– Мама, Андрэ сказал мне! – воскликнула Мишель, радостно обнимая мать.

– Боже мой, что он тебе сказал? – спросила Анна, высвобождаясь из объятий дочери.

– О своем разговоре с тобой по поводу нашей поездки в Париж. И о том, что ты согласна!

– Он тебе так сказал? – переспросила Анна, хмуро посмотрев на Андрэ.

Тот простодушно пожал плечами.

– Я ничего ему не обещала и не давала никакого согласия, – ответила Анна. – Просто сказала, что подумаю.

– Дитя так мечтает об этой поездке, миледи, что принимает желаемое за действительное, – пояснил Андрэ. – Поэтому Мишель немного переиначила мои слова. Не надо на нее сердиться.

– Значит, ты не согласна, мама? – упавшим голосом спросила Мишель, сразу побледнев.

– Я этого не говорила. Мне нужно время подумать.

– Если ты не согласна, я поеду одна! – воинственно заявила Мишель, гордо подняв подбородок. – И тебе не удастся меня удержать, мама!

Анна несколько секунд внимательно смотрела на дочь, испытывая восхищение и вместе с тем раздражение. Как же Мишель похожа на нее! В ее годы и Анна поражала всех неуемным темпераментом и постоянным стремлением парить в поднебесье.

– Ты, конечно, можешь убежать из дома, если тебе неймется, – устало сказала она. – Но есть одно досадное обстоятельство. Билет до Парижа стоит больших денег, доченька. Интересно, где ты собираешься их достать?

– Где-нибудь…

Почувствовав себя совсем разбитой, Анна сухо ответила:

– Если деньги так легко достать, Мишель, то подскажи мне, как это сделать. Сейчас подобный совет с твоей стороны оказался бы очень кстати.

Анна повернулась и направилась в глубь дома к своему кабинету. Андрэ бросился следом. Его лицо выражало серьезную озабоченность:

– Анна, что произошло? У вас финансовые трудности?

Анна остановилась и некоторое время колебалась, открыть ли Андрэ всю правду. Он ее верный друг и доверенное лицо уже много лет. Но в денежных делах Андрэ был простаком, особенно если речь шла об огромных суммах. Вряд ли стоит забивать ему голову ее финансовыми проблемами. Поэтому Анна улыбнулась и, взяв ладони Андрэ в свои, сказала:

– Не стоит волноваться, Андрэ. Вы с Мишель можете ехать в Париж. Я благословляю вас обоих на это путешествие.

По лицу Андрэ расплылась радостная улыбка:

– Вы это серьезно, Анна?

– Конечно, серьезно! Разве я когда-нибудь обещала что-либо в шутку? – сердито бросила через плечо Анна, уже жалея о своем импульсивно вырвавшемся согласии. – Но я требую и от вас обещания. Мне понадобится несколько дней, может, даже неделя, чтобы собрать необходимые для поездки деньги. Прошу вас и Мишель не дергать меня поминутно. Договорились?

– Разумеется, Анна! – поспешил заверить ее расцветший от радости Андрэ. – Но разве вы не поедете с нами?

– Кто-то должен остаться здесь и наблюдать за работами на плантации. И потом, зачем я вам во Франции? Идите, Андрэ. У меня очень много дел!

Анна быстро проскользнула в кабинет и плотно закрыла дверь перед самым носом Андрэ. Здесь она без сил опустилась в стоявшее у стола кресло, совсем расклеившись. Зачем надо было давать поспешное обещание отпустить дочь и ее наставника в Париж? Хотя, в конце концов, какая разница? Она либо сумеет накопить деньги, чтобы расплатиться с Уэйном, либо нет. Если это удастся, то она без труда достанет деньги для оплаты поездки Мишель и Андрэ во Францию.

Вздохнув, Анна раскрыла счетоводные книги там, где закончила накануне, и принялась проверять их. Она занималась этим всю оставшуюся половину дня. Дважды в дверь стучал Андрэ и один раз – повар, предложивший госпоже поесть. Анна с раздражением отослала обоих прочь.

