Поймать пересмешника

В это время команды выходили на поле и собравшаяся на Арене толпа разразилась бурным приветствием. Загудели тысячи самодельных труб, затрещали трещотки, загрохотали барабаны. На разлинованную на сектора площадку выкатывали десять огромных валунов, по пять штук для каждой из команд. Обычно валуны были изготовлены из специального пластика, имели форму шара, поверх которого наматывалась сетка из толстых канатов. Местные спортивные снаряды имели округлую форму, только состояли из прессованного мусора. Была и сетка, сплетенная из десятков или даже сотен веревок разной длины и толщины, отчего ячейки были разного размера.

В остальном же тюремный чиствикс мало чем отличался от профессионального. Песчаное поле, длиною в сто, а шириною в пятьдесят метров, было разлиновано на сектора, как в шахматах. У каждой команды было две задачи.

Первая – перетащить свои валуны в центр поля. За раз можно было передвигать лишь один валун и тянуть его должны были минимум трое. Если команда противника успевала занять одну из центральных ячеек, то убрать их валун правилами не запрещалось, только для этого приходилось тащить снаряд соперников в конец их половины поля. Точно так же они могли поступить и с вашим камнем. Но основная сложность заключалась в том, что и вам, и соперникам разрешалось оказывать сопротивление и не давать сдвинуть камень обратно.

И наблюдать бы зрителям очередное соревнование на грубую физическую силу, если бы не вторая задача для игроков. Гораздо больше очков команда могла заработать пронеся маленький кожаный мяч от одного края поля до другого. Но и тут спортсменов ждала сложность. Внутри мяча находился таймер, срабатывающий с неравными по времени интервалами. Если участник держал в руках мяч и в этот момент срабатывал таймер, то ему приходилось класть мяч на землю и бежать в свой конец поля. А вот местные устроители решили устанавливать вместо таймера настоящие бомбы, чтобы добавить изюминку, так сказать.

Я не видел лиц спортсменов, но подозревал что выражения у них затравленные и испуганные. Ни один из участников не вышел на поле добровольно. Всех их привели сюда либо за долги, либо вообще насильно. Для того чтобы ни у кого из них не возникло желание покинуть игру самовольно, по периметру расположились несколько десятков бойцов из банды вышибал, вооруженные стрелометами.

Наконец появился распорядитель игры, он же судья. По традиции на нем была футболка в вертикальную черно-белую полоску, а в руках рупор и ручная сирена. Интересно, где они её достали? Скорее всего, изготовили самостоятельно, это вам не наркотики, внутри желудка такую штуку контрабандой не провезешь.

Итак, все было готово к началу кровавой игры. Команды на поле, толпа на трибунах неистовствует, охранники по периметру поля напряженно смотрят на игроков, а где-то там, вдалеке, тысячи глаз следят за матчем на голоэкранах своих проекторов, подключившись к запретным платным трансляциям организованным застенниками с помощью скрытых камер.

Взревела сирена, голос судьи, усиленный жестяным рупором, скомандовал.

– Игра!

Глава шестая

Зона – это не территория, это та проверка, в результате которой человек может либо выстоять, либо сломаться. Выстоит ли человек, зависит от чувства его морального достоинства, его способности различать главное и преходящее…

Андрей Тарковский

У каждой команды была своя тактика. Волки, соперники рудокопов в этой игре, разбились на две тройки и одну четверку. Квартет схватил крайний слева от нашей трибуны валун и с кряхтением потащил его в центр поля. Одна тройка устремилась на половину поля противника, намереваясь помешать им двигать свой валун. Оставшееся же трио бросилось к мячу. Было очевидно, что волки успели обсудить и согласовать свои действия, в отличие от команды рудокопов.

Однокомандники Рэда явно не знали, с чего им начать. Они рассыпались между валунов и начали ругаться, какой из них тащить первым. На пререкания они потратили драгоценные пару минут, в то время как их соперники успели дотащить до центра поля первый валун и завладеть мячом.

Сидевший рядом Проныра, слегка наклонился в мою сторону и шепнул:

– Птенчик, сделай так, чтобы эти ребята отправились в свой первый и последний полет.

Вот чего я точно не хотел, так это убивать людей, которые не сделали мне ничего плохого, да и вообще оказались здесь не по своей воле. И я принялся судорожно соображать, как мне заговорить Проныре зубы и не активировать бомбу, но в этот момент раздался взрыв.

