Дискуссия по вопросам советского языкознания

Неисчерпаема тематика ленинско-сталинской науки, охватывающей все области нашей хозяйственной и культурной жизни. Огромно поле деятельности работников культурного, в частности, языкового строительства в социалистическом государстве и огромна роль советских языковедов в этом строительстве. На разрешение задач, поставленных товарищем Сталиным перед советским языковедением, потребуется напряженная работа многих поколений ученых. Я имею в виду главным образом направляющие и руководящие указания товарища Сталина, содержащиеся в его работах, посвященных национальному вопросу, замечательную статью в «Правде» «Относительно марксизма в языкознании» и все учение Ленина – Сталина в целом.

Основное указание товарища Сталина – обслуживать современность, живую жизнь, вскрывать в ней недостатки и помочь их исправлению, ликвидировать отставание и идти дальше. Одна только формула – «расцвет национальных по форме и социалистических по содержанию культур», содержащая в себе всю действующую ныне программу нашего культурного строительства, – дает языковедению богатейшую научную и научно-практическую тематику по изучению всех разнообразных языков Советского Союза всеми имеющимися у языковедения методами и по усовершенствованию этих языков для применения к творческой работе на родном языке. В этом нуждаются все языки Советского Союза, даже имеющие древнюю письменность.

Развернутая в настоящее время словарная, терминологическая и нормализирующая грамматическая работа по всем языкам СССР, несомненно, отстающая на некоторых участках отдельных языков, как показал недавний всесоюзный съезд по этим вопросам, требует колоссальных сил от советского языковедения. Чтобы участвовать в этой работе, необходимо изучить данный язык со своими диалектами во всех отношениях, – только этим путем возможно обогащать лексически и синтаксически, усовершенствовать его стилистически.

У многих языков народов Советского Союза имеется историческое прошлое, зафиксированное в древних памятниках письменности. Изучение их, а также изучение языка лучших писателей современности и недалекого прошлого необходимо и для истории данного народа, поскольку язык – древнейший свидетель истории.

Больше того: чтобы участвовать, а тем более руководить отдельными участками этой работы, нужно стоять на уровне современного состояния лингвистической науки – как общей, так и в изучении, соответственно специальности, отдельных языков – новых и древних, живых и мертвых. Без этого нельзя не только разрешать проблемы становления речи, но, что несравненно важнее, выполнить задачи, поставленные современностью и содержащиеся в программных указаниях товарища Сталина.

Еще больше расширилось поле деятельности советских языковедов и усилилась их ответственность за выполнение плана языковедных работ в свете основополагающей работы товарища Сталина «Национальный вопрос и ленинизм», в которой открылся новый мир идей установлением различия между нацией буржуазной и нацией социалистической; открылась обширнейшая научная тематика изучения наций в таком дифференцированном разрезе, в частности, в отношении языка; открылась новая, неслыханная еще в истории, неиссякаемая научная и научно-практическая тематика для советского языковедения, недоступная для буржуазных языковедов.

Изучать языки со всеми диалектами в социалистических условиях с учетом их прошлого в указанных выше разрезах, вскрывать новые закономерности развития языка, имеющиеся, несомненно, уже в настоящее время, в новых условиях, и имеющие появиться с дальнейшим развитием нашей общественной жизни, обслуживать языковые потребности социалистической современности на каждом этапе ее развития – сугубо ответственные задачи советских языковедов. Периоды развития социалистических наций четко указаны в работе товарища Сталина.

В статье товарища Сталина «Относительно марксизма в языкознании» дано советским языковедам предельно ясное, целеустремленно программное задание – преодолеть ошибочные положения марровского учения.

«Я думаю, что чем скорее освободится наше языкознание от ошибок Н.Я. Марра, тем скорее можно вывести его из кризиса, который оно переживает теперь.

Ликвидация аракчеевского режима в языкознании, отказ от ошибок Н.Я. Марра, внедрение марксизма в языкознание, – таков по-моему путь, на котором можно было бы оздоровить советское языкознание» (И. Сталин).

Наметить конкретную тематику советского языковедения – это важнейшее дело лингвистов. Крупные проблемы, которые могут состоять из многих сотен и тысяч тем даже для каждого языка, можно схематически представить, например, в таком виде:

– Закономерности развития данного языка в социалистических и в былых буржуазных условиях.

