Клинок выкован (СИ)

- Греми Эссвельтор, - я предусмотрительно направил его в небо и открыл рот. Вслед за мной это успел сделать только шаман, поскольку видимо успел ухватить что-то «такое» из моих поверхностных мыслей. Остальные же в полной мере прочувствовали то, что ощутил тогда я в пещере, когда ослепительная молния большим жгутом ударила в стену пещеры, проплавив её на пару метров, а секунду спустя по ушам ударил гром.

Хорошо еще, что молот ударил не в полную силу, поскольку чувствовал мое состояние только «похулиганить», так что отделались только выпученными глазами и на пару минут оглохшими вокруг союзниками, у который внезапно появилось желание прибить меня, это я понял глядя, как нубиец и орк стали кровожадно на меня посматривать.

- Держи Ур'такл, - я быстренько вручил молот орку, который ошарашенно сначала принял его и только затем удивленно поднял на меня глаза, - Макс?!

- Я так и не узнал у него ничего кроме имени, но он надежный, впрочем, как и ты сам, - я пожал плечами поворачиваясь к шаману, который кроме меня был единственным, кто сейчас улыбался.

- Читер ты Загиял, - обвиняющее ткнул я в него пальцем, - нечестно читать мысли!

- Зато я теперь слышу в отличии от них, - хмыкнул он, внимательно смотря, как я достаю из баула длинный и очень узкий стилет.

- Ну тогда сам узнаешь, как её зовут и что она умеет, - передал я оружие шаману, ехидно улыбаясь при этом.

Шаман пристально посмотрел мне в глаза, но я старательно крутил в голове навязчивую мелодию и он досадливо хмыкнул, рассматривая красивый стилет в своих руках.

Взвалив на себя изрядно облегчившийся баул, я глянул в сторону колхоза, над бараками которого развивались красные кумачи флагов.

- Надеюсь меня ждут только хорошие новости, в отличии от первого прибытия? спросил я.

Окружающие меня переглянулись, моё сердце издало тревожный перестук.

- Говорите! хрипло приказал я.

- Неделю назад вон те, - Рон кивнул головой в сторону гномов, выглядывающих из прохода, - вынесли два тела. Дрона и Гвелена убили, в горло им засунули листовки и они задохнулись.

Это были имена двух из трех моих агитаторов, которых я посылал к гномам. Я помрачнел, первые жертвы революции, которые не будут последними.

- Надеюсь вы похоронили их с почестями? Они умерли за правое дело! - спросил я.

- Похоронили как принято у людей, - спокойно пожали плечами гномы, - у нас нет пути вниз, так что по своим обычаям мы похоронить их не смогли.

- «Надо будет устроить нормальное кладбище, - напомнил я себе, - или еще лучше в таком ограниченном пространстве, организовать сжигание».

- Вы зря так спокойно об этом говорите, - нахмурился я, обведя глазами собравшихся, - собирайте колхоз, нужно будет рассказать о них всем, чтобы люди и гномы знали, за что они погибли.

- Но тан, - попытались возразить мне охранники, показывая пальцами на баул за моей спиной.

- Если наши товарищи будут гибнуть за дело революции, а все остальные отсиживаться в сторонке, думая пожать её плоды, когда остальные сделают дело за них, то вы ошибаетесь! отрезал я, ускоряя шаг, - партийный билет и повязка на руках - не просто красивые знаки это символы готовности отдать жизнь за свою веру и идеалы.

Гномы притихли после моей речи, даже идущие рядом друзья и те помалкивали. Пока собирались люди и гномы я заметил, что количество красных нарукавных повязок сократилось, а ведь когда их было значительно больше.

- Тан Дорн? я скосил глаза на собирающийся народ, - сколько сейчас коммунистов в партии?

От моего вопроса он смутился и замялся перед ответом.

- Тан?

- Пятьсот восемнадцать.

