А время уходит

– Ваша честь, вопросов к свидетелю у меня больше нет.

Роберт Мейнард поднялся из-за стола.

– Ваша честь, я вызываю миссис Бетси Грант.

Подождав, пока свидетельница займет свое место, он мягко спросил:

– Миссис Грант, это ваш браслет?

– Да. – Голос Бетси дрогнул. – Тед подарил мне его на нашу первую годовщину.

– И на нем выгравированы ваши и его инициалы?

– Да.

– Когда вы впервые заметили его исчезновение?

– Через несколько недель после смерти мужа.

– Вы заявили о его пропаже?

– Нет. У меня не было никаких оснований думать, что его украли. Другие драгоценности ведь остались на месте.

– Вы обращались по этому поводу в страховую компанию?

– Нет. Я полагала, что, может быть, Тед взял браслет и положил куда-то, а потом забыл. Не хотела заявлять о его пропаже, чтобы не оказаться в неловкой ситуации: получила бы деньги, а потом и браслет нашелся бы… Мы с Кармен повсюду искали. Я так хотела его найти! Он многое значит для меня. Позавчера я уже решила заявить о его пропаже, но не успела, а потом случилось вот это все…

– Ваша честь, у меня больше нет вопросов к свидетелю.

Элиот Холмс подошел к свидетельской кафедре.

– Вы не знаете, когда пропал браслет, не так ли, миссис Грант?

– Точно – нет, не знаю. Перед тем как обнаружить пропажу, я целый год его не носила. Тед уже не мог никуда выходить, и у меня не было повода надевать такую вещь. Думаю, в последний раз это было на благотворительном вечере.

– Вы надевали этот столь дорогой для вас в сентиментальном смысле браслет, когда отправлялись в Нью-Йорк пообедать с Питером Бенсоном?

– Нет, не надевала! – выкрикнула Бетси.

– Значит, его могли украсть в любое время в течение того года, так?

– Я не знала, что он украден, и, разумеется, не знаю точного времени его пропажи. Но мистер Шарки работал у нас только один раз, за два дня до смерти моего мужа. Как еще он мог узнать что-то о нашем доме?

– Миссис Грант, отвечайте на вопрос, – повысил голос прокурор.

– Я вам уже сказала. Я не надевала браслет весь год до смерти Теда и не знала, что он пропал.

– И после вашего ареста ваша преданная домработница ни разу не упомянула о грязи на коврике под окном комнаты наверху, так?

– Нет, не упомянула. А зря. Она сама очень сожалеет об этом.

Холмс усмехнулся.

– Больше вопросов не имею.

Бетси медленно вернулась к столу защиты. Роберт Мейнард отодвинул стул, и она села.

– Ваша честь, защита просит объявить перерыв.

– Обвинение не возражает?

– Нет, ваша честь.

Судья повернулся к присяжным и сказал, что слушания завершены и что теперь они должны вернуться к девяти утра завтрашнего дня – для подведения итогов и вынесения вердикта.

Глава 62

В четверг у Джози был выходной. Проспав допоздна, она встала, довольная собой, размышляя, как ей повезло. Встреча с Дилейни Райт открыла ей глаза и повернула мысли в новом направлении.

«А что, если встретиться с прокурором и объяснить, что вот, мол, подумала и поняла, что Алан воспользовался мной, чтобы построить себе алиби?» Мысленно Джози даже расставила по пунктам, что именно скажет Элиоту Холмсу. Во-первых, они с Аланом не разговаривали уже шесть месяцев, когда он вдруг позвонил и начал с того, что ужасно по ней соскучился. В течение месяца перед смертью доктора Гранта они встречались по меньшей мере трижды в неделю. Потом, однажды ночью, Алан начал жаловаться на свое одиночество и выражать обеспокоенность состоянием отца. Еще до обеда в честь дня рождения отца он несколько раз говорил, что ничем хорошим это не закончится, и в конце концов она уступила, согласившись составить ему компанию. В десять вечера они встретились в баре «О’Мэлли», неподалеку от ее дома, и следующие полчаса Джози пришлось выслушивать его нытье. Потом Алан сказал, что не хочет оставаться один, и принялся умолять ее поехать к нему. Зная, с каким неряхой она имеет дело, Джози предложила другой вариант: пойти к ней.