– Условия и формы усовершенствования национальных языков (или данного языка) в социалистических условиях.

– Судьба диалектов данного языка (влияние их друг на друга, процессы их слияния, как прототип слияния языков в далеком будущем, их убыль и т.д.).

– Общегосударственный язык и национальные языки в социалистических и буржуазных условиях.

– Тенденция развития данного языка от дозонального состояния в зональное, и т.д.

Или наметить проблемы, тоже дробящиеся на многие сотни тем, из области изменения психического склада говорящих в социалистических условиях, отражающегося в языке, диалекте и т.д.; из области отношения языка к мышлению – и так бесконечно и неисчерпаемо по изучению развития языков в разнообразнейших условиях постепенного перехода в коммунистическое общество.

Так рисуются советскому языковеду задачи языкового строительства, поставленные перед нами великим зодчим коммунистического общества товарищем Сталиным.

Лучшая часть советских языковедов, не исключая и некоторых яфетидологов, фактически и работает над подобными проблемами, но, может быть, без достаточного знания марксистско-ленинской методологии в языковедении.

Нашу работу одухотворяет величественная перспектива построения коммунистического общества. Вокруг ответственных задач объединятся все советские языковеды. Они будут разрешать, на основе творческой практики изучения живого и «мертвого» языкового материала, кардинальные теоретические вопросы общего языковедения, в том числе и марровские, проверяя их на богатой исследовательской практике.

Консолидация советских языковедов вокруг этих задач необходима и возможна. Трудности будут преодолены, ибо сталинская наука всесильна. Советская лингвистика превзойдет буржуазную и в отношении технико-методическом и возвысит былую славу русского языковедения в виде обновленного советского сравнительно-исторического языковедения.

4 июля

От редакции

Сегодня в «Правде» публикуются статьи, поступившие в редакцию в связи с дискуссией по вопросам советского языкознания.

Дискуссия, открытая на страницах «Правды», вызвала живейший отклик со стороны советской научной общественности. В редакцию поступило более двухсот статей ученых, преимущественно языковедов, – работников научно-исследовательских учреждений и учебных заведений Москвы, Ленинграда, Украины, Белоруссии, Грузии, Казахстана, Армении, Литвы, Молдавии, Латвии, Эстонии, различных городов, районов и областей Советского Союза. Редакцией получено также большое количество писем читателей «Правды», свидетельствующих о том, что вопросы, поставленные в дискуссии, вызвали большой интерес не только у специалистов-языковедов, но и в самых широких кругах советской интеллигенции.

В ходе свободной дискуссии подверглись критическому обсуждению коренные проблемы развития советского языкознания. Почти все участники дискуссии пришли к выводу, что наше языкознание находится в состоянии застоя и нуждается в правильном научном направлении.

Статья И.В. Сталина «Относительно марксизма в языкознании», опубликованная в «Правде» 20 июня, и публикуемая сегодня статья И.В. Сталина «К некоторым вопросам языкознания» являются выдающимся творческим вкладом в науку и знаменуют собой новую ступень в развитии языкознания. Вместе с тем, статьи И.В. Сталина вооружают наших историков, философов, экономистов новыми теоретическими положениями, двигающими вперед марксистско-ленинскую науку.

Великий жизненный принцип развития всей советской науки указан в словах И.В. Сталина: «…никакая наука не может развиваться и преуспевать без борьбы мнений, без свободы критики… Ликвидация аракчеевского режима в языкознании, отказ от ошибок Н.Я. Марра, внедрение марксизма в языкознание, – таков по-моему путь, на котором можно было бы оздоровить советское языкознание».

Творческая разработка вопросов советского языкознания на основе марксистско-ленинского учения выведет языкознание «на широкую дорогу и даст возможность советскому языкознанию занять первое место в мировом языкознании» (И. Сталин).

Публикацией статей в настоящем номере газеты редакция заканчивает дискуссию по вопросам советского языкознания.

И.В. Сталин.

К некоторым вопросам языкознания

[181]

Ответ товарищу Е. Крашенинниковой

Тов. Крашенинникова!

Отвечаю на Ваши вопросы.

