КЛЕТКА 2088. Книга 6

*Le Nuages – фр. облака

24. ДЕТИ “HEW”

Стройный силуэт Гарреля эффектно выделялся на фоне белой стены, в центре которой красовалась эмблема PharmaCité. Поприветствовав ученых, он блеснул президентской улыбкой и поспешил выразить сожаление, что пришлось задержаться в Токио из-за неотложных дел.

– Надеюсь, коллеги, эту неделю вам не пришлось скучать? Уверен, вы оценили возможности лаборатории, успели познакомиться… Возможно даже, посетили виноградники «Ла Виллет». Великолепное органическое вино!

Он окинул взглядом присутствующих, которые явно ещё не попробовали местные вина и добавил:

– Думаю, это легко исправить в ближайший уикенд. Что ж, коллеги, поздравляю! Вы стали участниками грандиозного проекта, курируемого Neutral wold и получили неограниченные полномочиями облака. Рад сообщить, наш проект стартовал в Токио. Иными словами, одной из отправных точек стали исследования наших токийских коллег.

Легким движением руки он развернул проекцию японской столицы по всему периметру переговорной. На основном экране разместился центральный вход «Лаборатории клинических исследований Токийского Университета». Виртуальная дверь распахнулась и видеостена мгновенно заполнилась результатами генетических тестов.

– Эти данные были получены при исследовании проб ДНК, взятых у учеников токийских школ, – прокомментировал Гаррель,– Многие из вас, по всей вероятности, уже знакомы с ними. Данные были опубликованы сразу в нескольких научных изданиях две недели назад. Теперь, благодаря нашим усилиям, они являются частью глобальной «Программы освоения космического пространства».

Гаррель развернулся к экрану и жестом включил видео. Это была обычная картинка из жизни японских школьников. Во время очередного перерыва дети скопились во дворе полукруглого здания школы. Одни загорали под ярким весенним солнцем, сидя на кубических лавочках, другие гоняли мяч на площадке, третьи прятались в тени деревьев с картонными стаканчиками в руках или валялись на газоне, уткнувшись в свои планшеты или мобильники. В самый разгар учебного дня дети выглядели беззаботными и счастливыми.

– Довольно трудно угадать, кто из них HEW,– сказал Гаррель,– На первый взгляд все эти дети ведут себя одинаково. Тем не менее, они обладают преимуществом трёх «И»: иммунитета, интуиции и интеллекта. Есть и еще кое-что. Результаты психологического тестирования, проведённого TJB, показали предельно низкий уровень агрессии у школьников HEW.

На центральном экране изображение стало размытым. Остался чётким лишь небольшой квадрат, в котором было видно, как один из мальчишек неожиданно толкнул одноклассника. Ответного удара не последовало. Напротив, пострадавший подросток улыбался и даже пытался успокоить хулигана. Неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы не вмешался школьный охранник.

Видео исчезло и появилась выдержка данных, обработанных TJB. Из них следовало, что способность к проявлению физической агрессии у подавляющего большинства HEW составила 5-10% от нормы.

– Возможно, детальный анализ биосканов сможет объяснить нам причину этого явления,– продолжил Гаррель,– По крайней мере, у нас есть время и возможности во всем разобраться. Начиная с завтрашнего, мы продолжим исследования, но уже в рамках глобальной программы. Главный консультант TJB доктор психологии Майкл Клебовский будет контролировать обработку данных на всех этапах проекта.

Гаррель повернулся в сторону крепкого мужчины, сидящего в правом крыле стола. Тот встал и, поприветствовав ученых взмахом руки, тут же вернулся на место.

