отрицательно покачал головой.

— Значит, первый.

— Тогда потрать его по своему усмотрению, чтобы он запомнился тебе на всю жизнь. Я, конечно, понимаю, что здесь не та сумма, на которую можно позволить себе что-то выдающееся, но я надеюсь, что ты что-нибудь придумаешь.

— Спасибо за совет, — Рэй отправил деньги в карман.

Едва он вернулся в свой новый дом и опустился на кровать, как тут же провалился в глубокую пропасть беспробудного сна.

* * *

— Привет, ребята! — подсел за столик к Рэю и Холдену Гэйдж. — У меня есть для вас отличная новость!

— Порази меня в самое сердце, — усмехнулся Рэй.

— В соседнем баре поставили новый игровой автомат, — глаза Гэйджа засияли от восторга.

— Это и есть твоя отличная новость? — скептически отозвался Холден.

— Вы не понимаете! Это нужно видеть собственными глазами! Пойдёмте, я вам покажу!

— Я не могу даже подняться с места, не говоря уже о необходимости куда-то идти, — вздохнул Рэй. — Вчерашняя работа совершенно меня измотала.

— Ты устроился на работу? — удивился Гэйдж, на время забыв об игровом автомате.

— В магазин мистера Девероуза.

— Выходит, ты окончательно решил не возвращаться домой?

— Жирный ублюдок не оставил мне другого выбора.

— А где ты собираешься жить?

— Снял комнату.

— Я бы тоже хотел съехать от предков, но они вряд ли позволят мне это сделать, — с некоторым сожалением произнёс Холден.

— Может быть, вы всё-таки взглянете на новый автомат? — напомнил Гэйдж.

— Похоже, он не угомонится, пока мы не увидим этот грёбаный ящик, — указал Холдену на друга Рэй.

Они втроём пошли в соседний бар и с удивлением обнаружили, что перед аркадным игровым автоматом уже выстроилась целая очередь из зевак и тех, кто хотел попробовать силы в новом файтинге.

— «Смертельная битва»? Ничего себе! — присвистнул Рэй, когда они, продираясь сквозь толпу, приблизились к цветному экрану.

— А я вам о чём говорил! Даже второй «Уличный боец» не идёт ни в какое сравнение. Вы только посмотрите, какая здесь графика! Чуваки выглядят как настоящие, — с удовольствием отметил Гэйдж.

— Никогда не видел, чтобы в играх было столько крови, — прокомментировал увиденный бой Холден.

— Эй, ребята, дайте-ка нам сыграть! — обратился к занявшим место у автомата подросткам Рэй.

— Очередь! — принялись остервенело отстаивать свои права те, кто приготовил мелочь для зажигательной виртуальной драки.

— Вы их слышали? Пожалуй, мы можем простоять здесь целую вечность.

— Давай хотя бы посмотрим, — предложил Холден. — Автомат действительно клёвый.

Двое счастливчиков судорожно били по кнопкам управления, заставляя бойцов «Смертельной битвы» выполнять самые замысловатые приёмы. Ниндзя в жёлтом костюме по имени Скорпион выпустил верёвку с наконечником и притянул противника к себе, после чего нанёс ему серию оглушительных ударов. Но оппонент не собирался сдаваться без боя. К тому же, он отстаивал честь самого бога грома Райдена, который с лёгкостью мог исчезать и появляться за спиной соперника, извергая разящую молнию.

После трёх напряжённых раундов игроки сменили персонажей, и на боевую арену выступили Саб-Зиро, синий ниндзя, обладающий способностью криогенеза, и Кано, террорист с металлической пластиной на лице и светящимся красным имплантом вместо глаза. Восторгу наблюдателей не было предела, когда Саб-Зиро выполнил ледяную атаку и заморозил Кано, что позволило ему подойти ближе и беспрепятственно использовать апперкот, отнимающий сразу четверть жизни. Но и второй боец оказался не так прост, запустив в соперника огненное метательное оружие.

— Покончи с ним! — требовали зрители, болеющие за парня, играющего террористом.

— Подморозь ему яйца! — кричали сторонники синего ниндзя.

К радости тех, кто хотел суровой мужской расправы, победил Саб-Зиро.