1. Вопрос. В Вашей статье убедительно показано, что язык не есть ни базис, ни надстройка. Правомерно ли было бы считать, что язык есть явление, свойственное и базису и надстройке, или же правильнее было бы считать язык явлением промежуточным?

Ответ. Конечно, языку, как общественному явлению, свойственно то общее, чтó присуще всем общественным явлениям, в том числе базису и надстройке, а именно: он обслуживает общество так же, как обслуживают его все другие общественные явления, в том числе базис и надстройка. Но этим собственно и исчерпывается то общее, чтó присуще всем общественным явлениям. Дальше начинаются серьезные различия между общественными явлениями.

Дело в том, что у общественных явлений, кроме этого общего, имеются свои специфические особенности, которые отличают их друг от друга и которые более всего важны для науки. Специфические особенности базиса состоят в том, что он обслуживает общество экономически. Специфические особенности надстройки состоят в том, что она обслуживает общество политическими, юридическими, эстетическими и другими идеями и создает для общества соответствующие политические, юридические и другие учреждения. В чем же состоят специфические особенности языка, отличающие его от других общественных явлений? Они состоят в том, что язык обслуживает общество, как средство общения людей, как средство обмена мыслями в обществе, как средство, дающее людям возможность понять друг друга и наладить совместную работу во всех сферах человеческой деятельности, как в области производства, так и в области экономических отношений, как в области политики, так и в области культуры, как в общественной жизни, так и в быту. Эти особенности свойственны только языку, и именно потому, что они свойственны только языку, язык является объектом изучения самостоятельной науки, – языкознания. Без этих особенностей языка языкознание потеряло бы право на самостоятельное существование.

Короче: язык нельзя причислить ни к разряду базисов, ни к разряду надстроек.

Его нельзя также причислить к разряду «промежуточных» явлений между базисом и надстройкой, так как таких «промежуточных» явлений не существует.

Но может быть язык можно было бы причислить к разряду производительных сил общества, к разряду, скажем, орудий производства? Действительно, между языком и орудиями производства существует некоторая аналогия: орудия производства, так же как и язык, проявляют своего рода безразличие к классам и могут одинаково обслуживать различные классы общества, как старые, так и новые. Дает ли это обстоятельство основание для того, чтобы причислить язык к разряду орудий производства? Нет, не дает.

Одно время Н.Я. Марр, видя, что его формула – «язык есть надстройка над базисом», – встречает возражения, решил «перестроиться» и объявил, что «язык есть орудие производства». Был ли прав Н.Я. Марр, причислив язык к разряду орудий производства? Нет, он был безусловно не прав.

Дело в том, что сходство между языком и орудиями производства исчерпывается той аналогией, о которой я говорил только что. Но зато между языком и орудиями производства существует коренная разница. Разница эта состоит в том, что орудия производства производят материальные блага, а язык ничего не производит или «производит» всего лишь слова. Точнее говоря, люди, имеющие орудия производства, могут производить материальные блага, но те же люди, имея язык, но не имея орудий производства, не могут производить материальных благ. Не трудно понять, что если бы язык мог производить материальные блага, болтуны были бы самыми богатыми людьми в мире.

2. Вопрос. Маркс и Энгельс определяют язык как «непосредственную действительность мысли», как «практическое,… действительное сознание». «Идеи, – говорит Маркс, – не существуют оторванно от языка». В какой мере, по Вашему мнению, языкознание должно заниматься смысловой стороной языка, семантикой и исторической семасиологией и стилистикой, или предметом языкознания должна быть только форма?

Ответ. Семантика (семасиология) является одной из важных частей языкознания. Смысловая сторона слов и выражений имеет серьезное значение в деле изучения языка. Поэтому семантике (семасиологии) должно быть обеспечено в языкознании подобающее ей место.

Однако, разрабатывая вопросы семантики и используя ее данные, никоим образом нельзя переоценивать ее значение, и тем более – нельзя злоупотреблять ею. Я имею в виду некоторых языковедов, которые, чрезмерно увлекаясь семантикой, пренебрегают языком, как «непосредственной действительностью мысли», неразрывно связанной с мышлением, отрывают мышление от языка и утверждают, что язык отживает свой век, что можно обойтись и без языка.