– Полагаю вы уже в курсе, – продолжил Гаррель,– что с нами в проекте профессор Токийского Университета Намико Маса. Она разработчик специальных методик тестирования, разработанных специально для HEW. С их помощью можно наиболее точно идентифицировать эволюционные изменения в генотипе человека и, эффективно использовать их в «Проекте космической адаптации». Именно в этом контексте мы будем исследовать феномен HEW. Думаю, что в нынешнем составе мы сможем заявить о результатах уже через год на Конгрессе генетиков. А сейчас мне хотелось бы напомнить вам ещё об одном открытии.

На видеостене появился слайд с видом из космоса на межпланетную станцию UCORT. Гаррель приблизил картинку и сквозь корпус проник в отсек хранения образцов. Там в стеклянном боксе лежал зеленоватый кусок камня. Увеличив его так, что в структуре стали заметны маленькие вибрирующие объекты, похожие на морских ежей, он сказал:

– Это микроорганизмы, обнаруженные в метеорите со станции UCORT. Есть предположение, что эти вирусы, способные влиять на структуру ДНК и воздействовать на иммунную систему. Пока это только гипотеза, которую нам предстоит проверить и, возможно, клеточные ежи тоже станут частью нашего проекта.

Гарель сделал паузу, увидев, что Логинова подняла руку. Буквально на секунду в его глазах вспыхнуло недовольство, но так быстро исчезло, что кроме самой Логиновой вряд ли кто-то его заметил. Гаррель выдержал паузу и, не отводя взгляда от Ирины, спокойно произнёс:

– Пожалуйста, коллега!

– Месье Гарель, – обратилась к нему Логинова,– В случае успеха эксперимента, планируете ли Вы использовать результаты для коррекции генома человека?

– Конечно, нет. Наша компания занимается производством препаратов, способных противостоять негативным мутациям ДНК. Но не в нашей политике перекраивать геном. Это эволюционный процесс.

Он ответил и сразу же перевел взгляд на долговязую фигуру нависшего над столом доктора биологии из Мичиганского Университета Брюса Миллера.

– Месье Гарель,− начал тот,– Вы сказали, что, новый проект является частью Международной программы освоения космоса?

– Вы правы.

– Значит ли это, что мы будем участвовать в тестировании волонтеров?

– Конечно. Мы аккредитованы в Международной Организации Освоения Космоса, а значит имеем доступ к тестированию. Так что, у нас будет больше возможностей в выявлении людей HEW в любых возрастных категориях.

– Вы всерьез считаете, что HEW – это не генетическая аномалия?– не унимался Миллер.

– Я не могу сейчас ответить на этот вопрос. Впрочем, все когда-то было аномалией, пока не превратилось в устойчивую доминанту, доктор Миллер. Нам всем предстоит поработать над этим. Я не исключаю аномалию, но также допускаю эволюционный скачок. Если при случайной выборке 10% школьников оказались с измененным геномом, то это вполне может быть закономерным.

– Месье Гарель, когда мы сможем получить биосканы школьников для исследований? – поинтересовался профессор Гюнтер из Дрезденского университета.

– Позвольте мне ответить, господин Президент!− Намико Маса встала и обратилась к Гюнтеру, − Договор уже в силе, коллега. Так что, уже завтра вечером биосканы будут в распоряжении участников проекта.

– Простите, но завтра суббота,− деликатно напомнил тот.

– Не беспокойтесь, профессор, токийская лаборатория работает в субботу, – вежливо заметила Намико.

Гюнтер удивленно вскинул брови, но все же кивнул в знак согласия.

С каждым новым слайдом коллеги задавали все больше вопросов и очень часто сами же на них и отвечали. Наблюдая за этим процессом, Президент улыбнулся про себя, подумав, что не ошибся с выбором участников проекта. Все они, так или иначе, прекрасно дополняли друг друга. Единственным человеком, кто казался ему лишним, была Логинова. Временами он цеплял её взглядом и тогда едва заметная волна напряжения пробегала по его лицу.