- Я когда уходил было ведь в три раза больше? моё удивленное лицо заставило его закашляться.

- Многие вышли из партии, когда мы похоронили наших товарищей, - за него ответил Костел, который незаметно для всех подошел и встал сзади, - часть пришла и сдала билеты, часть просто молча сняла повязки и перестала приходить на собрания.

Я скрипнул зубами.

- Ладно, сегодня я заставлю пожалеть их об этом.

Когда кворум собрался, я начал свою речь с хороших новостей, о скорой отмене трудодней и вводе денег в оборот. Поскольку своих денежных средств у нас нет, то будем использовать деньги Шамора, которые как соседское королевство имели больший ход при торговле с гномами. Также поскольку обязательные трудодни отменяются и мы переходим на заработную плату, которая будет рассчитана совместно с руководством колхоза по степени значимости профессий и их оплаты, то вводится всеобщий ежемесячный налог тринадцать процентов, который будет выплачиваться с каждой семьи или работника, если он не женат.

Деньги эти пойдут на охрану порядка, организацию бесплатных школ для детей, а также больницу, деньги на которую раньше выделял я из личной казны. Теперь же все будет платиться с налогов от наших колхозников, при этом для партийцев принятие детей в школы, как и обслуживание в больнице будет первоочередное, напоследок заключил я.

- Вопросы?

Вопросов было много. Взбудораженная моими заявлениями толпа просто засыпала вопросами о дальнейшем устройстве и налогах. Больше всего их возмущала мысль, что например мастерство кузнецов уравняют с охотниками и лесорубами, на что я ответил никакой уравниловки не будет, зарплата каждой профессии будет сделана по грейдам предоставленным их же выборными членами правления. Так что все основные вопросы мы обсудим завтра с ними на собрании, а все колхозники могут свои вопросы и предложения вносить сегодня на повестку совещания через них.

- «Не одному же мне отдуваться, - резонно подумал я, «подставив» и другие выборные органы своего правления».

Еще два часа я объяснял и разъяснял вопросы, большую часть ответов придумывал тут же на ходу, поскольку когда прикидывал изменение уклада колхоза в сторону миниатюрного государства, не предполагал о наличии стольких взаимосвязей. Так что главное было записать все, что я наговорил, чтобы потом не забыть об грядущих изменениях.

Наконец собрание закончилось и я вместе со своими близкими друзьями отправился к своему домику. Они терпеливо ждали, пока я помоюсь и приведу себя в надлежащий вид. Когда я наконец появился и уселся за стол, на котором меня ждало скворчащее на сковороде мясо и одуряюще пахнущий свежий хлеб, они оживились.

- Ладно спрашивайте, - махнул я рукой, принявшись за еду, - вижу же, что не дадите спокойно поесть.

- Смотри Рон, а наш мальчик вырос то как, - хмыкнул Дарин, - нас ни во что не ставит, «спрашивайте давайте» говорит.

- Не знаю как ты, но я на тренировку с ним много чего придумал, - кровожадно отозвался нубиец, вызвав во мне дрожь.

- Да уж, - разом погрустнел гном, - а я чему мастера клинков то научу?

- Кстати об этом, - я сорвался с места, бросив еду и взял свой баул, достав оттуда две вставные металлические части для протезов Дарина: ручник и щипцы, которые тот использовал, работая в кузне. Вернувшись, я протянул их ему.

- Не легендарное оружие, но думаю вам понравиться мастер.

Сделал я их специально для гнома, чтобы он не обиделся, что остальным я сделал легендарное оружие, а его обделил. Гном своим протезом подхватил молоток и поднес его к глазам, затем простукал и только потом посмотрел на меня.

- Металл легендарного оружия?

- Ну почти, - не стал вдаваться я в технологии, - одно скажу, прослужат они тебе много дольше.

Гном внимательно посмотрел на меня, но промолчал.

