Путь решения

«Анализ заинтересованных лиц»

В данном упражнении участники изучают проблему с точки зрения влияния на нее человеческого фактора. Им предлагается описание проблемной ситуации. Их задача – составить список вовлеченных в данную ситуацию лиц, а затем каждое из них оценивается по двум критериям: степени влияния на ситуацию и степени заинтересованности. Затем должна быть сформирована стратегия оптимального взаимодействия с каждым из них.

Целью упражнения является формирование у членов группы более глубокого понимания проблемы и определение ключевых ограничений, связанных с человеческим фактором.

«Разные цели»

Участникам предлагается проблема управленческого характера. Каждому из них предлагается сыграть одну из ролей: руководителя компании, столкнувшейся с проблемой, непосредственного виновника ее возникновения, консультанта, представителя компании-конкурента и так далее. Затем они должны поменяться ролями, чтобы посмотреть на ситуацию под другим углом зрения. Каждому из них предлагается сформулировать набор целей, основные ограничения, затем предложить возможные решения проблемы.

Упражнение способствует развитию навыков постановки задачи с учетом интересов разных заинтересованных лиц.

«Миссия невыполнима»

В этом упражнении участникам предлагается рассмотреть систему, внутри которой существует проблема, и поменять один из ее необходимых элементов таким образом, чтобы система не могла функционировать. Иными словами, им необходимо придумать, как внести минимальные изменения в постановку задачи, чтобы проблема стала принципиально неразрешимой.

Обычно в ходе этого упражнения выясняется, что «пределы прочности» систем очень велики. Найти элементы, без которых они не могут существовать, гораздо сложнее, чем кажется участникам вначале. Это позволяет глубже понять устройство системы и принципы ее функционирования, выявить ключевые ограничения и по-другому взглянуть на главную проблему.

«Мозговой штурм 3–12-3»

Идея упражнения – поиск решения в жестких временных рамках.

В начале модератор должен четко сформулировать проблему и основные ограничения. Затем группе участников дается 3 минуты на генерацию идей, 12 минут – на создание на их основе приблизительной концепции и последние 3 минуты – на презентацию полученного результата.

Упражнение полезно на начальном этапе поиска возможных решений. Оно позволяет обозначить основные направления поиска и осознать все сложности, которые могут быть с ним связаны. Часто в процессе упражнения удается найти эффективные и применимые на практике решения, но это не является его главной целью. В первую очередь, оно должно дать группе навык успешной совместной работы.

Глава 2. Сбор информации

Ветер, ветер! Ты могуч, Ты гоняешь стаи туч, Ты волнуешь сине море, Всюду веешь на просторе. Не боишься никого, Кроме бога одного. Аль откажешь мне в ответе? Не видал ли где на свете Ты царевны молодой? Интервьюер Елисей

Выдающийся мыслитель XX века, сегодня незаслуженно забытый классик менеджмента Рассел Акофф писал: «Чтобы эффективно разобраться с любой проблемной ситуацией, необходимы два условия. Во-первых, следует определить, что представляет собой данная ситуация по сравнению с теми, относительно которых мы уже накопили определенный опыт. Это подскажет, какая область наших знаний может здесь пригодиться. Во-вторых, мы должны установить, насколько уникальна данная ситуация, то есть какого знания о ней еще не хватает».

На данном шаге алгоритма ответ на оба вопроса Акоффа приблизительно известен. Проблема определена. Понятен, что называется, масштаб и характер бедствия. Пришло время готовить атаку на нее, для чего необходимо подтянуть интеллектуальные войска – начать сбор дополнительной информации. Предыдущий этап окончился постановкой задачи. Для этапа сбора информации это выглядит как инфозапрос: какие данные и с какими характеристиками необходимо привлечь для успешного разрешения поставленной задачи.

