Счастливый брак по-драконьи-3. Найти себя

— Замечательно, — промурлыкала я и надавила ему на грудь, вынуждая упасть на спину. Потерлась всем телом и, тихо рассмеявшись, змеей скользнула на него, удобно устраиваясь верхом. Подняла руки, вынимая из волос пару удерживающих заколок, и замерла, позволяя тяжелым золотистым локонам дождем рухнуть на спину и плечи. Супруг зачарованно наблюдал за мной, мелко и часто дыша. Судя по горящему голубому взгляду, сейчас рыжий дракон думал только обо мне, и ни о чем ином.

Что нам и надо. Сдвинулась выше и наклонилась. Достаточно медленно, чтобы Вейл сумел понять, что горловина рубашки тоже не просто так распахнута — сейчас в ней очень соблазнительно мелькала обнаженная грудь. Взяла лицо дракона в ладони и осторожно прикоснулась губами к его губам. Немного отстранилась и тихо шепнула:

— Я люблю тебя, глупый. И мне нужен ты. Давай не станем возводить стены? Хоть и говорят, что ломать — не строить, но практика иногда показывает обратное.

Он хотел что-то ответить сказать в ответ, но я решила, что мы уже достаточно наговорились Пора отключать любимому мозги! Как-то он очень много думает! Поэтому склонилась, целуя уже по-другому. Прикусывая его верхнюю губу, проводя кончиком языка по нижней и поглаживая чувствительное место за ухом. Стоит ли удивляться, что властный и изголодавшийся по ласкам благоверный почти сразу подмял меня под себя, планируя не только забрать супружеский долг, но и взыскать «штраф» за просрочку предыдущих «выплат»?

Но кто сказал, что я была против?

Анли-Гиссар. Дарья

Надо заметить, что утро Дарье не предвещало ничего плохого. Более того, все было хорошо! Контакт с «пациентами» потихоньку налаживался, пугаться Лиладу переселенка тоже перестала, да и перспективы рисовались радужные.

Но, видать, ничего просто так не делается, И все стало уж слишком хорошо, раз создатель решил исправить сию несправедливость, судя по всему, изрядно поколебавшую весы великого равновесия! Иначе за что Дашеньке такая кара небесная? Смуглая почти до черноты, остроухая и нагло ухмыляющаяся. Тринвир дель Мередит собственной персоной застыл в дверях ее кабинета и невозмутимо сказал:

— Здравствуй, прелесть моя.

Даше мигом расхотелось здравствовать. А еще вспомнились дивные саркофаги, рекомендованные Алишином. В них же тоже есть плюсы! Например, оттуда ее уже проблематично выковырять!

— Добрый день. — Переселенка решила, что нежелание видеть дроу — не повод для грубости.

— Уже, считай, вечер, — мягко сказал темный и шагнул в комнату, аккуратно прикрывая дверь.

Даша затравленно оглянулась и с надеждой бросила взгляд на часы, вспоминая, что совсем скоро к ней должен прийти рыжий отравитель. И если обычно визита Диара она ждала с содроганием, в этот раз еще никогда не была так счастлива.

Все десятники к «лечению» и «врачу» относились по-разному. Алишин, например, — страдальчески и как к неизбежному злу. Рыжий хейлар, в отличие от приятелей, ходил к Дашке как в цирк, и нагло развлекался за ее счет. Все попытки переселенки наладить контакт он выворачивал наизнанку и возвращал обратно. При этом никогда на сеансы не опаздывал и уходил дико довольный, в приподнятом расположении духа.

— Тебе тут нравится? — спросил Тринвир, облокачиваясь на стенку и задумчиво глядя на девушку. — Под землей, в изоляции... с десятком не очень уравновешенных хвостатых…

— Нравится, — с вызовом взглянула в светлые глаза оппонента Дарья. — И пока десять. Скоро вся сотня будет! С нетерпением жду момента.