«Я и вправду не знала, что у него аллергия на кошек, – подумала Джози, – а он не знал, что у меня появился кот. Чихать Алан начал сразу же, едва переступив порог, но все равно не ушел. И надо же такому случиться, что именно в ту ночь кто-то убил его отца. А я обеспечила ему алиби!»

После смерти доктора Гранта они оставались вместе еще неделю, но с его стороны это было натужным притворством, и ничем больше. «Послушайте, я ведь уже не девочка и понимаю, когда у парня настоящий интерес, – мысленно сказала Джози прокурору. – Я пришла в суд и дала показания, поддержала его, а взамен не услышала даже слова благодарности. Все, что ему требовалось, – это чтобы я его прикрыла».

«Я могла бы рассказать это все прокурору, – подумала Джози. – Меня бы вызвали в суд, и я задала бы перца этому жалкому нытику, который жаловался на папашу, но после его смерти отхватит миллионы по наследству».

«А позвоню-ка я Алану и скажу, чтобы принес мне сюда миллион баксов, – размышляла Джози, поглаживая кота. – И пригрожу, если откажет, что пойду к прокурору. Пусть возьмет кредит. Он ведь все равно получит все отцовские деньги, когда суд признает виновной его мачеху. Только мне ждать окончания суда смысла нет – потом из него уже ничего не выбьешь. Ты считал меня слишком тупой, чтобы додуматься до такого? Да, дошло не сразу… но теперь-то мне все ясно».

Джози улыбнулась, а кот довольно заурчал.

Глава 63

Телефон зазвонил в четверг после полудня, и Алан, узнав номер Джози, поначалу даже не хотел отвечать. Но она поддержала его в нужный момент, гарантировала ему алиби… Сейчас это было особенно важно, так что злить ее не стоило.

– Привет. – Он добавил в голос душевности и теплоты. – Как там моя девочка?

– Твоя девочка много думает, – с улыбкой ответила Джози. – И теперь позволь рассказать тебе, что я надумала.

К тому моменту, когда она закончила, пальцы у Алана похолодели и стали липкими от пота.

– Это невозможно! Достать миллион долларов за двадцать четыре часа… И никакой бумаги насчет того, что я должен тебе такие деньги, подписывать не стану.

Они пререкались еще минут десять, пока ему не удалось-таки склонить ее к компромиссу. Алан сказал, что на завтра у него назначена встреча у адвоката. Она придет туда, и он оформит ее совладелицей своей квартиры. Дело несложное, а если у кого возникнут вопросы, он скажет, что любит Джози и хочет доказать ей серьезность своих намерений. Потом, по завершении процесса, он получит деньги и отдаст ей вторую половину квартиры.

Джози положила трубку, и Алан швырнул свой сотовый на стол. Что дальше? Даже если ему достанутся все пятнадцать миллионов, двадцать процентов от них уже обещаны Скотту. А Скотт схалтурил. Предполагалось, что он вернется в дом после обеда и введет больному что-то такое, чтобы это выглядело как смерть от сердечного приступа. Однако отец проснулся, стал душить Скотта, и тот схватил пестик и ударил его по затылку…

Алан подобрал телефон и набрал номер адвоката. Потом перезвонил Джози и сказал ей приехать в контору к четырем пополудни.

Глава 64

В четверг утром Дилейни хотела пойти в суд и посмотреть на нового свидетеля, Тони Шарки, но встреча с Лизой Клифтон представлялась более важной и интересной. Она немало удивилась, когда Лиза позвонила в восемь утра и предложила встретиться не у нее дома, а выпить кофе в ресторане в небольшом городке Аллендейле.

Еще больше ее удивило выражение лица Лизы. От былой участливости и сочувствия не осталось и следа. Она выглядела обеспокоенной и встревоженной и постоянно обводила взглядом зал, словно искала кого-то.

