— Кто он такой? Я даже не подозревал, что на свете существуют подобные создания. И уж если на то пошло, я никогда не встречался и с твоим народом.

Откуда ты?

Сервде раскинул руки в стороны.

— Мы жить здесь. В лесу. Лес Лаар. Мой господин жить здесь. Мы жить здесь много-много-много дней, еще до вадаг, твой народ.

— А где сейчас твой господин? — снова спросил Корум.

— Он уйти. Не хотеть, чтобы его видеть другие. И внезапно Корум вспомнил древнюю легенду, в которой говорилось о буром человеке из Лаара, жившем далеко на западе. Сейчас легенда стала былью. Но в ней, если Коруму не изменяла память, не упоминалось о странном гиганте, имени которого он даже не мог выговорить.

— Господин говорит, рядом другой место, где ты поправиться, — сказал бурый человек.

— О чем ты, Сервде?

— Тебе идти другой место, к мабден. Корум иронически усмехнулся.

— Нет, Сервде. Вряд ли мабдены займутся моим лечением.

— Другой мабден.

— Все мабдены — мои враги. Они ненавидят меня. — Корум взглянул на свою искалеченную руку. — А я ненавижу их.

— Те старый мабден, хороший мабден. Корум с трудом поднялся на ноги, покачнулся. Он был чисто вымыт и все еще абсолютно гол. Его тело покрывали синяки и царапины.

Внезапно у него сильно заболела голова, задергался пульс в обрубке руки.

Только сейчас Корум осознал, что стал калекой. Он избежал худшей доли, но никогда уже не будет таким, как прежде.

На него неприятно было смотреть.

Последний вадаг — урод, калека! Все остальные погибли. Как подкошенный свалился Корум на траву и громко зарыдал. Сервде бегал вокруг него, что-то лопоча. Он дотронулся до плеча Корума рукой, напоминающей лапу, затем погладил его по голове.

Корум отер слезы.

— Не беспокойся за меня, Середе. Мне надо поплакать, иначе я умру. Кроме меня не осталось на земле вадагов. Я последний…

— Сервде тоже. Господин тоже, — сказал бурый человек из Лаара. — Нет таких людь, как мы.

— Поэтому ты и спас меня?

— Нет. Мы помогать, потому что мабден пытать тебя.

— А вас они когда-нибудь трогали?

— Нет. Мы прятаться. Их глаз плохой. Никогда нас не видеть. От вадаг мы тоже прятаться.

— Почему?

— Мой господин знать. Мы прятаться, чтобы нас никто не трогать.

— Жаль, вадаги никогда и ни от кого не прятались. Мабдены появились так неожиданно! Мы ни о чем не подозревали. Вадаги редко покидали свои замки, почти не общались друг с другом. Мы не успели подготовиться.

Сервде вежливо слушал Корума, хотя скорее всего мало что понял из его сбивчивой речи. Когда Корум умолк, бурый человек медленно произнес:

— Ты кушать. Хороший фрукты. Ты спать. Потом идти место мабден.

— Мне необходимо достать оружие и доспехи, Сервде. Мне нужна одежда и хороший конь. Я буду следовать за Гландитом по пятам, пока не встречусь с ним с глазу на глаз. И тогда я убью его. А затем я хочу только одного: умереть.

Сервде печально посмотрел на Корума.

— Ты убивать?

— Гландит-а-Края. Он истребил весь мой народ. Сервде покачал головой.

— Вадаг никогда не убивать, как ты.

— Знаю, Сервде. Я последний — и первый — вадаг, познавший жажду мести. И я отомщу тем, кто сделал меня калекой, уничтожил всех моих родных и близких.

— Есть. Спать, — жалобно пробормотал Сервде. Корум вновь поднялся на ноги.

Внезапно он понял, что очень слаб.

— Тут ты прав. Мне необходимо восстановить свои силы. -Он подошел к горке орехов и фруктов и начал есть, медленно пережевывая пищу.