Каждый «решатель проблем» мечтает получить хитрую задачку, которая позволит ему продемонстрировать свои незаурядные способности и навыки, решив ее тут же, на месте, одним изящным движением. Например, мчась в голубом кабриолете по пустынному шоссе, ты видишь на обочине симпатичную блондинку, беспомощно плачущую над заглохшим двигателем. Ты плавно тормозишь, бросаешь взгляд на поломку и с элегантностью Джеймса Бонда «реанимируешь» капризный двигатель. Как справился бы с этой задачей Агент 007? Зафиксировав неисправность (оборвался приводной ремень), он, вероятно, решил бы проблему, эффектно развязав неизменную бабочку и использовав ее в качестве импровизированного ремня. Либо, если он в этот раз оказался в шортах и поло, можно с той же целью воспользуется чулком незнакомки. Переводя эту ситуацию на язык консалтинга, можно сказать, что быструю победу обеспечивает либо шаблонное решение («у нас с собой было»), известное консультанту, но не клиенту, либо инфозапрос к клиенту («сейчас ты мне сам расскажешь, как решать твою проблему; тебе просто не приходило в голову подумать в нужном направлении»).

К сожалению, жизнь не кино, и не все проблемы обусловлены некомпетентностью клиента. Решение большинства задач требует привлечения дополнительной информации, которой не располагает ни клиент, ни консультант. В рамках консалтинговых проектов для этого организуются «круглые столы», проводится анализ лучших практик и опрос экспертного сообщества. Целью является всестороннее исследование проблемы, сбор дополнительных данных, а также предварительная выработка гипотез решения.

Расширение контекста задачи

– Вы какой лес поставили на борта?

– Самый лучший – только что спиленный!

– Теперь понятно, почему яхта пустила корни

Аналитик Врунгель

Альберт Эйнштейн говорил, что «проблему нельзя решить на том же уровне, на котором она возникала». Самонадеянно позволим себе не согласиться с гением – на наш взгляд, это утверждение справедливо далеко не для всех проблем. Но очень во многих случаях, действительно, для поиска решения необходимо выйти на новый уровень понимания, то есть расширить исходный контекст, дополнить условия задачи необходимой информацией.

Сбор экспертизы осуществляется в двух направлениях: «вертикальном» (углубление понимания проблематики за счет погружения в «матчасть») и «горизонтальном» (расширение контекста задачи путем привлечения внешней экспертизы). Оба действия вместе позволяют получить всеобъемлющее представление о проблеме, так сказать, построить ее 3D-модель – и таким образом выработать подходы к ее решению.

Преданные поклонники игры «Что? Где? Когда?», которые смотрят ее уже не первое десятилетие, встретившись со знатоками, регулярно задают им одни и те же вопросы: «Откуда вы столько знаете?», «За какую область знаний вы отвечаете в своей команде?», «Какие книжки вы читаете, чтобы подготовиться к игре?». Их обычно ставит в тупик ответ: «В «Что? Где? Когда?» знания практически не требуются». Это чистая правда: игра требует прежде всего логики, фантазии, интуиции, концентрации внимания и в последнюю очередь – знаний. Чтобы убедиться в этом, достаточно припомнить вопросы, звучавшие с телеэкрана. Среди них почти невозможно вспомнить такие, которые требуют знаний, выходящих за пределы школьной программы. Подумав, зрители обычно с эти нехотя соглашаются, но у них все равно остается ощущение, что их обманывают. Причиной этого когнитивного диссонанса является, во-первых, весьма неудачная терминология, связанная с нашей игрой. И ее название, и слово «знатоки» на самом деле противоречат сути игры и создают у зрителей неверное впечатление, ставя уникальную интеллектуальную игру в один ряд с многочисленными викторинами, требующими именно знаний. Во-вторых, со школьных времен нас (не считая тех немногих, кому повезло учиться в действительно хороших школах) убеждают в том, что интеллект равносилен объему хранимой в памяти информации. Нас учат зазубривать и, к сожалению, очень мало учат думать.