Наконец, уже под вечер, она откинулась на спинку кресла: со счетами было, слава Богу, покончено! Анна растерла себе шею, продолжая уже почти машинально смотреть на последние цифры. Финансовое положение поместья оказалось даже хуже, нежели она предполагала. Наличных денег под рукой не было никаких. Кроме того, Анна обнаружила немало не оплаченных в срок счетов от владельцев магазинов и съестных лавок. А заодно убедилась, что в Малверне нечего продать, дабы выручить деньги, необходимые для уплаты долга Уэйну. По иронии судьбы в этом была виновата и она сама. Обычно срочно нуждавшийся в деньгах плантатор продавал несколько своих рабов. Анна же не могла так поступить, поскольку все ее работники были теперь вольноотпущенниками. Более того, почти половина из них работали по найму, и им необходимо было платить зарплату…

Выбора у нее не было: придется занять деньги под новый урожай, расплатиться с Уэйном и отправить Мишель с Андрэ в Париж. Анна снова пожалела о том, что столь необдуманно дала обещание дочери и ее наставнику. Впрочем, Мишель заслуживала того, чтобы использовать предоставившийся ей шанс, если твердо решила посвятить себя балету. И Анна должна сделать все, чтобы дать дочери такую возможность.

Целых три дня Анна каждое утро ездила в Уильямсберг и часами пыталась найти кредитора. Однажды на улице она столкнулась с Кортни Уэйном. Он приподнял свою треуголку и слегка поклонился. По его улыбке Анна поняла, что Уэйн не только догадался о цели ее приезда, но и осведомлен, к кому она обращалась с просьбой о займе или даже только собиралась это сделать.

К концу третьего дня безуспешных поисков денег Анну охватило такое отчаяние, что она села в экипаж и велела Джону поскорее ехать домой. Под разными предлогами ей везде отказали. Но в настоящей подоплеке подобного отношения Анна уже не сомневалась: никто не хотел давать деньги в долг женщине.

Она подумала, не поехать ли в Джеймстаун, Норфолк или в только недавно возникший неподалеку городок Ричмонд. Но, поразмыслив, отказалась от этого намерения, ибо не сомневалась: результат везде будет одинаков. Если в Уильямсберге, где хотя бы слышали фамилию Вернер, ей дали от ворот поворот, то неужели совершенно незнакомые люди отнесутся к ней доброжелательнее?

Анна чувствовала себя страшно усталой, разбитой и обескураженной. Единственное, чего ей хотелось, так это поскорее принять теплую ванну. Но, повернув к дому, она издали увидела поджидавшего ее на ступеньках парадного крыльца Андрэ. Душу Анны наполнило чувство, напоминавшее откровенный страх. Ведь через несколько минут она должна будет объявить ему и Мишель, что их поездка в Париж не состоится. Анна понимала, каким ударом станет это известие для дочери. Но чем дольше она будет откладывать неприятный разговор, тем тяжелее он будет как для Мишель, так и для нее самой.

Опередив слезавшего с козел Джона, Андрэ подбежал к экипажу, открыл дверцу и помог Анне выйти. Потом наклонился и прошептал ей на ухо:

– Перед тем как вы войдете в дом, Анна, я хочу предупредить, что вас дожидаются.

– Кто?

– Не знаю. Какой-то господин. Он сидит в холле с самого утра. Я сказал ему, что вас нет дома. Но он упрямо твердил, что дождется. Более того, заявил, что вы непременно захотите с ним встретиться. Откровенно говоря, я представить себе не могу, почему он в этом так уверен. Должен заметить – очень неприятный тип!

И Андрэ скорчил страшную гримасу.

– Как его зовут? – спросила Анна.

– Жюль Дейд.

Она нахмурилась, чуть подумала и медленно покачала головой:

– Я никогда не слышала этой фамилии. Все же, думаю, надо будет хотя бы посмотреть на него. Тем более что он столько времени прождал.

– Если вы считаете, что это необходимо…

Андрэ пожал плечами:

– Я предложил ему подождать в дальней гостиной. От греха подальше. На всякий случай, пока вы станете с ним говорить, я буду неподалеку. Кто знает, может быть, вам понадобится помощь…

Анна прошла в дальнюю гостиную. Как только она открыла дверь, с дивана поднялся маленький тщедушный человек, одетый во все коричневое. Он сделал шаг навстречу хозяйке и снял шляпу, под которой оказался парик мышиного цвета. Двигался Дейд мягко и очень осторожно. Но при этом во всем его теле ощущалась какая-то скрытая нервозность. Лицо было широким и флегматичным. На вид Анна дала бы ему около пятидесяти лет.