Через некоторое время Корума потянуло в сон, и он улегся на травку, уверенный, что Сервде разбудит его в случае опасности.

Ровно пять дней Корум провел на лужайке с бурым человеком из Лаара. Он надеялся, что гигант вернется и расскажет ему как о Сервде, так и о себе самом, но надежда его не сбылась.

Раны Корума зажили и больше не болели. Почувствовав себя хорошо, он решил отправиться в путь и наутро шестого дня обратился к Сервде со следующими словами.

— Прощай, бурый человек из Лаара. Спасибо, что спас меня. И передай мою благодарность твоему господину. Я пойду. — Он поднял здоровую руку, отсалютовал Сервде и пошел через лужайку на восток.

Бурый человек торопливо побежал следом.

— Корум! Корум! Ты идти не тот путь!

— Я ухожу на поиски своих врагов, — торжественно произнес Корум. — У меня нет иного пути.

— Мой господин говорить мне взять тебя другой место… -Сервде махнул рукой на запад.

— Ты показываешь в сторону моря, Сервде. Там заканчивается Бро-ан-Вадаг.

— Мой господин говорить тот путь, — упрямо повторил Сервде.

— Спасибо тебе за заботу, бурый человек из Лаара. Но я пойду на восток и отомщу мабденам.

— Ты идти другой место. — Сервде вновь махнул в сторону моря, а затем положил руку на плечо Корума. Корум скинул ее.

— Нет. — Он решительно зашагал к лесу.

Какой-то твердый предмет ударил его по голове. Корум покачнулся и невольно повернул голову. Сервде стоял сзади с камнем наготове.

Корум выругался и решил было убежать, в надежде, что неповоротливый Сервде его не догонит, но ноги у него подкосились, и он упал на траву, вытянувшись во весь рост.

Корум потерял сознание.

Его разбудил шум прибоя.

Сначала он никак не мог сообразить, что с ним происходит, но потом понял, что Сервде несет его куда-то, перекинув через плечо. Корум попытался освободиться, но бурый человек из Лаара был куда сильнее, чем казалось с первого взгляда. Он крепко держал Корума одной рукой.

Здоровым глазом Корум видел изумрудно-зеленое море и пенистые гребешки волн. Он вывернул шею, сколько мог, и вновь увидел море.

Бурый человек из Лаара шел по узкой полоске земли, выступающей из воды.

Голова Корума дергалась то вверх, то вниз, в такт неуклюжей походке Сервде, и все же он разглядел, что они удаляются от берега, следуя в неизвестном направлении.

Громко кричали чайки. Корум опять попытался освободиться, сыпя проклятьями, но Сервде оставался глух и к мольбам, и к угрозам. Спустя несколько минут бурый человек из Лаара остановился и осторожно опустил Корума на землю.

Корум тут же вскочил на ноги.

— Сервде, я… — Он умолк и огляделся по сторонам.

Дорога — если естественную дамбу, выступающую из моря, можно было назвать дорогой — закончилась. Они стояли на острове, представляющем собой высокую гору, на вершине которой стоял дворец странной архитектуры.

Может, в нем жили мабдены, о которых говорил Сервде?

Бурый человек из Лаара торопливо шагал к берегу и, когда Корум окликнул его, лишь ускорил шаг, ничего не ответив. Корум бросился вдогонку, но не успел пройти и половины пути, как начался прилив. Медленно, но верно дорога скрывалась под водой. Тем временем Сервде выбрался на сушу и исчез в лесу.

Корум в нерешительности остановился и посмотрел на дворец.

Он увидел всадников, скачущих с горы к морю. Солнце играло на их шлемах и нагрудниках кирас. Эти мабдены умели ездить верхом — их осанка чем-то напоминала вадагскую.

Сервде оказал ему медвежью услугу. Мабдены были его врагами, и сейчас Коруму оставалось либо вступить с ними в бой, — несмотря на то что он был гол и безоружен, — либо плыть к берегу с помощью всего одной руки.