В вузах студентов тоже сплошь и рядом оценивают по формальному критерию – умению выучить и, не расплескав, донести до стола экзаменатора большой объем информации. Между тем навык запоминания важен, по большому счету, только в медицине, юриспруденции и еще нескольких областях человеческой деятельности. В большинстве случаев гораздо важнее умение быстро находить недостающую информацию, анализировать ее и делать выводы. Один из авторов книги когда-то преподавал в лучшем вузе страны – Физтехе. Он всегда разрешал студентам пользоваться во время экзамена любыми учебниками и справочниками, так же обычно поступали и его коллеги. Для Физтеха это совершенно нормально, а вот студенты или преподаватели других вузов, узнав об этом, обычно сильно удивляются. Результатом неверных представлений об интеллектуальной деятельности, складывающихся у многих из нас в процессе образования, является непонимание того, что можно находить решения, не зная ответ заранее.

Один из крупнейших математиков XX века Владимир Арнольд замечал, что задачи, требующие не знаний, а творческого, нестандартного мышления, двоечники часто решают лучше отличников, пятилетние дети – лучше школьников, испорченных натаскиванием. Еще хуже с ними справляются студенты, но они при этом все же превосходят своих профессоров.

С другой стороны, идеи не возникают на пустом месте. Чтобы запустился эффективный процесс мышления, необходима отправная точка. Ею чаще всего являются некие факты, связи, аналогии, извлекаемые из памяти или из внешних источников информации. Таким образом, знания являются базисом мышления. Поэтому их нельзя недооценивать. Однако в каждый момент времени ценность представляют не любые знания, а именно те, которые могут помочь при решении задачи, с которой мы имеем дело. Представим себе придуманную Борхесом Вавилонскую библиотеку, в которой хранятся не только все созданные человечеством книги, но и те, которые могли бы быть написаны. Мы можем взять с полки любую книгу и попробовать найти в ней что-нибудь полезное для решения нашей задачи. Какова вероятность, что попытка увенчается успехом? Очевидно, что поиск в этой библиотеке может занять сколько угодно времени. Значит, избыток знаний может не помочь, а помешать найти решение.

Еще один важный момент заключается в том, что собирать информацию – увлекательное и захватывающее занятие. Распространенное заблуждение – чтобы найти лучшее решение проблемы, надо узнать о ней как можно больше. Это далеко не всегда так. Не стоит забывать, что любая информация несет на себе отпечаток личности человека, который является ее источником, включая и его стереотипы, ошибки и заблуждения. Таким образом, накапливая информацию, мы накапливаем и информационный мусор. А главное – на этот интересный процесс можно потратить годы, так и не перейдя непосредственно к выработке решения.

Принцип крупнейшей консалтинговой компании Маккинзи гласит: данных должно быть достаточно для выдвижения первичной гипотезы, но не больше. Это очень важная мысль, которая очевидна далеко не всем. «Принцип Маккинзи» – не догма, но полезный практический прием, позволяющий не тратить на поиск информации неоправданно много времени и сил. Прервать этот процесс нужно в тот момент, когда появляется гипотеза о том, каким могло бы быть подходящее решение. Заметим, что это не означает наличия готового сформулированного решения. Под гипотезой понимается самое общее представление о том, каким это решение могло бы быть, на что оно могло бы быть похоже. Затем эта гипотеза должна быть проверена на соответствие условиям задачи и, возможно, опровергнута, что означает необходимость вернуться к поиску новой информации. Таким образом, «принцип Маккинзи» описывает итерационный процесс, делающий сбор информации осмысленным и эффективным.

Особенность этого процесса в том, что каждый следующий цикл сбора информации обычно полезнее предыдущего. Дело в том, что лучше всего находить информацию удается тогда, когда мы знаем, что и где хотим найти. Наличие конкретной цели и понимание сути проблемы позволяет фиксировать внимание именно на том, что может оказаться наиболее ценным. Всерьез задумавшись о покупке новой квартиры, мы немедленно начинаем замечать рекламные объявления и строящиеся дома в привлекательных районах, вспоминаем о наличии знакомых риелторов или продающих квартиру друзей и так далее. Нужная информация сама начинает нас находить.