- Ешь давай, - он показал мне на остывающую еду, - расскажи нам лучше другое, где ты возьмешь эти самые деньги, обещания о которых ты так щедро раздавал на площади? Если ты не помнишь, то я напомню, денег у нас нет. Последнее ушло на закупку соли и специй для солений и копчений, а ведь нам еще первые выплаты герцогу нужно будет делать в счет займов. Выданные им деньги давно подошли к концу, а в связи с новой политикой Торгидора, денег нам за еду теперь не видать, по крайней мере в том количестве, в котором мы рассчитывали.

- Давайте тогда по порядку, - я откинулся от сковороды, сыто погладив себя по животу, - во-первых, деньги есть у меня, точнее золото и серебро для них, во-вторых - это не король наш любимый политику проводит, а жадные капиталистические буржуи, сиречь старейшины кланов, ну и в-третьих, никому мы ничего не будем поставлять забесплатно.

- Эм, я конечно все понимаю, - задумчиво протянул шаман, - но что значит твоя фраза «нет денег, но есть золото и серебро», остальное меня как бы мало волнует, а вот больница до сих пор на мне, если она будет бесплатная для всех, народ потечет рекой.

- Все просто Загиял, у меня есть металл из которого мы сделаем монеты Шамора.

- Фальшивомонетчество?! возмутился нубиец, - если об этом узнают даже не в Шаморе, а у нас в колхозе, будут неприятности. Как ты собираешься платить людям за труд фальшивыми монетами?!

- Рон, - я с укоризной на него посмотрел, - если монета будет содержать тоже количество золота, что и королевская, если выглядеть и звенеть будет так же это фальшивка?

Он подвис.

- Все, что не печатает королевский монетный двор фальшивки, - не очень уверенно ответил он.

- Если монеты будут одинаковые, мы просто поможем королю штамповать деньги, - уверенно сказал я, - золото есть золото и монеты не потому признаются в ходу, что они Шаморские, а потому, что сделаны из золота и серебра. Мы конечно могли бы начать делать свои, но тогда у всех вокруг возникнет слишком много вопросов откуда у нас драгоценные металлы, сами представляете, что тогда начнется.

- Нас сомнут, - уверенно ответил за всех мой бывший управляющий, - не важно кто, люди или гномы, нас просто сотрут с лица земли за эту тайну.

- Товарищ Уилл как нельзя точно все подметил, - я показал ему большой палец, - поэтому мы и сидим сейчас очень узким кругом, поскольку тайну о происхождении наших денег нужно будет сохранить.

- Они после чеканки будут гореть ярче солнца, - все еще не уверенно отметил нубиец, - хотя конечно можно будет их состарить, есть способы.

- Ладно, хорошо, у нас будут деньги, - тан Дорн впервые открыл рот за сегодняшний вечер, я его сначала не хотел звать, его закостенелость к традициям гномов мне только мешала в последнее время, но в последний момент решился, поддержка гномов мне была нужна, а кроме Дарина и мастера Тарака близких отношений больше ни с кем не было.

- Как мы обойдем запрет старейшин?

- Простроим стену и у нас есть теперь легендарное оружие, - ответил я, повернувшись к нему, я понимал, что у него вызывала протест сама мысль отказываться повиноваться официальным приказам Совета, - кроме этого будем говорить, что у нас мор, не урожай, засуха и прочие бедствия, продавая свою продукцию тем купцам, которые будут за это платить хорошие деньги.

- Никто не поедет в такую глухомань, в которую-то и нормальной дороги нет, кругом степь и кочевники.

- Как только мы начнем платить деньгами, купцы появятся, - я в этом не сомневался, - а если начнем платить больше, чем в другом месте они появятся быстро. Люди деньги делают, а не просто ради путешествий между странами катаются.

- А у нас есть что продавать? заломил бровь Рон, - мы себя-то пока еле обеспечиваем.

- Нам есть что покупать, - я пожал плечами, - сами говорили, что соль, специи и прочие необходимые продукты вы сейчас покупаете на гномьем базаре.