После совещания коллеги разбились на небольшие группки и увлечённо обсуждали предстоящие исследования. Клер организовывала для желающих чай, кофе и миниатюрные корзинки с паштетами, икрой, мягким сыром и фруктами. Ученые потянулись к деликатесам, красиво разложенным на больших плоских блюдах. Взяв пару фруктовых корзинок, Гаррель подошёл к Ирине.

– Вы позволите Вас угостить?

– Да, конечно,– Логинова взяла миниатюрную корзинку и положила её в рот целиком.

– Ну, как?– поинтересовался Президент.

– Не распробовала,– улыбнулась Ирина, проглотив деликатес.

– Послушайте, Ирен, в 17:00 партнёрский ужин на крыше Relax. Надеюсь, Вы составите нам компанию?

Гаррель протянул ей визитку с координатами ресторана и натянуто улыбнулся. Кивнув в знак согласия, Логинова сунула визитку в сумочку, даже не взглянув на неё. Чтобы как-то поддержать разговор, Президент поинтересовался успехами LGT и выразил разочарование по поводу того, что профессор Кузнецов не смог присоединиться к проекту. Отлично! – подумала Ирина, – Так значит я вместо Главного… Она хотела что-то ответить Президенту, но в этот момент к ним подошел Гюнтер.

– Простите, коллега, обратился он к Логиновой, Вы позволите на минуту украсть у Вас господина Гарреля?

– Да-да, конечно.

Ирина была даже рада, что Президент переключился на Макса Гюнтера. Здесь она все равно не смогла бы поговорить с ним тет-а-тет. Ей вдруг страшно захотелось поскорее выбраться из офиса и оказаться у себя в апартаментах, чтобы прийти в себя и переодеться. В этот момент прямо рядом с ней остановилась девушка из кейтеринговой службы с подносом горячих напитков. Логинова взяла с эспрессо и, сделав глоток, начала медленно продвигаться к стойке ресепшн. Там она оставила свой недопитый кофе и незаметно проскользнула к выходу.

25. НЕ РЕЛАКС

Её отель был совсем рядом от офиса. Уже через пятнадцать минут Ирина вошла в номер и первое, что бросилось ей в глаза – маленькая розовая карточка, оставленная консьержкой на кровати. Логинова достала мобильник и первым делом открыла приложение «Константа», которое перед отъездом ей загрузил Кузнецов. Эту манипуляцию она проделывала каждый раз перед уходом и, когда возвращалась в номер. На экране мобильника сразу же появилась схема её апартаментов, а через секунду замигали две красные точки: одна – на кровати, где лежала розовая визитка, а другая – на стуле перед входом. Упс! Это ещё что? – Логинова резко обернулась и обнаружила там свой клатч. Фу!– выдохнула Ирина,– А нервишки-то ни к черту. И что, теперь я каждый раз буду вот так дергаться?

Она взяла в руки сумочку и тут же одна из точек на экране исчезла.

Как это не парадоксально, но с первого дня же пребывания в «Релаксе», Логинову преследовало постоянное беспокойство. Особенно, когда ей приходилось проверять апартаменты с помощью «Константы». Уже само это действе заставлялось думать об опасности. Ей казалось, что кто-то может вторгнуться в её личное пространство и это приводило её в состояния стресса. О'Кей!– успокаивала себя Ирина,– Если что-то произойдёт или не произойдет, у меня есть четкие инструкции.

На первый взгляд, «Константа», почти ни чем не отличалось от стандартного приложения, которое мог установить себе каждый. Она была предназначена для определения пропавших или неожиданно появившихся в доме объектов, даже если они были размером в несколько микрон. Скажем, свежий слой пыли не мог остаться незамеченным, если он превышал допуск, установленный программой. Однако, у приложения Логиновой была особая опция – «ликвидация». Эта опция позволяла удалить сведения, хранящиеся в любом носителе информации дистанционно и со 100%-процентной гарантией. Но даже это не прибавляло ей уверенности.