Он принял решение и кинулся в волны; от холода у него перехватило дыхание.

Не слушая криков мабденских воинов, он поплыл к далекому лесу, и внезапно течение подхватило его и потащило а сторону.

Корума уносило в открытое море.

Глава 8

МАРКГРАФИНЯ АЛЛОМГЛИЛЬ

Во время пыток Корум потерял много крови и сильно ослаб. Он не мог справиться с течением. У него начались судороги в ногах.

Корум почувствовал, что он тонет.

Значит, не судьба ему выжить, не судьба отомстить Гландит-а-Краю.

Корум хлебнул воды, но, к счастью, она пока еще не попала в его легкие. Он забарахтался что было сил и в это время услышал, как сверху его окликнули:

— Эй, вадаг! Не суетись! Ты напугаешь мою зверюшку! Она и в мирное-то время пуглива хуже некуда!

С трудом приподняв голову, Корум увидел рядом с собой огромную летучую мышь. В свое время он встречался с этими животными, у которых были большие крылья (чем-то напоминающие крылья рептилий и в четыре раза больше в размахе, чем у орла), уродливые обезьяноподобные лица и маленькие рты с острыми белыми клыками.

На летучей мыши сидел наездник: изящный молодой мабден, который не имел абсолютно ничего общего с денледисси Гландит-а-Края. Заставив ее опуститься к самой поверхности моря, юноша свесился с седла и протянул Коруму руку.

Корум инстинктивно попытался схватиться за нее и тут же понял, что подал мабдену обрубок. Казалось, юноша этого не заметил. Крепко схватив Корума выше локтя, он вытащил его из воды, довольно бесцеремонно бросил поперек седла, дернул за поводья и резким голосом отдал какой-то приказ. Летучая мышь поднялась вверх и полетела к острову.

Очевидно, управлять ею было нелегко, потому что мабден часто дергал поводья и что-то выкрикивал на непонятном языке, который летучая мышь, видимо, хорошо понимала. Наконец, они подлетели к острову и стали парить над дворцом.

Коруму с трудом верилось, что мабдены могли выстроить такое красивое здание. Башенки и парапеты поражали изысканной строгостью линий, стены сверкали белым мрамором, балконы были увиты плющом и цветами.

Летучая мышь неуклюже приземлилась на крышу, и как только юноша соскочил с седла (первым делом ссадив Корума), «зверюшка» поднялась высоко в воздух и полетела к дальней оконечности острова.

— Они спят а пещерах, — пояснил молодой мабден. — Мы редко ими пользуемся, слишком уж они капризны. Впрочем, ты сам был тому свидетелем.

Корум промолчал. Юноша спас ему жизнь, он казался веселым и добродушным, но Корум заучил, как урок, что все мабдены его враги.

— Зачем ты спас меня, мабден? — мрачно спросил он.

— Но ведь ты чуть было не утонул. Скажи, почему ты убежал от наших людей, когда они хотели проводить тебя во дворец?

— Откуда вы знали, что я должен прийти?

— Нас оповестила маркграфиня.

— А ей кто сказал? С лица юноши исчезло добродушное выражение.

— Сие мне неизвестно. Но ты весьма неблагодарен, рыцарь. Я думал, все вадаги вежливы и обходительны.

— А я думал, все мабдены порочны и безумны, — пробормотал Корум. — Но сейчас…

— О, ты говоришь о варварах, живущих на юге и на востоке. Тебе доводилось встречаться с ними?

Корум дотронулся обрубком до выжженного глаза.

— Эта встреча дорого мне стоила. Юноша сочувственно кивнул.

— Я мог бы и раньше догадаться. Пытка — одно из их любимых развлечений.

Удивительно, что тебе удалось бежать.

— Удивительно, — как эхо, повторил Корум.

— Итак, рыцарь, — произнес юноша, изящно откидывая руку в сторону и указывая ею на дверь, — не угодно ли тебе войти? Корум неуверенно переступил с ноги на ногу.

— Уверяю тебя, мы — не варвары.