Трибуны восторженно взревели.

Похоже, что вышибалы решили сразу порадовать зрителей видом свежей крови. Игроку, державшему в этот момент мяч, разворотило левый бок, и теперь он лежал на земле, демонстрируя всем желающим неожиданно белые ребра. Кровь фонтаном била из чудовищной раны, пропитывая песок Арены.

– Молодец, птенчик, так держать, – незаслуженно похвалил меня Проныра. Он решил, что я выполнил его приказ. Что же, не стану его переубеждать.

Выбежали двое бойцов из вышибал, положили на центр поля новый мяч и забрали тело погибшего игрока. При этом они, не церемонясь, вонзили в труп несчастного крючья, приваренные к длинным цепям, и волоком утянули его за периметр поля.

После первой жертвы ситуация переменилась. Волки, потеряв одного из своих, решили больше не рисковать и не приближаться к смертоносному мячу. Теперь пятеро из них тянули второй валун в центр, а четверо мешали рудокопом продвигать свой.

Так они бодались ещё несколько минут. Мяч, одиноко лежавший на песке, успел взорваться ещё два раза, при этом никого не задев. А соперники рудокопов установили в центре поля уже четыре валуна.

– Да что они творят! – бесновался рядом со мной Проныра. Его явно не устраивало то, как развивались события. А когда соперники установили в центре последний, пятый валун, он швырнул стакан с остатками фарси. – Недоноски! Да я вас всех своими собственными руками придушу! Скормлю вас Полозу! Твари!

Счет на табло изменился на пять: ноль не в пользу нашей команды.

– Раунд! – объявил судья.

Игроки попадали от усталости прямо там, где стояли. Появились вышибалы и оттащили валуны волков обратно на край поля. Теперь им придется начинать все сначала, зато они повели в счете. Рэд и его команда к этому моменту успели лишь дотолкать три валуна до середины своей половины поля и на этом их успехи заканчивались.

Когда последние вышибалы укрылись в подтрибунных помещениях, судья вновь нажал на кнопку, взревела сирена, а вместе с ней и зрители на трибунах.

– Игра!

Волки решили не менять тактику, раз она уже принесла им успех. Пятеро тащат свой валун, четверо толкают валун противников. Но в отличие от них, рудокопы, то ли подгоняемые проклятиями Проныры, то ли сами сообразившие, что пришла пора что-то менять, наконец-то решили оказать достойное сопротивление. Сразу восемь игроков их команды облепили, как мухи, свой валун и принялись тащить его к центру поля, легко двигая его вместе с четверкой соперников, упиравшихся в песок ногами. Оставшиеся двое, одним из которых был Рэд, побежали к мячу.

Проныра радостно взвыл и забыв о прежней осторожности, схватил меня за плечи и заорал мне в ухо:

– Не дай им активировать бомбу, птенчик!

– Без подсказчиков обойдусь! – пробурчал я в ответ, но бандит все равно бы меня не расслышал среди шума трибун. Осторожно выставив из-под края дубленки антенну ретранслятора, я нажал нужную кнопку, блокирующую чужие сигналы в радиусе несколько десятков метров. И стал молиться, чтобы это сработало. К тому же только в этот момент я понял, что серьезно рискую. Вчера я не озаботился тем, чтобы прикинуть, а не заблокирует ли мой ретранслятор сигнал со скрытых видеокамер застенников раньше времени. В теории, не должен. Но для этого мне следует быть аккуратным и направлять антенну ретранслятора на мяч вручную.

Рэд, спотыкаясь от усталости, наконец-то добрался до мяча, подхватил его на бегу и сразу же перепасовал партнеру.

– Твою мать! – выругался я, так как из-за этого неожиданного маневра чуть не упустил мяч из зоны действия своей «глушилки».

– Что такое, птенчик? – сразу же забеспокоился Проныра. – Не работает?

– Да все работает, – отмахнулся я, – не отвлекай.

Тем временем Рэд с напарником так и бежали по полю, перекидывая друг другу мяч через каждые два метра, чем доводили меня до белого каления. Их можно было понять, они же не были в курсе, что я их прикрываю и что такими действиями они только мне мешают.