Что ж мне так фигово?– вздохнула Логинова. Она подошла к кровати и уловила тонкий аромат розы, исходящий от рекламной визитки. Взяв её в руки, Ирина прочитала изящную надпись «Клининговая компания ИДЕАЛ». Она повертела карточку в руках и, долго не раздумывая, бросила её в корзину для мусора. Красная точка на схеме приложения сразу же изменила место дислокации. Сбросив установки, Логинова закрыла приложение и, сунув телефон в карман халата, переоделась и отправилась в душ.

Вода приятно струилась по коже, возвращая внутреннее равновесие. Она вдруг вспомнила, как много лет назад, спеша на работу попала под тёплый летний и симпатичный парень из их института, предложил ей свой зонт. Приятные воспоминания рассеяли напряжение. С ощущением легкости Ирина вышла из ванной и тут же в её кармане затрепетал мобильник.

– Как наши дела, коллега?– голос Кузнецова быстро вернул её к реальности.

– Если Вас интересует он, то пока ничего. Сегодня партнерский ужин. Возможно, появится какая-то информация.

– Вы узнали насчёт родственников?.. Может быть, у него есть женщина?

– Андрей Петрович, дайте мне время.

– У нас его нет, Ирина. Так что, работайте… Попробуйте ему понравиться.

– А если я не в его вкусе?

Сделав паузу, Кузнецов предпочел не спорить о вкусах.

– Нужен образец его ДНК. В течение двух дней отправьте его аэропочтой с последним выпуском «The Scientist». Да! Забыл сказать. Не откажусь от информации по вирусам.

– Какие-то бактерии?

– Не смешно, Ирина Евгеньевна. В следующий раз, Вы уже будете шутить со Смирновым. А я, наконец, займусь своими прямыми обязанностями.

За пятнадцать минут до назначенного времени Ирина поднялась на крышу отеля. Слева от нее начиналась широкая прозрачная лестница, буквально ведущая в небеса. «Le Nuages», иначе «Облака», именно так назывался ресторан, где должен бы состояться партнёрский ужин. Справа расположилась смотровая площадка, с которой открывался умопомрачительный вид на небоскребы, декорированные кронами миниатюрных сосен. Можно было бы полюбоваться чудными видами «Ла Виллет», но Логинова предпочла подняться в ресторан немного раньше, чтобы осмотреться.

Перед входом в «Le Nuages» стоял представительный мужчина с бейджиком «Андре Бушон. Администратор».

– Здравствуйте, месье, меня пригласили на партнерский ужин. Вы не подскажете, где это может быть?

– Извините, мадмуазель. Но до восьми у нас нет никаких мероприятий. Может Вы назовете имя того, кто заказал для Вас столик?

– Да, конечно… Возможно, это месье Гаррель… Эжен Гаррель.

Администратор улыбнулся, достал планшет и попытался найти имя Гарреля в списках заказов. Так ничего и не обнаружив, он разочарованно покачал головой.

– К сожалению, сегодня не было такого заказа, мадмуазель. Извините.

– Вы уверены?

– Более чем.

– Наверное, я что-то перепутала. Простите.

В полном недоумении Ирина развернулась и направилась к лифтам. Но, сделав несколько шагов, она вдруг вспомнила, что даже не взглянула на визитную карточку, которую вручил ей Президент. Она остановилась, открыла сумочку и с трудом обнаружила там визитку, на оборотной стороне которой был от руки написан адрес: Passerelle Solaire, 18. Restaurant “La Fontaine”, 17:00.

Отлично! Теперь это уже «La Fontaine»,– Ирина посмотрела на часы. Было без десяти пять. Что ж, еще не все потеряно, подумала она, Где же этот “ La Fontaine”? Наверняка, черт знает где!

Не раздумывая, Логинова метнулась к администратору в надежде уточнить адрес, но вдруг поняла, что только теряет время. Быстрым шагом она направилась к лифту и, успев заскочить в только что освободившуюся кабину, спустилась вниз.