Всё-таки дождавшись своей очереди, Рэй и Гэйдж подошли к джойстикам и бросили монету в монетоприёмник, чтобы приступить к игре. Холден встал рядом с ними, выступая в роли независимого наблюдателя. Рэю приглянулся Джонни Кэйдж — хорошо подтянутый актёр и знаток боевых искусств.

— Я буду звать его Джонни Гэйдж, — рассмеялся Рэй.

— Джонни Гэйдж против Гэйджа, — весело подхватил Холден.

Выбор самого Гэйджа пал на Лю Кана, шаолиньского монаха.

Начался первый раунд, и игроки пустили в ход все кнопки управления. В какой-то момент Рэй вообразил, что на экране происходит схватка не между вымышленными персонажами, а между ним и отчимом. Это он ударил Далтона по лицу, и у того полетела кровь. Это он сделал захват и бросок, отнявший у куска дерьма, имя которому Далтон, почти треть жизни. Отскок, силовой приём, снова отскок. Индикатор здоровья соперника уменьшился до минимально возможного значения, так что рядом с ним появилось оповещение о критическом состоянии персонажа. Ловкая подножка, и противник повержен.

Во втором раунде Лю Кан (Далтон) попытался отыграть упущенную победу, но руки и ноги Джонни Кэйджа (Рэя) заработали с невообразимой скоростью, проливая новые литры крови. Хотя в человеческом организме их всего пять, вновь поверженный боец разбрызгал как минимум двадцать, потерпев окончательное поражение.

«Прикончи его!» — потребовала суровая надпись на экране, предоставив победителю возможность добить проигравшего.

«Прощай, жирный ублюдок», — подумал Рэй и с особым наслаждением нанёс завершающий удар.

* * *

— Алло? — женский голос в трубке. Наконец-то к телефону подошла Карлин. Рэй сделал неожиданное открытие: мать значительно постарела с тех пор, как умер его родной отец.

— Кто это? — спросила она, вслушиваясь в шипение городской линии.

— Мам, привет, — отозвался сын, чувствуя странную горечь, подкатившую к горлу. — Ты сейчас можешь говорить?

— Где ты, Рэй? Мы так за тебя переживаем!

Мы? Она имела в виду себя и отчима? Вряд ли это «мы» здесь вообще уместно. Далтон наверняка скрестил пальцы за спиной, чтобы больше никогда не увидеть пасынка, и уже приготовился скорбеть вместе с Карлин и выглядеть в её глазах заботливым мужем, если вдруг с «их мальчиком» что-нибудь случится.

— Рэй, пожалуйста, скажи, куда ты пропал? — кажется, женщина заплакала.

— Со мной всё в порядке, мам.

— Далтон очень сожалеет о том, что между вами произошло. Возвращайся домой, сынок.

— Не беспокойся обо мне, — с этими словами подросток опустил трубку на рычаг и поспешно вышел из телефонной будки.

* * *

Самостоятельная жизнь изобиловала трудностями. Будучи заметно стеснённым в денежных средствах, подросток не стал посещать закусочную, потому что несложный расчёт показал, что гораздо дешевле покупать продукты и готовить их дома. Но как выяснилось, Рэй не отличался особыми кулинарными талантами, а перспектива длительного поедания яичницы и китайской лапши его не слишком радовала. К счастью, на помощь пришла миссис Девероуз. Она выделила квартиранту кое-какую кухонную утварь и поведала некоторые хитрости приготовления пищи.

С друзьями ему пришлось встречаться лишь по тем вечерам, когда он не выходил на работу в магазин. Они уговаривали его плюнуть на все обиды и вернуться в дом Далтона, но Рэй оставался непреклонен. Он твёрдо решил выдержать эту схватку и не дать отчиму ни единого шанса получить извинения от пасынка. И чем труднее ему приходилось, тем больше крепло в нём упорство и нежелание сдаваться.

Время от времени он вспоминал о ночной встрече с Виолет на мосту, но тут же перед мысленным взором появлялся Холден со словами: «Все торчки одинаковы». А в ответ из какого-то уголка памяти девушка отвечала: «Я не наркоманка. Всего лишь получаю удовольствие от рейвов».