— Забавно, — скривил губы дроу и потер едва заметный, более светлый, чем остальная кожа, шрам на скуле. — Я вспоминаю, что слышал в Гиллар-Хоре... И возник вопрос. Получишь ли ты чего хочешь, если останешься тут? Учебу, помощь, волю... подумай сама, Даша.

— О, как некрасиво, — хмыкнула кудрявая, нехорошо прищурив глаза. — Но я вам все же отвечу. Здесь, в Анли-Гиссаре, я получу даже больше, чем смела мечтать. А солнце и ветер... без них, конечно, тяжко. Но все со временем наладится.

О том, что наверху, в кольце гор, укрытая от чужих глаз оптической иллюзией, имеется небольшая долина, девушка, разумеется, промолчала. Хейлары пока не решались туда надолго выходить, да и осваивать не спешили. Их было слишком мало, а в родном городе объем работ просто гигантский. Так что все будет. Как и выход к людям, рано или поздно. И Дашка ни на что не променяет возможность стоять у истоков.

— Значит, обратно тебя никаким образом не выманить, — улыбнулся темный эльф и склонил голову набок. — Значит, мой ход был тактически верным. Если не вы к нам... то мы к вам.

— Кто тебя вообще в город пустил? — запоздало спохватилась Дарья.

— Арвиль, — спокойно ответил темный.

— О, как... — хмыкнула переселенка, задумчиво накручивая на пальчик тугую завитушку. — И что же нам за это было?

— Нам? — вскинул белую бровь Вир.

— Жителям Анли-Гиссара, — спокойно встретила любопытный взгляд девушка.

— Значит, вы себя уже к ним причисляете? — изогнул светлую бровь Тринвир.

— А почему нет? Меня тут радушно встретили, дали дом и работу. Мне нравится в этом городе.

— И ты осознаешь... все сложности психики местных жителей?

— Больше, чем кто-либо, наверное, — невесело улыбнулась Даша, вспоминая сеансы общения с хейларами. — Но ведь главное то, что мне тут нравится и мне рады, верно?

— Верно, — медленно кивнул Вир и неторопливо подошел к столу. Остановился, опираясь бедром о его край, и сверху вниз глядя на целительницу. — А что, если тебе не только здесь рады?

— Вот как... — пробормотала переселенка, опуская взгляд и начиная неосознанно теребить кончик косы.

— Именно так, — подтвердил свои слова лорд дель Мередит, напряженно наблюдая за кудрявой.

— Вы подразумеваете свой город? — не поднимая глаз, напрямую спросила Дашка.

— Я подразумеваю мой дом, — тихо сказал темный фейри.

— Интересно, — грустно улыбнулась переселенка. — И в каком же статусе вы, бессмертный фейри из клана, некогда отколовшегося от Неблагого Двора, племянник Подгорной Королевы, властитель Гиллар-Хора... поселите в своем доме меня, простую смертную?

— Это сложный вопрос, — закаменел лицом дрой. — Но в нашем языке есть слово саруна*.

— Позвольте-ка, я угадаю, — невесело усмехнулась Дарья, неторопливо поднимаясь. Сидеть, когда он стоял так близко, было морально тяжело. А так... хоть немного приблизиться к его уровню. Хотя бы физическим ростом. — Любовница, которую красиво называют возлюбленной?

— Не совсем. Скорее, младшая жена.

— Ага, — совсем уж сладко улыбнулась девушка. — Стало быть, подразумевается и наличие старшей.

— Разумеется. Ты сама назвала мои титулы и должна понимать, что царственная родственница не позволит оставить Гиллар-Хор без наследника истиной крови.

Губы переселенки скривила понимающая улыбочка.

«То есть полукровки, которые, возможно, родятся у саруны — бастарды без прав на регалии рода. Хотя чему удивляться? Мужчины... какие же все... гады, а?! Пусть это и банально. А я еще считала, что он лучше Тайлин».