К десяти часам, когда Дилейни вошла в ресторан, утренняя волна посетителей, приходивших сюда позавтракать, уже схлынула. Лиза сидела в одной из задних кабинок. Будучи профессиональным репортером, Дилейни машинально окинула ее оценивающим взглядом. В суде она отметила изящную фигурку миссис Клифтон и короткие русые волосы, а теперь обратила внимание на лицо, угловатое и при этом привлекательное.

– Послушайте, – напряженным голосом произнесла Лиза, – как вы, несомненно, заметили вчера, я очень беспокоюсь за Бетси Грант. Она – моя близкая подруга и, разумеется, не убивала своего мужа.

– Я абсолютно с вами согласна, – сказала Дилейни. – И мне совершенно ясно, что ваш муж считает ее виновной. Буду откровенна, я уже спрашивала себя, не создает ли это разногласие напряжения между вами.

Миссис Клифтон обежала зал испуганным взглядом.

– Мой брак доживает последние дни. Он был ошибкой с самого начала. Я уже встречалась с агентом по недвижимости и подписала договор аренды на квартиру в Морристауне. Меня принимают на работу на прежнем месте, в компании «Джонсон энд Джонсон». Завтра я вывожу свои вещи из дома в Риджвуде.

– Сочувствую.

– Не надо. И вот что еще. Прежде чем я скажу что-то, ответьте на мой вопрос. Кто, по-вашему, убил Теда?

Дилейни ответила не колеблясь:

– Алан Грант. Знаю, у него стопроцентное алиби, но в том-то и дело. Оно слишком идеальное. Алан заранее договорился со своей старой подружкой встретиться после того обеда, а потом, ссылаясь на то, что ему одиноко, навязался к ней на ночлег. Таким образом, он попал на камеры наблюдения в ее доме и обеспечил себе алиби, которое она и подтвердила в суде. И даже если Алан не убил отца сам, он – в чем я нисколько не сомневаюсь – был в сговоре с кем-то другим, кто сделал это.

Лиза подняла голову и снова огляделась, но ничего не сказала.

«Она что-то знает, – подумала Дилейни. – Может быть, это мой единственный шанс поговорить с ней».

– Вы слышали, что сказал на суде тот взломщик. Он клянется, что в ту ночь, когда убили доктора Гранта, пробрался в дом и украл браслет Бетси, а перед этим видел отъезжающий черный «Мерседес».

– Да, я слышала по радио.

– Его показания слишком неопределенны. Я не первый год освещаю судебные процессы и думаю, прокурор не оставит от них камня на камне.

– Боюсь, так оно и случится.

– Завтра прокурор и адвокат выступят с заключительными речами, потом присяжные посовещаются, и Бетси Грант будет признана виновной. – Дилейни поймала себя на том, что повысила голос.

Она подождала, а когда Лиза не ответила, взорвалась:

– Лиза, вы наверняка не знаете, что у меня приемные родители. Некоторое время назад мои друзья попытались отыскать родителей биологических. А в понедельник вечером я узнала, что мой отец – Питер Бенсон, а моя мать – Бетси Грант.

Ошеломленная новостью, Лиза впилась взглядом в лицо Дилейни.

– Да, сходство определенно есть. – Она снова посмотрела сначала влево, потом вправо. – Послушайте, я показала под присягой, что мой муж всю ту ночь провел дома. Я так думала. А вот как было на самом деле. Я поднялась наверх, в спальню, а Скотт сказал, что посмотрит телевизор у себя в кабинете, выпьет и постарается расслабиться. Когда я спустилась утром, он спал на диване. В одежде. Скотт вполне мог выйти и вернуться посреди ночи. Не знаю. Просто не знаю. По-моему, он догадывается, что я что-то задумала. Когда я вернулась от агента по недвижимости, Скотт уже был дома и сразу набросился с расспросами – куда ездила, с кем встречалась. Поэтому мы и встречаемся здесь, а не у меня дома.

Дилейни пристально посмотрела на нее.

– Полагаете, ваш муж мог убить доктора Гранта?