- Ладно Макс, - Дарин отвлекся от подарка и вклинился в разговор, - чтобы купцы у нас появились, им нужно узнать о нашем существовании.

- Они и так об этом знают, я договаривался с герцогом Валенсой, - я смутился, -правда про гномью торговлю, а не с нами, но мы тоже можем ковать оружие и делать ювелирные изделия.

- Макс, - тан Дорн покачал головой, - у нас нет ни металла, ни нормальных кузнец, да и ювелиров раз-два и обчелся. Тебе ведь нужна нормальная торговля, а не продажа двадцати изделий за раз. Никто из купцов не поедет ради таких мелких партий, тем более ну купим мы за раз караван соли, специй, нам этого хватит на год, что у остальных покупать будем?

Как бы мне не хотелось признавать правоту доводов друзей, но похоже они были правы. Мои желания и мысли оказались далеко от реальности. Пока не будет нормального производства или то, чем нас могут заинтересовать купцы, ни о какой торговле не может идти речи. Чтобы население захотело покупать, что-то сверх своих обычных потребностей, оно должно быть зажиточным, а мы только сегодня вообще заговорили об отмене трудодней.

- Хорошо, - я поднял руки вверх, - вы меня убедили. Тогда оставляем торговлю в покое и сосредоточимся на двух вещах: обороне и революции. Насколько вы продвинулись в постройке деревянной стены?

- Перекрыли ей горловину, - отозвался нубиец, - но сам понимаешь, без охраны, без патрулей, толку от такой стены.

- Хорошо, тогда рядом начнем делать другую стену и выше с помощью новой технологии-железобетона, также с помощью бывших гвардейцев можем усилить разъезды. Рон?

- Это осуществимо, - он кивнул головой, - я хотел поднять вопрос об оплате, но как понял, это будем обсуждать завтра на Совете?

- Да, все грейды и зарплатные ставки профессий будут обсуждаться завтра, - подтвердил я, предчувствуя бессонные недели. Люди и гномы будут зубами выгрызать каждый асс, чтобы не оставить своих сородичей без денег.

- Что такое «железобетон»? раздался голос Костела, - и зачем нам строить еще одну стену?

- Потому, что это будущее строительства, - ответил я, - с помощью него легче строить, при этом крепость и долговечность не пострадают. К тому же её можно будет сделать высокой и количество разъездов можно будет оставить не большим.

Мне не поверили, судя по лицам моих соратников, но в этот раз я не собирался их переубеждать, я знал, что это так, поэтому буду делать по-своему, пусть в их глазах это и выглядело, как метание из стороны в сторону.

- Завтра нам предстоит тяжелый день, - я поднялся, давая всем знать, что на сегодня хватит разговоров, - поэтому хочу выспаться.

- Конечно.

Люди и гномы словно только что вспомнили, что я прибыл только сегодня и быстро засобирались, оставив меня одного.

- «Нужно ускорять революцию, - хоть было поздно и я устал, но сон все равно не шел, я ворочался на кровати и не мог уснуть, обдумывая совещание, - они правы в том, что к нам не пойдут караваны торговцев, пока мы не выдаем стабильного продукта или не покупаем большими партиями из-за которых стоит преодолевать такой большой путь, а ведь ещё и с кочевниками нужно что-то решать».

Вспомнив о кочевниках, я вспомнил и своё прошлое желание устроить им геноцид по примеру того, как англичане устраивали его индейцам. Конечно до одеял с зараженными вшами оспой и холерой я не опущусь, но вот алкоголь должен не только преуспеть в этом, но и стать неплохой статьей доходов колхоза. Кочевников много, а если гнать качественный продукт, можно заработать неплохие деньги, заодно ослабляя их рода.