Но, слава всем богам, они успели добраться до цели без происшествий. Стоило им пересечь черту на кромке поля, как Рэд зашвырнул мяч как можно дальше. А я досчитал до трех и активировал детонатор.

Грохот взрыва и сирена судьи прозвучали одновременно.

– Мяч! Раунд! – объявил судья и трибуны отозвались громом аплодисментов и восторженных криков. Счет на табло снова изменился. Пять: пятнадцать, на этот раз в пользу рудокопов.

Рэд с напарником, на трясущихся от усталости и пережитого страха ногах, побрели обратно к своей команде. Вышибалы выбежали на поле и вновь откатили все валуны на первоначальные отметки. Теперь и той, и другой команде нужно начинать все заново.

– Игра!

Трибуны скандируют, игроки толкают огромные валуны, а Рэд с партнером по команде вновь устремились к мячу. Проныра уже не досаждал мне ненужными советами и не лез под руку. Вот и хорошо, а то все нервы уже вымотал, честное слово.

К сожалению, на этот раз все прошло не так гладко. Рудокопы вновь завладели мячом, но случилось то, чего я боялся больше всего. Напарник, державший в тот момент мяч, вышел из зоны действия моего сигнала.

Бабах!

– Нет! – заорали мы с Пронырой в два голоса. Но трибуны были с нами не согласны. Зрители были довольны, глядя на то как рудокоп упал, завывая от боли и ужаса. Ещё бы, взрывом ему оторвало кисть левой руки, а правую так вообще по локоть. Рэд подбежал к нему и попытался остановить кровь, но это было бесполезно. Кровавые фонтаны пачкали все вокруг бурыми. Подошли вышибалы, грубо оттолкнули Рэда от вопящего игрока и потащили раненого куда-то за пределы поля. Взамен они оставили на земле, прямо на пятнах крови, новенький мяч.

– Игра! – невозмутимо прокричал в рупор судья.

Понимая, что иного выбора у него нет, Рэд подхватил мяч и из-за всех сил бросился вперед. А я, обливаясь холодным потом, провожал его антенной ретранслятора, молясь лишь о том, чтобы мой приятель не споткнулся или не свернул слишком резко в сторону, иначе его ждала участь его товарища по команде.

Но все обошлось. По крайней мере на этот раз.

– Мяч! Раунд!

Прозвучал натужный рев судейской сирены, ознаменовавший окончание матча. После чего судья выкрикнул долгожданное третье слово.

– Игра! Итоговый счет – пять: тридцать! Победили рудокопы!

– Победа! – взревели трибуны, а вместе с ними и игроки из команды рудокопов. Восемь оставшихся в живых, среди которых уцелел и Рэд, стоявший сейчас с мячом в руках и тяжело дышавший неподалеку от нашей трибуны.

И тут я понял, что момент настал.

Для того чтобы осуществить задуманное, мне нужно было перенастроить скрытые видеокамеры застенников. Запустить написанный мною небольшой, но очень полезный программный код вместе с видеопотоком туда, на сервера, установленные где-то на Стене, а быть может, и за её пределами. Не знаю я, как точно у них там все устроено. Зато точно знаю, что мой ретранслятор способен уловить сигнал с камер, развернуть его в обратную сторону и незаметно закинуть им моего трояна. Несколько наносекунд, и моя программа должна прошерстить их базы данных и собрать нужную мне информацию. Параметры поиска я указал заранее. У моего гостинца была ещё одна задача. Он оставит там «закладку», которою можно обнаружить только если целенаправленно искать. А искать они не будут. Потому что, как и в случае с автоматоном, я замету за собой все следы.

Я быстро набрал на ретрансляторе необходимую последовательность команд и щелкнул одним из тумблеров. После чего на Арене погас свет.

Крики, паника. Все как я и планировал.

Теперь, если я правильно все рассчитал, аварийной системе понадобится не меньше часа на то, чтобы перезагрузиться и восстановить подачу электроэнергии в этот район города. Но мне столько времени не нужно. Дисплей на ретрансляторе озарился приятной взгляду надписью.

«Задача выполнена. Информация получена.

Сохранить обновления?

Да/Нет»

Естественно, я выбрал первое и нажал на кнопку. После чего посмотрел на взволнованного Проныру и его телохранителей. Они не обращали на меня никакого внимания. Главарь рудокопов радостно потирал руки, явно подсчитывая в уме свой заработок, а бодигарды встали к нам спиной, ожидая угрозы в адрес своего босса, откуда угодно, но только не с моей стороны.