Обратите внимание на следующие слова Н.Я. Марра:

«Язык существует, лишь поскольку он выявляется в звуках; действие мышления происходит и без выявления… Язык (звуковой) стал ныне уже сдавать свои функции новейшим изобретениям, побеждающим безоговорочно пространство, а мышление идет в гору от неиспользованных его накоплений в прошлом и новых стяжаний и имеет сместить и заменить полностью язык. Будущий язык – мышление, растущее в свободной от природной материи технике. Перед ним не устоять никакому языку, даже звуковому, все-таки связанному с нормами природы» (см. «Избранные работы» Н.Я. Марра).

Если эту «труд-магическую» тарабарщину перевести на простой человеческий язык, то можно прийти к выводу, что:

а) Н.Я. Марр отрывает мышление от языка;

б) Н.Я. Марр считает, что общение людей можно осуществить и без языка, при помощи самого мышления, свободного от «природной материи» языка, свободного от «норм природы»;

в) отрывая мышление от языка и «освободив» его от языковой «природной материи», Н.Я. Марр попадает в болото идеализма.

Говорят, что мысли возникают в голове человека до того, как они будут высказаны в речи, возникают без языкового материала, без языковой оболочки, так сказать, в оголенном виде. Но это совершенно неверно. Какие бы мысли ни возникли в голове человека, они могут возникнуть и существовать лишь на базе языкового материала, на базе языковых терминов и фраз [Какие бы мысли ни возникли в голове человека и когда бы они ни возникли, они могут возникнуть и существовать лишь на базе языкового материала, на базе языковых терминов и фраз (стр. 81).]. Оголенных мыслей, свободных от языкового материала, свободных от языковой «природной материи» – не существует. «Язык есть непосредственная действительность мысли» (Маркс). Реальность мысли проявляется в языке. Только идеалисты могут говорить о мышлении, не связанном с «природной материей» языка, о мышлении без языка.

Короче: переоценка семантики и злоупотребление последней привели Н.Я. Марра к идеализму.

Следовательно, если уберечь семантику (семасиологию) от преувеличений и злоупотреблений, вроде тех, которые допускают Н.Я. Марр и некоторые его «ученики», то она может принести языкознанию большую пользу.

3. Вопрос. Вы совершенно справедливо говорите о том, что идеи, представления, нравы и нравственные принципы у буржуа и у пролетариев прямо противоположны. Классовый характер этих явлений безусловно отразился на семантической стороне языка (а иногда и на его форме – на словарном составе, – как правильно указывается в Вашей статье). Можно ли, анализируя конкретный языковой материал и, в первую очередь, смысловую сторону языка, говорить о классовой сущности выраженных им понятий, особенно в тех случаях, когда речь идет о языковом выражении не только мысли человека, но и его отношения к действительности, где особенно ярко проявляется его классовая принадлежность?

Ответ. Короче говоря, Вы хотите знать, – влияют ли классы на язык, вносят ли они в язык свои специфические слова и выражения, бывают ли случаи, чтобы люди придавали одним и тем же словам и выражениям различное смысловое значение в зависимости от классовой принадлежности?

Да, классы влияют на язык, вносят в язык свои специфические слова и выражения и иногда по разному понимают одни и те же слова и выражения. Это не подлежит сомнению.

Из этого однако не следует, что специфические слова и выражения, равно как различие в семантике, могут иметь серьезное значение для развития единого общенародного языка, что они способны ослабить его значение или изменить его характер.

Во-первых, таких специфических слов и выражений, как и случаев различия в семантике, до того мало в языке, что они едва ли составляют один процент всего языкового материала. Следовательно, вся остальная подавляющая масса слов и выражений, как и их семантика, являются общими для всех классов общества.

Во-вторых, специфические слова и выражения, имеющие классовый оттенок, используются в речи не по правилам какой-либо «классовой» грамматики, которой не существует в природе, а по правилам грамматики существующего общенародного языка.

Стало быть, наличие специфических слов и выражений и факты различия в семантике языка не опровергают, а, наоборот, подтверждают наличие и необходимость единого общенародного языка.

4. Вопрос. В своей статье Вы совершенно правильно оцениваете Марра, как вульгаризатора марксизма. Значит ли это, что лингвисты, в том числе и мы, молодежь, должны отбросить все лингвистическое наследие Марра, у которого все же имеется ряд ценных языковых исследований (о них писали в дискуссии т.т. Чикобава, Санжеев и другие)? Можем ли мы, подходя к Марру критически, все же брать у него полезное и ценное?