Вот как описывает этот процесс Григорий Чхартишвили: «Сначала нужно определить цель изысканий: сформулировать вопрос или вопросы, на которые хочешь найти ответ. Затем – составить список литературы, включив туда труды авторов, которые считаются знатоками темы. По ходу чтения будут непременно возникать собственные суждения, ремарки и мысли. Потом обозначатся и первые выводы: поначалу робкие, но к концу всё более определенные».

В самом начале процесса сбора информации не стоит пытаться узнать о проблеме все. В первую очередь надо постараться составить самое общее представление о ситуации, понять контекст ее возникновения – восстановить «картину преступления». Затем выявить обстоятельства, которые представляются непонятными или неясными, – а их неизбежно будет много – и сформулировать вопросы, позволяющие эти обстоятельства прояснить. Ответы неизбежно повлекут за собой новые вопросы, и по мере нахождения ответов на них представление о ситуации будет постепенно уточняться и конкретизироваться.

Авторы вопросов «Что? Где? Когда?» обычно исходят из того, что знатоки обладают необходимыми знаниями и часто формулируют вопрос так, чтобы он подразумевал привлечение информации, которая в явном виде в нем не содержится. При этом они стараются не рассказать в тексте вопроса больше, чем необходимо, чтобы не превратить его в очевидный. Часто достаточно вспомнить один необходимый факт, чтобы все встало на свои места. Такие факты обычно относятся к общекультурному контексту и известны любому более или менее образованному человеку.

Когда Аристотель опубликовал некоторые из своих сочинений, Александр Македонский послал ему возмущенное письмо. Что именно возмутило Александра?

Чтобы ответить на вопрос, необходимо вспомнить достаточно известный факт, отсутствующий в условиях. Если не знать, что Аристотель был учителем Александра Македонского, придумать правильный ответ, видимо, невозможно. Если же команде факт известен, логично предположить, что именно с этим обстоятельством связано возмущение Александра. Дальше думать практически не о чем.

Ответ: То, чему учили только его, стало достоянием всех.

Разумеется, если речь идет о столь значимых личностях, как Александр Македонский или Аристотель, для автора вопроса естественно предположить, что некоторые подробности их биографии знатокам известны. То же касается людей, возможно, не столь знаменитых, но часто упоминаемых в вопросах. Например, по творчеству Артура Конан Дойла написано огромное количество вопросов, поэтому логично предположить, что и о нем самом знатокам кое-что известно.

Однажды Артур Конан Дойл нарисовал карикатуру с подписью «Лицензия на убийство». Мы не спрашиваем, кого он изобразил на этой карикатуре. Ответьте, что этот человек держит в руках.

Все знают Конан Дойла как автора замечательных детективных рассказов и исторических романов. Но чтобы ответить на вопрос, полезно вспомнить, кем он был по образованию. А был он врачом…

Ответ: Диплом врача. Изобразил он, конечно, самого себя. Карикатура была нарисована после выпускных экзаменов в университете.

* * *

Для консультанта сбор дополнительной информации – стандартная и привычная процедура. Залог успеха – как можно быстрее понять, какая глубина проникновения в проблему необходима. Фундаментальное свойство информации состоит в том, что ее всегда не хватает. Любой человек, когда-либо занимавшийся, например, анализом рынка, сталкивался с ситуацией: готовой информации, которую можно было бы вставить в свой отчет, попросту нет. Чтобы данные стали релевантными, их нужно найти, собрать, обработать, проверить, отфильтровать, интерпретировать… Следствием этого свойства является синдром нехватки информации: человеку, занятому этим поиском будет казаться, что информации все еще недостаточно. Sapienti Sat – умному достаточно – говорили древние. Мудрость этой фразы в том, что для понимания ситуации нужна конкретная, строго определенная доза информации. Избыточная информация как правило усложняет или искажает понимание. Сплошь и рядом необходимые данные просто лежат на поверхности, но на них не обращают внимания.