- «Капец как много дел надо сделать, - мысли не давали мне уснуть, хотя время было давно за полночь, - похоже пора продолжить традицию закреплять ответственного за конкретным родом задач, как это было с шаманом и орком. Дорна закреплю за строительством, Дарина за производством алкоголя, чтобы не поручать это Рону, а нубийца с его гвардейцами направить на обучение молодежи и укреплением стражи, пора усилить добровольные бригады самообороны профессиональными военными».

- «Кроме это узнать у него новости столицы, а у орка расспросить о рунах, - количество того, что мне нужно будет сделать зашкаливало за все временные рамки, поэтому за мыслями о том, как я буду планировать день, я заснул».

Утром я был не выспавшийся, злой и даже принесенный завтрак не радовал меня. Поблагодарив женщину, принесшую еду, я поел и одевшись в новую одежду, вышел на улицу. Кругом было довольно тихо, поскольку все давно ушли на работы, только детвора носилась по округе оглашая её своими звонкими криками, что мне понравилось гномы, бегали вместе с людьми.

- Доброе утро новый господин, - услышал я смутно знакомый голос, повернувшись на звук, которого я увидел огромную фигуру, которую так хорошо знал по прошлому визиту в столицу, рядом с ним стояли еще пятеро крепких и уверенных в своей силе мужчин.

- Ортега! улыбка сама по себе наползла на моё лицо и я бросился к нему, протянув руку. Гигант не стал церемониться и сцапал меня в крепкие объятья, я сразу вспомнил вчерашнюю костедробилку орка.

- Эй! возмутился я, когда что-то в организме ощутимо хрустнуло, - смерть босса в первый день, не лучшая будет у вас характеристика с прошлого места работы.

Засмеявшись, он отпустил меня, а я смог лучше рассмотреть его лучше. Мы не виделись почти год, а он остался таким же: огромный, каменнолицый и с горящими жизнью синими глазами, только морщин добавилось, в остальном он был как прежде.

- Познакомишься Макс или лучше господин барон? полушутя, полусерьезно спросил он, смотря за моей реакцией показывая рукой на людей за собой.

- Как и всегда, - отмахнулся я, поворачиваясь к ним, - на людях господин барон, а вот так, как сейчас Макс.

Я видел, как он слегка выдохнул и еще шире улыбнулся, представив меня своим друзьям.

- Ну раз первые мне на глаза попались, - я улыбнулся им, - то зовите Рона и остальных, приходите ко мне, раздам вам задачи, а также оговорим зарплату.

- Кстати на счет этого, - мне показалось или он слегка покраснел, - мы сильно поиздержались все в пути, я понимаю, что ты только вчера приехал.

Я едва не засмеялся, видя, как Ортега пытался смущенно извиняться.

- Сейчас вам деньги тут не на что тратить, - хмыкнул я, - так что на полное довольствие вас и ваши семьи если еще не поставили, то поставим, а с оплатой договоримся, не переживайте, никого не обидим. Воины всегда в чести и переезд ваш оплатим по отдельному тарифу. Хотя если вам прям так срочно нужны деньги

- Нет, нет, - сразу в один голос стали отнекиваться они, - сейчас не нужны, на довольствие нас поставили, просто определенности бы хотелось.

- В общем еще сегодня вы потерпите эту неопределенность?

- Конечно, мы здесь две недели как приехали, один день ничего не решает, - хоть они и говорили, что все в порядке, но я видел, что вначале разговора они похоже жалели о том, что оставили столицу и уехали в глухомань с семьями и неопределенными видами на будущее.

- Мужики, - я решил приободрить их, - то, что сейчас все так неопределенно, это понятно - новое место, новые правила, новый уклад, но так всегда бывает, когда встречаешь лицом к лицу что-то новое, не мне вам об этом говорить, сами прекрасно знаете. Я обещаю вам, что ещё месяц-два и ваша жизнь наладится и вы не пожалеете о принятом решении. Если будут вопросы можете передавать через Рона или подходить напрямую ко мне.