Ответ. Конечно, произведения Н.Я. Марра состоят не только из ошибок. Н.Я. Марр допускал грубейшие ошибки, когда он вносил в языкознание элементы марксизма в искаженном виде, когда он пытался создать самостоятельную теорию языка. Но у Н.Я. Марра есть отдельные, хорошие, талантливо написанные произведения, где он, забыв о своих теоретических претензиях, добросовестно и, нужно сказать, умело исследует отдельные языки. В таких произведениях можно найти не мало ценного и поучительного. Понятно, что это ценное и поучительное должно быть взято у Н.Я. Марра и использовано.

5. Вопрос. Одной из основных причин застоя в советском языкознании многие лингвисты считают формализм. Очень хотелось бы знать Ваше мнение о том, в чем заключается формализм в языкознании и как его преодолеть?

Ответ. Н.Я. Марр и его «ученики» обвиняют в «формализме» всех языковедов, не разделяющих «новое учение» Н.Я. Марра. Это, конечно, несерьезно и неумно.

Н.Я. Марр считал грамматику пустой «формальностью», а людей, считающих грамматический строй основой языка – формалистами. Это и вовсе глупо.

Я думаю, что «формализм» выдуман авторами «нового учения» для облегчения борьбы со своими противниками в языкознании.

Причиной застоя в советском языкознании является не «формализм», изобретенный Н.Я. Марром и его «учениками», а аракчеевский режим и теоретические прорехи в языкознании. Аракчеевский режим создали «ученики» Н.Я. Марра. Теоретическую неразбериху внесли в языкознание Н.Я. Марр и его ближайшие соратники. Чтобы не было застоя, надо ликвидировать и то и другое. Ликвидация этих язв оздоровит советское языкознание, выведет его на широкую дорогу и даст возможность советскому языкознанию занять первое место в мировом языкознании.

29 июня 1950 г.

Н.Т. Сауранбаев.

Ясная перспектива

Неудовлетворительное состояние языкознания, его застой, особенно запутанность и ошибочность положений теории акад. Марра, сказались на развитии лингвистической мысли в национальных республиках. Здесь во многих случаях языкознание – наука новая, молодая. Специалисты по отдельным национальным языкам при исследовании тех или других вопросов национального языка всегда обращались к работам акад. Марра.

Но в них они не нашли определенного научного метода, чтобы применить его к исследованию. Как только обращаешься к работам акад. Марра, чтобы получить определенную ориентацию по исследуемому вопросу, тут же попадаешь в непросветный туман и теряешь всякую ориентацию: то попадаешь в область археологии, этнографии, то в область философии, фольклористики, истории и других дисциплин, а специально лингвистического там мало. Все это тормозило развитие теоретического языкознания на местах. Существовал полный разрыв между теорией акад. Марра и практикой.

Статья товарища Сталина «Относительно марксизма в языкознании» внесла полную ясность в основные принципиальные вопросы языкознания и определила дальнейший путь его развития. Творческий марксизм всегда был и остается той могучей и животворной силой, которая помогает ломать любые преграды, освещать путь развития передовой мысли. В работе товарища Сталина советские языковеды получили исчерпывающие ответы на многие неясные вопросы теоретического порядка и четкую ориентацию для своей дальнейшей работы.

Исследователям мало изученных, в прошлом бесписьменных языков, какими являются многие тюркские языки, в том числе казахский, очень важно иметь ясную теоретическую установку. Прочитав статью товарища Сталина, я убедился в глубокой ошибочности положений акад. Марра: о языке как надстройке, о «классовости» языка и др.

Товарищ Сталин ясно и убедительно указал на коренное отличие языка от надстройки, определив основные закономерности возникновения, развития и существования общенародного языка.

Теория «классовости» языка приводила к отрицанию общенародного, общенационального языка, а теория стадиальности неправильно трактовала законы постепенного перехода языков от одного состояния в другое.

Надо сказать, что «теория» ломки и внезапного изменения языка во многих случаях отрицательно отразилась на практике языкового строительства. В Казахстане, как и в других республиках, в которых национальные языки в основном являются младописьменными, были случаи изгнания из литературы многих коренных слов под воздействием теории «классовости» языка. При этом многие языковеды придерживались установки о том, что язык – надстройка, а потому в соответствии с новым, социалистическим базисом надо создавать новый, социалистический язык путем взрыва.

