– Да, потому что у нас произошла ссора.

– А вы не читали про него в газетах?

– Нет. А что?

– Он мертв. – Рутер замолчал на мгновение. – Мне очень жаль, – сказал он наконец.

– Жаль?

– Да. Правда, мы поссорились, но это было так давно, и я очень нервничал. Из-за неприятностей с Лиз. И его смерти я уж никак не хотел. – Рутер замолчал, потом спросил: – Как он умер?

– Его застрелили.

– Случайно?

– Намеренно.

– О! – Рутер снова задумался. – Вы хотите сказать, что его убили?

– Совершенно верно.

– А кто?

– Этого мы не знаем. После того сентября вы встречались с Кеттерингом?

– Нет. Зачем? Мы познакомились с ним только на охоте.

– И вы не знаете, где его искать?

– Нет, разумеется. А что, он имел какое-то отношение к смерти Крамера?

– Нам стало известно, что Кеттеринг вмешался в вашу ссору, и у него чуть не произошла драка с Крамером. Это правда?

– Да. Но ведь это произошло так давно! Неужели вы считаете, что он затаил злобу на Крамера, и только теперь...

– Этого я не знаю. А вы не помните имена остальных двух?

– К сожалению, нет. У одного из них было очень странное имя, но я не помню его.

– Понятно. Когда вы уехали из гостиницы?

– По-моему, восьмого или девятого. В первую неделю сентября.

– А Крамер?

– Как будто в тот же день.

– Кеттеринг угрожал Крамеру?

– Нет. Он просто предложил ему выйти. Вот и все.

– А он был очень рассержен?

– Очень.

– Настолько, что мог убить Крамера?

– Не знаю.

– М-да.

– А почему вы думаете, что Кеттеринг убил Крамера?

– Мы не уверены в этом, мистер Рутер. Но у него был повод, и он исчез. Кроме того, есть и другая причина.

– Какая же?

– Кеттеринг – хороший охотник. Крамера застрелили из охотничьей винтовки.

– В городе сотни людей с охотничьими винтовками, – сказал Рутер. – И у меня есть охотничья винтовка.

– Какая, мистер Рутер?

Рутер улыбнулся. – Может быть, не надо было говорить?

– Какая у вас винтовка?

– “Марлин”. Двадцать второго калибра, восьмизарядная.

Хейз кивнул.

– Крамера застрелили из дальнобойной винтовки. “Сэвидж”, калибр 0.300.

– Вам показать мою винтовку, мистер Хейз?

– Нет, не надо.

– А вы не думаете, что я мог вам солгать? У меня может быть две винтовки.

– Да, конечно. Но если вы убили Крамера, то давно уже разобрали свой “Сэвидж” и закопали части в разных местах.

– Пожалуй, – задумчиво произнес Рутер. – Я не подумал об этом.

Хейз встал. – Если припомните имена остальных, позвоните мне. Вот моя карточка.

Рутер посмотрел на карточку, затем сказал:

– Вы знали о ссоре между мной и Крамером. Вы знали и о гостинице “Кукабонга”. Вы знали имя Кеттеринга и мое. – Он улыбнулся. – Вы ведь были в “Кукабонге”, верно?

– Да.

– И говорили с владельцем?

– Да.

– Тогда имена остальных двух вам уже известны?

– Да, мистер Рутер, – ответил Хейз. – Я знаю их имена.

– Тогда почему вы спрашиваете меня?

– Так полагается, – пожал плечами Хейз.

– Вы считаете, что я имел какое-то отношение к смерти Крамера?

– Вы действительно имели отношение?

– Нет.

Хейз улыбнулся. – Тогда вам не о чем беспокоиться. – Он повернулся и пошел к двери.

– Одну минуту, Хейз! – произнес Рутер. В его голосе было что-то новое, прозвучавшее как удар хлыста. Голос Рутера удивил Хейза. Он обернулся. Рутер встал из-за стола и подошел к нему.

– Что случилось, мистер Рутер?

– Я не люблю, когда из меня делают дурака, – ответил Рутер. Его темные глаза казались еще темнее. Губы были сжаты в тонкую линию.

– Кто же вас дурачит?

– Вы знали об остальных. Хотели подловить меня?

– С какой целью?

Атмосфера в кабинете резко изменилась, стала напряженной. На мгновение Хейз был сбит с толку, озадачен.