– Рэд! Пасуй! – заорал я во всю мощь своих легких. Он услышал. Но это не главное. Главное, чтобы он не стал раздумывать над тем, для чего ему передавать мне мяч. Мыслительные процессы в эту секунду были совершенно неуместны. И, слава всем богам, приятель просто размахнулся и послал мяч точно мне в руки. А я, поймав продолговатый кожаный мяч, вытянул его перед собой, словно бластер и приставил его к голове Проныры. – Никому не двигаться!

Но охранники меня не послушали и дружно устремились на выручку своему главарю. А вот Проныра понял, чем ему может грозить предмет в моих руках.

– Стойте! – истерично закричал главарь рудокопов, и телохранители послушно застыли кто где стоял. – Птенчик, не дури, я же тебя найду и шею сверну.

– Конечно-конечно, птенчик, – передразнил я его. – Только ты сперва меня найди. А пока поднимайся, мы с тобой прогуляемся немного.

Проныра что-то неразборчиво проворчал, но все же подчинился. Я встал у него за спиной, прижав мяч левой рукой, а большим пальцем правой нажимая на кнопку на панели ретранслятора. После чего поднес ретранслятор к укрытому под маской лицу Проныры и сказал:

– Видишь? Стоит мне отпустить эту кнопку, как мы с тобой взлетим на воздух. Так что пусть твои люди очистят нам дорогу, а сами скроются как можно дальше. Не хотелось бы, чтобы меня кто-то случайно толкнул под локоть, от чего палец мой дрогнет и тогда ба-бах!

Проныра мне поверил. Или просто предпочел не проверять, насколько далеко я готов зайти в своем безумии. Пока главарь раздавал указания своим людям очистить для нас проход, я окликнул Рэда и приказал ему лезть через ограждение прямо сюда, в ложу. Повторять дважды не пришлось. Скинув шлем и показав соперникам неприличные жесты, Рэд проворно забрался по невысокой стене и присоединился к нам.

– Ну ты даешь, Пересмешник! – радостно заорал он, хлопая меня по плечу. Я качнулся, отчего Проныра истерично заорал.

– Полегче ты, здоровяк! Хочешь, чтобы нас тут разнесло к астероидной матери?

– Прошу пардону, – глумливо ответил Рэд, и я поспешил ввести его в курс дела.

– Приятель, он прав, постарайся не трясти меня. Пальцы у меня крепкие, но мало ли…

– Я тебя понял, – ответил Рэд. – Тебя не кантовать, прикрывать тылы, так?

– Ага, – кивнул я. К этому моменту телохранители Проныры организовали для нас свободный проход и мы неспешным шагом устремились на выход.

Далеко продвинуться не получилось, толпа моментально облепила нас со всех сторон, и мы буквально увязли в этом людском супе. Горожане радостно кричали, завидев Рэда в форме команды, только что одержавшей победу, и рвались все как один пожать ему руку, похлопать по плечу или угостить выпивкой. Когда нас тормознула очередная парочка жаждущих поздравить, два мужика в каких-то стеганных халатах и масках из войлока, я не выдержал и заорал Рэду прямо в ухо:

– Скинь шлем и балахон с номером, придурок! – выругался я.

Он растерянно кивнул и ловко стянул балахон через голову. Но не стал выбрасывать его, а протянул одному из мужиков в халатах, преградивших нам путь. Сперва я не понял, для чего напарник это сделал. Но когда Рэд присовокупил к подарку ещё и шлем, все встало на свои места.

Хорошая идея.

Я снял со слабо протестовавшего Проныры его роскошный цилиндр и водрузил на голову второго мужика в халате.

– Держите, это вам! Презент от главы рудокопов в честь победы его команды.

Парочка в стеганых масках обрадовалась неожиданным дарам и сразу же примерила на себя и балахон, и головные уборы. Теперь наши преследователи, высматривая нас в толпе, заметив черный цилиндр и шлем для игры в чиствикс, пойдут по ложному следу. Ненадолго, но это их задержит, даст нам пару минут форы.