Гениальная работа И.В. Сталина «Относительно марксизма в языкознании» является новым величайшим вкладом в творческий марксизм. Она закладывает основу нового советского материалистического языкознания, является поворотным пунктом в истории развития науки о языке. Великий Сталин открыл советскому языкознанию светлый путь, ясную перспективу.

В.В. Виноградов.

Программа марксистского языкознания

Статья И.В. Сталина «Относительно марксизма в языкознании» дает ясные, глубокие и точные ответы на самые важные вопросы общей марксистской теории языка. Она указывает прямые и верные средства для преодоления застоя, в котором находилась до сих пор советская лингвистка.

Вместе с тем, статья И.В. Сталина ставит перед советскими языковедами ряд новых, не всплывших во время дискуссии, вопросов и подсказывает их правильное, марксистское разрешение (например, вопрос об отношении понятий языка и стиля или слога, о слоге писателя в его отношении к литературному языку, о характере и способах использования языка для выражения надстройки, т.е. политических, правовых, религиозных, художественных, философских взглядов общества на разных этапах его развития и др.).

Статья И.В. Сталина кладет резкую грань между прошлым и настоящим советского языкознания, ярко освещая пути и задачи его будущего развития.

Придав вопросам советского языкознания общенародное значение, статья И.В. Сталина углубила у советских лингвистов сознание ответственности за свое дело и вызвала у них, кроме чувства величайшей благодарности, горячее стремление сделать советскую науку о языке достойной доверия и участия И.В. Сталина, достойной его непосредственного руководства.

До статьи И.В. Сталина «Относительно марксизма в языкознании» все советские языковеды, независимо от различия направлений и взглядов, в своих построениях исходили из убеждения, что язык – это «общественное явление надстроечного характера». Ложное понимание языка как надстройки над базисом обнаженнее всего сказалось в ошибках академика Н.Я. Марра (особенно в его учении о стадиальности развития языка и в изображении хода так называемого языкотворческого процесса). Однако отношение к языку как к надстройке отражалось в большей или меньшей степени на содержании почти всех советских работ, относящихся к истории языка. Устойчивое и общенародное в языке не привлекало внимания. Языковые изменения ставились в непосредственную связь и в параллель с изменениями в базисе. История общелитературного языка органически сплеталась с историей художественной литературы и распределялась по тем же классовым граням и ступеням развития, что художественная литература и публицистика. Смешивались понятия языка, диалекта и художественного стиля как системы выражения классовой идеологии.

И.В. Сталин вносит полную ясность в этот круг центральных вопросов языкознания и направляет советских языковедов на подлинно марксистский путь лингвистического исследования. Область этого исследования и его задачи безмерно расширяются. Ведь «сфера действия надстройки узка и ограничена.

Язык же, наоборот, связан с производственной деятельностью человека непосредственно, и не только с производственной деятельностью, но и со всякой иной деятельностью человека во всех сферах его работы от производства до базиса, от базиса до надстройки». По определению И.В. Сталина, сфера действия языка «почти безгранична».

Новая сталинская постановка вопросов об общенародном языке на разных этапах его развития, об отношении между местными говорами и общим языком племени или народности, между общенародным или национальным языком и классовыми диалектами, жаргонами, о способах использования отдельными социальными группами, классами народного языка в своих классовых интересах, о языке и культуре – все это в корне ломает сложившиеся в советском языкознании представления об истории языка и требует полного пересмотра всех основных понятий исторического его исследования.

Антиисторическому принципу изучения «классовости языка» противопоставляется задача историко-материалистического исследования «классовости» в использовании языка, а также исследования «классовых» ответвлений от общенародного, общенационального языка на разных этапах развития классового общества.

В статье И.В. Сталина дана стройная, поражающая богатством мыслей программа марксистского построения истории языка. В этой связи хотелось бы отметить важные указания И.В. Сталина еще по двум кардинальным вопросам языкознания: 1) о внутренних законах развития языка и 2) о характере качественных изменений в языке.