Ирина села в первое попавшееся такси и озвучила адрес с визитки. На табло высветилось «Время маршрута – 8 минут». Похоже, я успеваю,– облегченно выдохнула она,– Теперь все зависит только от трафика.

Откинувшись на спинку сиденья, она стала наблюдать за дорогой. Какой я, к черту, агент?– размышляла Ирина,– Банальная психованая тетка, которой не дают спокойно жить.

Она вспомнила окаменевшее лицо Президента, когда она вошла в его кабинет. Ошибки быть не может. Это он, – её накрыла очередная волна беспокойства,– Наверное, он решил, что со мной будут проблемы. Я должна ему объяснить, что ему нечего бояться. Никто ничего не узнает… А, может, им уже и так все известно?

Ей показалось, что в салоне такси катастрофически душно. Что-то с кондишеном, – решила Ирина и открыла окно. Тёплый ветер ударил в лицо, выплеснув порцию кислорода. Подхватив тревожные мысли, он разметал их по трассе, давая Логиновой прийти в себя. Тем временем такси поднялось на эстакаду и с потоком других машин направилось в сторону вокзала. Не доехав до стеклянного здания станции, автомобиль спустился вниз на дорогу, ведущую в малоэтажный квартал.

На самом деле, этот квартал был больше похож на маленький старый город с собственной Триумфальной аркой и центральной площадью, от которой лучами расходились небольшие улочки, расцвеченные витринами магазинчиков и кафе. Как и планировалось, через восемь минут такси остановилось у небольшого здания с вывеской «La Fontaine». На каменной стене синела фигурная табличка с адресом: 18, Passerelle Solaire. Высокая арка вела в уютный ресторанный дворик. Ирина вышла из машины, остановилась перед входом и посмотрела вверх. Свод был сложен из грубого камня местами поросшего мхом и какими-то маленькими голубыми цветами. Странное место, совсем не в духе футуристического «Ла Виллет». Со стороны двора арку обнимали виноградные лозы с изумрудными бусинами ягод. Подойдя поближе, Ирина попыталась дотянуться до грозди, чтобы удостовериться в её натуральности, но та была слишком высоко. Мерцающая в солнечном свете, она дразнила, оставаясь недосягаемой.

В самом центре летнего ресторана шумел хрустальный фонтан. По периметру миниатюрной площади тянулась галерея, в тени которой прятались круглые столики и практически все они были заняты.

– Ирен!– окликнул её знакомый мужской голос.

Подойдя ближе к галерее, она увидела Президента. Он сидел неподвижно, приклеив свой взгляд к этикетке белого вина, того самого, из хваленых виноградников «Ла Виллет». Не поднимая глаз, он взял бутылку, наполнил бокал и, пододвинув его к Логиновой, наконец, посмотрел на неё. Взгляд был хмурым и напряженным, как небо перед грозой. Да! Это был он, Евгений Сторин. Однако, что-то изменилось в мимике его лица. Возможно, из-за нечеловеческих усилий, которые он делал над собой, чтобы казаться невозмутимым. Он даже попытался улыбнуться, но на бледном лице проявилась лишь нервная гримаса.

– По тебе можно сверять часы,– заметил Гаррель-Сторин.

– Обычно, я прихожу немного раньше… Но ты ведь сказал, что встретимся в «Релаксе»?

– Ты не меняешь своих привычек, Ирина, – сказал он,– Я так и знал, что ты даже не посмотришь на визитку… Не понимаю, как ты ее нашла?

– Визитку?– не поняла Логинова.

– Я о пробирке с реконструктором. Впрочем, это неважно. Надеюсь, ты понимаешь, что мы не знакомы.

– Послушай, Евгений, ты думаешь я случайно зашла к тебе перед презентацией? Мне совершенно не хотелось удивлять тебя при всех.

– Прошу, не называй меня Евгений, – раздраженно заметил он.

– Извини.