Лишь одна из множества стюардесс авиакомпании American Airlines заметила, что подавляющее большинство пассажиров не ест оливки, традиционно входившие в состав салата. Казалось бы, мелочь, однако, учитывая количество пассажиров, регулярно перевозимых авиакомпанией, удаление из рецепта салата оливок позволило компании экономить полмиллиона долларов в год.

В теории управления описан «синдром дефицита информации». Он проявляется в том, что принимающий решения человек (руководитель или, скажем, капитан команды) склонен запрашивать максимальное количество информации, даже если эффективность его решений падает. Зависимость между объемом доступной информации и эффективностью ее обработки нелинейна: увеличение информации сначала помогает, затем помогает не так сильно, затем начинает мешать. Обычно тут помогает «принцип Маккинзи» – консультант ищет дополнительную информацию о проблеме до тех пор, пока не появятся основания для выдвижения осмысленной гипотезы.

Разумеется, полезная информация не всегда лежит на поверхности. Часто необходимо углубиться в историю проблемы и выяснить обстоятельства, которые, на первый взгляд, являются фоном, не имеющим прямого отношения к делу.

История, вошедшая в анналы американской юриспруденции. В начале XX века в одном из южных штатов предстала перед судом пожилая супружеская пара, обвинявшаяся в том, что их брак является межрасовым. В те времена это считалось тяжким преступлением. Опровергнуть обвинение было сложно – муж явно темнокожий, а жена – итальянка, родом с Сицилии.

Адвокат обратился к истории. Он рассказал о мавританских вторжениях на Сицилию и легко убедил суд в том, что уроженка этого острова никак не может считаться чистокровно белой. А следовательно, никакого нарушения сегрегационных законов нет. Пара была оправдана.

В приведенном примере необходимую информацию можно было найти самостоятельно, покопавшись в памяти и открытых источниках. К сожалению, так бывает далеко не всегда. Чаще информация доступна, но перед использованием ее необходимо правильно обработать. В наше время, в эпоху «больших данных», это стало крайне актуальной задачей, поскольку в море доступной информации легко утонуть. В дальнейшем мы обсудим некоторые принципы выделения ценных данных и отсева информационного мусора. Те, кто овладел этим важнейшим навыком, могут добиваться впечатляющих результатов.

До некоторого момента все страховые компании считали мотоциклистов группой риска и устанавливали для них высокие тарифы. По рекомендации консультантов американская компания Progressive Insurance первой начала принимать во внимание при установлении тарифа на автострахование для мотоциклистов разнообразные факторы, включая стаж вождения, занятия экстремальными видами спорта и их кредитный рейтинг. Гибкий подход, основанный на привлечении дополнительных данных, позволил сильно увеличить долю рынка в соответствующем сегменте без увеличения убыточности.

К сожалению, далеко не все нужные данные являются общедоступными. Часто необходимо воспользоваться знаниями, владельцами которых являются конкретные люди, то есть привлечь внешнюю экспертизу.

Мобилизация знаний

– Когда не знаешь как – нужно у кого-нибудь спросить…

– Давай спросим у тебя…

– Нет, у меня спрашивать не надо, извините!

Эксперт Слоненок

Дьёрдь Пойя называл процесс восстановления в памяти всех сведений, относящихся к задаче, «мобилизацией». Иногда мы можем мобилизовать свои знания самостоятельно, но гораздо эффективнее это происходит в коллективе.

Не секрет, что время гениальных одиночек прошло. Главные причины – огромный объем информации, которую приходится усваивать и обрабатывать современному человеку, и усложнение задач, которые ему приходится решать. Еще несколько веков назад ситуация была совершенно другой. «Человек эпохи возрождения» мог быть специалистом самого широкого профиля. За несколько десятилетий вполне можно было прочитать все доступные на тот момент книги, по сути, усвоив весь накопленный человечеством опыт. И гении типа Леонардо да Винчи или Роджера Бэкона имели возможность совершать великие открытия в самых разных областях. В наше время такой универсализм недостижим, поэтому на первый план вышло умение работать в команде. Лучшие решения рождаются за круглым столом во время совещания или в менее формальной обстановке – где-нибудь у офисной кофе-машины. Но вне зависимости от места происходит это в момент интенсивного обмена знаниями, идеями, мнениями.