Подчеркивая, что «язык и законы его развития можно понять лишь в том случае, если он изучается в неразрывной связи с историей общества, с историей народа, которому принадлежит изучаемый язык и который является творцом и носителем этого языка», И.В. Сталин признает главной задачей языкознания «изучение внутренних законов развития языка».

Развитие языка происходит, по разъяснению И.В. Сталина, «путем развертывания и совершенствования основных элементов существующего языка». Марксизм считает, что переход от одного качества языка к другому качеству происходит «путем постепенного и длительного накопления элементов нового качества, новой структуры языка, путем постепенного отмирания элементов старого качества».

И.В. Сталин вносит новый яркий свет в понимание структуры языка. Он намечает истинно марксистские пути и задачи изучения грамматического строя языка, «выработанного в течение эпох и вошедшего в плоть и кровь языка». Углубляется понимание образовательного и философского значения грамматики в свете диалектической теории познания и диалектической логики. «Грамматика есть результат длительной, абстрагирующей работы человеческого мышления, показатель громадных успехов мышления». Статья И.В. Сталина кладет предел всякому формализму в области грамматических исследований.

Необыкновенно ценным и плодотворным является учение И.В. Сталина об основном словарном фонде и о соотношении его с общим словарным запасом языка. Это учение является ярким образцом применения метода материалистической диалектики к анализу лексики (словаря) языка. Прежде всего указывается, что словарный состав языка, наиболее чувствительный к изменениям, «находится в состоянии почти непрерывного изменения». «Словарный состав отражает картину состояния языка» и его развитие. В этом составе главное – более устойчивый, живущий очень долго, в продолжение веков, основной словарный фонд. Он дает языку базу для образования новых слов. Он составляет основу словарного состава языка. Изменяясь медленно, будучи продуктом ряда эпох, основной словарный фонд, вместе с тем, развивается. Так, по словам И.В. Сталина, «надо полагать, что элементы современного языка были заложены еще в глубокой древности, до эпохи рабства. Это был язык не сложный с очень скудным словарным фондом».

Учением И.В. Сталина об основном словарном фонде и о словарном запасе языка закладываются марксистские основы исторической лексикологии и истории словообразования. Непосредственно очевидна огромная роль этого учения также для теории и практики составления словарей (лексикографии). Мне кажется, что на основе этого учения должны получить совершенно новое решение такие важные вопросы истории русского литературного языка, как вопрос о старославянском элементе в составе древнерусского языка, о роли старославянизмов в истории формирования и развития русского литературного языка и т.п.

Статья И.В. Сталина «Относительно марксизма в языкознании» дает советским языковедам ключ к истинному марксистскому решению основных вопросов языкознания. Чем больше вникаешь в это глубокое, ясное и строгое произведение, тем больше извлекаешь из него, как из волшебной сокровищницы, новых указаний, новых мыслей, новых обобщений, которыми ярко освещаются перед советскими лингвистами широкие горизонты марксистского языкознания.

С.П. Толстов.

Пример творческого марксизма

Значение статьи И.В. Сталина «Относительно марксизма в языкознании», являющейся выдающимся вкладом в сокровищницу марксистско-ленинской теории, далеко выходит за пределы лингвистики. Эта работа представляет замечательный образец творческого развития марксизма-ленинизма, со сталинской четкостью и глубиной вскрывает те недостатки организации научной работы, которые, к сожалению, свойственны в различной, конечно, степени не одному языкознанию. Статья товарища Сталина ставит ряд новых, кардинальной важности проблем перед нашими историками, в особенности перед теми из них, кто работает над трудным и сложным комплексом вопросов происхождения отдельных народов и их групп, вопросов, не отделимых от истории языков этих народов и групп. К этим историкам принадлежу и я.

Нечего греха таить – я, как и большинство из нас, занимающихся этими вопросами историков, археологов, этнографов, антропологов, – сочувственно относился к теории акад. Н.Я. Марра. За шумом и треском пропаганды марристов, за резкой по форме «критикой» расизма, наложившего – это бесспорно – сильный отпечаток на языковедную работу за рубежом, за «критикой» «праязыковой теории», давно уже вступившей – это тоже бесспорно – в резкое противоречие с объективными историко-археологическими и этнографическими фактами, мы не сумели рассмотреть псевдомарксистской, вульгаризаторской сущности теории Марра.