– Миссис Анна Вернер? – глухо спросил гость.

Анна посмотрела ему в глаза. Они были серыми, скорее бесцветными. И ледяными. Анна почувствовала, как по ее телу невольно пробежала дрожь.

– Да, я Анна Вернер, – твердо и энергично произнесла она.

– А я – Жюль Дейд.

Он преклонил колено и сделал движение, как будто намеревался подмести пол своей треуголкой.

– Ваше имя мне неизвестно, мистер Дейд. Вы новичок в Виргинии?

– Я только недавно приехал в Уильямсберг, мадам. Но родом из этого штата. Долгое время занимался морскими перевозками в Норфолке. Затем отошел от дел.

– Все это очень интересно, сударь, – ответила Анна, – но вы не могли бы сказать о цели вашего визита?

– О да! – воскликнул Дейд, заложив руки за спину. – Я приехал, чтобы предложить вам свои услуги, мадам Вернер.

– Услуги? – удивленно спросила Анна, с подозрением глядя на гостя. – Какие?

– Мне стало известно, что вы ищете заимодавца, мадам, и я…

– Откуда вы об этом узнали? – остановила его Анна.

– А! – Дейд улыбнулся, обнажив ряд ровных белых зубов. – У меня есть свои источники информации. В настоящее время я занимаюсь предоставлением займов. Располагая вполне приличными средствами, я при любой возможности ссужаю деньги под умеренные, но все же выгодные для себя проценты. Мне известно, что ваши поиски кредитора пока закончились ничем.

– Вы, похоже, неплохо осведомлены о моих делах, сударь!

Дейд пропустил это ехидное замечание мимо ушей и продолжал:

– Миссис Вернер, я готов предоставить вам заем на очень великодушных условиях. Всего лишь под три процента годовых.

Он осклабился, хотя глаза по-прежнему остались холодными:

– Подумайте только: три процента! Вряд ли вам удастся найти что-нибудь более выгодное.

Несмотря на то что этот человек продолжал казаться Анне подозрительным, ее сердце радостно забилось, ибо предложение Дейда означало реальную возможность разом покончить с проблемой денег.

– Неужели только три процента? – переспросила Анна. – И ничего больше?

– Что ж, – ответил Дейд, переминаясь с ноги на ногу и продолжая держать руки за спиной. – Я хотел бы получить право на арест вашего имущества в случае неуплаты долга. Точно такое же, как у Кортни Уэйна, желающего наложить лапу на Малверн. Но в нашем с вами случае это условие будет чистой формальностью.

– Вы знаете мистера Уэйна?

– Мне кое-что о нем известно, мадам.

– Но дополнительное условие, которое вы… – с сомнением начала Анна, но Дейд тут же прервал ее.

– Вам нечего опасаться! – вкрадчиво сказал он. – Это просто защита от риска. Так поступают все заимодавцы. У меня же нет никаких сомнений, что вы сполна и в срок выплатите мне долг. У вас репутация честного и надежного партнера. Но давайте на секунду допустим, что с вами вдруг… что-то случится. Боже сохрани вас от этого! И все же, на всякий случай я хотел бы иметь гарантию, что мои деньги будут так или иначе возмещены… Вы согласны?

– Что ж, полагаю, другого выхода из создавшегося положения просто нет, – медленно проговорила Анна.

Где-то в глубине глаз Дейда на долю секунды вспыхнул живой огонек. Но тут же погас.

– Я боюсь, – спокойно ответил он, – что другого выхода действительно не существует. И вам следует воспользоваться моим предложением. В конце концов это бизнес. А бизнес всегда подразумевает какой-то риск. Да, бывают случаи, когда люди ссуживают друг друга деньгами из чисто дружеских побуждений. Но когда речь идет о деловых отношениях, бескорыстие неуместно. – Дейд широко развел руками и добавил: – Подумайте над моим предложением, мадам. Заметьте, что наше соглашение не предусматривает пункта о ежемесячной выплате части долга. Я сам плантатор и знаю, что ваше состояние зависит от урожая. Только собрав хлопок, вы сможете начать расплачиваться. А это произойдет не раньше осени. Но до той поры я не потребую от вас ни цента. Разве это не справедливо?

