Ирония судьбы, или С легким паром (Сборник)

Лукашин. Себе я тоже противен. (Берет пальто, оно лежало в углу, на портфеле с веником, и… уходит.)

Ипполит и Надя остаются вдвоем.

Надя (вздохнула с облегчением.) Ну вот… Ушел… Слушай, давай забудем все это как кошмарный сон… ну, хватит… Ну, перестань дуться… И не смей меня ревновать. Если я кого-нибудь полюблю, ты узнаешь об этом первым…

Ипполит. Я не сержусь… Но ты должна меня понять… Я прихожу…

Надя. Я понимаю… Я бы на твоем месте закатила такое!..

Смеются, усаживаются за стол.

Ипполит. И то, что он появился у тебя в доме, — это не случайно. Его появление соответствует твоему характеру.

Надя. Но почему?

Ипполит. Потому что ты безалаберная… молчи… ты непутевая… У меня в доме или в моей лаборатории он бы не мог появиться. Странно, что ты вообще его заметила. Ну мало ли, что-то там валяется…

Надя. Ты угадал… Я его заметила не сразу… (Разворачивает подарок, принесенный Ипполитом.) Ой, это же настоящие французские духи! Ты с ума сошел, они стоят пятьдесят рублей!

Ипполит разводит руками.

Но и я тебе приготовила тоже… вот… (Достает из шкафа.) Электробритва самой последней марки… С плавающими, или как их там, утопающими ножами…

Ипполит. Зачем ты сделала такой дорогой подарок?

Надя. Беру пример с тебя! (Всплескивает руками.) Ой, я же не надела праздничное платье… (Хватает платье, бежит в другую комнату, возвращается, хватает флакон с духами, еще раз убегает.)

Ипполит разливает вино.

Надя возвращается.

Ипполит (восхищенно). Просто принцесса из сказки!

Надя. Я рада, что тебе нравится! (Лукаво улыбается.) Принюхайся…

Ипполит. Я всегда выбираю самое лучшее! (Усаживает Надю.) А сейчас давай проводим старый год? Ведь в этом году я встретил тебя…

Надя. А я тебя…

Ипполит. Так хочется побриться… Но ничего, к утру я обрасту…

Надя. Люблю встречать Новый год!

Ипполит. Сегодня, Надя, в последний час старого года, я намерен поставить вопрос ребром. (Поднимается за столом.) Хватит водить меня за нос!

Надя. Чем ты недоволен?

Ипполит. Своим холостым положением. И я предлагаю…

Надя (перебивает). Сядь!

Ипполит покорно садится.

Ну честное слово, ты — симпатяга, и я влюблена в тебя по уши! Но я такая… несовременная, наверное… Я не могу скоропалительно… Я должна привыкнуть… Не обижайся, Ипполитушка…

Ипполит (приходит к чисто мужскому выводу). Значит, ты меня не любишь!

Надя (убежденно). Нет, люблю!

Звонок в дверь.

Ипполит (меняется в лице). Это еще кто?

Надя. Понятия не имею. (Идет отворять.)

Ипполит. Нет уж, извини… (Оттесняет ее и идет открывать сам.)

В двери Лукашин со своим портфелем.

Лукашин. Извините, что беспокою… Я постеснялся открыть своим ключом…

Ипполит (нервно). Что вам опять надо?

Лукашин. Кроме вас, у меня в этом городе никого… И денег тоже нету… А задаром билет не дадут… Вы мне не одолжите, ну, рублей пятнадцать… я завтра же вышлю…

Надя. Ну что ж… Чтобы оставил нас в покое, придется заплатить… (Уходит в комнату.)

Ипполит. Теперь, когда мы одни… как мужчина мужчине… что вы здесь делали?

Лукашин (начинает с самого начала, очень хочет, чтобы ему поверили, и поэтому старается быть убедительным). Понимаете, у нас традиция… Тридцать первого декабря мы с друзьями ходим в баню… А Павел должен был лететь в Ленинград… А я должен был сегодня жениться.

Ипполит. На ком?