Стоило нам избавиться от приметного костюма, как толпа утратила к нам интерес. Рэд сноровисто работал локтями, прокладывая нам дорогу, следом топал безостановочно сыплющий на наши головы проклятия и угрозы Проныра, а замыкал процессию ваш покорный слуга, упирая в спину бандита мяч с зашитой в нем бомбой и антенну ретранслятора. Пока что на нашей стороне была темнота и небольшая сумятица, возникшая на Арене из-за погасшего электричества. Через подтрибунные помещения мы вообще не рискнули идти, был велик шанс, что Проныра оправдает свое прозвище и даст деру.

– Пересмешник, куда мы теперь? – на ходу бросил Рэд, настойчиво, но не грубо отодвигающий с нашего пути очередного горожанина.

– Пока прямо, – откликнулся я. Сообщать Проныре, моментально навострившему уши, как мне кажется, под маской-то не видно, наши дальнейшие планы у меня желания не было. А тратить время на объяснения Рэду столь очевидных вещей мне не хотелось. Так что пока мы пробирались сквозь толпу, я прикидывал, как нам половчее избавиться и от главаря банды рудокопов, и от преследовавших нас его телохранителей.

– Пересмешник! – вдруг услышал я откуда-то со стороны многочисленных торговцев, оккупировавших для себя и своего товара все пространство под внешней стеной Арены. Приглядевшись, я увидел пробирающихся в нашу сторону Зиту и её деда Дрорина. Девушка отчаянно махала рукой, из-за всех сил стараясь привлечь наше внимание. Я скомандовал напарнику:

– Рэд, забирай правее.

– Понял.

Зита поняла, что мы их заметили, и стала столь же энергично пробиваться через толпу в нашу сторону. Через минуту мы встретились. Рудокопы ошарашенно уставились на главаря своей банды, укрывавшегося до этого момента за обнаженным торсом Рэда.

– Эм… – невнятно произнесла Зита, но я решил не затягивать с объяснениями. Размахнувшись, насколько это позволяла окружающая нас толпа, я саданул ручкой ретранслятора по затылку Проныры, больше переживая при этом за платы и микросхемы внутри ценного для меня аппарата, нежели за сохранность черепа бандита. Проныра приглушенно охнул и разом обмяк. После чего я нахально вручил беспамятное тело в руки проходившему мимо субтильному мужику в маске Чумного Доктора и сказал:

– Подержите, пожалуйста, – и, не давая опомниться ни Доктору, ни своим приятелям, скомандовал: – Давайте быстрее на выход! Курс вот на тот переулок, где вывеска с петухом и половником.

Глава седьмая

Тюрьмы – для неудачников… Умные преступники не сидят.

Гарри Гаррисон, «Рождение Стальной Крысы»

Большое спасибо, что никто не стал задавать вопросов и дружно бросились выполнять мой приказ. Рэд вновь возглавил нашу колонну, а окружающая толпа тесно прижала ко мне Зиту и её деда.

– Пересмешник, что происходит? – Нет, все же без вопросов не обошлось. Но я понял, что если не отвечу на них прямо сейчас, Зита мне всю плешь проест. – Зачем вы похитили Проныру?

– Не похитили, а одолжили, на время и в качестве пропуска. Он все равно не отпустил бы нас с Рэдом просто так, а заставил и дальше выполнять его указания и помогать с его аферой на чиствиксе. К тому же второй раз наша фишка с блокированием сигнала дистанционного взрывателя вышибал все равно бы не прокатила. Не думаю, что они такие дураки и не поняли бы, что кто-то балуется на их Арене. В любом случае лично у меня другие планы на жизнь, нежели работать на побегушках и рисковать своей жизнью ради прибыли мерзкого гангстера.

– Понятно, – судя по голосу, Зита была в легком ступоре от моей тирады. Должно быть, она тоже не испытывала теплых чувств к главарю своей банды, но идти против него вот так, в открытую, было в её понимании сродни безумству. В чем-то она права. Эти люди привыкли жить в маленьком мирке, где практически все друг друга знают. Хоть и не в лицо и по имени, но по прозвищам и маскам. И они привыкли подчиняться и делать все с оглядкой на возможные последствия. Но это не мой случай, я не собирался провести всю оставшуюся жизнь в «К12», а наоборот, собирался свалить отсюда в самое ближайшее время.

– Какие у вас новости? – в свою очередь, поинтересовался я у девушки.