— Двадцать восемь.

— Заткнись! Вчера она получила письмо, написанное его рукой, с просьбой приготовить сто тысяч наличными.

— Ни у кого нет такой суммы наличными.

— У них есть. Тебе это о чем-то говорит?

Питер достал из верхнего левого ящика стола листы, отпечатанные на стеклографе, и быстро просмотрел их.

— Похищение? — рассеянно спросил он.

— Похоже на то, если только не подвел мой нюх. А что есть в сводках об угонах машин?

— За последние семьдесят два часа не было украдено ни одной машины. Два дня назад говоришь? В какое время?

Я сообщил ему подробности.

— Твоя клиентка ничего не напутала?

— Она очень рассудительна.

— Но, может быть, не по отношению к мужу. Скажи мне ее имя.

— Потерпи минутку. Прежде я хочу оговорить две вещи. Первое — это не для прессы. Кроме того, я хочу, чтобы ее муж вернулся живой, а не в свинцовом гробу.

— Это слишком важно, чтобы скрывать, Лью.

Колтон встал и принялся расхаживать по кабинету.

— Ты будешь действовать по официальным каналам, а я этого не могу. Но тем временем ты мог бы кое-что уже сделать.

— Для тебя?

— Для себя. Начинай с проверки агентов по прокату автомашин. Затем «Дикое Пиано»…

— Достаточно. Я подожду официального заявления, если такое будет.

— Разве я когда-нибудь подсовывал тебе фальшивую карту?

— Множество, но не стоит об этом. Может быть, ты немного преувеличиваешь.

— Зачем бы я стал это делать?

— Это дешевый и легкий способ получить то, что тебе нужно.

Его глаза превратились в узкие щелки.

— В округе чертова уйма прокатных контор.

— Я сделал бы это сам, но мне необходимо уехать из города. Эти люди живут в Санта-Терезе.

— Кто они?

— Могу я на тебя положиться?

— Отчасти. Настолько, насколько это возможно.

— Сэмпсон… Исчез Ральф Сэмпсон.

— Я слышал о нем и помню, что ты говорил мне о каких-то деньгах.

— Вся беда в том, что у меня нет уверенности, что именно с ним произошло. Нам остается лишь ждать.

Он подошел к окну и, повернувшись вполоборота, спросил:

— Ты что-то говорил о «Диком Пиано»?

— Это было до того, как ты сказал, что я действую дешевым и слишком доступным способом.

— Не уверяй меня, что я задел твои самые нежные чувства.

— Ты просто разочаровал меня. Я принес тебе выгодное дело, а ты проморгал его.

— Я работаю не на себя, Лью, — он резко повернулся ко мне. — Дуайт Трой был там?

— Кто он такой?

— Маленький ядовитый тип. Заправила в «Диком Пиано».

— Я думал, что есть закон против подобных заведений и таких людей. Извини меня за невежество.

— Ладно. Ты видел его?

— Если это седой англичанин, то да.

Колтон утвердительно кивнул.

— У меня было свидание с ним. Он держал меня на мушке, а я ждал. Обезоруживать его не входило в мои планы.

Колтон недовольно пожал плечами.

— Мы пытаемся к нему подобраться уже четыре года. Это очень шустрый, скользкий тип. Он так увлекся рэкетом, что чуть не попался, и теперь занялся еще чем-то. Он здорово заработал в тридцатые годы на контрабанде спиртным в Калифорнии. С тех пор у него были подъемы и падения. Одно время он владел игорным притоном в Неваде, пока синдикат не выкинул его. После этого он стал меньше наживаться, как я слышал. Теперь мы ждем, когда он влипнет.

— Пока вы ждете, могли бы закрыть «Дикое Пиано», — заметил я с грустной иронией.

— Мы прикрываем его каждые полгода, — недовольно пояснил Колтон. — Перед последней облавой оно называлось «Фальшивым бриллиантом». У них наверху находилось помещение для мазохистов, систематические истязания женщин и так далее. Мы положили этому конец.

— Кто там заправлял тогда?

— Некая Эстабрук. И чем это кончилось? Против нее даже не возбудили дела, — Колтон фыркнул. — Я никак не мог повлиять.

— Ты знаешь, где живет Трой?

— Нет, я хотел спросить это у тебя.

— Я почти ничего о нем не знаю. Однако он и Сэмпсон были в одной компании. Неплохо было бы установить наблюдение в «Диком Пиано».

— Если мы найдем кого-нибудь, — он неожиданно подошел ко мне и положил руку на плечо. — Если ты еще раз встретишься с Троем, не пытайся отобрать у него пушку. Многие уже пытались, и где они сейчас?

— Но не я.

— Да, не ты. Те, кто пытались, уже мертвы.

Глава 13

Два часа я мчался от Лос-Анджелеса до Санта-Терезы со скоростью девяносто миль в час.

Когда я подъезжал к дому Сэмпсонов, солнце, миновав зенит, спускалось к морю.

Феликс проводил меня в гостиную, которая была такой огромной, что массивная мебель в ней терялась. Стена, обращенная к морю была вся стеклянная. Миссис Сэмпсон, напоминавшая большую куклу, сидела в мягком кресле возле гигантского окна. На ней было шелковое платье лимонного цвета. Ее бронзовые загорелые ноги покоились на низкой подставке. Ни один волосок не выбивался из ее прически. Кресло-каталка находилось возле двери.