Лукашин. Это не имеет отношения к делу… Мы выпили за мою женитьбу, за мою невесту, за меня…

Ипполит. Вы пьяница?

Лукашин. Наоборот. Именно поэтому я опьянел, у меня не оказалось необходимой подготовки. После, правда, я это плохо помню, на аэродроме мы пили кофе с коньяком, конец года, им надо план выполнять, вот они без коньяка не отпускают, и, очевидно, меня вместо Павла засунули в самолет. Все это очень просто.

Ипполит. И главное — достоверно… Что же вы делали в самолете?

Лукашин. Я думаю, спал…

Ипполит. Ну хорошо. Вы не помните, как попали в самолет, но как вы из него вышли, вы должны помнить!

Лукашин. Должен, но я не помню. Но зато я помню, что приехал сюда на такси. Я сказал водителю свой адрес, и меня вот привезли…

Ипполит (теряет терпение). Допустим, адрес совпадал, допустим, подошел ключ, хотя это невероятно, но неужели вы не заметили, что мебель другая?

Лукашин (искренне). Такая же!

Ипполит. Что?

Лукашин (мягко). Мебель точно такая же!

Ипполит. Не делайте из меня идиота! (Решительно надевает пальто, уходит.)

В коридор выходит Надя.

Надя. Вот деньги… (Замечает, что нет Ипполита.) А где Ипполит?

Лукашин (виновато). Ушел.

Надя. Что вы ему такое сказали?

Лукашин. Правду!

Надя (настороженно). Какую правду?

Лукашин. Я ему рассказал, что у нас есть традиция. Тридцать первого декабря вместе с друзьями ходим в баню… (Увидев, что Надя вот-вот расплачется, смолкает на полуслове.) Сейчас я его догоню и верну… (Убегает, оставив дверь открытой.)

Надя, плача, возвращается в комнату, останавливается возле окна и смотрит на улицу.

(Осторожно входит и заглядывает в комнату.) Я его не догнал. Он бегает быстрее меня!

Надя (сквозь слезы). Возьмите ваши пятнадцать рублей! (Протягивает деньги.)

Лукашин (беря их). Я завтра же вышлю, вы не беспокойтесь…

Надя. Я вас ненавижу. Вы мне сломали жизнь!

Лукашин (убежденно). Нет, не сломал. Он вернется! Вспыльчивые и ревнивые — они быстро отходят. (Пытается утешить.) Если бы вы знали, как я вас понимаю и как вам сочувствую… У меня ситуация еще хуже. Дома, в Москве, в моей пустой квартире ждет женщина, которую я люблю больше всего на свете. А я в Ленинграде…

Надя (машинально). И она не знает, где вы?

Лукашин. Конечно, нет. Она, наверное, с ума сходит!

Надя. Так позвоните ей!

Лукашин. У меня нет талончика…

Надя (вздохнув). Звоните в кредит!

Лукашин. Вы душевный человек… Можно, я сниму пальто, а то здесь жарко?

Надя. Делайте что хотите… (Берет первую попавшуюся книгу, пытается читать.)

Лукашин (вышел в коридор, снял пальто, повесил его на вешалку, возвращается в комнату, снимает трубку). Извините, какой набирать номер?

Надя. Наберите ноль семь, вам скажут…

Лукашин. Спасибо большое… Алло, по какому номеру заказать Москву?.. Спасибо большое… (Снова набирает номер.) Алло, с наступающим вас, примите, пожалуйста, заказ на Москву в кредит… Минуточку… (К Наде.) Какой у вас номер?

Надя. А 4—50–78.

Лукашин (в трубку). Анна четыре пять ноль семь восемь… Номер в Москве — Анна Дмитрий пять четыре девятнадцать… Кто подойдет… Спасибо большое… (Вешает трубку, говорит в растерянности.) Она сказала, что дадут в течение часа!

Надя. О господи!

Лукашин. Я могу посидеть на лестнице, вы меня позовете, когда позвонят… Я могу вообще уйти, а вы, если вас не затруднит, поговорите с Галей и все ей объясните!

Надя. Нет уж, дудки, объясняйтесь сами!