– Не знаю, – задумчиво сказала Анна. Она отвернулась от Дейда и долго смотрела через раскрытое окно на поля Малверна, простиравшиеся чуть ли не до самого горизонта. Не подведут ли они ее? Затем снова повернулась к гостю. Что-то неприятное и даже отталкивающее было в Дейде. Но что именно – она не могла понять. Анна вообще неприязненно относилась к ростовщикам. Именно поэтому ей не нравился и Кортни Уэйн.

Решение пришло сразу. А с ним – и доверие к кредитору. Пожалуй, она согласится с его предложением!

– Хорошо, мистер Дейд, – твердо сказала Анна, почему-то перед этим оглянувшись по сторонам. – Я принимаю ваши условия.

– Прекрасно, мадам, прекрасно! – воскликнул Дейд, потирая руку. – Вы не пожалеете, я уверен.

Спустя несколько минут необходимые документы были подписаны. С договором в руках Анна открыла дверь гостиной и в меру вежливо выпроводила Жюля Дейда из дома.

Закрыв парадную дверь, Анна повернулась и громко позвала:

– Мишель! Андрэ!

Как по мановению волшебной палочки Андрэ возник из бокового коридора:

– Слушаю вас, миледи.

Сверху по лестнице сбежала Мишель:

– Да, мама?

– Укладывайтесь! Как только я закажу билеты, отправляйтесь во Францию!

Глава 3

На обратном пути из Норфолка, где Анна посадила Мишель и Андрэ на отплывающий во Францию корабль, она попросила Джона завернуть в Уильямсберг. Ей хотелось поскорее встретиться с Кортни Уэйном и вернуть ему долг. Этот человек почему-то упорно не выходил у Анны из головы. Наверное, уверяла она себя, из-за проклятого долга… Отдав деньги, думала Анна, она сразу же забудет и самого кредитора. И тогда можно будет всецело заняться сбором суммы, необходимой для расплаты уже с Жюлем Дейдом.

Когда слуга Уэйна открыл дверь на ее стук, Анна заявила, что сама доложит хозяину о своем приходе. Ной посмотрел в глубь холла и неуверенно сказал:

– Мастер Уэйн сейчас занят, миссис Вернер. Может быть, вы зайдете попозже?

Анна проскользнула за его спиной и небрежно бросила слуге через плечо:

– Это невозможно! Я живу достаточно далеко отсюда. Уверена, что мистер Уэйн не откажется принять меня, если узнает, по какому важному и неотложному делу я пришла.

При виде нарастающего волнения, отразившегося на лице слуги, Анна повысила голос. Но тут одна из дверей в холле открылась, и на пороге появился сам Кортни Уэйн, торопливо приводя в порядок одежду. Его волосы были растрепаны, лицо побагровело. Анне показалось, что за плечом хозяина дома мелькнуло чье-то бледное лицо. Кортни быстро закрыл дверь, но она успела заметить метнувшуюся в глубь комнаты обнаженную до пояса женскую фигуру.

– Что происходит, Ной? – спросил Уэйн. При виде Анны он удивленно остановился и произнес, чуть наклонив голову:

– О, миссис Вернер! Рад вас видеть, мадам!

В душе Анна почувствовала некоторое удовлетворение, заметив на лице Уэйна смятение. В их прошлую встречу в его глазах можно было прочитать только крайнее раздражение. Но, подойдя поближе к нежданной гостье, он уже вполне овладел собой.

– Я должна извиниться, мистер Уэйн, за то, что оторвала вас от, по-видимому, очень важного дела, – с насмешкой сказала Анна.

Но Уэйн ответил совершенно спокойно, как ни в чем не бывало:

– Чем могу быть вам полезен, миссис Вернер?

– Я приехала вернуть вам первую часть своего просроченного долга, мистер Уэйн.