Неподвижная и молчаливая, она являла собой живописную картину, которая вскоре стала казаться мне смешной. Молчание длилось с минуту.

— Очень мило, — не выдержал я. — Вы хотели видеть меня?

— Могли бы прийти и раньше, — раздраженно заметила она.

— Я не виноват. Мне пришлось изрядно потрудиться по вашему делу: я просил передать вам свои оценки. Вы одобряете?

— Отчасти. Подойдите поближе, мистер Арчер, и присаживайтесь. Не бойтесь меня.

Она указала на кресло возле себя. Я подошел и сел.

— Берт Грэйвс собирает деньги.

— Он был в полиции?

— Еще нет. Я хотела посоветоваться с вами, но сначала почитайте письмо.

Она взяла со стоящего рядом столика конверт и протянула его мне. Я вынул из кармана пустой конверт, найденный в ящике Фэй Эстабрук, и сравнил их. Совпадали лишь штемпели — Санта-Мария. Письмо Сэпмсона было адресовано жене и зарегистрировано на почте в половине пятого.

— Когда вы его получили?

— Примерно в девять часов. Как вы видите, это срочное письмо. Читайте же!

Письмо было написано синими каракулями на листе гладкой белой бумаги:

«Дорогая Элен! Мне случайно подвернулось одно дельце, поэтому срочно нужны деньги. Некоторая сумма находится в банке. Элберт Грэйвс может получить их и достать остальные. Мне нужно сто тысяч, желательно банкнотами не крупнее пятидесяти долларов. Не разрешайте банку помечать их или записывать номера, так как это сугубо конфиденциальное и очень важное дело. Положи деньги в мой сейф, пока я снова не свяжусь с тобой или не пришлю кого-нибудь с письмом. Дело очень важное, и ты, кроме Грэйвса, никому о нем не говори. В противном случае, я много на нем потеряю, быть может, даже окажусь по ту сторону закона. Держи все в полном секрете. Я закончу дело в течение недели, и мы скоро увидимся.

Не грусти, моя дорогая. Ральф»

— Тщательно сработано, но не убедительно, — произнес я. — Причина, которая мешает ему обратиться в банк, явно придумана. А что думает об этом Грэйвс?

— Он тоже это заметил. Берт полагает, что это обман. Я тоже так считаю.

— Вы абсолютно уверены, что это почерк вашего мужа?

— В этом нет сомнений. Вы заметили, как аккуратно, но неправильно написано слово «очень»? Это его любимое слово, и он его всегда неправильно пишет и даже неправильно произносит. Ральф не очень-то образованный человек.

— Вопрос в том, жив ли он еще?

Она недовольно посмотрела на меня своими спокойными голубыми глазами.

— Вы действительно считаете, что все это так серьезно, мистер Арчер?

— Обычно ведь он устраивает свои дела иначе, не так ли?

— Понятия не имею. Практически он отошел от дел сразу же, как только мы поженились. Во время войны он купил и продал несколько ранчо, но не посвящал меня в подробности.

— Была ли у него еще какая-нибудь нелегальная сделка?

— Я просто не знаю. Вообще-то, он способен на все. Это одна из причин, которая связывает мне руки.

— А каковы другие причины?

— Я не доверяю ему, — тихо прошептала она. — У меня нет возможности разузнать, что он собирается делать. С такими деньгами он может отправиться в кругосветное путешествие. А, может, он собирается оставить меня. Не знаю.

— Я тоже точно не знаю. Однако следует предположить, что ваш муж оказался жертвой бандитов. Он написал это письмо под диктовку, с пистолетом у виска. Если бы это было связано с бизнесом, он не стал бы писать вам, а сразу же обратился к Грэйвсу. У того имеются все юридические права. Но похитители предпочитают иметь дело с женами жертв. Это облегчает им задачу.

— Что же мне теперь делать? — спросила она дрожащим голосом.

— Следовать инструкции, содержащейся в письме. Но мы должны ознакомить с ним полицию. Не для того, чтобы это получило огласку, просто полицию необходимо поставить в известность. Видите ли, миссис Сэмпсон, обычно похитители избавляются от жертвы после того, как получают деньги. Убивают и прячут. Его нужно найти до того, как это случится, и мне одному с этим не справиться.

— Вы, кажется, уверены, что его похитили? Вы что-нибудь уже узнали?

— Кое-что. Есть данные, что ваш муж был связан с дурной компанией.

— Это мне известно.

Ее лицо на мгновение вышло из-под контроля и выразило торжество.

— Он обожал прикидываться примерным семьянином и хорошим отцом, но меня трудно провести.

— С очень плохой компанией, — мрачно повторил я. — С самой плохой во всем Лос-Анджелесе. Хуже быть не может.

— Его всегда тянуло к дурным людям.

Она вдруг смолкла и подняла глаза на дверь позади меня. Там стояла Миранда в сером габардиновом костюме, подчеркивающем ее высокий рост. С медными волосами, уложенными на затылке, она казалась старшей сестрой вчерашней Миранды. Ее глаза горели гневом, а слова лились безудержным потоком.

— Как ты смеешь так говорить о моем отце! Он, может быть, убит, а ты стараешься очернить его!