— Знаете, лорд дель Мередит… — Даша быстро собрала в стопочку и закинула в сумку важные бумаги с заметками, которые хотела изучить на досуге. — Ваше предложение, безусловно, большая честь... но я вынуждена отказать.

— Мне кажется, ты не совсем понимаешь, какая именно это честь, — нехорошо прищурил глаза дроу.

— Ну почему же, — прямо взглянула в его такие светлые на фоне очень смуглой кожи глаза. — Прекрасно понимаю. Статус официальной не просто любовницы, а любимой, если я верно поняла.

— Да, — коротко и отрывисто сказал Тринвир, словно не желал говорить, но посчитал необходимым нужно.

— Мне приятно, — тихо и серьезно ответила Даша. — Но нет, простите.

— Думаешь, он предложит что-то иное?! — с неожиданной злостью спросил дроу.

— Сомневаюсь, что предложит даже это, — покачала головой переселенка.

— Тогда почему? — растерялся темный эльф, и его уши немного поникли, вызвав невольную улыбку у девушки.

— Вир, а почему ты решил, что если я не пойду с тобой, то уйду с другим? У меня есть я. Есть мечта. Есть цели. Этого достаточно. Тайлин... так же слишком. Как и ты.

— Слишком?

— Слишком, — переселенка стремительно обошла его и уже у дверей закончила: — Слишком старый, слишком опытный, слишком умный, слишком привлекательный. Без понятия, чем я притянула ископаемых в вашем лице, но я же не дурочка считать, что это продлится вечно. Тем более... через двадцать лет я начну стремительно стареть. А вы останетесь по-прежнему полными сил.

— Это решаемо.

— Лишь это, Тринвир дель Мередит... Только это и решаемо.

Не дожидаясь ответа темного, Дашка вылетела из кабинета и опрометью кинулась прочь по коридору, стремясь скорее сбежать и затеряться в залах Анли-Гиссара. Спрятаться. От него? От себя?

Жаль, что от себя не убежишь, даже если сможешь опередить скорость света.

Глава 10

Анли-Гиссар. Один из тренировочных залов.

В центре шло ожесточенное сражение. Именно сражение. Сотник вихрем крутился в окружении двух десятников и двумя короткими палками отражал их нападки, умудряясь еще и доставать своих подчиненных.

Разворот и сильный удар по спине Алишина, который с шипением выгнулся, открывая шею, и Ар, резко обхватив горло десятника, отшвырнул его к стене. Развернулся к своему последнему сопернику, так страшно оскалившись, что по спине Диара пробежал холодок. Рыжий отравитель никогда не был мастером ближнего боя.

Сотник развернулся к остальным стоящим у стены и поочередно указал еще на двоих десятников.

— Вышли.

— Командир, я хочу заметить... — прохрипел от стены Алишин, касаясь светлой челки, которая постепенно окрашивалась кровью из рассеченного от удара о пол лба.

— В строй! — рявкнул Спящий, крутанув оружие и становясь в боевую стойку.

Первым напал Диар, стеганув брюнета кнутом и тотчас откатившись за спины сослуживцев.

Арвиль Тейнмир был зол.

Вернее... не так.

Ему было плохо. Муторно. Хотя... неверный термин. Мучительно. И не хотелось думать. Потому что мысли все равно скатывались к той, кого он недавно оставил в руках другого мужчины. Мужчины, который имел на нее все права.

Так что теперь поздно. Все поздно. Но душевную боль это не умаляло, так же как и мыслей « А что если...».

Единственное средство от всего этого — бой. Желательно настоящий, когда глаза застит алая пелена ярости, когда ты почти купаешься в крови своих врагов. Когда разумом владеет слепая ярость, которую сдерживает лишь заложенный в генетическую программу доминирующий инстинкт самосохранения. Сотник сейчас почти мечтал о схватке. С фейри... ненавистными, бессмертными с такой вкусной кровью. Иногда, капли попадают и на губы, и ничего вкуснее хейлар в своей короткой жизни не пробовал.