– Думаю, это более чем возможно. Перед смертью Теда Скотт и Алан Грант несколько раз встречались за ланчем. Вот я и думаю, а что, если Алан пообещал ему денег за убийство Теда? Код сигнализации он мог легко узнать у отца, а тот якобы пропавший ключ отдать Скотту.

«В суде это все не пройдет, – подумала Дилейни. – Никаких фактов, одни предположения». И Лиза уже показала, что ее муж провел ту ночь дома. А когда станет известно о грядущем разводе, со стороны это будет выглядеть как попытка озлобленной супруги очернить репутацию мужа выдуманной деталью – мол, он спал в одежде на диване.

– Лиза, а вы не сможете остаться со Скоттом, пока следователь выяснит, какая у него могла быть причина желать смерти доктора Гранта?

Лиза решительно покачала головой.

– Не смогу. В нем есть что-то такое… Я его боюсь и не хочу больше там оставаться.

Дилейни поняла, что переубедить собеседницу не получится.

– Что ж, понимаю, но, пожалуйста, оставайтесь на связи.

– Обещаю.

Этим Дилейни и пришлось довольствоваться.

Глава 65

Вспыхнувшая было надежда на то, что показания Тони Шарки переменят ситуацию, погасла. Вечером, лежа в постели, Бетси Грант заново прокручивала в уме события дня, пытаясь осмыслить их значение.

Даже если Шарки доказал, что побывал в доме, из этого вовсе не следовало, что он находился там в одно время с неизвестным из черного «Мерседеса». Да и был ли он вообще, этот черный «Мерседес»?

«Меня отправят в тюрьму. Я знаю». Она представила, как встает и выслушивает старейшину жюри присяжных. «Если меня признают виновной в умышленном убийстве, я получу от тридцати лет до пожизненного. Если решат, что это было непредумышленное убийство, мне дадут десять лет».

«Я знаю, что невиновна. Правильно ли будет самой выбрать свой путь? В шкафчике в ванной комнате еще остались кое-какие таблетки Теда. Выпить с полдюжины и покончить со всем? Может быть, не так уж оно и ужасно?»

Странным образом эта мысль утешила и успокоила, и Бетси уснула.

Глава 66

Питер Бенсон просто не мог сидеть дома и смотреть репортажи о последних двух днях процесса. Пусть нельзя быть с Бетси, но никто не запретит ему быть возле нее. Рано утром в четверг он нашел отель поближе к зданию суда, водрузил на свои темные волосы бейсболку, надел солнцезащитные очки и снял номер. Закрыв за собой дверь, первым делом включил телевизор. Интерес к процессу вырос настолько, что в последние два дня местный канал «Ньюс 12 Нью-Джерси» вел прямую трансляцию заседаний.

Затаив дыхание, Питер с надеждой ждал выступления Тони Шарки. Но надежда разлетелась вдребезги, когда прокурор Элиот Холмс, не скрывая сарказма, порвал в клочья историю Тони о черном «Мерседесе», отъезжавшем от дома Грантов в ночь убийства доктора.

Камера показала обвиняемую, и Питер с болью увидел, с каким безразличием, словно выстраивая вокруг себя защитную стену, слушает она свидетеля. Правда, потом, рассказывая о пропавшем браслете, Бетси немного оживилась.

После того как судья объявил заседание закрытым и сказал, что подведение итогов начнется утром, Питер задумался. Что делать? Не поехать ли к Бетси в Алпайн? В конце концов верх взяла осторожность. Если какой-нибудь репортер сфотографирует его входящим в дом Бетси за день до подведения итогов, ее это выставит в не самом выгодном свете.

Но отказываться от телефонного звонка Питер не стал. В десять часов вечера, полагая, что она должна быть одна, он набрал ее номер.

Его имя должно было высветиться на дисплее ее сотового, но она не ответила. И автоответчик тоже был отключен.

Он продолжал звонить через каждые несколько минут, пока ему не ответил наконец сонный голос:

– Питер…

– Бетси, почему ты не отвечаешь? Ты в порядке?