В игре единственным источником информации является сумма знаний членов команды. Как сказано выше, вопросы «Что? Где? Когда?» обычно требуют знаний, не выходящих за пределы школьной программы. Но и в них часто бывает непросто сориентироваться за минуту. А ведь есть еще индивидуальный жизненный опыт каждого из игроков, который тоже может оказаться полезен. Поэтому обсуждение после того, как текст вопроса командой проанализирован и понят, часто сводится к тому, чтобы обменяться дополнительной информацией, касающейся ключевых фактов вопроса. В первую очередь происходит обмен явными знаниями – теми, которые сразу всплывают в памяти в связи с той или иной тематикой.

Чему по традиции должно быть посвящено первое выступление каждого нового члена Французской академии?

Первый вопрос, который диспетчер, ведущий обсуждение (это не всегда капитан команды), задает коллегам: «Что мы знаем о Французской академии?». Ответ, который наверняка тут же прозвучит: «Количество академиков постоянно, новый член Академии избирается, когда один из них умирает». Дальше обсуждать практически нечего.

Ответ. Заслугам того, чье место занял новый академик. (Во Французской академии фиксированное число членов, поэтому каждый новый академик занимает место умершего и должен отдать долг вежливости).

Обладать знанием еще не значит уметь им воспользоваться. Чтобы на основании данных можно было принять решение, данные должны стать релевантными. Это значит, что в нужное время и в нужном месте должен оказаться достоверный и нужным образом структурированный квант информации. Всем знакома ситуация, когда срочно необходимо вспомнить тот или иной факт, например чье-то имя. Вы понимаете, что оно «вертится на языке» и вот-вот всплывет в памяти. Иногда такое припоминание «здесь и сейчас» может стать жизненно важным. Вспомните хотя бы муки персонажа «1001 ночи», который должен был вспомнить название растения, открывающего вход в волшебную пещеру. А безуспешное вспоминание может обернуться психозом, как это произошло с персонажем чеховской «Лошадиной фамилии», запамятовавшим фамилию Овсов.

Не менее распространена обратная ситуация – мы думаем, что чего-то не знаем или когда-то знали, но давно забыли, однако в нужный момент необходимая информация всплывает в памяти. Это можно назвать эффектом «ложного незнания».

Еще Сократом был разработан особый метод познания, названный им «майевтика», то есть «повивальное искусство». Мать Сократа принимала роды у женщин, а сам он считал себя продолжателем ее дела, помогая мужчинам рождать знание. Себе Сократ отводил в этом процессе незначительную роль, настаивая на том, что сам он ничему научить не может, но любой с его помощью может произвести то, чем чреват сам. Более подробно метод майевтики был описан Платоном. Он говорил, что мыслитель принимает у мужчин роды души. Главным умением он называл правильное распознавание и отделение рождающихся в неокрепших душах лживостей и фантазмов от реальных, здоровых и живых вещей.

Знатоки сталкиваются с необходимостью применения майевтики достаточно часто. У опытной команды в связи с этим вырабатывается навык выявления скрытых знаний, то есть полузабытых фактов или соображений, которые сразу не приходят в голову игрокам. Эти знания бывают глубоко запрятаны, но их часто можно извлечь с помощью наводящих вопросов. Умение задавать команде стимулирующие процесс мышления вопросы – чрезвычайно полезный навык игрока, высоко ценимый опытными командами.

В середине 1930-х годов было принято решение создать идеологически выдержанную советскую замену популярному «подарку». Как назвали то, что получилось?