Интересно, заключалась ли причина лёгкости общения между Рэем и Виолет в том, что он находился под остаточным действием алкоголя, а она — под таблеткой, или между ними действительно возникла некая неуловимая внутренняя связь? Чтобы проверить это, следовало бы встретиться с девушкой снова, и желательно, чтобы она не принимала перед этим никакой дряни. Но у Рэя возникали определённые опасения относительно того, что первоначальное впечатление от такой встречи значительно испортится. При лунном свете образ Виолет навевал ощущение чего-то необыкновенного, а днём её волшебное очарование могло рассеяться.

«Может быть, ты плохо рассмотрел её, и она жуткая уродина…» — вновь заговорил в голове подростка Холден. Нет, Виолет ни за что нельзя было назвать уродиной. Пожалуй, это лучшая девчонка, какую Рэю доводилось встречать.

«Неужели Холден оказался прав, и я в самом деле втрескался в неё?» — пронеслась в голове неожиданная мысль.

Решение пришло внезапно — необходимо отбросить все сомнения и встретиться с Виолет снова. Но существовало одно незначительное препятствие: Рэй не знал номера дома, в котором жила его новая знакомая. Впрочем, почему бы не попытать счастья и не сходить туда, где они расстались в последний раз? Возможно, он застанет её у подъезда, или она случайно увидит его в окно.

Спустя полчаса подросток остановился на тротуаре и внимательно осмотрел многочисленные окна, словно мог каким-то особым шестым чувством определить, где именно поселилась прекрасная девушка с обворожительной улыбкой. Откуда-то с прилегающей улицы доносилась песня рэп-дуэта Крис Кросс с призывным припевом: «Прыгай, прыгай!» Должно быть, неподалёку тусила банда темнокожих ребят. На мгновение звук утих, после чего воздух сотряс коллектив House of pain со свежим хитом «Jump around».

— Ларри, выруби, наконец, свою дебильную музыку! — закричала в окно женщина. Должно быть, это была мать парня, устроившего громкое веселье на районе.

— Прежде верни мне ключи от мотоцикла! — потребовал в ответ владелец магнитофона.

— Чтобы ты опять поехал к этой шлюхе? — наверное, подобные слова следовало бы расценивать, как гневный отказ. — Лучше я удавлюсь на собственных потрохах!

Громкость музыки тут же значительно увеличилась.

— Ларри, я сейчас спущусь, и тогда от тебя мокрого места не останется!

— Да заткнитесь вы оба! — присоединился к диалогу ещё один голос.

— Засунь себе голову в задницу и не мешай нам разговаривать! — крикнула разозлённая мамаша.

Столь «дружелюбное» общение заставило Рэя улыбнуться, и тут же у него в голове возникла замечательная идея. А почему бы ему не выкрикнуть имя девушки, чтобы она его услышала?

— Виолет! — огласил округу подросток, приставив ко рту ладони. Но девушка не отозвалась.

— Виолет!!! Это я, Рэй! — повторил попытку подросток.

Опять нет ответа.

Немного подождав, он принялся в третий раз звать девушку по имени.

— Залепи дуло! — обрушился на него с бранью потерявший всякое терпение жилец дома.

— Вы знаете Виолет? — поинтересовался Рэй вместо того, чтобы прислушаться к совету.

— Не знаю и знать не хочу! А теперь убирайся отсюда!

— Я уберусь, как только увижусь с ней!

— Если ты сейчас же не перестанешь орать, то уже никогда ни с кем не увидишься!

— Виолет, ты меня слышишь?

— Ладно, я вызываю полицию!

Она так и не появилась, поэтому Рэю пришлось покинуть опасную территорию, чтобы не нарываться на проблемы с законом. Вряд ли мистеру Девероузу понравится, что его подопечный не оправдал доверия, если полиция задержит парня за хулиганство.

— Уже уходишь? — бросили ему из-за спины. — Вот и правильно! Ступай подобру-поздорову и больше сюда не возвращайся!

* * *

Рэю удалось улучить ту редкую минуту, когда автомат «Смертельная битва» пустовал, не привлекая к экрану повышенного внимания. Подросток вытащил из кармана монету и отправил её в металлическую прорезь. Что-то внутри щёлкнуло, возвещая начало нового поединка. В меню с изображением семи игровых персонажей Рэй перевёл моргающую красную рамку с цифрой 1 на жёлтого ниндзя Скорпиона и подтвердил сделанный выбор. Компьютер опустил изображение бойца вниз по турнирной таблице, откуда подростку предстояло подняться до двух последних боссов — Горо и Шан Цунга.