Нет, на вкус как раз она была гадостнее некуда. Приятно было иное. Победа! Тело врага медленно опускается на колени у твоих ног, и льется кровь... драгоценная жидкость, наделенная силой и жизнью.

Тем приятнее было убивать тех, кто мог бы жить почти вечно.

Ярость требовала выхода. Злость на себя.

Ирьяна была важна ему, как еще никто в этой жизни. Невыносимо короткой, наполненной лишь ответственностью за своих и смертью и болью других.

Женщин своей расы Ар воспринимал лишь как подопечных, впрочем, как и почти все хейлары. Они были друг для друга самыми близкими в огромном враждебном мире, который убивал в них даже намек на чувства. Которых вообще не должно было быть.

Но... Ири изначально принадлежала рыжему дракону, и Арвиль это знал.

Как и знал то, что мог бы оставить маленькую драконицу себе. Совратить ее ничего бы не стоило. Ирьяна скорее убеждала себя в том, что относится к нему, как к брату.

Но они отчасти животные. И нюансы хейлар ощущал прекрасно.

Тихо скрипнула дверь, в зал проскользнула гибкая рыжая драконица и, встав у стены, стала наблюдать за избиением.

Ничем иным это было не назвать.

Сотник был в ярости и сносил все на своем пути. Притом, не смущаясь тем, что ломал подчиненным конечности и рассекал мышцы, оставляя глубокие раны.

Тренировки этих идеальных солдат никогда не проходили мило и безобидно. Разве что разминки, на которых ранее и бывали девушки.

Сейчас же... Арвиль пригнулся к полу, резким броском поймал неосмотрительно отпущенный на свободу хвост одного из десятников и, дернув за чувствительную часть тела, повалил его на пол. Темноволосый хейлар зашипел и стиснул зубы от болевого шока, и Сотник молниеносно нанес удар в область горла, обозначая смерть противника. После тенью метнулся на другую сторону зала, параллельно опрокинув еще одного «врага».

Остановился и, тихо рассмеявшись, сказал:

— Расслабились вы что-то, ребятки.

Отреагировать никто не успел, так как мелодичный голос промурлыкал:

— Осмелюсь сказать, что это не они расслабились, а кое-кто взбесился... — все повернулись к Крионе, и драконица, убедившись, что завладела всеобщим вниманием, усмехнулась и тихо продолжила: — Вы так... заразительно двигаетесь, что мне захотелось присоединиться. Надеюсь, господин Сотник на сей раз все же уважит просьбу дамы и позанимается с ней?

Арвиль молчал, также как и другие хейлары. В зале было слышно лишь частое, а у некоторых еще и хрипящее из-за отбитых легких дыхание. Кри окинула взглядом избитое непобедимое воинство и ласково посоветовала:

— Шли бы вы в лазарет, ребята... Диар как раз с вами. Если не подлечит, то добьет безболезненно.

— Не твое дело, — грубо рявкнул Спящий. — Шли бы вы, льета Криона... книжки читать.

— Начиталась уже, — спокойно ответила девушка и танцующей легкой походкой направилась к стенду с оружием, не забывая соблазнительно покачивать бедрами.

Все мужские особи, несмотря на плачевное состояние организма, не оставили это без внимания. Безнадежно девственные особи, кстати.

Наверное, именно поэтому чаще всего провокации рыжей и оставались без внимания.

Хейлары просто не знали, как реагировать на флирт.

Девушка, прогнувшись в пояснице, из-за чего кругленькая попка предстала в наилучшем, так сказать, свете ипотянулась за шестом.

Потом развернулась и, удовлетворенно отметив изрядно понизившийся градус агрессии, пропела:

— Ну так что?

— Все вон, — мрачно сказал Арвиль, со странной яростью глядя на драконицу. — Будет тебе... тренировка.

— Только сначала разминка, — неприлично усмехнулась Кри и повернулась к остальным. — А вы что застыли? Топайте лечиться!