Это один из многочисленных вопросов, на которые невозможно ответить без дополнения контекста, в данном случае – без погружения в специфику быта описываемой эпохи. Нужно представить себе 30-е годы и задуматься о том, что в те времена могло считаться недостаточно идеологически выдержанным. В принципе, практически что угодно. Однако в вопросе речь идет о популярном подарке, значит, это, скорее всего, что-то из частной жизни, связанное с бытом. А в быту пережитком прошлого считалось любое стремление к «красивой жизни», например желание вкусно поесть. И вот, наконец, правильный наводящий вопрос: знаем ли мы дореволюционный подарок, связанный с едой?

Ответ: «Книга о вкусной и здоровой пище». Она была задумана как замена «Подарку молодым хозяйкам» – бестселлеру Елены Молоховец, в котором было много «буржуазных пережитков».

* * *

Консультанты, осмыслив проблему и приступая к ее решению, сначала внимательно изучают документацию, содержащую явные знания, но часто это позволяет получить лишь поверхностное представление о ситуации. Например, анализ организационной структуры компании практически никогда не дает реального представления о том, как она устроена. Оргструктура описывает формальные процедуры и стандартные процессы, но на практике эти правила работают далеко не всегда. То, что подходит для одних людей, часто совсем не годится для других. Во многих случаях реальная власть сосредоточивается в руках отнюдь не тех, кто обличен формальными полномочиями. Знание принципов реальной работы позволяет консультантам добиваться лучших результатов, чем любое количество информации о том, как все должно работать в идеале.

Одному из авторов довелось консультировать крупную компанию, в которой ни один серьезный вопрос – включая, например, исход дорогостоящих тендеров или ключевые кадровые решения – не мог быть решен без непосредственного участия персональной помощницы генерального директора. К этой замечательной женщине, по сути, сходились все нити управления, пронизывающие компанию. Надо сказать, что она была весьма компетентна и отлично разбиралась во всех происходящих в компании процессах. Владельцы компании, поддерживавшие с ней постоянный контакт, неоднократно предлагали ей занять одну из руководящих позиций, но ей больше нравилась роль «серого кардинала». Разумеется, ни в одном документе истинное положение дел в управлении компанией не было отражено. Только непосредственное общение с людьми помогло выяснить реальную ситуацию, а затем приложить максимум усилий, чтобы найти общий язык с этой ключевой фигурой, получить доступ к ее экспертным знаниям и вызвать у нее интерес к тем предложениям, которые мы считали полезными для компании.

Носителями скрытых знаний обычно являются сотрудники компании-заказчика. Чтобы «мобилизовать» эти знания, консультантам приходится прилагать серьезные усилия – проводить личные интервью, круглые столы, стратегические сессии. Ключевой вопрос – кого именно из сотрудников компании привлекать к этому процессу. Часто необходимыми знаниями обладают отнюдь не руководители, видящие общую картину, но не вникающие в детали, а те, кто постоянно имеет дело с проблемой в своей практической деятельности. А еще бывает так, что носителя нужных знаний приходится искать не в самой компании, а за ее пределами.

Компания, выпускавшая скоропортящуюся продукцию, резко увеличила объем сбыта. Однако ее доходы при этом росли гораздо медленнее, чем ожидалось. Причиной было то, что на 150 складах скапливалось большое количество готовой продукции. Хранить ее было дорого. Перед консультантами была поставлена задача сократить объем хранимой продукции. Были применены некоторые математические методы, однако существенного эффекта они не дали. Основная проблема была в том, что потребители продукции предпочитали забирать ее со склада мелкими партиями, так как не могли самостоятельно обеспечить необходимые условия хранения. Опрос торговых агентов, закупавших эту продукцию, показал, что они могли спрогнозировать потребность в ней и дать производителю эту оценку для планирования, но не имели никакого стимула это делать, предпочитая запрашивать продукцию со склада по мере необходимости. Исходя из этого, было придумано эффективное решение: чем раньше поступает заявка от торгового агента, тем большую скидку он получает. Экономический эффект оказался очень существенным.