Беседа прошла хорошо, гладко. И все-таки сейчас обстановка изменилась. Он посмотрел на Рутера и увидел, как исказилось его лицо. На минуту ему показалось, что Рутер вот-вот схватит его за горло.

– Подловить меня, надеясь, что я скажу что-то неосторожное, – сказал Рутер.

– Я даже не думал об этом, – ответил Хейз. Бессознательно его руки сжались в кулаки. Он ждал, что Рутер ударит его, и хотел быть наготове.

– Вы хотели поймать меня на слове, – повторил Рутер.

– Ив мыслях не было. Знаете что, мистер Рутер? Вы забываете, что должен помнить каждый бизнесмен.

– Что именно?

– Не надо испытывать судьбу. Рутер уставился на Хейза пустыми глазами. Казалось, он никак не может решиться. И вдруг он улыбнулся.

– Извините меня, – сказал он. – Мне просто показалось... что вы играете со мной.

– Давайте забудем об этом, ладно? – сказал Хейз.

– Давайте, – согласился Рутер, протягивая руку. – И я и вы.

Глава 13

Джон Мэрфи походил на бенгальского улана. У него были седые усы, лицо с красными прожилками и лысина. Он напоминал отставного полковника, только что вернувшегося из дальнего уголка Британской империи. Но он не был отставным полковником. Он был маклером, ушедшим от дел. Главным его занятием была стрижка купонов в стенах просторного старого дома в Нью-Поскуите, пригородном районе. Нью-Поскуит не походил на Сэндз Спит. Более того, он был его полной противоположностью.

Старый дом Джона Мэрфи был расположен на шестнадцати акрах холмистой местности, поросшей густым лесом. Мэрфи не был мультимиллионером, но он с большой готовностью переселился бы в эскимосское иглу, чем в Сэндз Спит. В Нью-Поскуите были свои клубы гольфа, теннисные клубы и яхт-клубы. Джон Мэрфи состоял в каждом из них. Возможно, потому, что он ушел от дел, и ему нечем было занять время. Вполне возможно также, что он состоял в них потому, что был очень нервным человеком, который с трудом держал в руках свой джин и тоник, стараясь не расплескать.

Или он нервничал потому, что его допрашивал полицейский.

Сидя напротив, Стив Карелла заметил, как дрожат руки старика и подумал, что ему на охоте вряд ли удастся попасть в стену амбара. Карелла сидел, держа под столом открытый блокнот, стараясь вести записи незаметно от собеседника. Для многих это затрудняло откровенный разговор. Он не раз замечал, как люди, с которыми беседовали полицейские, буквально начинали заикаться при виде двигающегося карандаша. Джон Мэрфи был крайне нервным человеком, но Карелла не знал, всегда он такой или нервничает при виде полицейского.

– Вы живете здесь с семьей, мистер Мэрфи? – спросил Карелла.

– Да, – сказал Мэрфи. – Здесь живу. Да.

– Когда вы ушли на покой?

– Одиннадцать лет назад, – сказал Мэрфи. – Когда мне исполнилось пятьдесят лет. Сейчас мне шестьдесят один.

– И как вы проводите время?

– Играю в гольф. Ловлю рыбу. Охочусь. – Мэрфи пожал плечами. – У меня гоночный автомобиль. Соревновался в гонках в прошлом году. Я – отличный водитель.

– Что за автомобиль?

– Порше.

– Как прошла гонка?

– Я участвовал в двух. В одной был четвертым, в другой – вторым.

– Тогда вы действительно блестящий водитель.

– Я так и сказал. Налить еще?

– Нет, спасибо. Вы хороший охотник?

– Никуда не годный, – сказал Мэрфи. – У меня дрожат руки. Язва желудка. А все нервы. – Он вытянул перед собой трясущуюся руку. – Смотрите.

– Да, – согласился Карелла. – Мистер Мэрфи, вы не могли бы рассказать о поездке на охоту прошлой осенью? В Кукабонгу?

– Конечно, – ответил Мэрфи.

Он начал рассказ. Карелла задавал вопросы и записывал ответы. Мэрфи рассказал о ссоре из-за разговора про устриц и о последующем столкновении между Крамером и Кеттерингом. У него была великолепная память. Он запомнил имена всех охотников, как они были одеты, даже подражал их голосам. Его рассказ мало чем отличался от того, что рассказал ему Хейз, он увидел, что и Фрэнк Рутер говорил то же самое.