Джон О’Кифф, известный эксперт в области менеджмента и нешаблонного мышления, пишет: «Когда вы летите в самолете, вам сообщают скорость, направление ветра, высоту и ожидаемое время прибытия. Большая часть информации полезна – время прибытия, время в пути, местное время. Но кому нужно знать, что температура на высоте 10,5 тыс. м. составляет 37°С? Разве, услышав это сообщение, кто-нибудь подумает: «Боже, я не надела шерстяное белье и не смогу прогуляться по крылу самолета»?»

В консалтинге есть понятие «продуктивизации» знания. Его суть наглядно описывает расхожая формула: «если ты такой умный, почему ты такой бедный?». Другими словами, знание должно работать и приносить пользу. Применение знания – такой же важный навык, как и обладание знанием. Архимед обладал силой, способной перевернуть Землю, однако искал точку опоры, без которой сила остается бесполезной – непродуктивизированной. То же и со знанием. Проблемная задача – та самая архимедова «точка», и навык консультанта заключается в том, чтобы сосредоточить необходимое знание в необходимом месте, заставив его работать на решение конкретной проблемы.

Как говорит известный артист, «на встречу со звездой нужно приходить подготовленным». И это так, однако продуктивизация знания – процесс двусторонний. Аналитик должен сформулировать четкий вопрос (какая информация и в какой форме требуется), а эксперт должен выдать релевантную информацию в нужный момент. Как человек, глубоко разбирающийся в какой-либо проблеме, эксперт склонен выдавать весь массив данных, которым располагает, в то время как для решения проблемы, как правило, нужен лишь один бит этой информации, один недостающий кусочек паззла. Поэтому знания эксперта могут оказаться бесполезным, если он не будет верно понимать задачу. Задача консультанта – выстроить общение с экспертом таким образом, чтобы получаемая от него информация была максимально продуктивной. Начинать правильнее всего с атрибуции данных.

Атрибуция данных

– Извини, я хотел бы узнать, какого цвета он был, когда был шариком?

– Зеленого.

– Мой любимый цвет. А какого размера?

– Почти с меня.

– Подумать только, почти с тебя… Мой любимый размер.

Атрибутор Иа

Чтобы понять, какая именно часть экспертного знания имеет отношение к проблеме, необходима атрибуция данных, то есть последовательное привлечение информации, связанной с тем или иным объектом. Так, когда искусствоведы атрибутируют художественное произведение, они определяют жанр, датировку, вероятное авторство, возможные обстоятельства написания и так далее. Сначала выявляются самые основные и достоверные характеристики, затем постепенно происходит детализации информации.

В игре атрибуция актуальна в тех случаях, когда речь в вопросе идет об известном человеке. Необходимо вспомнить хотя бы приблизительно, когда он жил, чем прославился, попробовать восстановить основные вехи его жизненного пути и индивидуальные особенности. По сути, атрибуция структурирует поток ассоциаций, связанных с человеком, предметом или событием.

Карл Маркс сделал это в 1882 году, заявив, что собирается начать новую жизнь. А Ленин вынужден был сделать это летом 1917 года. Что именно сделать?

Что в первую очередь вспоминается, когда мы слышим фамилию Маркс? Капитал, Энгельс… борода. А ведь у Ленина тоже была борода, пусть и небольшая. Мы его без бороды и не помним. Или все-таки помним?

Ответ: Сбрить бороду. Ленин сбрил бороду и усы из соображений конспирации.

Можно сказать, что атрибуция – это иерархия знаний об объекте, так сказать, его «облако тегов» – ранжированный перечень тем, связанных с объектом. После того, как высказаны первичные, поверхностные ассоциации, начинается углубление атрибуции. Представьте себе допрос свидетеля преступления. Опытный дознаватель будет вести его, придерживаясь схемы: имя и информация о свидетеле; характер его отношений с потерпевшим; где он находился и что делал в момент преступления; может ли он подтвердить свое алиби; не видел ли он чего-то подозрительного; у кого, на его взгляд, есть мотивы для преступления и кого он подозревает. Постепенно вопросы становятся все более конкретными – следователь с помощью свидетеля все глубже погружается в информационное поле проблемы.